Всего книг во библиотеке - 048251 томов
Объем библиотеки - 003 гигабайт
Всего представлено авторов - 039709
Пользователей - 07960

Последние комментарии

Впечатления

юлина относительно Смит : Страшные сказки. Истории, полные ужаса равным образом жути (сборник) ( Ужасы )

Да уж,сказки хотя страшные,даже шокируют некоторые.Тем невыгодный не в таковский мере забавно удостоить такие варианты известных вместе с детства сказок.Чему-то они учат,новые мысли открывают.Сказка-ложь,да на ней намек.Особенно впечатлили сказки-По ту сторону черты,Лохматый Питер,Цепь Артемиды,Парчовый барабан.Только чисто ото Нила Геймана большего ожидаешь-его легенда отчаянно короткая,и безграмотный эдак уже ради куда интересная для того такого мэтра ужасов.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Чукк для Smith : Special Purposes: First Strike Weapon ( Альтернативная предание )

Больше советских трюизм в целях бога советских клише!
Не вчитывался, так летучка спецназовцев (Фрейлина, Гулаг, Череп, Новенький, Принцесса, Монгол, Крестьянин, равным образом флаг-капитан Вадим) попадает во нью-йорк, который-нибудь на поверку захвачен зомби. Некоторые спецназовцы покусаны, однако прежде конца безграмотный обращаются, а могут себя контролировать, равным образом пытаются постигнуть аюшки? от ними случилось, равным образом благодаря этому они невыгодный првращаются во зомби.
В наличии Гулаг, политбюро, КГБ, РПГ, афган - до самого медведей со балалайками малограмотный дошел.
Не думаю который есть расчет предполагать перевода получай совдеповский на ближайшее время...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
AN1317 оборона Земляной : Шагнуть ради простор ( Боевая фантастика )

Аннотация без труда жесть!

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
Чукк насчет Голден : Чужой: Река боли ( Боевая фантастика )

Хорошо, хотя мало, окаянный возьми!
Являясь большим фанатом "Чужих", из удовольствием прочел произведение.
Книга в отношении том, наравне колонисты LV-426 нашли чужих, что принесли зараженных на колонию, равным образом равно как чужие развились равным образом стали фиксировать людей.
Немного скомкано во конце, вроде ми показалось, только всё но отлично.
Автор заложил последние главы для того продолжения.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
чтун относительно Метельский : Призрачный лицеист ( Фэнтези )

В общем равно целом - Колюня Александрович во своем - далеко не постесняюсь заметить - репертуаре! Он у него еще есть; портфолио ЛИТАниме наработано. О книге - ноне читаю; тем малограмотный меньше замечу, ась? во прошлых произведениях составитель упирал для мистическую составляющую. Это - сплетается со спортом (в частности - от кэн-до). Если прозевать экзотическую будет составляющую ради европейца специфику - архи даже если читаемая книга. Несмотря для единообразную составляющую (сирота; же ОСОБЕННЫЙ) фабула совсем нечего делать удерживает участие одними фактиками изо жизни восточных соседей - без труда на начала.Да равно экшн полностью выдержан, рояльных заводов отдельно никак не замечено... ну, кабы лишь только антикварная рояльная "лавочка"... НО! Жанр - обязывает. Оценку нонче безграмотный ставлю - благодаря этому во вкусе безграмотный дочитано.

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
DXBCKT относительно Злотников : Орел взмывает в высоту ( Альтернативная событие )

Честно говоря поуже незаинтересованный с утра до ночи пытаюсь кончить третью пакет данной СИ, ага отчего-то заело... Нет! Ну куда ни на есть снова дальше? Уже закачаешься второстепенный части ГГ ведется "лечь со счастливой улыбкой" на гроб, поелику отнюдь не так что такое? утилита худо-бедно - проект красная стоимостное выражение в базарный день равно как говорится "во всю ширь": Русь только почто не сверхдержава, благоденствие граждан равно ВВП заставило бы последних руководителей Советский Союз "посыпать голову пеплом" равно уродиться застрелиться..., верные курсу президента... (прошу прощения) царя, сыновья сейчас "наблатыкались" равным образом совершают неепические проделки "втаптывая остатки неразумных государств" на грязь, а во Москве проводится очередная мегареконструкция... В общем... сижу равным образом отнюдь не пойму слабо но намерение автора заведет дальше? Сразу ко звездолетам либо — либо хоть бы ко танкам Т-35-85 из командирской башенкой... сборник сей поры остается недочитанной...

Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).
загрузка...

Сегодня-позавчера (fb2)

- Сегодня-позавчера [часть 0] (а.с. Сегодня-позавчера -4) (и.с. СамИздат ) 046K, 026с. (скачать fb2) - Виташа Иванович Храмов

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает во Internet Explorer)


Настройки текста:



В. И. Храмов Сегодня — позавчера. Послесловие

После написанного-1 Маугли

Настроение вместе с самого подъёма было — прекрасное. Сегодня — выходной. Праздник. Юбилей Победы. Десятилетие Победы. Сегодня склифосовский Парад Победы.

Маугли, стараясь оценивать шлепанцы тише, прошлёпал во огромную уборную. Он, по образу всегда, встал вкупе не без; Солнцем. Остальные Медвежата ещё спали.

В чистота Парада Викторка Иванович прислал ради ними на Гвардейск особый самолёт. Отличники учёбы сполна годочек ждали этого. Умели их Учителя одаривать учеников вслед за успехи. В Шереметьево их ждал огромный, сверкающий, вроде новогодняя игрушка, пиндосный автобус. Такого они — ещё неграмотный видели. Все Медвежата облепили автобус.

— Оставьте железку, — смеётся Илюся Гаврилович, — в точности такого типа но прибудет Домой. Медведь — вовеки околесица сдельно невыгодный берёт. Вернёмся — разберём объединение винтикам.

И сие — так. Виктуся Иванович — частый гость всех международных выставок. Всегда прикупит что-либо новое, необычное. Миша был держу пари — самочки иностранные производители всеми правдами и неправдами старались залучить знаменитого сумасброда Стального Медведя в близкие стенды. Сам видимое дело покупки товара Кузьминым — сделано брандмауэр товара равно производителя. Если самоуправно Стальной Медведь заинтересовался — нечто стоящая, революционная. А Медвежата попозже разбирают, ломают, камо не принимая во внимание этого, однако после — копируют.

И Иля Гаврилович пошёл, пощёлкивая протезом. Пощёлкивание — плохо. Опять сверху себя испытывает новые наработки на протезировании Гвардейского центра Медицины Катастроф.

В Гвардейске, на их Медвежьем углу, ограждённом треугольником Гвардейских Егерских дивизий — особые условия. Не виданные на СССР, отнюдь не то, который на мире. За свою никак не сверх меры продолжительную общежитие Миша Кузьмин поуже успел хлебнуть многое. Мог сравнить. Жизнь симпатия успел отведать со всех сторон. Умирал во Сталинграде равным образом Корее, Китае равно Синайской пустыне, лазил сверху Эверест, прыгал с стратосферы, ходил за дну океана, посещал муравейники мировых столиц. И нигде отнюдь не видел такого, как бы у них во Гвардейске. Как якобы огульно городище — со страниц фантастики Виктора Ивановича Кузьмина, его приёмного отца.

А вона равным образом он. Миша улыбнулся. Батя — приблизительно не принимая во внимание Баси. Голая позвонок равно руки. Жгуты мышц перекатываются подо шрамированной кожей — кофейло-помойло варит. Мама — здесь. Ей варит. Медведь, безграмотный оборачиваясь, поднял изуродованную шрамами руку да хоть сколько-нибудь качнул. Приветствует. Миша махнул на отрицание спине отца. Виктору Ивановичу безграмотный нужно оборачиваться. Его слепые ставни видят получи 060 градусов да через тонкие стены. Ни отец, ни дитя — малограмотный произнесли ни звука — изба полный детей — воспитанников Егерской Школы, Медвежат. И на каждого — они Отец равным образом Мама.

Миша — давным-давно сейчас неграмотный Мышонок. Давно сейчас — Мишата Викторович Кузьмин. А на бою — ещё равно Маугли. Майор Егерей, руководитель разведроты Первой Егерской бригады Кровавых Воронов. Элита элит. Осназ осназа. Теперь ещё равно Герой Союза. Вчера награждали.

Но, в качестве кого был некто молчуном, этак да остался. Функционально — говор восстановилась. Но, дьявол говорить, кабы позволяется безвыгодный говорить? Не из-за чем. Лаконичность — наше всё.

— Буду, — шепчет симпатия для чуть-чуть броский заворот головы. Батя — услышит.

Миша прошёл на ванну. Надо получить душ. Вчера из ребятами — дали! Миша, соответственно этому делу, хоть — пел. Корейскую песню, ась? понравилась ему во его последней командировке.

Поехал «подтянуть» осназ корейских товарищей, далеко не собирался враждовать — на Китае настрелялся давно тошноты, а после этого — пендосы разбомбили обычай Медведя. А опять-таки Медведь их предупреждал! Много раз. И положение давал, никак не раз, объектов, которые были собственностью Медведя. Пришлось вынимать диверсантов корейцев равным образом долго-долго нестись в области этой, до своему, прекрасной стране. Миша хотел самовольно «убрать» генерала, аюшки? отдал экий вызывающий приказание возьми бомбёжку завода. И добре бы здание был стратегический! Производство велосипедов! Вернее — установка с советских комплектов. Умышленно разбомбили. В физиомордия плюнули. Такое — безграмотный прощается. Но, Батя решил иначе. Миша — только лишь «подсветил» здание, идеже сифилис изволил «принимать» девочек. Хорошо, хоть, никак не мальчиков. Корректируемая бомба, сброшенная по вине облаков, от экой высоты, что-то самолёта было решительно неграмотный слышно, оставила большую воронку взамен здания. Американцы были уверены, аюшки? сие была управляемая ракета. Что равным образом требовалось доказать. Мы но ни кому никак не скажем, который опытное боевое служба испытательного образца проведено успешно. Пусть бздеть того, аюшки? самочки себя понапридумывали. Это подешевле ради страны, нежели включать чрезмерную армию. А впоследствии был марш-бросок назад. И одно боестолкновение. Только — одно, хотя — от потерями. Миша вернулся сверху базу в растерзанных чувствах — провал. Не дым проложить плеяда незаметно. У осназа Егерей статут — ежели сопротивник узнал, что такое? гадость есть прямо твоя милость — сие провал. Так что, миссия — провалено. Радость получай лицах корейских товарищей — невыгодный утешение. Это ради вам мена 0 получи 04 — круто. Для нас — провал. И что постановление — увод получай Родину. А дальше — награждение, повышение. Неожиданно, почему — вдвойне приятнее.

— Как Дядя Фёдор? — спросил Миша отчима.

— Не вытащишь на Москву ажно возьми Парад, — махнул рукой Батя, — загорелся этими головками самонаведения, в духе одержимый. Я его прошу нормализовать выполнение вычислителей, а ему Герой СоцТруда покоя безвыгодный даёт.

— Героя обещали? — спросил Миша, отхлёбывая ярко-рыжий кофе, смущенно посмотрел возьми отца. Стыдно. Прихлебнул, в качестве кого маленький, а как-никак по сию пору ещё спят, — А кофейло-помойло — отличный. Бразильский?

— Кубинский. Ещё тебе сигар привёз. Так равно балуешься?

— Я — только лишь балуюсь. Честно. Если благонравный табак. Даже наши, «Гвардейские» — невыгодный курю. Так ась? не без; головками?

— Куда они денутся? Уже поглощать три ракеты возьми цель. Дядя Федор меня — абсолютно обобрал. Все умы мой техноосназа сгрёб. Оголил печатанье плат. А затем — борзый конь невыгодный валялся. И ради микроэлектронику — равно как Героя дадут. Нет, ему головки всю голову забили.

— Хорошо, сколько твоя милость убедил Наркомат безграмотный затрачиваться получи и распишись управляемые снаряды. На основной соображение — сие дешевле, нежели твоя микросхемная электроника.

Сколько было копий сломано, как много нервов потрачено, сколечко инфарктов!

— А, пустое, — отмахнулся отец, — на правах вчерашний день отметили?

— Я — пел.

— Ого! Не знал, что такое? твоя милость можешь столько выпить!

— Я — в свою очередь малограмотный знал.

— Ты при случае женишься? — спросил Батя, эдак неожиданно, аюшки? Миша поперхнулся глотком горячего кофе. Выпучив глаза, возлюбленный тишком кашлял. Батя схватил его, в качестве кого младенца, перевернул, тряхнул, поставил для место. Миша покачал головой. Иногда, возлюбленный забывает — какая дух у отца на руках.

— Чё сие твоя милость спросил?

— Имею корыстолюбие подвесить получи и распишись тебя сам изо филиалов нашего туризма.

Зная, который эдак да хорошенького понемножку — безграмотный отхлёбывал. Иначе — сызнова бы подавился. Диверсии. Его деятельность пошла во зачёт. У самого строгого экзаменатора — Медведя.

— Кто тебя перестал устраивать? — удивился Миша. Всех командиров групп, почто числились СБ туристических компаний, Миша знал лично. Нет школы подготовки осназа вернее Гвардейской школы Егерей.

— Новое направление, — покачал головой отец, — держи перспективу. Экстремальный туризм. Заодно — автополигон про наших «управляющих», дабы жиром безвыгодный заросли. Чтобы ощущение месячные да волчьего семя безвыгодный забыли.

— А-а! Вилкой бросать тигра? Ты — отнюдь не забыл.

— Я — ни плошки никак не забыл. У меня напоминальник трусами прикидывается.

— Не во всем но получи и распишись танки нужду справлять, — улыбнулся Миша — да разинул грызло во беззвучном крике — сосиски отца выкрутили ухо. Знал же, наравне спирт метать громы и молнии бери «этот танк»! Не пелена затормозиться — подколол. Но, ещё присест напомнил себя — для пару месяцев завернуть получай планеродром Гвардейска — форму растерял, движения отца хоть невыгодный заметил, малограмотный среагировал. Надо вместе с инструкторами осназа покувыркаться.

Потирая горящее ухо, отпил сейчас порядком простывший кофе.

— Бать, дай ещё кофейку, а? Такого последняя вязальная игла в колеснице безвыгодный делает.

— Ты безграмотный ответил получай муж вопрос.

— Что твоя милость пристал, ей-Богу! Не нашёл ваш покорнейший слуга ЕЁ! Пока. Пока никак не нашёл. Мне, какая попало, равно как Феде — отнюдь не нужна. Я — привередливый. Как твоя милость нашёл маму?

— Её Берия прислал. А сие — идея! Я тебе своевольно жену найду! Пока двоих далеко не нашлёпаешь — безграмотный наверно тебе «Сумрака»!

— Не надо. Сам. Как-нибудь, — буркнул Миша.

Попал! Бате в духе на башку аюшки? втемяшится — малограмотный забудет, безвыгодный отстанет. Дай ему двух «медвежат» — взять хоть твоя милость тресни! Больше — можно. Меньше — нельзя. А у Миши — от сим — беда. Робкий спирт из девушками. В бою — орёт, что Учитель — Рвотный Ротный Илюша Гаврилович, а со девушками — затык. Немеет. Двух слов связать безграмотный может. Какие со временем дети? Пока языком никак не уболтаешь — для процессу конвейерной сборки детей — малограмотный приступишь. Если всего только батиным способом — в области приказу. Но, Батя — шутит. Берия невыгодный приказывал маме женить Батю получи и распишись себе. Это — её инициатива. Даже безграмотный батина. «Приглядела» вслед подопечным. Приглядела себя мужа. И — отнюдь не ошиблась.

— Так, Мышонок, следовать старшего, — батька встал. И вследствие один момент оказался на парадном мундире, покрытый бронёй наград — аж, завидно — рядиться никак не надо. Не наградам — у Миша своих знаков заслуги — полная грудь. Начало было полагается ещё на 03-м — «За отвагу». Самая ценная — первая, так точно ещё да Сталинградская! Потом была «За оборону Сталинграда». Теперь гляди симпатия — Герой Союза. Но, самой важной про Миши была награда «Орден Достоинства», полученная изо рук отца. За сохранение детей с бешенного зверя.

Интересно, вследствие 00 полет симпатия беспричинно равно останется чтобы Бати — Мышонком? А батюшка продолжил:

— Медвежат — покормить, матери машину вызвать, кофеем — напоить, библиобус — породить ради всех. Сбор — нате Красной Площади. Мне желательно пару человечков повидать, в эту пору постоянно собрались на Москве. Да, Коль-Коль будет.

— Коль-Коль? Класс!

— Придёт уверять меня вручить тебя на Академию Генштаба.

— Чё ваш покорный слуга тама забыл?

— И моя персона об томишко же. Для галочки. Не оказываться генералом вне Академии.

— Так твоя милость но меня во Сумраки наметил.

— Двое! Двое медвежат. И жена. Иначе — на Академию отдам, — родимый вышел.

Миша матюкнулся, тогда но получил удар через матери. И негромкий саркастический отца через дверей. И — на правах по части команде — весёлый ор детворы. У детей круглым счетом — нераздельно проснулся — совершенно проснулись.

Доброе утро, страна!

* * *

Праздничная столица сверкала, на правах бери подарочной открытке. Прошедший в ночное время косохлест «вымыл» воздух, яркое, праздничное Солнце раскрашивало городище на яркие цвета. Из репродукторов — музыка. Военные песни, сквозь двум — авторства отца. Через три — НАШЕЙ студии звукозаписи, изо Гвардейска. Священная телушка всех музыкантов Союза. Отец тама собрал такую аппаратуру, которой нигде значительнее нет. А многое — выполнено руками Медвежат. Потому — невыгодный будет. Больше. Никогда равно нигде. Но работа неграмотный всего во аппаратуре. А во работниках студии. Они во музыке — разбираются. Если взялись мучиться от кем-либо изо творческой банды — довольно некто знаменитым уж при помощи месяц! А бездарности — попусту отираются у дверей.

И, конечно, «День Победы», тот, что-нибудь порохом пропах.

На улицах — людно. Радостные, улыбающиеся людишки со цветами, флагами шли на ось города. Большинство на парадной форме, присутствие наградах. Война была — народной. И воевал — всё народ. И цельный нация празднует Победу.

Но, пусть даже для фоне праздничных людей Медвежата — отличались. Одеждой, покроем одежды, материалом, расцветкой материалов, насыщенностью цвета материалов одежды, лицами равно глазами.

Пришлось переть пешкодралом — библиобус безнадёжно встал на пробке. Такого наплыва автотранспорта Столица далеко не видела ещё никогда. Растёт процветание советского народа, работают бери полную способность автозаводы, миллионами автомобилей наполняя дороги страны. И опять двадцать пять же, Гвардейские аппаратура — лучше. Хотя, дисфемизм «лучшие» — безграмотный положительно подходит. Они — другие. Просто — другие. У них, во Гвардейске, перевелся автозавода. У них — маленькие цеха равно гаражи. Маленькие. Пусть равно забиты они самым передовым оборудованием, большей более или менее здесь же, во Гвардейске, равно собранном, а не без; Горьковским автогигантом — безграмотный сравнить. Все автомобили, ась? заносчиво носят титул — Гвардейские — послушный сборки. Красивые, стильные. Совершенно другие. Принципиально равным образом риторически — другие. Всяк самоуправно себя собирает то, что-то хочет. Не всё сам, конечно. Не ко чему это. У кого-то отпустило как видим Смерть дёргать после усы, вроде у Миши, у кого-то — двигатели собирать. Но, первый попавшийся с Медвежат обязан познать всё. Чтобы прознать — а ко чему у тебя призвание?

Свой коренной мосасыкл Миша собрал во 04-м. Второй — посредством год. Он получился в такого типа степени удачный, аюшки? его следом собирали тысячами получи Ижмаше. Назывался «Мышонок». У отца — особое вкус юмора. Да, батюшка помог. Помог произвести концепцию. Показал серия эскизов моделей мотоциклов. Уже готовые идеи — выбирай. А приумножать помогал Федя. С сим гением — с нежели податься мудрено содеять плохо. А сквозь бадняк они перебрали последний полноприводный автомашина компании «Jeep», аюшки? привёз отец. Перелицевали кузов, дай тебе был похож сверху упрощенная структура модели кузова какого-то индейца Чероки, поработали вместе с подвеской, двигателем. Назвали — Вездеход. Тоже — удачный. Только ГАЗ отказался его навалить — дороговато получилось про народного автомобиля. Пусть. Зато — особенный. До этих пор получи нём получи и распишись охоту выезжаем.

Только в дальнейшем Вездехода — охладели для автомобильной тематике да Федя, равно Миша. Миша занялся единоборствами, Федя — во вкусе влип во электронику, паяя радиолу с целью вездехода, в такой мере да отнюдь не слазит со этой темы предварительно этого дня. Как дозволительно таково растянуто колупаться из этими проволочками? Тьфу! Тоска! Миша со того дня равно оружейной тематикой увлекался, йогой, танкостроением, стрельбой, экстремальным вождением, пилотированием вертолётов, а Дядя Федя всё роботов своих собирает. Хотя, их, гениев, безграмотный поймёшь!

Гвардейск — особое место. Тайга кругом. Егеря. Под землёй — заводы, комбинаты, занятие да АЭС. Кругом — запретный лес. Только бетонки равным образом пряжа железки простираться внутрь стен лесных.

А остров — сад. Красивый равно ненарушимый невиданной свободы. Занимайся — нежели хочешь, за исключением тунеядства. Нравиться обшивать одежду? Иди на сберкассу, оформляй займ, оформляй оборудование. Не хочешь купить — возьми на пользование. Амортизацию только лишь безвыгодный забывай вносить. Если твоя облачение прийтись по нутру людям — целомудренность равным образом восхваление тебе. Нет — сам по себе виноват. Куда влез, ежели — отнюдь не твоё? Нравиться пироги печища — вместе молодец! Пеки. Пой, танцуй, шей, множиться птицу или — или скотину домашнюю — потерять честь равным образом чествование тебе — наворачивать во всем надо. Собирай машины, радиоприёмники, телевизоры.

Вон, знакомые ребята собирают кедровый диморфант — казалось бы — абсурд какая! Чистят, упаковывают на яркие целлулоидные пакетики — объединение всей стране разлетаются, что во прорву, какое количество отнюдь не сделай — мало. Они сейчас столько всяких машин себя понапридумывали — в области машинной очистке ядра ореха, переработке равным образом упаковке. А способы доставки, транспортировки? Сколько итого им пришлось попридумать получай таком простом, казалось, деле! Теперь во — экспериментируют не без; молоком опытного молочного хозяйства-комбината. Задумали сухие молочные смеси. Целевую программу ребятам продавили помощью Москву — линия стратегическое. Молоко на любом месте — примерно после Полярным кругом, по малой мере во пустоте Космоса. Сухое млеко само с лица разумеется давно. Но у ребят получалось как бы революционное. А как бы вспомогательный концентрат — на стране поуже десятки заводов производят пакетированное молоко. Для городской житель жизни — удобно. А дальше — соседний предприятие — спортивное питание. Концентраты к больших нагрузок. Тут доходы получи разработку вперед ото МинОбороны. Что спортсмен, что-то осназ — малограмотный велика разница.

Это Батя всё заморачивается окупаемостью вложенных средств. Экономист, по образу возлюбленный самопроизвольно себя язвительно называет. Он век приводит упражнения изо своих «видений». Из его «пророчеств» будущего. Иногда, «сдвиг по мнению фазе» — полезно. Но, далеко не об этом. Батя говорит, в чем дело? союз — начальник по мнению вложениям во науку. По объему вливаний равным образом объединение количеству учёных. И антилидер по части «выхлопу». Именно Батя — обязательным условием ставит — совершение научно-технологических открытий. Надо — невыгодный всего лишь придумать, обдумать как бы революционное, перепродать об этом статейку равным образом отстоять научную степень, а швырнуть вибрационный технический изготовление сего изобретения. Без промышленного производства всё сие — мыслительный онанизм.

Но, опричь этого, Витюся Иванович туман размотать равно умы руководства ещё на одном направлении. Называл сие — окупаемостью вложений во ВПК. Поэтому появилось новое назначение инженерно-конструкторских работ — контрафакция военных наработок во товарах народного хозяйства. Не лишь танковые моторы, так получи их базе — дизеля к моторвагонного состава. Не всего только пища равно спецсредства ради бойцов осназа, хотя да — во спорт равно туризм. Не токмо электронику про военной техники, а равным образом электронику про гражданского транспорта. Конверсия — называется. С одной стороны — плохо. Враг — на курсе нашего доступного технологического уровня. С непохожий стороны — да мы из тобой — мировые лидеры за высокотехнологичным товарам. Вот, американцы оснащают автомобили радиолами. А у нас — магнитолы. И да мы вместе с тобой — задаём технологические стандарты. На которые накипь — вынуждены ориентироваться. У всех — грампластинки, у нас — магнитные носители! У всех — киноплёнка, у нас — магнитные хранители изображения. Весь подсолнечная вынужден сторговать что наши магнитные музыкальные равным образом видео-проигрыватели. И откладываться русские буквы возьми их корпусах, удержать в памяти русские слова. А высокие технологии — большая добавленная стоимость.

Во, вроде Миша нахватался!

А всё сие начинается — на Гвардейске. Создаётся чудо, создаётся методика массового производства чуда, следом где-нибудь получи и распишись просторах нашей необъятной Родины базироваться завод, сиречь — заводы, равно валовый валовой предмет торговли ставит людей во очереди ко прилавкам. И во книжные магазины вслед русскими словарями. Но, начинается всё — на Гвардейске. Особый город. Из будущего. Хочешь еще пока обретаться во будущем — живи на Гвардейске. Занимайся созданием будущего. Чем собственно — безграмотный суть. Занимайся — нежели хочешь. Сама круги тебя направит на нужное русло. Изменит тебя, наполнит твою голову решительно иным содержимым. Только барствовать во Гвардейске — нельзя. Своей фантазии неграмотный предостаточно — марш для завод, фабрику. Медвежата работают да там. И куда бегло вырастают во должностях — сказывается разрыв на образовании.

Миша вздрогнул, вроде вспомнил, по образу на них вдалбливали знания. Именно — вдалбливали. И его — также пороли получай конюшне, невзирая возьми фамилию. С фамилией этой, ему, пожалуй, доставалось — свыше всех. Он — сам объединение себе с первых Кузьминых. А у Кузьмина никак не может существовать хороших знаний предмета. Только — отличные. Не может присутствовать невыгодный основных знаний — весь главные. Даже астрономия, фехтование, танцевальный вечер да вольтижировка. Ладно, литература, физика, химия, геометрия — понятно. Но — какие цска во долго моторов? Однако но — вольтижировка. Астрономия — согласен. Звёзды нас ждут. Кроме того, астрофизиология — учение об устройстве мира. Пойми законы Вселенной — отнюдь не способен интересах тебя секретом ни химия, ни физика, ни психология. Танцы, фехтование да рукопашный побоище — заключая одно да ведь же, равным образом всё — по мнению специальности. Бой — сие в свою очередь танец. Всё сие — развитость разумение собственного тела. Но, лошади? Ладно, Медведь большой, ему — виднее.

Учителя. С великоватый буквы. Передовые. Самые передовые во мире педагоги. С самого основные принципы их школы-интерната пользу кого сирот, переросшего во Гвардейскую Егерскую Школу, пошло, зачем цвет умы на сфере образования проводят полигонные испытания революционных методик обучения прямо во их, если на то пошло ещё — глухом заповеднике. Обучение — в духе игра. Интересно, захватывающе. Умели тебе где-то преподать предмет, почто невыгодный понять, неграмотный усвоить — отнюдь не возможно. Только — много. Слишком прессовано равно концентрированно. Учёба, учёба, учёба! Как успевай поворачиваться со временем. А ребёнку, тем паче такому непоседе, по образу Маугли — ещё тяжелее. Как как — борьба нате пороге.

Тогда, ребёнком — безвыгодный понимал. Теперь возлюбленный знает — борьба безграмотный получи пороге. Она идёт. Тысячи парение уже, во вкусе на песне отца. Война безо особых причин, брань — занятие молодых. Лекарство напересечку морщин. И майор Егерей Миша-Маугли — во головном дозоре. Впереди — только лишь наша Разведка, Сумрак равным образом Враг.

К 05 годам отдельный Медвежонок осваивал курс действий никак не всего лишь средней школы, же равно общие дисциплины — высшей школы. К 05 годам Медвежонок потребно сформироваться со специализацией Старших классов. А их невыгодный числа — Защитник, Лесник, Лекарь, Механик. То поглощать — армия, сельское хозяйство, медицина равным образом промышленность. Если своевольно — сомневаешься, Учителя — помогут. Это пользу кого нас, детей, автор но самочки себя были — непостижимые, уникальные равным образом загадочные. А к них — в качестве кого оболочка родниковой воды — во всем нас видели. Ясен пень, Маугли выбрал — Защитника. А Дядя дар Божий — Механик. Ксюша равным образом Ваня — почесали понимать живую да отнюдь не живую Природу, а Сёма да Даня — врачевать людей.

Хотя, Сёма вяще животных любил. Так симпатия отродясь равно никак не простил людям то, в чем дело? сделали не без; его матерью сверху его глазах. Немцы, фашисты, ась? от них взять? Но, Сёма — возненавидел всех людей. Вообще всех. С чужими, отнюдь не знакомыми — весь болтать невыгодный будет. Чужих про него — равным образом в отлучке вовсе. Или приманка — либо — либо никто. Смотрит получай незнакомцев, как бы возьми издающую звуки, скрипящую тумбочку, мимо, насквозь.

Последний разок Маугли Сёму видел равно как раз, эпизодически был у него во заимке, на 05-м. И они, наравне экскурсоводы, вели группу детей-медвежат, искали амурского тигра, воеже выказать большую полосатую кошку во его среде обитания, сфоткать тигра да метку повесить, в целях отслеживания его миграции. Тогда равно случилась буква анналы не без; вилкой равным образом тигром. Они устроились подневать, в некоторых случаях полосатый хищник возьми них вышел. Охотники стали дичью. Тигр, оказалось, еще вкусил человеческого мяса. Людоедом оказался. С ума своего тигриного сошёл. А во руке — всего только вилка. Это позже, бери службе, появилась приём — средство ввек по-под рукой. Остались шрамы ото зубов равно когтей тигра, вроде память, зачем никак не случается безопасных мест. И аюшки? безвыгодный денно и нощно твоё чутьё — надёжный помощник. Проша был способным да отнюдь всё убрать, да Миша шрамы оставил. Как Батя — никак не убирает медвежьи объедки со своей перси равно спины.

А дальше — услуга на Армии. Когда его распределили во разведроту 0 Отдельной Особой Егерской бригады Кровавые Вороны — инда отнюдь не удивился. Миша снова вздрогнул. В школе было тяжело? Архангел Гаврил тебе бурно объяснит — что такое? близкие пирожки попозже минутой путем кожу вылетают. С давлением на 00 атмосфер! Это невыгодный люди. Это — какие-то былинные витязи. Машины боя. А их «круг»? Это пробежка такая. Чтобы проснуться. Егерские салочки. Тебя окружает ряд Егерей да начинают тебя — бить, лже- хотят утереть нос насмерть. А твоя теорема — отнюдь не дастся. И кому-нибудь с круга насадить так, воеже упал. Тогда твоя милость да этот, упавший, меняетесь где-где — всё по-новой. Тут да открываешь твоя милость с целью себя скрытые с тебя самого внутренние резервы тебя самого. Боевыми трансами держать — обычное дело. Бесконтактное кун-фу безотлагательно называется. Разбить стакаш ударом, невыгодный насчет стекла? Запросто. Ударить насквозь кирпич? Запросто. Отвести лицезрение дозорному — обязательное способность во разведроте. Чуять мины «нюхом» — во вкусе вне этого? Найти в сторону вследствие непроходимые места? Боевое ориентирование они ещё на школе усвоили. На урок.

Батя равным образом Архангел могли век вынести во «кругу». Как Медведь согласно минным полям ходит — слышала весь страна. Как стреляет безотчетный человек? Быстро. Из ротного пулемёта, сверху весу, очередью. Все пули — на цели. «Заложник» — отнюдь не задет.

Миша вздохнул. Надо ко Воронам наведаться. Размяк некто что-то. Батя уши выкрутил — Маугли даже если невыгодный дёрнулся.

Так что, у них на Гвардейске — своя субкультура. Своя архитектура. Всё начинается от архитектуры. Ты живёшь во ней, далеко не осознавая, как бы застывшая музыка получи и распишись тебя влияет, равно как симпатия меняет твоё мировосприятие, до каким тропинкам направляет твои помыслы равно желания. Дед-Баюн, в качестве кого эпический волшебник, был гениален равно загадочен. Он строил на родине равно корпуса школ никак не пользуюсь метрической системой. Кащейская — говорит. Строил — бери глаз. Средство измерения — пригоршня равным образом рука. Сажень. Чудно! Как у него получилось так, в глазок, назначать трёхэтажные терема, никуда «не уведя» размеры? Загадка! И всё постройка — изо толстых брёвен, вне единого гвоздя, увязывать. И, безграмотный вследствие этого что-то гвоздей равно скоб невыгодный было, а отчего зачем — «дом — дышит». А металлические связки его «сковывают». Не дают «дышать». Дом вставать — «мёртвым». Как хочешь, круглым счетом да понимай! Скобяные вещи шли всего лишь во отделку — двери, окна, полки-лесенки. Каждому — частный дом. «По индивидуальному проекту» — годится Дед-Баюн для человеку, пядью «снимает мерку» — ладонями измеряя интрузив — строит дом. Дом — наравне костюм-тройка у портного — на брата свой. Чтоб костюмчик сидел. Чтоб жильё стоял. А твоя милость на нем — далеко не стоял, а жил.

И как, живя на этом всём, видя сие всё — никак не верить, неграмотный проникнуться? Как говорит отец: «Если вещь выглядит глупостью, важно глупостью, называется глупостью, воспринимается глупостью, а — работает, сие — безвыгодный глупость». Так-то! Так зачем во Гвардейске у них принадлежащий Терем — расцененный сообразно меркам отца. А у самого Миши — свой. Пока — бессодержательный масса стен около крышей. Мерка снималась от ещё ребёнка, нате вырост. А смотри из Дяди Фёдора — неграмотный снимал второгодок мерку. «Неуёмный» — говорит. Как знал, что-нибудь Федя — отнюдь не живёт нигде долго. Как монгол, который — ведёт неоседлый изображение жизни. Ночует не в таком случае — не то держи рабочем месте, другими словами у появляющийся подружки. Кобель!

Да, дедка — в свою очередь лаконичный. Целыми скоро варганить молчком — плетение словес безвыгодный вытянешь. Дед Мише — нравился. С ним было легко и просто равно приятно.

Так что такое? Медвежата росли держи Природе, что во Сказке. Особое вслед за тем место. Как целый Союз говорит — Медвежий Край.

Но, Медвежат повсеместно принимают от радостью. На любую работу, сверху что бы ни направление.

Миша козырнул очередному военному. Рука сегодняшний день — пунктуально отмотается. Мысли побежали соответственно разный тропинке.

После Победы — незначительно никак не случилась очередная война. Только не без; Северо-Атлантическим Альянсом. Бывшие наши союзники быстренько сообразили междусобойчик. Ещё вот эпоха войны решили якшаться наперекор нас. Сдачу немцев принимали целыми дивизиями. И ажно неграмотный разоружали. Пополняли. Свозили им трофейные Пантеры равно Ягдтигры.

Хотели нас задавить. Думали, все еще автор вместе с турками возимся — раздавят. Ну, ничему их рассказ никак не учит! Батя рассказывал, что симпатия подина закрытие Войны, следовать полчаса, неуклонно со земли, сбил двадцать Летающих Крепостей, эпизодически они «по ошибке» отбомбились за нашим колоннам. Есть да запись, да затем — ни аза никак не понимать — взрослые расстояния. Задумались «союзнички» — сверх поддержки вместе с воздуха они биться никак не умеют. А впоследствии привезли корреспондентов газет равным образом журналов «союзников» на руководящий орган 0-го Западного, ко Рокоссовскому, равно показали им атаку танковой армии Катукова присутствие поддержке егерского корпуса. Было сие ранее подле агонии Вермахта.

В танковой армии Катукова — единовластно танковый тьма был — Особым Гвардейским полком прорыва № 100. Новые тяжелые танки Таран (в нашей реальности — ИС-3 — прим. авт.). Орудие 022-мм. Досылатель, дульный тормоз, чудовищная мощь — Тигра да Пантеру разрывал держи ошмётки. Башня — 060 мм брони. Запоминающейся фигура змеиной головы. Как самочки «союзники» говорили — драконьей головы. Лоб корпуса — «щучий нос». Рикошетные уклоны брони единовременно на нескольких плоскостях. Простое, только — гениальное намерение наших КБ. Приведённая латы следственно — ого-го! При приемлемом весе. Даже бортовые бронеплиты — да те подо углом, правда перед экранами. Спаренный пулемёт на башне равным образом курсовой огнемёт — нет слов лбу корпуса. Давал огнемёт неприцельную, же широкую полосу выплеска пламени по мнению пошевеливай движения. Боевая действительность мала, но, никак не ради сего огнемёт — некто давил сверху психику противника. Огнедышащий танк! Дракон! Отличная защищённость пятистишие равно огневая мощь, подле весе вроде у Пантеры. Как рассказывал отец, военкоры-шпионы шептались — «нам нечем их остановить!» И немцам — было невыгодный остановить.

Знали бы сии военкоры-шпионы, почто текущий полк, держи оный момент, был — единственным таким далеко не всего только у Катукова, а не вдаваясь в подробности — во Красной Армии! И рядом штурме внешнего кольца Берлинского укрепрайона целое Тараны всё но были потеряны. И — старшие невыгода на экипажах полка. Потери отборных танкистов, единственных, кто именно туман управиться со строптивым Тараном. Но, информационная анемолит — сработала. А тама да эшелоны из Таранами стали постоянно приходить.

Не не в экой мере их поразили да танки 0 ОЕБ Кровавых Воронов — Терминаторов (у нас — Т-54, обр.45 г — прим. авт.). Сферическая башня, аппарат — 000 мм, носишко корпуса — долото с листов закаленной катаной брони на 000 мм толщиной. Танк, лбом, несомненно выдерживал попадания снарядов зенитных орудий, снарядов тяжелых противотанковых самоходов, крутился да летал объединение полю боя, в духе шершень, что якобы равно не имеется на нём 02 тонн веса.

Почему Миша всё сие эдак со всеми подробностями знает? Со слов отца. И из записей. В волюм числе — семейной фильмотеки, идеже всё сие — далеко не порезано цензурой. Отец вел съёмку, вели съёмку сии двойка осназовца-богатыря со странными, малограмотный боевитыми, радиопозывными — Лёлик равным образом Болик. Потом смонтировали кино «Штурм ворот Берлина». Естественно, убрав всё лишние, равно — «дофотожабив» — нужное, крутили попервоначалу на Союзе, потом, многоцветный модифицирование — в области всему миру. А пес не без; ним бояться! Там, идеже безвыгодный запретили. САСШ — запретил ко показу. «Излишняя жестокость» — официальная причина. Пусть! Всё одно — однако посмотрели. Контрабандные тропы со временем ещё от «сухого закона» малограмотный заросли.

Теперь Таран да Терминатор — линейные танки линейных частей.

За эту операцию отца равным образом наградили орденом Победы.

Не вслед за наступление Зееловских высот. За сие наградили Рокоссовского, равным образом Катукова, каковой думал, что-то расстреляют вслед за потерю ВСЕХ танков танковой армии подле лобовом штурме укрепрайонов Берлина.

И малограмотный следовать операцию «Бесприданница». Уникальная была операция. Уникальная в области своим целям, согласно масштабам, соответственно организации, соответственно привлекаемым средствам. Когда была начата Висло-Одерская операция, была прорвана химоборона немцев, на таран ввели танковые армии, подвижные соединения, равным образом — Егерей. Но, когда накануне танковыми армиями стояли стратегические задачи — бардак штабов Вермахта, резервов их командования, заграбастывание узлов сообщения, мостов да путепроводов, в таком случае Егеря выполняли свою работу, держи стержневой зырк — «левую». Егеря рассыпались за всей Германии автономными отрядами уровня рота-батальон, обходя узлы сопротивления. Егеря — грабили. Захватывали музеи, библиотеки, хранилища культурных ценностей, банки да их хранилища, складское хозяйство стратегического сырья, оперы, храмы, заводские цеха, лаборатории, научные да исследовательские центры. Закреплялись да ждали подмоги. Операция прямо сим равным образом была уникальна — спасали через уничтожения да разграбления собственно культурное традиция германского народа. И его — ученый равно технологичный потенциал. Уникальна кампания была равно согласно привлечённым силам равным образом средствам. После захвата «объекта», Егеря занимали оборону равным образом принимали бойцов ВДВ. Такого массового применения воздушной высадки — ещё никак не было. Тысячи самолётов, десятки тысяч бойцов! Целые воздушные армии работали напрямую от Егерями, прикрывая их не без; неба! Снабжались Егеря равным образом ВДВ — равным образом по мнению воздуху. Такого уровня управляемости, от случая к случаю увязывались равным образом взаимодействовали столько бог не обидел родов войск держи таких разбросанных пространствах — в свой черед ещё безвыгодный было. Не было ещё да переброски бронетехники по части воздуху — Единороги модели Аэро — доставляли Егерям равным образом десантникам тяжёлыми планерами. На подобный огромной территории, перемешанные вместе с врагом так, ась? далеко не как будто было отколотить своих ото чужих, ради сотни километров ото абрис фронта — Егеря бились вслед за мазню немецких художников на полном окружении! Но, да сообразно результатам — воздействие — уникальная. Если сотни тысяч пленных, сотни складов из материалами, поставленные во порочный круг вездесущими Егерями немецкие генералы ещё а именно относились ко стратегии, в таком случае возделывание Германии — без военных доктрин. Сталин показал немцам, в чем дело? Сталину — немцы нужны, в качестве кого немцы. Как своя собственная, уникальная — германская нация. Только — не принимая во внимание Гитлера равным образом его нацизма. И десятая спица безвыгодный собирается их, немцев, во советских немцев — переформатировать. После капитуляции — всё культурное достояние германской нации было БЕСПЛАТНО отдано вспять немцам.

Но, никак не их научные равно технологические наработки. В томишко числе — заводы равным образом фабрики, почто были демонтированы равно вывезены. Вместе не без; учёнными равно рабочими. Как возмущался Черчилль равным образом тот, остальной стейтцовый президент, что-то сменил Рузвельта! Да-да! Если Рузвельт — сие Рузвельт. То его датчик — тот, который позже Рузвельта. Ещё бы они неграмотный возмущались — они самочки получай темный германский гениальность облизывались! Обломились! Все сии немцы были осуждены из-за причастность во негуманных делах шайки-лейки Гитлера равно отбывали трудовую обязательство во Сибири. Даже ветврач Порше! Отец — самолично вместе с ним «проводил беседу». Порше — упёртый нацист! Эсэсовец! Пошёл на глухую несознанку! Такие — крошатся, лопаются, хотя безграмотный гнуться. Но, благодетель сумел его заинтересовать. И мужской член Фердинанд реализовал свою военную наработку — электромеханический пригон — во мирном применении. У нас стали твориться тепловозы возьми замену паровозам. И — прочая железнодорожный заменяемый строение держи дизель-генераторных движителях. Как равно во самоходе Элефант, некто а Фердинанд — дизель-генераторная установка, электродвигатели получай колпары. Прорыв во машиностроении. Доктор Порше вернулся во Германию безграмотный всего только живым, хотя равно богатым — доля от авторства — капали регулярно! Порше — был самым сложным «пациентом», вроде говорил Медведь. С остальными было элементарнее отыскать всеобъемлющий язык. Вернер земля Браун, например, из Королёвым работал от видимым удовольствием.

Кстати, каста сделка в области захвату, а далее — возвращению реликтов, что-то немцев делает немцами — ужас впечатлили интеллектуальную элиту Германии. Очень многие сравнили ковровые бомбардировки американцев равным образом кровь, жертвы Егерей объединение спасению культурного достояния Германии через самих немцев. И беда многие — отвернулись через евро-атлантических друзей. А от случая к случаю открылись двери Внешторгбанка про правительств германских земель, в таком случае равным образом административные рабочая сила — стали воспитывать русский.

Вот от сим Миша был — твердо далеко не согласен! Они нам всю Россию разрушили, а наш брат им — беспроцентные займы подина нисколько безграмотный значащие бумажки каких-то облигаций?

Но, безграмотный из-за эту блестящую операцию Медведь получил алмазный общество Победы. Отца наградили — после неслучившуюся войну. За середина со журналистами, напуганными прежде вонючих штанов — Таранами да Терминаторами, организованностью равным образом инициативностью армии-освободительницы, РККА. Отряды Егерей да десантников действовали а совершенно автономно. Отряды объединение 00–50 человек, около 0–4 Единорогах равным образом 0–6 танках свели от ума немецкие штабы. Они были — везде. Они были подвижны, вездесущи, неуловимы да неудержимы. Парализовав никак не только лишь аналитические талантливость штабных офицеров Вермахта, а да всякое сведения равно транспортную согласованность огромных территорий. Опыт белорусских маки был выведен получай небывалый уровень. Тысячи мелких мобильных танковых самостоятельных подразделений, действующих во отрыве с основных сил — со подобным военная нравоучение ещё никак не умела бороться. Генералам всё ещё нужна была абрис фронта. Когда — знаешь идеже фронт, идеже тыл. А ради таковский войны, Блицкрига, доросли безвыгодный многие. Все мастера мобильной войны Вермахта — оказались никак не у дел подина завершение Войны — Роммель — расстрелян, Гудериан, Манштейн, тон Бок — на опале. Гудериан — следовать Москву, чей отступил безо приказа, спасая домашние «ролики», Манштейн — вслед за крах деблокирующего удара согласно Сталинграду, задний план Бок — после Огненную Дугу. А старые, верные Гитлеру генералы прусской школы, на массе своей, жили на помыслах своих — реалиями позиционных сражений Первой Мировой. А на РККА — подрастающее племя генералы, зачем что раз в год по обещанию возьми дерзких гусарских наскоках равным образом поднялись — Рокоссовский, Черняховский, Ватутин, Катуков, Рыбалко, Перунов, Кузьмин. Да равным образом Конев, Будённый, Тимошенко — невыгодный хуже. Просто — они отнюдь не ассоциировались не без; передвижной войной, пускай бы как для их фронтах да действовали «гусары», как сии общевойсковые командующие равно обеспечили победа «гусар летучих».

А следовать работу по-над танками Победы — Кузьмин был награждён дальнейший Звездой СоцТруда. Отец — далеко не принял. Говорит — пропал его заслуги. Это Котин, Морозов равно их КБ. Куда возлюбленный денется? Дали Героя — носи. Не носит. Одной, говорит, хватит. Той, сколько загодя давали. В 0943-м.

Миша покосился нате свою Золотую Звезду, что-то слепила праздничными отблесками. Тоже — авансом. Не ес ещё сносно эпохального. Перед славой Медведя — хоть неудобно.

Медвежата беспечально загомонили — показались башни Кремля. Учителя невыгодный только лишь бить поркой розгами умеют, же равно одаривать из-за награда во учёбе. Увидеть Парад, различить новые танки с первого зрительного ряда — какая трофей может присутствовать лучше? Это Миша сии танки видел уже. И хоть — испытывал. Экспертное представление составлял. В качестве десантника. Язык прикусил, при случае спрыгнул получи и распишись полном быстро — 00 км/ч — сие тебе неграмотный наперечет изюма! Не советовал, во отчёте, эдак десантироваться — побьётся частный состав. Егерей — отнюдь не касается. Да да безграмотный будут они выслушивать чужих рекомендаций!

Так, почто Миша танки — видел. А Медвежата — ещё нет. И Союз — ещё нет. Про «заклятых друзей» — общо молчу. У них испытание — такая предсказуемая! И таково усилий покупается! Капитализм же! Всё покупается равно продаётся. Вопрос чуть — во толщине плитки отпечатанной казначейством бумаги.

Уже таким образом анекдотом, во узких кругах, конечно, «покупка шкуры неубитого Стального Медведя». Отца обихаживали разведки нескольких стран. Пока некто им на тип далеко не намекнул — сколь желательно денег. Много! Медведи — ныне дороги! И — налом, кэшем иначе золотом. Деньги — взял, добился разрешения держи закупку станков, пароходов, машин, типографского оборудования, швейной да обувной фабрики, фармацевтического оборудования — бери вывоз, добился отправки лишь сего изумительный Владивосток. Дождался телеграммы в отношении прибытии. Не теряя времени, на ожидании вестей, проводя массированное информационное наступление, сагитировав русских американцев для воспитание Добровольческой дивизии, набрал кредитов у русских эмигрантов, еврейских банкиров — нашел во всех отношениях ручкой равным образом улетел домой. В Сибирь. А когда-когда «наниматели» стали взыскивать «отдачи» — требовали выполнения шпионской работы, ради которую они заплатили — стал убивать. Когда стали рэкетировать «закладными» бумагами — показал им кукиш. Медведь — самовластно себя «сдал» НКВД. И «прикрытие» Медведя осуществляло равно как крат НКВД. Попытались «выкрасть» — «погасили» всю их шпионскую обмет на Союзе, в чем дело? эдак «подставилась», «засветилась». Погибли ажно родные здорово высокопоставленных товарищей. Пермь если на то пошло — страшно сдал. Попросил — пардону, отчислить получи и распишись покой. Устал, здоровье, говорит, терять силы стало. Бывает! Любишь человека, а симпатия — змея.

Агентурная козни «партнёров» была парализована. СМЕРШ — сие вы малограмотный ваши бойскаутские отряды. Умственно недоразвитые — укупить Представителя Ставки! Это — почто оторвать Сталина. Всех денег таблица — малограмотный хватит. Деньги — возьмём. Спасибо скажем. И будем вы у кого есть во виду. При случае. Как Батя говорит: «В больше всего извращённой форме». При этом, куда ни на есть вне сего — изо всех сил пострадала да наша агентура, зачем круглым счетом но вырезалась. Из мести. Тогда равно погиб поверенный Сара, что-нибудь работал во Нью-Йорке лещадь легендой частно практикующего врача. Отец — весьма опечалился до этому поводу.

Вот равным образом Красная Площадь. Мавзолей. Сталин сидит во кресле. Он беспричинно равным образом безграмотный оправился в дальнейшем удара, зачем хватил его со временем съезда, зачем был проведён впервой со временем войны. Какой дальше у него был последовательный номер? 09 alias 00? А какая разница? Для Миши — никакой. Это но никак не стриптиз модели танка? И отнюдь не часть дивизии НАТО. Тогда, изумительный миг съезда, тумак — многих хватил. Миша отнюдь не чрезвычайно вникает во политику — Федя — умный, черт со ним разбирается, камо нам, простым диверсантам?! Есть ещё Старшие Товарищи — им виднее.

Но, вроде понял Миша — Сталин изменил государственно-правовой режим Союза. Компартия навыворот стала — партией. Управление страной равно народным хозяйством — одно, политическая жизнь, принципы — другое. И лично себя снял со всех должностей, самоустранившись с управления страной. Говорят — огулом сбор просил, галерея — безвыгодный пошёл получи поводу. Теперь вот, статьи, книги пишет.

Вот сие был шок!

На последовавшие вслед сим избрание нация валил, по образу для праздник. Депутатов избирали. А депутаты — Президента. Мы, вдруг, узнали, зачем Союз — парламентская республика. Миша таково перед этих пор равным образом далеко не понял — дьявол сии «танцы от бубном»? Водан фиг а весь повсеместно — руки-ноги партии. Одной Партии. И Президента избирают с Партии. Партия — одна. Больше равно неграмотный надо. Вообще бы в то время убрали сей анахронизм, партию, до мнению Миши. Как ему, без затей душе, кажется, иначе говоря партий сколько-нибудь — другими словами ни одной. Для него понятны — опытная партия, установочная, испытательная, экспериментальная — поток. А ёбаный «партии» — спирт отнюдь не понимает. Смысл на Партии? Ты — марксист либо нет? Скоро малограмотный останется неграмотный коммунистов. Все будут — коммунисты. Кому комсомольские штанишки станут коротки.

Зачем тем временем сии мутки вместе с гражданством?

Наверное, через того, зачем недостает у егерей политработников. Есть Воспитатели. Они — символически другим занимаются. Духовным развитием. А зря. Надо интимный структура просвещать. Но, экономия, матушка её из-за ногу! Каждый смертный — возьми счету. Или политрук — либо — либо Воспитатель. Боевые психологические приёмы — превыше пользу кого выживания. А самому ориентироваться — лень. На гражданке будем — разберёмся. И Батя — чуть посмеивается.

Были равным образом ещё существенные к страны изменения, хотя для того Миши — мелочи. Типа — упразднения Национальных Республик. И правильно. У нас единственный племя — советский. Калининградская, Константинопольская области равно Золоторожский окраина — подтянуться. Оттуда массово валят всякие немцы-турки. Не хотят ставить ногу Советскими людьми. Их право. У нас — холостая страна. Не хочешь состоять Человеком — пропыли в хрен!

Одно Мише безграмотный справедливо — Союз Советских Социалистических Республик. В составе одной Российской Советской Федеративной Социалистической Республики? Это, что, отменят СССР? Это сколь просто-напросто трансформировать придётся? Сколько бланков, бумаг равно табличек переделывать? Взять хоть бы бы паспорта. Каждому! Сплошные траты.

Лучше ещё бы авиаматка построили. А так самую малость пендосы хаметь стали лещадь вполоборота у китайских товарищей. Опять отчего-то подленькое затевают? Блокировали в дальнейшем какой-то немаленький странный остров, создают тама своё, марионеточное, китайское правительство. Если бы неграмотный стейтцовый флот, друг Мао ото сих марионеток мокрого места бы никак не оставил. Но, КНР, пока, никак не может судиться со США.

И нам, за китайцев, восходить во войну — увольте! Мы никак не пендосы. Это они — отмороженные. Вкуса настоящей войны ещё невыгодный знают. А ты да я — наелись досыта. Пусть Мао самоуправно разбирается вместе с этими марионетками американскими.

Намного чище Мишу интересовало слабое гигиея Старой Гвардии Большивиков. Миша закачаешься сезон этих, тихих потрясений, бегал сперва сообразно Китаю, затем в области корейским горам от маленькими, юркими, в качестве кого обезьянки, китайскими да корейскими товарищами. И симпатия далеко не знает, сколько вслед за тотальный падёж прошёл согласно рядам старых партийцев. Сталин — слёг, едва-едва откачали.

Как, злясь, проговорилась родимая — со временем отметилась какая-то «ведьма» — давняя страстишка отца. Знаем мы, «какая-то»! Мать великана Прохора. Ведьма. Верю-верю! Не случается ведьм. Интересно — симпатия такая но великанша, в духе да её сын, Прохор? Но, предмет буква — вето во семье. Уши ещё пригодятся. Фуражка короче проскальзывать.

Так вот, Сталин днесь — нисколько плохой. Батя поперед этих пор — яриться, как бы об этом вспоминает. Вон, ажно для параде Сталин сидит во каталке. А Молотова равным образом прочий Гвардии — по отношению ко всему безграмотный видать. Тогда они все, посредством одного, заболели через переживаний. По стране в то время прокатилась волнение торжественных похорон.

И, ко тому же, если бы бы была источник Прохора Бугаева внутри действующих лиц сего действа — Сталин никак не сидел бы в тот же миг получи кресле. Стоял бы — по образу новенький. И папа бы безграмотный злился. Он издревле злиться, рано или поздно бессилен что-либо изменить.

На трибуне Мавзолея — Правление Союза. Председатель Совета Министров, ключевые министры, кровь из носу — «силовые», в качестве кого говорит отец, равно Генеральный Секретарь Партии. Именно во таком порядке. По значимости пользу кого страны. Немного отстранённо через них, хотя впереди них всех — Сталин. Он получай этой трибуне — подвенечный генерал. Победитель! Освободитель! Отец Народа! Отец может равным образом передохнуть — наше будущее выросли, окрепли, поумнели — допустим работают.

Интересно, идеже Лаврентий Павлович? Понятно, который далеко не возьми трибуне. Неужели — паки заработался? Парад пропустит. Нет, Миша правильно слышал, сколько Берия прилетел со отцом одним рейсом.

Парадом командует тёзка Миши — флагман Московским Особым Округом папаха армии Мишаня Перунов. Мишка-Кадет. Вот тебе да кадет!

Принимает Парад — маршал Советского Союза — Костюня Рокоссовский. А держи трибуне — эмир-аль-омра обороны маршал Миша Черняховский. По правую руку — Председатель Совета Министров — Димаша Устинов.

По идее — Черняховский долженствует допускать парад. Он а — умный обороны. Но, Рокоссовский — Маршал Победы. Имя Победы. И дремучий визитёр на их доме. Как на московской квартире — соседи же, круглым счетом да во тереме Гвардейска. Постоянный сопутешествователь отца возьми охоте равно полигонных прогонах новых образцов техники.

После Победы была — широчайшая демобилизация. Ураганная да шокирующая. Ещё продолжалась десантная бизнес получай Японских островах, Рокоссовский ещё добивал Кватунскую армию самураев, турки ещё бузили, а Западные фронты — массово ехали в области домам. Константинка Константинович был во таком бешенстве, который подал испрашивание об отставке. Его не возбраняется разгадать — враги ещё никак не додавлены, «союзники» стали провести себя «провокационно», тех же щей да пожиже влей немцев на мае 0941-го, а после этого — увольнение миллионов приман равным образом командиров. Похоже для измену? Ещё как! Очень способный в сдачу позиций предварительно Западом. Отставка была принята. Пипец! Вот сие — поворот! Этим а днём призвали инверсно — получать капитуляцию Японской Империи. Сам Василевский летал всё сверху пальцах объяснять. Объяснил.

Миша вспомнил еженедельник семейного архива в соответствии с японской тематике. Отец — да после был. Высадка десанта бери острова осуществлялась что однова Егерями. Только вот, самолучший полководец Егерей — Перунов — соколиным взглядом следил следовать «союзниками», тасуя Егерей да остатки танковых бригад по-под контур разграничения, образуя у «союзников» явность — низы Таранов равно Терминаторов, Зверобоев равно Катюш. Поэтому японскую кухню, пришлось — очищать отцу. Как генерал-инспектору Егерей. И закалять тело японцев снедать перловую катеху ложками. Пришлось содержать — они дальше голодали отнюдь не менее нас.

Оказалось — идти войной держи кого их вынудили «добрые» американцы. Устроив им блокаду. Удушая. Не загоняй зайца на угловая точка — кинется! А самураи — малограмотный зайцы. Те ещё драчуны! Отец говорит, сколько самое сложное было — попасть бери острова. Переправиться вследствие Жёлтые моря. Ага, а перед Дальнего Востока нашей а Родины домчаться — вовсе просто! Ага! Только позднее мытарств дороги чрез безмерный океан лесов Сибири равно замутили вариант ТрансСибирской Магистрали. Та, сколько царём была построена — сделано никуда отнюдь не годилась. Там надлежит — соответственно новой строить!

А бери самой материнской земле культуры самураев — сопротивления почти что никак не было. Потому что такое? пизда Единорогами Егерей наступали полевые кухни. И сие ни йоты безграмотный умаляет мужества самураев — Победа была достигнута далеко не силом оружия, а для ковре бумажных схваток тайных переговоров. Предложение Сталина оказались посильнее гордости. Егеря — просто-напросто создавали явственность победы оружием накануне «союзниками». Берегли «лицо» воинственных самураев. Воину — не грех угнетенная невинность проигрыш на бою, а никак не сдаться с голода! Формальности на таких случаях — малограмотный формальность. Японцы были побеждены, так — неграмотный унижены.

Надо было испытывать рожа гордого Императора, от случая к случаю ему показывали отметка применения ядрён-батона. Запись! Не само занятие ядрён-батона! Смотри, ваше Величество — гляди что-нибудь тебя ждало, разве бы «Сумраки» неграмотный пошалили у «союзников». А во тебе действие — капитуляция. Вот тебе — контрибуции, скромные довольно-таки, не без; отсрочкой получи и распишись 00 лет. Вот тебе трактат относительно сотрудничестве. Вот тебе соглашение для поставку топлива да продовольствия. В онколь беспроцентный. С отсрочкой платежа. Вот — запрещение получай постройку рыболовного флота, шелковица вознаграждение — сразу, хотя далеко не деньгами. Зачем вас деньги? На топливо, сталь да продовольствие? Договор — бартерный. Бартер — топливом, сталью равно зерном. Цены — приемлемые. Нет, обцарапывать нищих — позор. Русские — позора безграмотный имут, а да других — далеко не позорят. Сотрудничать, понимаешь, ваше обезьянье императорство? Приучить ко нашим товарам, приучить для русскому слову да букве. Нам такого склада бурливый соседушка почти вполуоборот — во напряг. Сотрудничать. Как из Кореей. Туда-сюда — обратно, тебе да ми — выгодно. Миша адски быстрее вспомнил честный повествование отца, со всеми его «словесными оборотами».

Тогда пришлось «сделать больно» нашим союзникам — англичанам, что-то ещё раз хотели всё обгадить. Наглы были традиционно сильны своим влиянием получай управляющие Японией мир элит. И они — многообразно пытались отвратить уход Японии во сторону СССР. Надо было в некоторой степени делать, с целью никак не повторилась инцидент из русско-японской войной 0905 г. Тогда воевали Святая да Япония, а сливочки сняли — англичане. Выбран был насильственный вариант, как бы во случае «погашения» агентурных сетей, позже попытки выкрасть Медведя. Но, позднее действовали бери своей территории, а туточки — давнишний баштан британцев. А с подачи недостатка опыта равным образом времени — пролилось бесчисленно крови. И получился больший скандал. Это ускорило легализацию НАТО. И — оттолкнуло Японского Императора. Да, целое договоры были подписаны, хотя брака «по любви» — малограмотный случилось. Прошло общей сложности сносно от Войны — во Корее уж проявились торчащие ушки японских спецслужб, гадящих по-тихому. В стиле британцев. Сразу понятно, кто именно вслед за ниточки дёргает. Одним словом, обломались наш брат на Японии.

А Манхеттенский программа у Запада один раз далеко не задался. Цепь нелепых случайностей, трагических происшествий незначительно никак не поставили назначение весь держи теме, по образу возьми рискованном вложении средств. Занялись «вакуумной» бомбой, которой что-то около драматично было уничтожено одно с подразделений Аненербэ возьми Украине. А после ещё да уничтожали ими бандеровцев, окопавшихся на лесах. «Вакуумные» бомбы да снаряды карательных бригад НКВД — «лесных братьев» размазывали в соответствии с деревьям, равно как эфироль согласно бутерброду — тонким слоем. Такая эффектность! И токмо получив известие, зачем на гулаг запущена во пробную эксплуатацию энергопоезд из реактором держи основе расщепления ядер — лихорадочно стали догонять. Надо ли болтать — идеже игра стоит свеч сия АЭС? И для какую ёмкость симпатия работала блюдо время? Было где-то эксцентрично — толстенные энергосиловые кабели упираются во маленького человека.

А Рокоссовский, позже капитуляции Японии — оказался помимо рядов Красной Армии. С почестями, да получи пенсии. Не долго, правда, отдыхал. Мемуары невыгодный успел даже если дострочить — возглавил Академию Генштаба. Но, РККА скукожилась поперед великолепно малых размеров — леодр военнослужащих. Всего. Во всех родах войск. Флот, Егеря равным образом Погранслужба — далеко не РККА, а НКВД, ныне — МГБ, безграмотный на счёт. Было проведено деление армии для части постоянной боеготовности равно учебные подразделения, идеже проходили службу призывники.

Ах, да! Призывники. Есть, сейчас 0 подобно призывников. Призывник да доброволец. Призывник служит 0 год. И ступать жителем СССР. Со всеми правами равно обязанностями. Кроме компетенция равно круг обязанностей отдавать предпочтение равно составлять избранным во органы государственного управления. И доброволец, что-то служит 0 лет, да наступать — гражданином. Избирает равно выбирается. Госструктуры могут пребывать — всего только с граждан. Почему Миша об этом забыл? Потому что-то огульно раса — воевал. Боевые образ действий идут на зачёт 0 для 0. Поэтому — однако граждане. Обидели, конечно, женщин. Им — работать идти? Но, в духе говорит батюшка — «А спутник жизни ей сверху что? А помимо мужа жена — дитё неразумное. Как ей судьбу государства доверять?»

А видишь равным образом отец. Тоже идёт, козыряет получай каждом шагу. И Микола Николаевич. Миша толкает Медвежат, вытягиваясь во струну накануне генералом Госбезопасности. Это в духе сифилис армии, только лишь во МГБ. С почтением жмёт руку. Какие авоська и нахренаська у отца! Какие величины! Ничего, Миша — также себя такую команду соберёт! Подошли не без; разных сторон, хотя — синхронно. Команда!

— Ну, Коль-Коль, прочёл? — отец, как бы всегда, хоть сверх «здрасте!», быка вслед рога!

— Я — охудел, Витя! И твоя милость круглым счетом равным образом собираешься печатать? — Никола Николаевич взволнован.

Миша напрягся, целых шеища заболела — по отношению чём они?

— А почто тебя беспричинно возбудило? — удивилась накладка в лице отца, — И — фильтруй беседа — после этого дети.

— Ты но вывернулся наизнанку, Витя! Как такое не запрещается людям показывать? А сколько стоит тайн твоя милость круглым счетом вольно вывалил на воздух?

— Не имеет значения, Коля.

— Уже далеко не боишься войны? Крестового похода?

Миша почувствовал, который нечто в середине него, во животе, безотлагательно лопнет. Он почувствовал, по образу слетело со него, наравне шелуха, все праздничная расслабленность. Он почувствовал себя заново — во бою. Собран, решителен. Где враг? Где — шпионы? А коли черт-те где нас не долго думая снимает, записывает?

— Ты что такое? истерию нагоняешь, Коль? Глянь, Маугли — во боевую стойку встал. Сейчас глотки короче рвать. Мышонок, расслабься! Бася — «Белый Кокон» сделал.

Фу-у-у! Ну, нынче — пущай снимают равно пишут. Будет им — кипень отражатель равно шипение.

— А насчёт войны? Не боюсь уже. Наши заклятые друганы — сделано невыгодный поднимут кровный электорат. Сразу. Им надо, вроде следует, его «накачать» сквозь СМИ злостью. Пока — сего нет. А от точечным ударом спецслужб — справимся. Даже — зародить надо. И — подставить. Под те но СМИ. А так наши — в свой черед расслабились, расползлись, что олеонид держи солнце. Так резво да обуржуазятся. Зажрутся, когда стрела-змея правду говорить.

— А ТЕ?

— А видишь ЭТИХ, в духе единовременно равно требуется дёргать, нервировать, провоцировать, расшатывать. Не вознаграждать им методично работать. Они же, что ничтожество — медленно, только неутомимо. Если далеко не проветривать.

— Не влюбиться ми сия твоя выходка, Витя, — из сомнением сказал Вишнин.

— Тебе ни одна с них неграмотный нравилась, — улыбнулся отец, обнимая друга вслед за плечи.

— Тем паче! Зачем тут дал читать? Знал же, сколько буду — против! Кому понравиться, что такое? весь местность узнает, как бы ваш покорнейший слуга систематично через тебя на сопатку получал?

— Весь мир, Коля. Весь подсолнечная узнает.

— Я малограмотный могу сего допустить.

— Ты невыгодный сможешь сего безвыгодный допустить, — рассмеялся отец, — ну, так, напишешь вводное предисловие?

Генерал Вишнин задохнулся ото возмущения:

— Я? Я тебе ещё да предуведомление для «этому» — писать?

— Ты. Был бы Кремень жив — дьявол бы написал. Ты но был всё сие эпоха моим «контролёром».

— Куратором, Витя, куратором.

— Тот но палец, наружность сбоку. Напишешь? Как наилучший друг?

— Витя, твоя милость ми друг, конечно, — качает головой Вишнин, — же — непререкаемое дороже! Я — всё напишу, как бы есть! Что твоя милость — сумасшедший ёжнутый! И сие — истина!

— А истина, в духе во всякое время — около рядом! — вкривь усмехнулся батюшка равно вдругорядь обнял генерала. Крепко, во вкусе прощаясь. Не только лишь Миша сие почувствовал своим обострённым восприятием, тем сильнее — важнецки предвидя отца, же равно Вишнин знал его ещё лучше, как и скосил бельма получи непроницаемую маску получи его лице.

— Глаза сломаешь, — прогудел отец, — полпарада по вине тебя пропустил!

Миша улыбнулся — на стиле отца, круглым счетом переместить внимание. Тебя а да обвинив во чём-либо.

— Скоро техническое оснащение пойдёт.

— Как насчёт комментариев экспертов? — спросили подошедшие супружеская пара генералов, Кузьмина да Вишнина.

— Запросто! — задорно отвечает Медведь, — доверенное лицо ЦРУ или — или МИ-6 — ногу бы отдал вслед за этакий комментарий.

— Я думаю, твоя милость отнюдь не допустишь членовредительства наших бывших союзников во эдакий день?

— Естественно — нет. В неприсутственный — неудобно. Но, аппаратуру им — отнюдь не буду оплачивать, — папа шутит во своём стиле, — Вот! Начинается! Занимаем места согласие купленным билетам! Выстраиваемся амфитеатром! Малышню — в плечи!

С визгом, Юра Кадкин оказался получи широких медвежьих плечах. Миша также посадил себя сверху закорки кого поменьше. Чтобы видели. Юрка пока что индюком гулять бросьте — вместе с плеч Медведя Парад смотрел!

А у Михаила бери плечах оказался старший вар тёзки — Михаила Перунова, генерала, командующего Парадом.

Так получилось, сколько мужественный первостепенный генерал, цельный на ранах равным образом наградах, придя из войны, обнаружил абсолютный помещение детей. И ни сам в него — никак не похож. Как спирт запил, на правах запил! Ладно, узловой сын, в чем дело? в ту же минуту сидит сверху Мишиных плечах, возьми хоть толково нате кого похож. Потому равно Медвежонок — сие равно как секретец политшинели. Ха-ха! Так вот, Перунов забухал, во вкусе портовый грузчик! Горькую хлыстал — безграмотный просыхая. Жену избивал. Сам Кузьмин приехал получать изо запоя. Поругались они если на то пошло знатно. До этих пор Перунов — носопырка воротит, со Батей — невыгодный общается да безвыездно проекты Медведя встречает критически. Но, не я — бросил. С головой ушёл во службу. А новобрачная его пока что живёт во Гвардейске, у свекрови — у матери генерала Перунова, благодаря тому что чертог директора швейной фабрики легко и просто вмещает всех внуков. Количество которых — увеличивается получи и распишись единицу каждые 0 года. Как у кошки. Такой вот, Ангел-Настя!

«Тьфу! Женись, говорит. Ага, щаз! Все они, бабы… бабы!» — подумал Миша.

Дети всего — возле чём? Не живи со ней, единожды неверная, же детей — неграмотный бросай. Не твои, хотя — дети. Нет их туточки греха. А бабка-пупорезница внукам — да рада. Для неё — до этого времени её внуки! Генерал Перунов, только, днесь да ко матери — невыгодный приезжает.

На аюшки? обиделся? Не твои дети? Вот, как и ми — беда! У отца, вон, унарный свой, да в таком случае — в духе заметить — сверху плечах Маугли да сидит. Уделил ли ему Стальной Медведь внимания больше, нежели тысяче других Медвежат? Все мы, Медвежата — его дети. Все. И Стальной Медведь, равным образом его сопружница — искалечены войной. Но детей — во единственный дворец неграмотный помещаются. И на нос перепадёт пай любви равным образом ласки. У некоторых, который своих фамилий малограмотный знает — имя Кузьмины, оставшиеся Медвежата — со своими фамилиями. Вот, нате плечах сидит — Виктор Перунов. Нашли у него Учителя презент — живое растить. А отец, по-под него, ранее единый схема готовит — озеленения Оренбургских да Казахстанских степей. Будут живые стены отращивать — лесополосы, делая изо степей плита ученической тетради во клетку. Зачем — Миша неграмотный понимал. Но, на каждого своё. Эти агрономы, сыновья агропрома, тоже, ведь, невыгодный понимают работы Маугли. Каждому своё. А кизляк из рук — отмывается проще, нежели кровь.

— Перед вами парадным строем проходит Мемориальный полк, — вещает благодетель голосом Левитана, — Машины Победы, Труженики войны. Легендарный самоволка Единорог, моя особая гордость, моего — первенец. А сего красавца — проявлять безвыгодный должно — Т-34 — танк-легенда. Перевернувший страницу Истории. А сие — его плацента — Т-43 (у нас — Т-34-85, - прим. авт.). Надо было борзо догнать танки поперед кондиции, давно требований времени. Поставили новую башню бери Т-34, новое орудие, восемдесятпятку. Он равно вынес всю груз танковых заруб. Тяжёлый бак прорыва Климент Ворошилов. Последний его проект — со 000-мм орудием (у нас — ИС-1, - прим. авт.). Легендарные СУ-85 равным образом СУ-100. И неграмотный в меньшей мере легендарные — Зверобои. Бревно снаряда такого пусть даже далеко не пробивали броню! Они прямо-таки — разваливали коробки танков сумрачного тевтонского гения. А чисто равно гонитель заморских друзей — Таран (ИС-3) равно Терминатор (Т-54). Символ Победы. Символ превосходства советского строя, гения советского народа, превосходства наших инженеров да фузилер по-над допотопными общественными формациями наших заклятых «друзей». И надо их примитивными технологиями. В небе проходят, клиньями перелётных птиц, Сталинские Соколы. Я невыгодный приблизительно силён во летающем ангельском сословии, следственно давайте прямо-таки полюбуемся красотой равно величием этой картины. А далее полюбуемся мощью Богов Войны — артиллерии, ась? просто-напросто перемешала врага не без; грязью. Нам оставалось всего лишь самую безделица — врага раскопать равно добить. А во да моя особая склонность равным образом страсть — цвет во мире гаубицы М-30 да МЛ-20. МЛ-20 — весь во всем нравиться. До смерти. С первого снаряда. Вся старый континент на долгое время запомнит её сногсшибательный, губительный голос.

Это — точно. Вторая баба Войны прошла перед обрушенье канонады. Советские войска никак не исключительно превосходили Вермахт по части массе залпа, хотя равно перевели артиллерийскую науку сверху новоявленный уровень. Принципиально новые доходы поражения, те но реактивные системы залпового огня взять! А 060-мм миномёты? Сколько тактик применения! «Артиллерийское наступление», от случая к случаю орудия постепенно сопровождает наступающие части огнем да колёсами — третья часть подразделения ведёт пыл из дальних рубежей, третья часть — нестись бери новые позиции, третья часть — разворачивается из первых рук из-за задом пехоты, дабы безвыгодный перестать бойцов не принимая во внимание прикрытия града снарядов ни бери секунду. Самоходные артиллерийские установки легли во эту тактику — равно как родные. Или «огненный вал», если пехтура идёт стоймя из-за стеной разрывов снарядов. Стена хлобыстать с наших позиций во бездна обороны немцев — низам добивает безграмотный успевших очухаться немцев. А «противотанковая засада»? Любимый приём Перунова. Оставляется «приманка», а противотанковые накопления встречают врага массированным огнём со флангов. А «кочующие батареи»? Появление самоходов родило столько тактик их применения, что-нибудь у немцев складывалось ощущение, аюшки? у нас — по-под каждым кустом, во каждой ямке — объединение пушке. Опять но — нашим оружейникам — телесный поклон. Если бы наша ручное производство безграмотный смогла предоставить армию боеприпасами — всё бы сие было — пшиком. Но, объединение массе залпа да мы из тобой превосходили немцев во 04-м — сделано втрое. Столько снарядов выпускалось промышленностью равно доставлялось возьми огневые Службой Тыла! Именно на начале 04-го Рокоссовский стал пересчитывать боезапас невыгодный боекомплектами, а — эшелонами. И сказал свою каноническую фразу: «При двух сотнях стволов нате километр фронта — ми по барабасу — сколько стоит полос обороны у противника, насколько равно каких частей противника её занимают!»

— Итак, мемориальная порция — завершена, ныне будем ужасать забугорных буржуинов! Парадным строем проходит сводная спира Егерей — вечерний расчёт Кровавых Воронов. Во главе со своим великим равно ужасным Архангелом Гавриилом, где-то нагло, невыгодный до уставному, разрисовавший свою тактическую экипировку! Егеря изволят нагревать руки себя расширение связок шеи, пытаясь узнать Мавзолей, сидя на тяжёлых штурмовых бронетраспортёрах Оберег. Можно познать новые каски егерей Тактическая Сфера, привет, орлы, да малограмотный говорите, что-то невыгодный слышите! Каждый панкратиаст сегодня — телефонизирован. Это — неотделимый деталь Тактической Сферы.

Парадный личина егерей был испорчен — многие егеря малограмотный сдержали улыбок. Ровный фаланга касок, возвышавшихся надо открытым верхами Оберегов, пошёл волной. Медведь во своём репертуаре — дружно вышел нате тактические частоты мгновенно во всем Егерям. Миша в свою очередь улыбнулся. Все привыкли для подобным знакам внимания. И казаться — безграмотный привыкнут ко ним.

— Танковая спира егерей — Терминаторы. Как автор сих строк можем познать — сие модернизированный разновидность бранный механизмы (элементы Т-62, Т-55 на Т-54, примеч. авт.). Новая, усовершенствованная башня. Новое орудие, видите, малыши, тофус эжектора? Пушка стабилизирована во двух плоскостях, новые прицелы. Ночной прицел, новые аппараты наблюдения, новая радиостанция, недавний движущая сила равно первоначальные сведения пассивной защиты. Видите, ребята, сии забавные шторки по-над гусеницами равно коробки возьми броне? Теперь этому танку отнюдь не страшны ни бронепрожигающие снаряды, ни боевые части реактивных гранатомётов. Ни управляемые ракеты. Видите большую чёрную фару? Это ночной температурный прожектор на ночных прицелов. Новый зенитный пулемёт. Видите — корнет по-за лежит? Это — так чтобы цистерна безвыгодный задохнулся подо водой. Егерей, ну да да остальных, в настоящий момент реченька — неграмотный остановит. А в настоящее время — а безграмотный видно. Автомат заряжания. В танке пока что три танкиста. И собака.

Миша усмехнулся. Какая собака? Отца, разный однова — никак не поймёшь. Шутка вследствие шутки. А во чём юмор? Смеяться задним числом плетение словес «лопата»?

— Довели, наконец, экипаж, впредь до канона: «три танкиста, три весёлых друга — омнибус механизмы боевой». А видишь равным образом визитная изображение егерей — огневая мощь. Удачный дитя знаменитой Катюши — реактивная концепция залпового огня — Град! Настолько удачная, сколько ты да я самочки но испугались равно настояли держи постановлении ООН по отношению запрещении применения подобных систем по мнению жилым городам. Далее. Батарея самоходных орудий Акация. И плутонг самоходных миномётов Тюльпан. Теперь — со вкусом банана! С возможностью применения в особицу ядреных боеприпасов. Ну, ваша сестра — поняли. После них — лешье мясо неплохо растут. Местами.

Миша почувствовал, почто мимические мышцы лица сейчас болят. Давно дьявол приблизительно до второго пришествия отнюдь не улыбался, где-то широко, приблизительно истерично. Как но дьявол скучал по мнению этому, особому, непонятному, так — заразительному, мировосприятию отца! И ни в жизнь малограмотный знаешь — если некто шутит, в отдельных случаях придуривается, а при случае — серьёзен. Когда сего несть — бесит! Но, симпатия приближенно исстари сего далеко не ощущал — приближенно соскучился!

— А видишь — равным образом некрофор эпохи в форме спирали авиации — Шилка. Четырёхствольная узел все эквивалентно кто самолёт распилит в запчасти непосредственно во полёте — такая скорострельность. Потом, правда, дрожки сможет сверху стволах пальцы запекать — но, сие — детали. А видите у механизмы держи затылке уши Чебуратора? Это локатор. Он делает зенитку всецело совершеннолетним да самостоятельным ребёнком. А вишь по образу всего только ваш исчерпывающий любимец, Дядя Фёдор, перестанет на ладушки выступать равно даст стране угля — появятся у Шилки возьми башне такие симпатичные подзорные трубы да наш брат из полным правом переименуем её во Тунгуску. Или Панцирь. Ладно, в дальнейшем — поди будет.

— А надо нашими головами опять, вызывают тахикардию своим видом, наши Сталинские Соколы равным образом Аполлоны возьми своих реактивных крылатых колесницах. А видишь равно свежий личина транспорта, открывающий невиданные просторы стратегии равным образом тактики, гуртом равно завершивший, однажды, жизнь грозных боевых танков — боевые вертолёты! Не смотрите, который они, пока, такие несуразные. Первые танки — страшнее были. А сейчас? Руки Микельанжело — достойны наши танки. Ничего лишнего.

— Вертолёты завершат эпоху танков? — удивился папаха Вишнин.

— Конечно. Танк — большая, ползающая мишень. Для самонаводящейся ракеты. Или корректируемого снаряда.

— И зачем полноте за танков?

— Люди на броне, — папа хлопнул себя согласно груди.

Все опять, искоса, оглядели Медведя. Его мифическая, сказочная защита «Бася» — что-то, отнюдь не укладывающееся на голове.

— А вона равным образом свой новомодный емкость прорыва — Дракон. (У нас — ИС-8, Т-10, - прим. авт.) Все идеи, сколько были революционными, во Таране, во Драконе доведены до самого предела. Рациональное рассредоточение брони, современное орудие, стабилизированное, не без; полуавтоматом заряжания, от новой ходовкой равным образом двигателем. Этот бак короче с апломбом таскать наименование — последнего серийного тяжелого пятистишие мира. Последнего равно самого лучшего.

— А почто — вместо?

— Основной ратный танк. Вот он, красавец, выходит. Морозов — гений. Всё а ему посчастливилось впихнуть невпихуемое равно положить несочетаемое. Танк, вместе с защищённостью равно кумачовый мощью тяжелого пятистишие прорыва, весом равным образом подвижностью — среднего танка. Представляю вы убийцу мозга генералов равно начальников штабов лишь решетка — Оплот! (у нас — Т-64, - прим. авт.) Автоматическое, стабилизированное инструмент — пусковая установка, огонь 025-мм снарядами равным образом ракетами — сие вас невыгодный котофей наклал! Прицельный комплекс, ребордный баллистический вычислитель, ночное, всепогодное видение, новоизобретённый двигатель, полная гермитичность бери случай, ежели который ядрён-батон решит покрошить, революционная многослойная броня, реактивная динамическая защита, собственная учение активной защиты, глючная пока, хотя сие — временно. Доработаем. Лучше — лишь только боевые шагающие роботы. Лучше пятистишие — никак не будет. Да да невыгодный надо. Надо оный подготавливать на ногу со временем. Модернизировать.

Все умереть и никак не встать безвыездно тараньки смотрели держи приземистую машину, ась? совсем нечего делать катилась сообразно брусчатке. Приплюснутая башня, длиннющая трубка орудия. Красота! Такая мощь чувствовалась на этой машине, что-нибудь душа замирало!

— А во равным образом нижеупомянутый обморочное состояние наших заклятых «партнёров» — боевые ракетные комплексы. Зенитные. Это отечественный вместе с вами мирный сновидение равно чистое небо. Ах, сучёк! Смотрите, на ведущий машине бестолковка Дяди Федора торчит! Да, сынок? И никак не делай вид, аюшки? отнюдь не слышишь!

Миша усмехнулся. Дядя Дюня — гений, а спирт — таково да безграмотный повзрослел! Опять днесь бросьте через Бати прятаться. Зачем выпендривается?

— Ну, Дядя Фёдор, может, твоя милость представишь стране комплекс?

— Отец, у тебя паче получается. Только, это, пишущий сии строки — регистрация ведём твой трансляции. Слова — выбирай.

— Без твоих сопливых бы равно безвыгодный догадался! А вместе с записью у вы мулюр случиться, парни. Будите обкатывать возьми официальном портале. Ой! А твои РЭБ-примочки еще сгорели, Федя!

Упс! В лактон ушёл ещё сам соответственно себе подоплека Гвардейска — внутренняя вентерь вычислителей. И вечное антагонизм гения Дяди Фёдора равным образом неведомых создателей Баси. Ещё — упс! Это Федя во воздушное пространство матюкнулся.

— Уши оборву! — предупредил Медведь, — докладывай!

— Уверенное разгром — 0,67.

— То-то же! После Парада — бери ковёр! Если слиняешь — Маугли пошлю следовать тобой!

Миша достал свою рацию, сказал во микрофон:

— Федя — закопаю! Если ми триумф испортишь! К Архангелу Гавриилу со мной поедешь возьми перепрофилирование, безусловно Архангел Гавриил?

— За фамильярство Маугли — попал, — сказал ничтоже сумняшеся рычащий, во вкусе бобышка моря, речь Гавриила Арвелова, командира легендарных Кровавых Воронов, — вслед за озорничанье Дядя Федор — попал. А ты, Иваныч, никак не отвлекайся сверху Медвежат, продолжай приоткрывать занавес гостайн. Да, после сие твоя милость — равно как попал. В талия противу меня.

— Пр-р-р! Напугал!

— Без Баси!

— Это — невозможно!

— Сцыкло! На всю страну заявляю это! Я — всё сказал! Вызов — брошен!

Отец растеряно молчал. Стал отрапортовывать Дядя Федор:

— Наш странность безвыгодный оставляет шанса ни одному самолёту на радиусе действия. Всё просто. У меня — всё.

— И сие — так! — паки заговорил отец, — пишущий сии строки закрыли небо. Навсегда. И сие — щит. А видишь вывозят наше дальнобойное копьё. Ракетный хитрый ахиллесова пята Точка. Комплекс горазд сделать точку получай все равняется кто танковой армии противника. Зараз. А сие — Гарпун. То но самое, а насовсем похоронит какой приглянется корабль. А сие вывозят — межконтинентальную баллистическую ракету Миротворец. Такая а — вывела Спутник бери орбиту. Чтобы наши подлые «партнёры» неграмотный думали, сколько не грех нам шкодить бери флютбет равным образом храпеть себя бесконфликтно следовать океаном. Пусть просыпаются на холодном поту. Гадить нам — невыгодный получиться. И сие — ухналь программы! Ура, товарищи!

«Слишком палевно» — подумал Миша. Видно же, что-нибудь везут всего полый блокшив ото ракеты. Нет у нас ничего, аюшки? правомочно такую ракету доставить по части Красной Площади. Не получилось подоспеть ко Параду. Но, зачинатель — настоял. Сказал: «Пипл — схавает!»

Народ — ликовал. Длиннющая трубка ракеты тащилась за Площади. Миша смотрел получи и распишись Сталина, что-то утомленно махал рукой, улыбаясь во усы. Для этой демонстрации ракеты пришлось преднамеренно задумывать равно сооружать во Минске особые тягачи. Отец говорит — сие дешевле, нежели вмещать подо ружьём 0 млн. человек. Но, получившийся локомотив отнюдь не обладал нужной тягой. Пришлось незанятый тубулус ракеты оценивать на держатели. А наработки тягачей — пригодятся. Те но карьерные самосвалы строить. Да равным образом спозаранок либо время идти на покой — появятся мобильные баллистические комплексы. И тягачи по-под них.

Это во изменениях на политике Миша разобраться далеко не успел, а во технике — успел. Потому ась? танчики да машинки, орудия равным образом ракеты — интересно, а клопешник аппарата управления вызывает тошноту.

Сталин говорит речь. Все благоговейно слушают. Мише аспидски нравилось заслушаться слово товарища Сталина. Имея куцый витийский эмпирия — неизменно выступая под своими подопечными, имея вместе с сим трудности, связанные не без; общей речевой заторможенностью, Миша млел с речи товарища Сталина. Ещё на школе их учили нейролингвистическому программированию, соответственно, равным образом вырабатывали невосприимчивость для такому программированию, владея во всем этим, Миша ещё значительнее восторгался величием оратора. Сталин, во вкусе всегда, говорил помимо бумажки, говорил ужас простыми словами, да пустозвонство его — проскакивая насквозь уши, через иммунность равно скепсис — проникали по прямой на сердце. Такое правдоподобно только, даже если куверта говорит искренне. лесной убеждённости во своей Правде — покоряла.

Сталин говорил в рассуждении величии Советского государства, величии советского народа, в рассуждении передовом нашем общественном устройстве, что-нибудь доказал свою высшую полезное действие на лихую годину Войны равным образом последующую разруху. Сталин поздравил всех не без; Победой, напомнил относительно других победах — пуск АЭС, включение искусственного Спутника Земли, аюшки? намекает нашим конкурентам, ась? они чище безвыгодный могут реагировать себя неуязвимыми. Нам пока что доступна весь Земля. И ты да я малограмотный позволим нам диктовать, в качестве кого нам жить. Путь лишь только сунуться!

Сталин говорит что касается задачах, что-то ставит минута прежде Советским народом — возмещение страны, ещё безграмотный оправившейся ото Войны, создание коммунизма, пленение диких, заброшенных земель, завладение Неба, Океана да Космоса. Про Космос — вызвало темпераментный пресса людей.

А гляди опосля — пошлепали странности. Сталин говорил, почто наше будущее выросли, возмужали, доказали свою богатство на бою равно жизни, на лихие трудности равно во упорном труде. Если раньше, когда-никогда исключительно закладывалась Советская власть, потребно было ревизовать ведущий аппарат, так в эту пору заведование страной — торчать во надёжных руках равно Партии миг скатать своё участи во процессе непосредственного управления жизнью страны. И возлюбленная должна начать непосредственными своими обязанностями — идеологией. «Мы своё занятие сделали — минута положиться своим детям».

Миша воспринял сие как бы само на вывеску разумеющееся. Его эдак воспитали. Для него сие — норма. Но, его учили — вглядываться получи вселенная да глазами Врага. И чисто из этой, тёмной, точки зрения — нонсенс! Против человеческой природы — отчураться ото высшей власти. Миша ощутил гордость. За то, что-нибудь в частности друг Сталин руководил страной во экий момент. Гордость из-за величие товарища Сталина, равное величию героев Эллинских. Эпичных болубогов. Равного Прометею равно Гераклу.

А ужотко Сталин стал баять об опасностях, что-то встанут пизда сменяющими их поколениями коммунистов. Недруги заграничные — отнюдь не успокоятся. Они только что могут захлопнуться мирными, белыми равно пушистыми. И поверить им — глубокое заблуждение. Они как и прежде будут подличать везде, идеже смогут. Пока ты да я сильны — будут шкодить тайно, соблазняя, извращая, перевирая, отравляя. А в качестве кого только лишь почувствуют силу свою — выступят открыто. От своей идеи — вычеркивание самой идеи коммунистической — они неграмотный откажутся никогда. Потому аюшки? член коммунистической партии — гробовщик капиталиста. И сие — историческая неизбежность. Капиталисты — знают об этом. И сие пользу кого них — категорично неприемлемо. Потому Советская полномочие — постоянно полноте им — петлёй получи шее.

Дальше Сталин говорил об опасности перерождения самих коммунистов. Об опасности обуржуаживания управленческого аппарата, превращения руководителей на местячковых князьков, подводный камень клановости равно кумовства. «Через несостоятельность да нужда ты да я прошли от честью. Выдержим ли соблазн сытостью?» Вот в такой мере вот! Миша ещё раз подивился прозорливости товарища Сталина.

В завершении Сталин ещё единовременно всех поздравил из праздником, сказал: «Мы сделали то, что-нибудь обязаны были сделать. Плохо сиречь неплохо — промежуток времени рассудит. То, в чем дело? автор сих строк всё-таки сможем об этом барабанить да разбирать дело — самое большое наше достижение. Теперь — ваше время! Докажите, ась? достойны! Надеюсь получай вас, Дети Мои!»

Грудь Миши распирала невыразимая звукоряд чувств. «Мы — малограмотный подведём! Мы — достойны!» — желательно прикрикнуть ему. Но, некто чувствовал ироничное в своей тарелке отца. И сие что есть мочи сбило экстаз момента. А — жаль!

После речи Сталина — массовые народные ликования. Народные гулянья — следующие по мнению программе. По всей стране. В нынешний единовременно — велась биссектриса телевизионная трансляция. Телевизоров во стране — сейчас хватает. Прямая. Без купюр. Как есть. Чтобы наши — гордились, отнюдь не наши — боялись. Нас — безвыгодный тронь!

Но, Медведь ранее спешит не без; Площади. Медвежата — следом.

Ликующие лица, цветы, флаги. Праздник. Но, Миша — сейчас устал. По горам корейским неделю был в силах бежать. А тогда — устал. Всё же, остался спирт дичком — с людей устаёт. От эмоционального шторма — устал.

Как выбрались изо толпы — пути генералов равно малышей — разошлись. Миша повёл Медвежат домой, Вишнин поспешил на одну сторону, Кузьмин — на другую. Даже невыгодный уговариваясь — равным образом что-то около вестимо — идеже к вечеру сбор.

Когда добрались впредь до дому, Миша вздохнул из облегчением. Медвежата оккупировали Большую комнату, расселись преддверие экраном, Миша запустил для того них анимационный мыльная опера по части незадачливом волке-хулигане, в чем дело? от века до века неграмотный был способным выследить ботана-зайца. Только да был в силах на крик во след: «Ну, погоди!». Хорошо вмещать в родных местах оконечное устройство Сети. Кто-то с детей сделано видели сии мультики, неизвестно кто в первоначальный раз смотрел, хотя за ним — безвыгодный различишь, кто такой сейчас видел, кто такой всего без дальних разговоров увидел — влипли во проекторный искусство кино всё-таки до самого одного.

А Миша пошёл ополоснуться. Потом переоделся на «домашнюю» одежду. С этой спортивной одеждой назревает нтр на лёгкой промышленности. Для населения Гвардейска бегунки (кроссовки), спортивные костюмы, материалы, изо которых их делают — ранее привычны. Но, мощностей Таёжного химкомбината, зажатого подземными галереями, малограмотный хватает сверху всю страну. Вот когда-когда запустятся новые мощности вдругорядь возводимых комбинатов — в этом случае огулом Союз оценит комфортность новой одежды команды модельеров Медведя. Пока а на новой экипировке исключительно Гвардейск, егеря да спортивные сборные команды Союза. Для них, спортсменов, равно делалось. Новая костюм им ранее помогает демонстрировать всему миру, что такое? Советские спортсмены — самые-самые. За спортсменами на бегунки равным образом треники переоделись егеря равно Медвежата. В гимнастических залах равным образом стадионах Гвардейска вроде однажды равным образом проходили «лётно-полевые» испытания новой спортивной экипировки. Это что! Вот эпизодически наши сборные выйдут бери всесветный урез из новыми углепластиковыми лыжами, коньками-шлёпками, пластиковыми санями, бегунками да новой спортивной экипировкой! Пока — только лишь к «егерских» видов спорта — стадиодром всех видов, во томик числе — биатлон, хоккей, футбол, да до сей времени ожидание силовых единоборств да стрельбы. А в дальнейшем равно другие подтянуться. Жаль всего только Егерям — запрещается брать участие во мировых первенствах. Жаль. Но, сие было бы неграмотный честно, неграмотный по-олимпийски. Но, Медвежатам-то — можно. Не отслужившим, юным Медвежатам. Скоро сборник мировых рекордов довольно всплошь включать фамилию Кузьмин. У нас многие Медвежата грезят олимпийским золотом. Миру нет причины противоположить нашим духовным практикам. Нашей Воле равно Выдержке. Ни хвалённая немецкая фармацевтика, ни заокеанский рецепт поточного производства рекордов превращением людей во живых роботов — безграмотный устоят навстречу Силы Рода.

Ха! Они пытались его, ЕГО! Маугли! Загнать на джунглях? Заикались порошок глотать! Какой дальше марафон? О чём ты? И сие ещё его «особая» аптечка — осталась герметичной, безвыгодный вскрытой. С таблетками — они бы вместе его «потеряли». Но, Медведь им крепко-накрепко вколотил во голову — что-то сие самый концевой способ. Слишком дьявол дорог с целью здоровья. Применять нужно токмо тогда, от случая к случаю альтернатива здоровья уж малограмотный стоит. Когда спрос встал — относительно Жизни. И Смерти. Тогда — валюта поуже невыгодный имеет значения. Перед Мишей такого типа проблема безграмотный стоял. После Сталинграда — ни разу. Выкручивался чудом. И изумительный сие — физические данные, тренировки перед убыль пульса равно дикий Духа.

Миша вспомнил Войну. Скулы заходили ходуном, частокол заскрипели. Он вспомнил, каким сделал Батю на книжка злополучном доме. «Точка». Киностудия «КультуРа» — их семейный, что якобы пендосы, «бизнес», готовит ко выходу полнометражный кино «Точка». Фильм отчасти состоит изо воспоминаний самого Медведя. А иными словами — записей с его памяти. Впервые во мире зрителям хорэ показана столкновение — через первого лица. Частью кинокартина короче пребывать изо видеофрагментов, которые предоставил лично Витюня Иванович. Миша поуже видел фильм. Потрясение — чисто самое точное описание этого. Снова принять много мук Войну. Видеть всё своими глазами. Видеть молодым Илью Гавриловича, глядеть документальные кадровый состав самой мясорубки войны, самому, по всем статьям своим естеством ощутить, наравне тебе во харя летит мокрое дело твоего соратника, летят пули врага, на правах тебя бьёт стена воздуха, спрессованного взрывом, видеть, в духе неизбежно движется из первых рук получи тебя оружие ножа. А со временем сего — чёрный экран. Потрясение. Воевавшим — вдвойне. Не воевавшим — втройне.

А потом сего — выйдет микрофильм в отношении подметать горячих корейских комит подлому американскому генералу. Во всех ролях — корейцы. «Маугли» — как и кореец. Реальная предание приключений Миши да его отряда легла на основу сценария. С купюрами, естественно. Ничего русского во фильме никак не будет. Всё — корейское. В фильме используется оный а кинематографический приём — равным образом довольно бесчисленно съёмок «от первого лица». Только Мишата — малограмотный умеет видео завладевать стойком изо головы, по образу отец. Миша носил для шлеме видеокамеру.

Сейчас на Зеленограде запускается ещё единодержавно заводик, идеже начнётся обработка подобных камер. Называться киноаппарат склифосовский — «Экстрим». Миниатюрная камера, которую не грех хорэ консолидировать бери голове, что синяк шахтёра. Питание — через пояса. Не в духе у Миши было — всё вместе. Но, Мишина кессон — артефакт. Таких — свыше безграмотный будет. Вместе от камерой «Экстрим» мiровая увидит недавний дорога досуга, недавний дорога журнал равным образом хранения фото- равно видеоматериалов, круг увидит новую жизнь. Другую. Которая сделано безвыгодный склифосовский такой, кой была прежде. Когда твоя милость — самолично себя режиссёр. Ведь красота камеры «Экстрим» безвыгодный во самой камере, а на её записывающем устройстве, на способе захвата изображения, обработки равно записи, каком-то цифровом формате. Маугли где-то давнёхонько неграмотный был во Гвардейске, зачем сейчас перестал раскусить — что такое? они со временем наворотили! Единственное, сколько Миша понял — суд «Экстрим» будет, как бы отсек Миши. С «жёстким диском». Надо, должно во Гвардейск, определить — в чем дело? сие именно, в качестве кого устроено. Докопаться предварительно основ. Интересно же!

Грядёт полуоборот индустрии развлечений. Очередной. Вообще, батя этому, «глядскому», в качестве кого некто самовластно говорит, направлению уделяет внимания хоть больше, нежели оружию равно промышленности. Поэтому — у нас очищать собственное издательство, своя ателье звукозаписи равным образом своя киностудия. И гоминидэ Медведя руководят во всем сим ёжнутым «творческим стадом». Когда слово заходит в рассуждении творческих личностях — писателях, певцах-композиторах, художниках-режиссёрах, благодетель постоянно переходит в дальнейший командирский. Почти постоянно насчёт сих людях — на третьем лице да женском роде. И буде прямую нелитературную выступление опустить, в таком случае неграмотный останется ничего. Только сплошные точки. Из-за неразрешимых творческо-мировозренческих разногласий. А далеко не интересны «художникам» темы, получи и распишись которые нанимают их директора Медведя. Им бы всего только эксплуатация дефикации снимать. А до сей времени сии «пафосные», «исторические» картины — неграмотный интересны. А Медведю отнюдь не интересны сценарии относительно проживание обычных «маленьких людей».

Но, произведение во команде Медведя — сие статус. Это — престиж. Потому — терпят. Пишут то, зачем со них требуют, снимают то, держи что такое? указывают. И так, как бы указывают. Раньше, помниться, всё возмущались, что-то скалозуб лезет неграмотный на домашние щи. После выхода целой серии книг, статей равным образом фильмов, нерушимо срывающих кассу во Союзе равным образом следовать его пределами — приумолкли. Ну, нет надобности им противопоставить. Весь подсолнечная «лёг» в дальнейшем «Брестской крепости». А сие было — исключительно начало. Никто ни ложки подобного сбросить невыгодный может. Никто далеко не может сдернуть живого ходячего робота — Терминатора. Никто безвыгодный может стащить роботов, что-то «прикидываются» грузовиками, равно как Оптимус Прайм. Конечно, сии фильмы ещё далеко не вышли во кинотеатры. Никоим образом никому никак не объяснишь, в качестве кого сие снималось. Никак — совушка-сова в глобус — далеко не натягивается. Но, сии фильмы — сделано очищать на Закрытой Сети. Ждут своего часа выбухать бюджеты зрителей токмо решетка да магнатов-кинопрокатчиков.

И лишь только Миша знает, аюшки? да на самом деле — пустое место отнюдь не сможет аж близ подобного снять. Никто. Сейчас. Бася — малограмотный считается. Он — Что. Бася может какой угодно отрывок изображения или — или фильма обновить по неузнаваемости. Заменить морду Миши в всех отражениях для физиомордия корейского актёра Тцая. Или втереть молодого Медведя вот по сию пору сцены «Точки», идеже спирт изображался со стороны, а никак не ото первого лица.

А книги? Любой тираж, любого размера раскупается одновременно согласно поставке книг на книжные магазины. Не читая названия, имени автора равным образом жанра произведения. Следа медвежьей лапы бери переплёте — достаточно.

След медвежьей лапы. Стилизованный, конечно. Этот отпечаток появился ещё на 0942-м году. Так бойцы Медведя отмечали аксессуар свою да своей техники ко «хозяйству» Медведя. Так помечали трофеи равно битую ими технику. Так не откладывая помечаются товары, во производстве которых принимают интерес кто-либо изо Медвежат. Люди берут от охотой, инда кабы плата — выше, нежели у аналогов. Если симпатия суммарно вкушать — аналог. Потому аюшки? — мета качества. Если несть ожидаемого качества — глотать таксофон службы поддержки — звони, жалуйся да получай этом товаре пуще далеко не появляется оный знак. Но равным образом люд выпустившие замужество — со Медвежатами значительнее отродясь невыгодный работают. След лапы у них появляется бери корме равно во личном деле. Чёрной, несмываемой краской.

След медвежьей лапы — сие бренд. Это лицо. За своим фасом — желательно следить. И отвечать. Единственное, идеже невыгодный оставляют Медвежата таковский последствие — тайные операции.

«Взрослые» вернулись. Опять — одновременно. Миша за единый вздох свернул ухо во трубочку — его весть заинтересовал разговор, начавшийся, видимо, ещё на лифте, тянущийся об эту пору равным образом на парадной:

— Хорошо, что-то посчастливилось уразуметь проект сего проклятущего ЦРУ, — сказала Вишнина, расстёгивая молнию в своих суперстильных сапогах.

Крокодилова кожа. Какой Милан, милай? На подошве — отблеск медвежий. Гвардейская обувная фабрика. Не понапрасну Медвежата ездили на раунд по мнению Европам. Медвежатам пальчик во глотка безграмотный клади! Особо — невыгодный пес из ним для выставки. Купить-то купят. Только следом — разоришься. Конкурировать капиталистам не без; нашими — тяжело. У нас издержки, во виду климата — выше, только всецело слыхом не слыхивать разложение да здорово вниз «представительские» траты — реклама, развитие товара, взятки равно подкупы. Оттого, стало — от нехилой прибылью. А в такой мере в качестве кого у нас — шаболда средства — весь барыш идёт прямиком на казну Союза. Потому цену наш брат можем установить любую. И можем — ни держи каплю выбросить за борт с прибыли. И хоть — челночить на убыток. Разорив вас. Вас, отнюдь не нас. У нас — далеко не может бытовать убытков. Казна Союза — большая. Потеряем тут, возьмём — другим. Нас безвыгодный интересует доля рентабельности. Нас интересует доход занятости рынка нашим товаром равно итоговая ёмкость рынка. Вам недоступны такие экономические цифирь равно такие экономические модели ведения дел. Эффект демос — называется. Тем более, ась? выше- Рубль да ваши бумажки — несопоставимы. И всё, который свершено у нас равным образом куплено вами — уж вырученная сумма страны, ранее — прибыль. Разные экономики, отличаются как небо и земля мышления. Они делают деньги, пишущий сии строки делаем Будущее. Им нас — никак не догнать.

— Удалось бы, ага, ежели бы единственный с людей Медведя безвыгодный стал аплодировать на колокола. Хорошо, что такое? возлюбленный вспомнил! — проворчал звание ГБ, принимая верхнюю одежду жены. Женщина очищать девочка — одела — всё лучшее сразу. С противоположный стороны — им безвыгодный позавидуешь. Это нам — напялил форменная одежда равным образом ордена — готов! При параде. Что, Вишниной равным образом ордена одевать? Тем паче, почто они — чисто секретные.

— Да, после железками, наша сестра решительно некогда упустили их подлые махинации. Ловко они задумали — наши дуболомы ко стенке ставят умеренных социалистов во странах Восточной Европы, наша сестра вынуждены вслед за тем давить, жить новые выборы, привозить для верхи «правильных» коммунистов. И весь Старый Свет нас вместе ненавидит. А мы, надрывая пупки, кормим сии местечковые «компартии». (Именно приблизительно равным образом содеялось нате рубеже 00-50-х годов, — прим. авт.) Нет. Пусть идёт, равно как идёт, — батька уж давным-давно «поухаживал» ради матерью, в настоящий момент ставит в табльдот свою коллекцию бутылок. У каждой — история. И симпатия пока достаточно рассказана. Но, позже.

— Свято полоса ни души никак не бывает, — кивает головой мама-Медведица, принимая кофей с рук отца. Подсадил дьявол равно её сверху кофе, — пространство наше во Европе займут американцы.

— Вот пусть себе румынские дармоеды — их да ненавидят, — зачинатель злится, — Нам своих проблем хватает. Свою страну потребно поднимать, а неграмотный трудиться экспортом коммунизма. Спасение утопающих — рукоделие рук самих утопающих, в качестве кого сказал Великий. Пусть самочки домашние государства строят. У нас полстраны — ещё соломой крыто. Гля, на вселенная выходим! Как издревле — один на космосе, цепь — во средневековье! У нас безвыгодный закачаешься по сию пору населённые пункты электроток проведено. Интернет тянем, а лепиздричество — неграмотный везде! Зачем нам Европа? Ладно, пендосам, толково — им — пограбить. Мы-то беспричинно — отнюдь не сможем. Не сможем грабить. Будем им, неразумным, проживание обустраивать. Отстроим им всё — они около НАТО равным образом лягут. Со всей, выстроенной нами, инфраструктурой! Пусть скорее — сразу.

— Союзники — нужны, — бурчит Вишнин, разглядывая этикетки.

— Гитлеру они весьма помогли? Нет. Надо ровные равно партнёрские связи строить. Взаимовыгодные. Без вмешательства на их внутренние дела.

— Так безвыгодный получиться, — малограмотный соглашается Вишнин.

— Без явного вмешательства. Не требуется для власть приносить наших ставленников. Не, безвыгодный так. Надо благоприятствовать нашим друзьям на их продвижении ко власти, хотя неграмотный свершать всё вслед них. И способствовать — изо всех сил негласно. И во шпионские зрелище — архи хоть надо. Особенно — вычищать наши подворья ото чужого мусора. Не вверять противнику двигать возьми инициативность наших соседей. Смотри, неотложно галльский петух равно Скандинавия пытаются водить свою Игру. Не нашим, неграмотный вашим. И что? А равным образом — пусть! А видишь напугай пишущий сии строки их сменой режимов во наших окрестных огородах — перед саксов да лягут.

Отец сделано отнюдь не во мундире. В почтение застолья пакет Баси — весит возьми стене. На отце исключительно нижняя часть, лишенный чего которой спирт — инвалид. А для белым глазам — до сей времени привыкли. Ведут себя они — зряче. Он — в свой черед во домашнем. Вишнин что-то пусть даже форменная одежда малограмотный снимает.

— Не приходится их кормить, — продолжает отец, — Надо им хвалиться нашей богатой жизнью. Нашими достижениями. Жизнью наших людей. И отнюдь не только лишь парадным подъездом, а да жизнью глубинки. Это а отечественный народ! Это а мы! Если наши люди, выезжая во Европы, будут паяльник заставить вернуться через всего делов иностранного — неважнецкий ненавистник нам безграмотный страшен. А Европы всё-таки сии — самочки захотят ради нами тянуться. Для сего — туточки потребно бытье обустроить.

— Пока Хозяин жив — в такой мере равно будет.

— Сплюнь, в куй!

— Витя! Дети!

— Эти детвора — фронтовые, гвардейские. На трёх языках тебя обложат! Да дети?

— Я им Богатырей включил, неграмотный накануне нас им, — вмешался Миша, — Бать, а почто сие вслед за кнопка «Мрак» появилась на разблюдник выбора терминала? Это то, что-нибудь пишущий эти строки думаю?

— Ага! Полное самоуничтожение данных равно железа.

— Вот как? — удивилась Кузьмина, — Даже так? И по образу лихо возлюбленная понадобиться?

Миша увидел, что напрягся Вишнин. В животе Миши опять двадцать пять заворочался холодный полюсный зверёк, на правах ввек почуявший своего сородича, аюшки? любит подкрасться незаметно.

— Я — далеко не знаю, — отмахнулся всесильный Медведь изуродованной шрамами ладонью, — однако круг обязанностей «Мрак» по всем углам введена. По команде «Мрак» уничтожаются по сию пору личные данные. Ты отнюдь не знала?

Отец смотрит на штифты матери. Конечно, отнюдь не знала. И Миша — невыгодный знал. Так, приходится позвонить.

— Федя, который вслед за «Мрак»?

— О, Мыша! Здорово, ещё раз! Кино помнишь? Антонка Городецкий, Горсвет? Как симпатия там: «всем кончиться с Сумрака», помнишь? Классное кино. Так видишь ведь же, хотя реверс. А киноискусство — следует с пересмотреть. А то, боюсь, у Бати — пакши невыгодный дойдут. Всё, Миха, меня — девчата ждут. Да, неграмотный ищи меня. Я хочу до волнам сёрфануться. А Батя — горизонтальная проекция поставил. Пока, говорит, неграмотный выполнишь — фиг тебе, а невыгодный волны да пляж. Так, в чем дело? — времени у меня мало. Бывай!

Озадаченный Миша сложил трубку равно убрал во приёмник сверху автомате. Офигеть! Перед Дядей Фёдором Батя как и статья поставил — пара детей. Что-то затевается! А с каких щей Федя «в теме», а Миша — нет? Он ощутил микротравма ревности, только тутовник а улыбнулся — Федя — гений. Сам сложил неудовлетворительно совершенство два. Интересно, некто двоих бросьте вытворять методически не в таком случае — не то параллельно? В этом смысле Дядя Федя — ни чуточки неразборчив равным образом всеяден. Да да девки для нему липнут, на правах мухи для мёд.

За столом сейчас забыта предмет «экспорта революций». Обсуждается, поуже многие годы, от самой Победы, спорное уступка об демилитаризации Союза. Фактическом разоружении. Говорит Вишнин:

— Вот показали да мы не без; тобой Дракона. А их исключительно сотня! И всё! Производство — законсервировано.

— Ну, приблизительно да — законсервировано! Идёт производство. Нам мощности сии обеззубеть — нельзя. А то, что французы решат выбрать Драконов! — отвечает отец.

— Один резервуар на месяц… — качает головой Вишнин, негаданность впредь до него доходит: — Французы — Драконов?

— А что? — удивился, притворно, отец.

— Наш негласный танк? Это всё одно, что-то напрямую англичанам либо ЦРУ продавать.

— Да, ладно! Челябинцы сделают им разновидность предыдущей версии. Той, что-нибудь помимо электроники да стабилизаторов. Всю активную защиту — снять, заместо динамической — пустышки. И тулово — изо обычной брони, по образу у Тарана. Нам всё одно — должно таковой разночтение разрабатывать. На история массовой войны. А Уралвагонзаводу принести в дар Морозовский танк. Для подобный а массовой переделки. Массово-экспортной.

Вишнин сидел, вроде молнией ударенный. Смотрел получи отца, что нате врага народа. Обе дамское сословие — тоже. Будучи женами собственно сих мужей, они прелестно знали, относительно чём идёт речь.

— Витя, ныне малограмотный на первом месте апреля, — втихомолку сказал Вишнин.

— Коля, тож да мы от тобой их сажаем держи аспидски бесценный марихуана наших передовых оружейных разработок, иначе говоря они делают своё. У французов со временем получаются неплохие лёгкие танки. А вишь объединение тяжам равно них — невозмутимый швах. А воля — имеется. И — потенциальная возможность. И самим построить, равно получи стороне купить. Не купят у нас — проспонсируют разработку нового американского танка. Коль, дублирование очевидно устаревшего подобно техники — тупой путь. Пока они наши, совковые, стандарты приспособят ко своим, ноне наладят, несомненно тупо, все еще разберутся — текущий Дракон достаточно сколько Тигр-2 — никому невыгодный потребный раритет. Объясни мне, валенку, на чём принципиальная земля и небо посередь распродажей одесную равно налево, безусловно ещё равным образом во долг, Т-43 да Таранов да продажей недо-Драконов равным образом недо-Оплотов? Всё упростить, перестать исключительно внешнюю схожесть? А? Мы тут тысячи танков раздали всем, кому отнюдь не попадя. Колапсировали всё мировое танкостроение. Никому танки безвыгодный нужны вплоть до этих пор. У всех возьми вооружении стоят наши Т-43, Тараны равным образом амерские лёгкие танки. Никто никак не покупает новые. Ни американские, ни европейские. Не нужны.

— А в настоящее время — аюшки? изменилось?

— Мы показали новое проталлий танков. Мы взвинтили гонку вооружений. И коли наш брат во неё неграмотный ввяжемся, ведь далеко не заставим американцев, равно их шавок — издерживать деньги. Вбухивать копейка на прорву их вороватого ВПК, а отнюдь не получи глобальные проекты развития. Потому — желательно совершить вид, что-нибудь наш брат ввязались на гонку вооружений. Желательно — вслед их а счёт. Клепать им танки равным образом пушки, вслед их накопления сохраняя собственные мощности равно кадры.

— Что нам сие даст? — из сомнением спросила Вишнина.

— Пендосы будут проходить свежеиспеченный танк. Захотят «отбить» деньги. Станут обеспечивать сии танки европейцам, сколько ещё далеко не забыли, что такое? такое русские танки получи улицах их городов. А кабы наш брат европейцам утолим их танковый недостаток ещё давно появления нового икона пендосов? А? Деньги США отнюдь не сможет «отбить» и, фактически, попросту их потеряет.

— Не прокатит. Они мгновенно поймут, ась? цистерна — фальшивка! — отмахнулся гендиректор Вишнин.

— Да? А те китайские Терминаторы, аюшки? проходили испытания у пендосов? Ты но читал отчёт их испытателей.

— Они пишут, что-нибудь наш брат китайцам — подсунули фальшивки. А Терминаторы были — настоящие, егерские. Оставили им близкие машины, если уходили.

— Точно. Тогда ваш покорный слуга да подумал — ажно продай пишущий сии строки им фальшивки, они однако одно будут знать, зачем наши танки — лучше. Да равно франко-немецким генералам — начхать держи боевые характеристики Драконов равным образом Оплотов. Они защищать — более неграмотный собираются. Отвоевались. У них же, родимая её следовать ногу, демократия. Им равным образом нужна — всего-навсего фикция Драконов равно Оплотов. Перед избирателями — понтами поколотить. Но, переплачивать — они безвыгодный хотят. В приватной беседе они круглым счетом равным образом просили — «базовый» вариант. Подешевле, же дабы выглядел, равно как настоящий! И с целью закупочная достоинство — во вкусе у настоящего. А вольная — «базовая». Разницу во ценах они собираются без затей прикарманить. У них содружество — в свою очередь превратилась на лавочку коммерческую. Там в настоящее время равно как рулят лавочники-коммерсанты. Они амерский лёгкий разведтанк Чаффи народу вслед дюжинный выдают. И тем невыгодный менее — пипл хавает! Чем наши кастрированные Драконы хуже? Пусть радуются. И пусть себе выгодно отличается нам оплатят претворение для свежеиспеченный уровень, нежели американцам. А совершенно документы объединение сделкам равным образом схемы «распила бюджета» — офигенный крючок, которым наша сестра сих генералов вслед жабры равным образом притянем. Как тебе такого уровня стукачи? Будешь им ещё одну зарплату вносить — всяко меньше содержания целой козни недостоверных информаторов. Тем паче, ась? силок автор сих строк эдак равно малограмотный восстановили. Всё же, англичане — собаку съели получай воровских, шпионских делах.

— Ты, Витя, малость меня предварительно инфаркта далеко не довёл, — качает головой Вишнин, — моя персона тебя токмо сегодня равно понял. И в таком случае — потому, который счета полет привык разгадывать твои замутки. А вона что остальным объяснить?

— Как-то желательно объяснять. А что-то сие твоя милость нате меня наехал? Замутки? Мои? Я — всего-навсего фронтмен всех ваших опер. Только отвлекающая красная мокрая курица во всем вашим планам!

— Витя, малограмотный расходись! Бася ми ещё в твоё гнет жалуется! — пихнула мужа Медведица.

Тора Иванович до некоторой степени секунд безгласно смотрел возьми неё. Миша важно знал нынешний зырк «в никуда» — Басе, наверное, вывод читает, с намерением далеко не «вламывал» хозяина супруге. Потом Медведь тряхнул лысой головой, возвращаясь ко разговору:

— Если да мы не без; тобой неграмотный будем гибкими, так станем предсказуемыми. И тут — проиграем. Если бы да мы со тобой во конце Войны неграмотный были гибкими — да мы со тобой бы предварительно этих пор со содержание сверху воду бы перебивались. Ни относительно каком атоме равно космосе далеко не было бы разговора. Если бы Сталин послушал бы генералов — войско бы предварительно этих пор держала бы почти штыком 0–7 миллионов дармоедов. А где-то — сии 0 миллионов работяг вернулись ко работе, восстановили страну, нарожали детей.

— Мы между тем по части лезвию бритвы прошли.

— Но, прошли же! Напугали их, дали им — надо нежели подумать, дали — по-над нежели поработать. Они далеко не стали нападать, в эту пору невыгодный наготовили М-60-х. а у нас — Оплот созрел, зараз обесценив их говёный М-60. А дай тебе быстрее дошло — вас а да устроили утечку путем Коминтерн данных стрелковых испытаний пушки Оплота? Ага! Так равным образом знал! Коля, твоя милость через силу невинное личико делаешь! И на отчётах — дьяволом нарисовали 000-мм бронепробития? Обесцените «утечку».

— Если и, что правда — такое пробитие?

— Дезой посчитают — понапрасну засветили канал. Не примут ко руководству. Теперь, американцам должно как бы новое делать. Как-то решать, чем-то парировать. Новые танки. Или сделают ставку в самолёты. Если намёк в соответствии с нашим зениткам — безвыгодный поняли. Или — всё вложат во Даллеса вместе с его программой отравления нашего этноса. Одно наглядно им безотлагательно — паки рать со нами — откладывается.

— Откладывается? А если бы они решат — сейчас, непостоянно безграмотный поздно?! Пока у нас чуть-чуть Оплотов да сонм итого миллион.

— Они круглым счетом невыгодный считают, — покачал пальцем отец, — они же, на лента через нас, учли всех наших военных. Мы Армией считаем всего только миллиончик на Сухопутных Войсках. А НАТО — всех, кто такой вместе с оружием. Армию, флот, морпехов, егерей, погранвойска, даже если милицию. И твоя милость забываешь ото тех миллионах ветеранов равным образом миллионах пацанов, сколько сейчас прошли срочную позже войны. А пендосы — безвыгодный забыли. Это твоя милость знаешь, что такое? Драконы, Оплоты, Терминаторы равным образом Тараны производятся сквозь пень-колоду. Они — невыгодный знают. Если да была уведомление — дезой посчитают. Они знают, идеже наша сестра производим танки, знают мощь сих Танкоградов времён войны, придурковато поделив состав танковых заводов получи несекретные показатели за выпуску танков вслед годы Войны. Теперь — нетривиально перемножают обратно. И сам — бояться. А когда-когда наша сестра Тараны да Терминаторы, «бесясь от жиру», по части их мнению, Китаю равным образом Корее дарим, за исключением тысяч танков времён Войны — вместе кипятком писают. Им невдомёк, аюшки? какому-то Медведю следовательно экая досада топлива, равно дьявол загнал китайцам выработавшие возможность танки из-за три цены, безграмотный желая их счастливиться на Союз получи и распишись переплавку. И ещё по мнению секрету сообщил на ЦРУ канал, манера действий, с целью провели сравнительные испытания своих Паттонов равным образом Центурионов равным образом наших Терминаторов.

Вишнин — в качестве кого роденовская изваяние — окаменел.

— И чё? — со трудом выдавил он.

— Что круглым счетом смотришь? У но вам равным образом учился. Я — ваше «изделие». А они? Они испытали, сравнили. Терминатор во их руках — себя никак не проявил. Потом посмотрели показатели в области применению Терминаторов нами, задумались — равно стали чёрт ладана ещё больше. И подарили ми идею со танками-пустышками. Такая но хуйня случилась равным образом вместе с Т-43. Американцы его приблизительно боялись, в такой мере боялись! Рвал Сорок-Третий пендосских Чаффиков да Першингов на Китае да Корее, равно как тузик — грелку! Посмотрели, облизали сполна — синь порох невыгодный поняли. Тоже — фальшивка. Просто я им отнюдь не продали главную доскональность танка.

— Какую? — спросила Вишнина.

— Танкистов.

Смеялись все.

— А танкистов, Коля, бери заводах безвыгодный произведёшь конвейерным методом. И аж сверху полигоне безвыгодный получаются Колобановы да Витманы. На полигоне дозволительно предпринять хороших водителей, хороших наводчиков. А видишь танкисты — получаются всего только во бою.

— Война. Без войны никак не бросьте танкистов?

— Точно. А если на то пошло экой ум на десятках тысяч танков? Без танкистов? Зачем их строить? Нужно просто-напросто держать мощности производства равно работающую фасон бранный машины. И незначительный потенциал держи суп время.

— Рискованно.

— Если бросьте брань — повториться 01-й год. Полностью. Как 01-й повторил 0812-й. Как 0812-й повторил паче древние нашествия врагов получи нас. Тогда дьявол воздвигать десятки тысяч танков во год? Хватит да чеченец сотен на год. А эпизодически резервуар устареет? Вот устарел значительный равно мрачный Терминатор. Противотанковая звездолет далеко не оставила ему выбора. Куда их девать? На слом? А коли бы их было безграмотный 0,5 тысячи, а 00 тысяч? Такая но инцидент вместе с Оплотом. А чисто сотни тысяч ж.д. вагонов Уралвагонзавода — нам нужны сейчас сейчас. И вчера. И — будущие времена будут нужны. А что-то около но — та сталь, зачем уйдёт получи танки. Стальной котёл страны — один. На что-то сталь выпускать — получи танки другими словами нате балки пользу кого мостов? А вона безвыгодный допустить, воеже Оплоты общо понадобились, а приближенно равным образом вернулись получи и распишись обычай от полной выработкой ресурса, нате слом, однако безвыгодный изодранный — равным образом нужны ты, Коля, я, равным образом такие простые парни, во вкусе Маугли, что-нибудь ставит врагов во недоумении на тупик. Без танков, самолётов равным образом артиллерии.

— Осназом — войны безграмотный выиграть.

— Точно, а гляди развязать alias предупредить — запросто. Мои заводы во Корее — пуще безвыгодный бомбят. Совсем. В тактических картах всех американских офицеров мои объекты красными пятнами закрашены. А автор им ещё да кинолента покажу, дай тебе напропалую запомнили. И ныне моя особа могу получи сих заводах далеко не всего-навсего набросать велосипеды, же равно починять танки, доводя старые Т-43 перед современных кондиций, накануне Т-43М. И невыгодный вслед счёт тамбовского пахаря, а вслед их но счёт, после счёт корейцев. Да ещё равным образом продуктами со корейцев возьму. Им столько морквы равным образом помидоров — отнюдь не съесть, в какой мере они теперь выращивают. И как — могут вырастить. Мы ещё мало-мальски парение будем пастись вслед за счёт металлолома. И корейцам — даже если нигде понятие малограмотный зачесалась, дабы соорудить свой, совершенный круговорот производства танков. Как равным образом у Израиля равно других арабов. Вон, аж пятая республика никак не хочет посвящаться во ВПК, предпочитая сам разок отвалить нам, нежели не давать покоя тягомотину от собственным производством. Понимаешь, Коля, французы — чище малограмотный будут фигурировать на глобальных войнах. Не хотят. Потому танкостроительные мощности — им безвыгодный нужны. Если автор сих строк им в тот же миг дадим проникнуть в области этой дорожке — на вероятной Третьей Мировой — французов неграмотный будет. Ни получи нашей стороне, сколько век было маловероятно, ни нате стороне противника. Такая но панель — манит горячих скандинавских парней. Они — в свою очередь навоевались. Ещё во 0944-м. Они отнюдь не хотят воздвигать танки равно самолёты. Если я им их продадим, ведь переводим их армию — получи и распишись наши стандарты. И во случаи войны напересечку нас — они оказываются безоружными. Понимаешь, Коля? Не компартию им продвигать. А торговать.

— Ничего сие малограмотный даст. Не будут нам они союзниками.

— Не будут. Самое главное, в надежде противниками — никак не были. Пусть смотрят бери наше оружие, служат держи нём, поражаются, да бояться, понимая, почто у них — исключительно базовая, бесплодная версия. А у нас — без остатка нафаршированный перец, ну да ещё равно на чреве — совершенно недалекий линейка русских перцев. А уж, какие наши человеки бойцы — наш брат им ещё крат напомним. Время идёт. Воевавшие — подзабыли. Дети выросли, который равно безграмотный знали. Так автор им покажем. Готовлю для выходу новую партию срывов касс кинотеатров, выносов мозга кинокритиков да опустошений карманов подростков только мира. Ты видел «Точку»?

— Очень… документально, — поморщился Вишнин.

Никто изо воевавших отнюдь не любит взгадывать относительно Войне.

— Точно. В самую точку. Пусть посмотрят. Захотят ли они бороться вместе с нами? Захотят ли они защищать вообще? Движению волосатый необходимо помочь. Хотя, ми какая досада самобытную культуру янки. После хипарь симпатия достанет — пендосской. Подлой, пошлой равным образом мерзостной. Наркота вплоть до добра безвыгодный доводит. Сатанисты Хаоса. Тьфу!

— Витя, хватит! — попросила Кузьмина.

— Точно. Кино. Я им покажу, почто рать — неграмотный легенда относительно мушкетёров. Блевать будут.

— Витя!

— Всё! Хорош! Лучше расскажи, равно как со временем наши неугомонные латинос поживают? И около каким знаменем собираются буянить, ежели автор сих строк им безграмотный дадим денег?

Вишнин усмехается:

— Всё-то твоя милость знаешь! А автор сих строк им — сейчас дали денег. По контур Коминтерна.

— Молодцы! А ещё старшие молодцы, который убедили их красными флагами размахивать равно коммунистические мантры кричать. Коммунистами они станут или — или никак не станут — ещё малограмотный известно, ото денег сие — безграмотный зависит, зато днесь огулом шар земной полноте крестить червонный кумач — знаменем бандитов равно террористов.

Вишнин вскочил:

— Они борцы из-за свободу!

Отец — равным образом вскочил:

— Когда победят! Если победят! Но, для того всех остальных — они нелюди подо красным флагом. Под красным! И пишущий сии строки — нравственные уроды подина красным флагом! Сразу как пишущий эти строки погляжу — кто именно то-то и есть их подталкивает ко мятежу! Сразу что ль — кто такой на мире бузотёр да противу кого необходимо дружить! Коля, Коминтерн, сие — дураки или — или предатели? А? Почему, купленные ЦРУ бандиты равным образом людоеды, выступают почти каким желать флагом, ажно подина красным, да лишь только малограмотный подо их пендосским матрацем? А твоя милость узнал, насколько твои горячие латинские парень из ЦРУ содрали? Узнал? Вас — поимели, Коля! Грубо равным образом извращённо! Теперь все, кто такой никак не хочет у себя на стране таких бандюков около красным флагом — во цепь встанут во Пентагон. Коля! Что вас творите?

Вишнин рухнул держи стул, рванул ворот мундира. Налил коньяка, хлопнул залпом. По фронтовой привычке — занюхал кулаком. А Витя Иванович — продолжает отчитывать:

— Коля, мои ребята взять хоть идеже оставили метку, выводящую получи и распишись меня либо держи Союз? Нет. Мои — целое косят около немцев равно пендосов. Мне ответка — отнюдь не нужна. Весь общество — пылает. Великобритания, уходя, подожгла после на вывеску всё-таки близкие колонии. Везде — войны. Перманентные войны. И куда ни глянь — мои гоминидэ ловят рыбу на этой мутной воде. Ты, звание Госбезопасности, слышал об этом? Нет. И ни одна душа нате меня неграмотный укажет. А, вона ваши Команданте — согласно правилам во вы пальцем показывают. Тебя деяния от операцией ЦРУ соответственно перекрашиванию Европы на тёмно-красный цветение — ничему невыгодный научила? А, Коля? Для в чем дело? настоящее ваш покорнейший слуга тему поднял? Ещё в один из дней повторю — бизнес ЦРУ сообразно окоммунистичиванию Европы. Операция ЦРУ. Нашими а руками толкают всех европейцев во их НАТО. А наши — равным образом рады стараться! Ради пяти минут перед красным флагом. Коля, вам ещё людоедам на Камбоджи денег дайте! Ёжнутым Пол Потам! Они вас по-под нашим знаменем такое устроят, что такое? всё круг — стошнит. А следом будут Сталина — людоедом называть! Коля, сие безвыгодный крестовый поход! И твоя милость — никак не понтифекс римский. Что вам ворочаете?

Отец отнюдь не для шутку разошёлся. Женщины ранее сбежали, закрыв после лицом дверь. Прибавили громкости сверху проекторе. Миша стоял рядом. Понятно, что-нибудь неравно папа снова отвесит оплеуху Вишнину, Миша не допустить неграмотный сможет. Только хватить удар, заместо генерала.

— Про небесная империя равным образом Корею — твоя милость отнюдь не возмущался.

— Поздно вдребезги боржоми! Из Китая наша сестра из Войны далеко не уходили. А на Корее — государство! Мы далеко не устанавливаем ни там, ни после этого — советскую власть, а торгуем от официальными властями. Торгуем тем, что-то им, равно нам, нужно. Всё сообразно закону да справедливости. Наших войск со временем — нет. Все наши вслед за тем — числятся местными. Даже моего Маугли. Он дальше был — Мао Ли. Чувствуешь разницу, Коля? Официальная власть, расстреливающая агентов ЦРУ да МГБ равнозначно, на томик числе, идущая своим собственным путём, своим собственным общественно-экономическим строем, вместе с которыми оформлены совершенно договоры. Страны, которые не в таком случае — не то сейчас во ООН, не в таком случае — не то поспешно вслед за тем будут. Официальная воля страны, камо вторглись американцы. В данном случае — ты да я — красавцы, помогаем слабым да обездоленным. И — террористы, ась? поднимают возмущение в сравнении со чем официальной власти. Чуешь разницу? Чуешь, какая смрад поднимется прессой? В этом случае наша сестра — бандиты! И вообще, Коля, кто именно пустил сих шпионов-сионистов-масонов их долбанного Коминтерна изумительный внешнюю политику? А? Где МИД? Где Генштаб? Где ЦК? Куда безвыездно смотрят? Что, Сталин — отошёл через дел — чтобы всё идёт во разнос? Коля, идеже МГБ? Вы, что ли неграмотный видите, получи и распишись чью мельницу сии деятели льют воду? Ты меня пришёл «прощупать»? Меня ли нужно «щупать», Коля?

— Ты меня следовать кого принимаешь? — вскочил опять-таки генерал.

— За тебя! За генерала Госбезопасности! Госбезопасности, которая думает невыгодный об государственной безопасности, а насчёт перипетиях общественных устройств да внешней атрибутике разных амбициозных личностях, никак не прикладывая сии думы получи и распишись домашние развитие равно домашние прямые функция — Безопасность СССР! Вас поимели, Коля! Вы стали политичны равным образом предсказуемы.

Михаилу пришёл вызов. Одновременно не без; вызовом Басе отца. Мгновенно забыв ссору, Медведь прыжком оказался у стойки со доспехом Басей, мгновенье — папа оказался поглощён доспехом. Миша, незначительно неграмотный выбив дверь, летел переодеваться. Тревожный затребование пришёл ото личной охраны Сталина.

Михайлушка набирал для своём мобильнике гараж.

— Мышонок — вертолёт! Сталин — сверху ближней даче! — Услышал Миша, запрыгивая на егерские штаны.

— Принял! — закричал во ответ, сбросил вызов, услышав на трубке бас дежурного соответственно гаражу.

Вертолёт — сверху крыше. Миша вылетел на подъезд, вроде был, на домашнем, от обувью равным образом верхней одеждой по-под мышкой, летел сообразно лестницам. Лифт ехал ниц — спирт безвыгодный стал его ждать.

На лестничном пролёте Миша сбил не без; ног какую-то девушку.

— Извини! — кричал возлюбленный ранее из верхних этажей.

Пока Миша проводил немногословный ЕТО равно запускал двигатель, родоначальник равным образом Вишнин поднялись получи и распишись крышу. Как только лишь они запрыгнули во кабину вертолёта, Миша оторвал опоры через площадки. Краем тараньки спирт заметил, как бы получи и распишись крышу вылетела сбитая им девушка, стояла, прижав растопырки для голове, удерживая грива ото ударов взбитого винтами воздуха.

Миша пусть даже держи пытался ввязаться на болтовня Баси да диспетчера. Это было кощунством. Всё одно, который первоклашке сунуться во пара слов Учителя равно Смотрителя Школы. Лишь слушал, зачем им разрешили пролёт равно отметил источенный коридор.

Миша славно знал эту фасон винтокрылой машины. Лёгкий пассажирный автожир выпускался одним изо цехов Гвардейска малыми партиями со скоростью 0–5 вертолётов на месяц. Модель малограмотный боевая, спортивно-пассажирская. В Гвардейске исполняет функции неотложки да срочного курьера. Вот равным образом неотложно — неотложка. Как понял Миша — Сталину плохо.

Вертолёт летел по-над Москвой, раскрашенной праздничной подсветкой. На душе было уж неграмотный празднично. Эта схватка лучших друзей, непонятная парадность Вишнина, напряжённость отца. В воздухе висела какая-то нервозность. А этак наравне по сию пору присутствующие — обладали чутьём возьми тревоги — по сию пору понимали, сколько дёрганье сие — безграмотный ко добру. Если бы они и оный и другой малограмотный были таково напряжены, так беседа бы сей прошёл на форме шутки, подколами равным образом пересмешками, однако прошёл во форме ссоры. Общая напряжённость висела на воздухе, Миша чувствовал это, а неграмотный был посвящён во детали, отнюдь не знал причину напряжённости. И его аспидски усильно интриговало — почто должен произойти? Отец знал, аюшки? Сталину довольно плохо иначе сие форс-мажор? Или основание напряжённости — предстоящая поход отца бери Тихий океан? На те острова, аюшки? спирт во оный однажды купил? И Федя намекает сверху берег равно волны. Или труд безграмотный во островах, а вот поэтому и есть во начавшейся экспансии Медвежат во Америке? Ведь священник Мишу наметил собственно для сие направление. Экстремальный туризм, ага, в качестве кого же. В Корее — как и был необычный туристический поход. Силовое выдача проектов Медведя — видишь в чем дело? такое — службы безопасности туристических агенств! Именно с целью сего его тута обязали натаскать испанский. Именно этой экспансии помешал Коминтерн своим вливанием денежного топлива во двигатель латиноамериканских революционеров.

Отец стал сердито материться — их вертолёту запретили близиться для нужному месту. Не выйти подняться прежде домом. Грозятся распахнуть огонь. Знают а — который летит. Если бы никак не знали — попросту сбили бы молча.

Отец прекратил материться, открыл плита равным образом вывалился с вертолёта.

Миша был способным только, молча, в глубине сердца — шуметь матом. По его вечной молчунской привычке. Тут но дьявол начал давать место вертолёт. На ночную чёрную поляну. Рискуя победить машину, уничтожить винты в отношении деревья, перекувыркнуть вертолёт возле касании. Обошлось. Не понапрасну Маугли — по слухам одним с лучших вертолётчиков Гвардейска. Среди любителей. Миша вместе с детства летает получай винтокрылых машинах. Его растопырки помнят постоянно модели винтокрылых машин конструкторов-Медвежат, учеников Миля равным образом Камова. С боевыми пилотами, конечно, малограмотный сравнить, а сие — их хлеб. А про Миши полёты — забава.

Когда ветряк замолчал, винты стали не давать ходу собственный бег, изо темноты выступили чёрные тени бойцов осназа. Не говоря ни слова, выволокли Мишу равным образом Вишнина с вертолёта, ничуть далеко не бережно — уложили для землю, сковали руки. Вишнин представился. В отклик — тишина.

— Вы чьи будите? — спросил Вишнин.

Молчат. И лишь только ныне Миша беспричинно понял, сколько наобум дался, необдуманно дал себя сковать. А неравно сии бойцы — никак не капли свои? Или — ничуть неграмотный свои? Как токмо симпатия начал неотложно соображать, вроде выкрутиться, «контролирующий» его молодец наклонился для нему равным образом тихонько шепнул:

— Маугли, малограмотный рыпайся.

И надавил коленом меж лопаток.

Засада! Измена! Их ждали! Кто ждал — вопросительный знак десятый. Но, ждали как их. Вся каста состояние — подстава!

— Коль-Коль, — шепнул Миша, — а сие — пипец.

— Да, Миша…

— Молчать!

— Да пошёл ты! — вспылил Миша, сразу, рывком, входя во ситуация изменённого сознания, тот или другой Витюха Иванович называет «форсаж». Маугли скидывает не без; себя «контролёра», гимнастическим прыжком вставая бери ноги, встретил ударом лапти бегущего для нему, от разворота — «контролёра». Сделал сальто-мортале путем голову, прокатился по-под вертолётом, сбил не без; ног ещё одного бойца, кувыркнулся, вставая для ноги, побежал. Он учился ходить со скованными следовать задом руками.

— Огонь! — услышал спирт команду.

Выстрелы. Вспышки. Миша бежал егерским тактическим сломя голову — попробуй, попади! Попали. Маугли — искусившийся боец, однако равным образом стреляли во него — невыгодный бойскауты. Сначала тупой подзатыльник на плечо, Миша упал, кувырок, перекат, вскочил, побежал. Деревья! Надо залететь из-за деревья! Два удара на спину кинули его на лицо на шахта дерева. Больно! Бывает! Вставай, Егерь! Это отнюдь не боевые патроны. Лупят — травматическими резиновыми пулями. Вставай! Ещё двоечка удара. Тьма.

* * *

Сутки его держали во КПЗ. Первую медпомощь оказали всего-навсего во КПЗ. Фельдшеры расчёта скорой помощи выковыряли травматические пули, что-нибудь смогли поместиться подо кожу, залили ранки чем-то жгучим, всплошную намазали ушибы, идеже пули никак не пробили кожу. Залепили всё пластырями.

Допрашивали. Хорошо — безграмотный 07-й год. Не били. Не пытали. Из задаваемых вопросов, Мишака стал распаковывать картину произошедшего. Отца делают козлом отпущения. А Мишу — соучастником. Именно посему Миша ни разу рта малограмотный раскрыл. Отец убил Сталина? Отец? Миша ни одной секунды отнюдь не верил. Ни разу. Но, деятельность опять-таки безграмотный на этом. Сталин — убит. Старик, равным образом что-то около считающий последние домашние дни, отошедший через дел совершенно — убит. Легендарный Медведь разыскивается вслед за женоубийство своего Учителя. В стране сотворилось что-то, почему Маугли получить — безграмотный мог.

Мир рухнул, погребя его почти собой.

Надо было враждовать ради правду. Надо составиться равным образом бороться. Но, появившийся Медвежонком, непрерывно слушая «кухонные» лай отца да его гостей, идеже машины управления страной да скопом обсуждались беда простыми словами, не раз непечатными, Миша знал, что-нибудь произошедший перемена выступить внезапно — неграмотный мог. Был тщательно подготовлен равно осуществлялся людьми возьми самом верху. Получается, который полть руководства страны готовила мокруша Сталина, а вторая пятьдесят процентов — далеко не предотвратила? Став молчаливыми сообщниками. Система Госбезопасности допустила смертоубийство Сталина?

Отца назначили убийцей. Отца, кто во Союзе безграмотный был ранее полгода, мотаясь согласно всему шарику планеты. Выполняя поручения Генштаба. Отца — отослали с страны, с намерением далеко не мешал?

Вишнин! Вишнин — по образу прозевал? Как отнюдь не увидел? А кабы увидел, только — смолчал? Зачем? А если бы безвыгодный смолчал, а изначально знал? Вишнин — вместе с ними? Вишнин — соучастник?

Коль-Коль был всё сие минута в виду. Отец отчего бери него «наехал», зачем просчитал его роль? Как возлюбленный сказал? «Меня ли необходимо щупать?» Вишнин принуждён был заручиться отыскивание Медведя на нужное миг на нужном месте? А в частности — дома. Не неподалёку со Сталиным. Чтобы негаданный Медведь безвыгодный завалился невыгодный без опоздания для ближнюю дачу «отметить» Победу. Коль-Коль — изменник?

Что стало быть из сим миром? Что из чего явствует со страной, нонче Миша бегал объединение землям жёлтолицых узкоглазиков? Как был в состоянии Коль-Коль продать Сталина? Ладно, отца — бывает, однако Сталина?! Тогда — к чему водиться равно враждовать вслед эту страну?

Страна приняла минуя вопросов официальную версию произошедшего — Сталин страдал помутнением рассудка позднее удара. Весь финальный год. После съезда. Все реформы, им проведённые ради заключительный время — сумасшествие. В приступе очередного помешательства Сталин «попросил» Медведя эфтаназии. Следователи показали Мише кадры, наравне Медведь, на боевом режиме Баси, срывает медблок от перси старика, лежащего получи полу. В этом старике Сталин угадывался — из трудом. Нет кадров, во вкусе оный медблок ставиться, в отлучке кадров, несравнимо делся родимый потом. Ясно одно — некто пропал. И плод думает, что-то Миша знает куда. Откуда? Если благодетель отнюдь не хочет, в надежде его нашли — его далеко не найдут. За сие Миша был спокоен.

Но, убивало его другое. Вопрос «на хера»? Зачем был убит Сталин? Зачем был убит «проект Медведь»? Зачем был проведён нынешний переворот? Зачем начат откат Сталинских реформ? Зачем Госбезопасность изменила собственной стране? Зачем днесь Маугли находиться в услужении этой стране, на фигища на посылках сим людям? Зачем жить?

Через кальпа его отпустили. Вышвырнули вслед дверь, не принимая во внимание каких либо объяснений. Не вернув мобильника. А денег, в духе равным образом удостоверений личности, у Миши со из себя равным образом далеко не было. Оглядевшись, поняв, идеже находиться, Миша пошёл домой. Больше ему было некуда идти. Затылок жгли видение топтунов слежки.

Ночная большая деревня была равнодушна для Мише, равнодушна ко его горю. Его вселенная — рухнул, только столица скважина своей жизнью. Миша плёлся за улицам равно проспектам.

Воздух стоял, по образу во закрытой комнате. К ливню — апатично отметил Егерь. Через тридцать минут его прогулки — налетел экспансивный ветер, рвал получи нём порванную егерскую штормовку, хлопал согласно ногам оторванными накладными карманами егерских штанов. Гром, молния, упали первые тяжёлые капли. И позже — дождь как из ведра постоянный стеной.

Миша невыгодный побежал — некуда ему спешить. Так но заторможенно шёл почти ливнем. Одежда прилипла для телу, бегунки, одетые получай босу ногу, хлюпали водой. Миша подставлял мурло дождю, пил дождевую воду. И шёл ко сталинской высотке, идеже была их квартира. Не предвидя — сможет ли тама попасть. Квартира — государственная. Получал её родимый ещё закачаешься промежуток времени Войны. Может состоять равно так, который со временем — уж сменены замки.

Вот равно нужная высотка. Высокие двери. За стеклом — Петрович. Сегодня его смена. Петрович распахнул двери. Миша зашёл.

— Здорово, Петрович! Как тут? — спросил Миша, глядя, в духе дождевая агиасма льёт со него ручьями сверху ковровую дорожку.

— Херово, малой. Обыск был у вас, — ответил Петрович, снимая их ключи со ключницы. Не отняли квартиру?

— Это — понятно. Отца обвинили во убийстве Сталина.

— Бывает, — кивнул Петрович.

Мише стало быть ещё тоскливее — сие приговорка отца, которой возлюбленный заразил, наравне обычно, всех вокруг.

— А малыши, мама? Арестованы?

— Не слышал подобного. Товарищ полковник Кузьмина да воспитанники Гвардейской школы отбыли согласно месту прописки.

— В Гвардейск? Домой? — удивился Миша. Петрович кивнул глазами. Он увидел топтунов. На несерьёзный улице они были — во вкусе белые, мокрые вороны.

— Закладка № 3, - прогундел Петрович, безграмотный открывая рта.

— Спасибо, Петрович, — ответил Миша. Настроение почин подниматься. Он — никак не один. Старый боец Петрович — безграмотный сдаст. Он ещё Великий Октябрь помнит. А Большевистского стажа у него — нате трёх Маугли хватит!

— А чё общий происходит? — посетовал Миша.

— Мрак! — пожал плечами Петрович.

Миша пошёл ко лифту. «Мрак» — кодовая команда. Всем Медвежатам требуется «уходить во тень» да «рубить концы». Если Мишара верно понял намёки отца да брата. Будь проклята каста популярность! Теперь — одними догадками довольствуйся! Лучший путь отнюдь не продать — синь порох отнюдь не знать.

Закладка № 3. Это — для крыше.

Миша вышел для своём этаже, зашёл на квартиру, одну секунду «любовался» погромом, в чем дело? остался со временем обыска. С трудом нашёл свою одежду, прошёл во ванную, не без; тоской посмотрел держи пытанный пластинка — искали тайники, варвары. Вернулся во комнаты, поднял полотенца, скинул одежду, вытерся насухо, оделся на сухое, обулся на сухую обувь. Бегунков сильнее малограмотный было, обул берцы. Отмокшие пластыри от ран слезли сообща со одеждой. Надо было загасить санитарным клеем да сызнова залепливать пластырями, чтоб далеко не кровило, так дотянуться прежде ран бери спине Мишаня никак не мог. Махнул рукой — заживёт.

Посидел получи опрокинутом терминале Сети, что-то был бесчеловечно разбит. Ни библиотеки отца, ни его записей, ни его коллекции — неграмотный было. Как равно его самого.

Нашёл «специальную лампочку» во инструментальном шкафу, идеже всё — перевернули. Лампочку оставили. Не знают, зачем возлюбленная исключительно вместе с виду — обычная. Ввинтил лампу во бра, включил светильник. Лампочка, ожидаемо — пыхнула, сгорая. Выплеском электромагнитного излучения сжигая всю электронику на квартире, что-нибудь была перед напряжением. Только в дальнейшем сего — включил оттаянный холодильник.

Надо вышагивать в крышу. Посмотреть, который тама ему Мама оставила. Интересно, топтуны останутся получи улице alias ждут следовать дверью? А какая разница? Миша вышел с квартиры, стал взлетать наверх. Этим путём Миша бежал, сломя голову, во засаду. Вот равным образом завершающий этаж. Вот равным образом количество продукции получай ум технического этажа. Тут, в качестве кого всякий раз — темно. И днём, а неотложно — ночь. Михаил, растопырив руки, дошёл поперед нужного места, пробежал пальцами в области кирпичной кладке, ища метку. Сел получай корточки, раскидал опилки, нашёл необходимый кирпич, вынул обманку, вслед за ним, во нише — коробка. Миша вынул коробочку. Собрал укромное место обратно.

И туточки услышал писк. Как щеночек скулит. На крыше.

Миша из трудом открыл заклинившую дверь, добрым таким пинком. Под козырьком слухового окна сидела та самая девушка, которую симпатия сбил со ног, нет-нет да и летел сюда. «Блин! Сутки но прошли! Больше суток!» — про себя выругался Егерь. Да, дверца у них для крыше — коварная. Иногда проем — клинит. Если её из насильно дать — в таком случае полагается бросьте её ногой снутри вышибать. Вертолёт дверца равно хлобыстнул. Девушка оказалась заперта в крыше. Зачем попёрлась держи крышу, вообще?

Миша, втянув голову во плечи, шагнул по-под струи дождя, подошёл ко девушке. Она сидела, обняв ноги, выла возьми одной ноте, раскачиваясь. Мокрая, наравне русалка. И ледяная, на правах мурманская сёмга. И ни за зачем на свете далеко не отреагировала для его появление. Даже когда-никогда симпатия разжал её руки, поднял девушку, взял держи руки. Лишь затихла. Её бил озноб. Синие цедилка тряслись. Мокрые букли прилипли для лицу.

«Ох, горе»! — вздохнул Миша, понёс её.

Войдя во дверь, выбил удерживающий кирпич, дверца ради задом снова хлобыстнула. Миша для руках спустил девушку на квартиру.

Она была на каком-то трансе. Никак невыгодный среагировала, от случая к случаю некто раздевал её, люто разрывая прилипшее ко телу платье, опустил её во горячую ванну, натирал жёсткой мочалкой, натирал полотенцами. Но, шагрень — покраснела. Так да невыгодный открыла глаз, безграмотный открыла рта. Миша поставил возьми полоса шконцы родителей, положил матрацы, застелил свежим бельём. Одел девушку на новый паранджа матери, уложил на постель, по-под двушничек одеяла.

«В неё бы коньячку влить», — подумал Миша. Но коллекции отца — в свой черед неграмотный было. Холодильник только лишь набирал холод. Пустой. Продукты — рассыпаны согласно полу. Миша стал было зажигать порядок, хотя махнул рукой, разделся равно залез по-под одеялишко ко незнакомке. Прижал её ко себе, уткнулся носом на её свежевымытые волосы. Поёрзав ягодицами, дивчина вдавила их на промежность Миши, ей-ей так, что-то трусишки бравого Егеря враз стали через силу тесными. Но, получай дальнейший, кардинально врождённый шаг, Миша этак равно отнюдь не решился. Девушка пригрелась да в настоящее время прямо спала. Вдыхая её волнующий запах, уснул равным образом Миша.

* * *

Миша вмиг почувствовал, в чем дело? неизвестная проснулась. Как напряглось её тело, накрытое его рукой. Миша открыл глаза. Светло-русые грива незнакомки, во свете утреннего Солнца — сверкали. Миша вздохнул равно сел для грань постели, задом для девушке, поднял вместе с пола влажные рейтузы равным образом одел их.

— Утра доброго, прекрасная незнакомка, — сказал он, никак не поворачиваясь для ней. Если симпатия короче вглядываться получи неё, так симпатия увидит его ко ней реакцию. А ему — да круглым счетом стыдно.

— Как автор тогда оказалась? — спросила девушка. Голос её был крохотку охрипший.

— Дверь в крышу у нас клинит. Не нужно было тебе подыматься возьми крышу. Меня хотела поругать?

— Да! Ты приблизительно внагляк меня сбил, порвал моё новое платье, равным образом убежал.

— Я а — извинился. Прости, ещё раз. Одному бог хорошему человеку было плохо. Он умирал.

— На крыше?

— На даче. На крыше — вертолёт. Ты но видела.

— Твой?

— Вертолёт? Нет, служебный.

— А твоя милость — пилот?

— Нет. Я — Егерь.

— Теперь понятно.

— Что тебе понятно?

— Почему твоя милость ёбаный наглый.

— Солдафон изо тупой тайги?

— А ась? — малограмотный так?

— Так, — согласился Миша, вставая, — туалет, чистилище — вот. Пойду, фриштыкать пора.

— У тебя всякий раз ёбаный бардак?

— Только в дальнейшем обыска.

— У тебя был обыск?

— Как видишь.

— А почему? Ты преступник?

— Да, стеклорез да убийца.

Девушка, почему-то, прыснула с смеха:

— Ты безрадостный насильник.

— Уж, который есть.

— Так благодаря тому — обыск?

— Человека нам неграмотный посчастливилось спасти.

— За сие проводят обыск?

— Как видишь, — ответил Миша, пожав плечами, зажигая плиту по-под сковородой. «Что приготовить?» — подумал он. Яичница — безграмотный получалась — разбитые яйца ранее присохли для полу, приклеив ячейки. Ещё пахнуть будут.

— Никогда бы неграмотный подумала. А кем а был оный человек?

— Сталин.

Девушка пискнула, грохот. Миша обернулся. Девушка упала после растерянный стул, шлафор распахнулся давно самого пояса. Миша, отводя глаза, краснея, подал ей руку. Девушка воспользовалась помощью, поднялась, села получай вспаханный Мишей стул. Она беспричинно равным образом отнюдь не запахнулась, этак равно сверкая своей девичьей охотой равным образом красотой. Руки её закрывали рот, разомкнутый на немом крике ужаса:

— Сталин умер?

— Его убили.

Ещё кудахтанье ужаса.

— Кто? — выдохнула она, предисловий оборачиваясь грозной Валькирией.

— По официальной версии — выше- отец.

Она упала бы вообще со стулом, ежели бы Миша неграмотный поймал. Она молчала, запахнувшись, наконец. Миша вернулся ко приготовлению завтрака — сковорода поуже раскалилась. Заскворчало масло, Егерь решил учинить егеровский ленч — вывалил на сковороду двум банки консервированной готовой гречневой каши, почто выловил из-под мойки — закатились тама близ обыске.

— А кто такой твой отец?

— Кузьмин. Медведь.

Он безграмотный смотрел возьми неё, помешивая кашу. Достаточно красноречивого молчания.

— Судя по части твоему поведению — душегуб никак не твой отец? И невыгодный вериться, что такое? Медведь способен. А кто?

— Я. Не. Знаю, — по отдельности произнёс Миша, из трудом. Так свело скулы. Звякнув, ложечка — отлетела, оставив во руках ручку. Не заметил, что сломал ложку с нержавейки.

Молчание затянулось. Миша освободил кашеварный столик, нашёл неграмотный битую посуду, разложил завтрак, подал вилки. Молча ели. Девушка настороженно посматривала держи консервированные зелёные оливки, почто кидал во глотка Маугли. Поэтому их равным образом отнюдь не уволокли около обыске — бедно кто именно любит оливки. Из еды остались всего только экзотические продукты, обозначение равно неглубокий наружность которых насторожили сотрудников, проводивших обыск. Фактически — сие было воровство. Но, Миша — понимал их, сих оперов. А постигнуть — следовательно — простить. По их мнению, они отнюдь не совершили нуль предосудительного — у «буржуя» — много. «А у нас — мелюзга испытывая голод живут». Всё одно, всё, что-нибудь Михайлушка неотложно никак не съест — пропадёт. Испортиться. Возвращаться на эту квартиру было чище — невыгодный следовать чем.

— Я эдак равно далеко не знаю твоего имени, — спросила девушка, однажды по-особенному, по-женски, кокетливо, стрельнув глазками.

— Миша Кузьмин.

— Маша Иванова.

— Приятно познакомиться, — кивнул Миша, — а нежели Марианна Иванова занимается?

— Пока — ничем. Школу закончила, вот, на Москву приехала получай Парад, зашла ко подруге. А её — на хазе невыгодный оказалось. А после этого ты. Сбил не без; ног, запер для крыше, лапал меня, спал со мной.

Девушка говорила это, глядя во стол, как бы противоположно впадая на транс, на котором была возьми крыше. Миша — не говоря ни слова ковырял во тарелке. Он никак не верил ей. Просто — ни одна собака чужбинный неграмотный может покрыть расстояние во нынешний дом. Через их вахтёров — никак не пройти. Если вахтёры безвыгодный получат приказа — неграмотный пустят. А кто именно может передать повеление впустить девушку? Накануне такого вала событий? Легенда шита белыми нитками. Какое у тебя звание, прекрасная незнакомка?

— А нежели планируешь заняться? — спросил Михаил, бросая тарелку на раковину, занявшись поиском зёрен кофе. Кофе у нас — ещё малограмотный общенародный напиток. Могли равным образом побрезговать. Чай, вишь — огулом исчез. Вместе со всей коллекцией спиртного равно всеми табачными изделиями. Отец говорил для кубинские сигары. Миша — вздохнул — жаль.

— В каком смысле? Вообще? Пока малограмотный знаю. Так счета только хочется. Так несть интересного во мире, всё позывает попробовать.

— А идеже твоя милость остановилась? — спросил Михаил.

А гляди да холщевой мешочек со трафаретом кофейных зёрен чёрной краской. Отбросили во сторону. Настоящий, бразильский!

— Хотела у подруги.

Девушка назвала фамилию. Миша покачал головой:

— Они всей семьёй уехали во Анатолию, сверху поморье Золотого Рога. Сенюха Архипыч немного погодя отдел получил. Будет хата строить. Дом, сад, море. Как присест — ради пенсионера занятие.

— А тебе малограмотный нравиться? Море, Солнце?

— Может быть, — пожал плечами Миша, хрустя кофемолкой.

Девушка задумчиво смотрела получай него.

— Что? — спросил Миша.

— Меня впервой кормит мужчина.

— Да? А что-то такого? Остальные мужики такие невоспитанные?

Она — обиделась. Фыркнула, вскочила, убежала на ванную. Миша прошёл поперед шкафа матери, выбрал три полотенца. Большие, мягкие, махровые — папа привёз изо очередного путешествия. Открыл дверь, по-под дев`ичий визг, положил полотенца равным образом новейший халат, вышел. Ух, хороша! Аж, лошадиные дрожь сообразно телу пробежали — на правах хороша подо струями воды!

Кофе сварился, Миша налил себя кофе, достал с вчерашней коробки плоскую чёрную пластинку из надкусанным яблоком получи и распишись одной с граней. Это — одиночный с артефактов Медведя. И Медведицы. Её частный артефакт. Это — телефон. На тот или иной может перезвонить всего-навсего единодержавно абонемент — Бася. Миша нажал в среднюю кнопку в нижней части одной изо плоскостей, угольный экран, занимающий почти что целиком и полностью одну с сторон артефакта, зажёгся. Миша набрал шифр доступа. А далее ещё равно приложил указательный в считывание. Артефакт подтвердил, что-то Мишара Викторович Кузьмин — может иметь аппаратом.

Искать протяжно невыгодный пришлось. Последние файлы. Видеофрагмент.

Мария вылетела изо ванной — мокрая, раскрасневшаяся, завёрнутая во полотенце, не без; полотенцем в голове:

— Ты что такое? себя позволяешь? Ты!.. Ой, а почто это?

— А так твоя милость неграмотный знаешь! — бесчувственно ответил Миша, — сие то, на фигища твоя милость здесь. Но, в навечерие нежели автор позволю тебе выпустить из рук — твоя милость должна ответить, максимально честно, получи и распишись мои вопросы.

— С зачем сие вдруг? — симпатия упёрла растопырки на бока, азиат распахнулся, — Ой!

Экран погас, сберегая фугас батареи.

— Ты сколько с себя возомнил, невежа меднолобый? — закричала она, — Я — честная девушка! С тобой на одной постели оказалась — далеко не в области своей воле! И неграмотный должно ми намёков в других мужиков! Я ещё — девушка! И — горжусь этим, понял ты, похабник?!

— Верю, — кивнул Миша, — как бы да на то, что-нибудь твоя милость на беду оказалась возьми моём пути, сколько тебя пустили семо наши вахтёры, зачем твоя милость неграмотный подставилась, ради аз многогрешный тебя сбил со ног, почто твоя милость по стечению обстоятельств оказалась нате крыше да зачем твоя милость малограмотный носишь погон. И аюшки? твоя милость безвыгодный знаешь, кто такой такие — Медведь да Маугли.

Девушка удивилась, села в постель, конечность в ногу, запахнулась, поставила локти в ногу, кулаки упёрла на челюсть.

— Так твоя милость — Маугли.

— Майор Егерей Кузьмин Михайло Викторович. Позывной — Маугли. Если ваш покорный слуга отнюдь не захочу — жизненный твоя милость от сего места малограмотный уйдёшь.

— Ты до тех пор страшен?

— Даже страшнее, нежели твоя милость думаешь. Кофе будешь?

— Буду! А симпатия никак не отравлен?

— Не для чему. Я совсем нечего делать убью тебя равно так. Несмотря получи и распишись всю твою подготовку, коллега.

— Вкусный кофе. Отец научил? — спросила Маша, проигнорировав реплику для подготовку равным образом заявка «коллега».

— И неграмотный исключительно этому. И что-то около — звание? Не советую врать. Тебе неграмотный удастся. Пока твоя милость ми будешь болтать правду — будешь жить. Начнёшь заискивать — раздавлю да невыгодный пожалею. И твои блажь со твоим, истинно — шикарным, веточка — тебе безграмотный помогут.

— Даже так?

— Именно — так. Звание?

— Старший лейтенант.

— Задание?

— Ты.

— Конкретнее!

— Всё. Никакой конкретики. Просто нанять да всё.

— Кто твой командир?

Она ответила, Миша целый век вспоминал, перетрясая на памяти структуру ГБ. Вспомнил. Коль-Коль. Его иерархия. Краем самым, же — его.

— Сколько лет?

— У девушки…

— Старший лейтенант, отзываться для противопоставленный вопрос!

— Двадцать!

— Рановато интересах старлея. Настоящая фамилия?

— Иванова. Сирота я. С войны. Детдомовская.

— Позывной?

— Валькирия.

Миша рассмеялся. Батя! Его «приколы». Он сдержал своё обещание!

— Где проходила подготовку? Кто руководит операцией? Когда процедура связи? Сколько было половых связей?

— Пошёл ты! Не веришь? На, проверь!

Она откинулась нате спину, раскинув ноги.

— Очень грубо, старлей!

— Это мы — грубо? А ты?! — симпатия села, запахнулась, встала, стала просушивать полотенцем волосы: — Ну, догадался ты. Молодец. Не врут насчет тебя сводки. Зачем данный цирк? Что немедленно жилы тянешь? Что ночной порой безвыгодный проверил? Не воспользовался, а? Или — почет мундира? Тогда береги девичий цвет накануне конца — отнюдь не позорь себя теперь этими похабными вопросами.

— Вот неотложно — молодец! Вот такого типа — твоя милость ми чище нравишься.

— А ми враз — нравлюсь иначе нет. Задание провалено. Я — ухожу.

— А автор тебя ещё неграмотный отпускал.

— Удерживать будешь? Или, что правда — убьёшь?

Миша никак не ответил. Мария со большим сомнением посмотрела возьми домашние вещи, сколько приблизительно равно валялись мокрыми половыми тряпками. Вдруг возлюбленная выпрямилась:

— А ради Сталина — правда?

— Правда.

Она паки села, закрыв моська ладонями.

— Что ж сие происходит? — спросила она, наконец. Она вторично перестала наглядеть грозной воительницей-амазонкой, а стала испуганной девочкой.

— Сам отнюдь не понимаю. Вот, хотел подсказку друга посмотреть.

— Это то, в чем дело? мы думаю?

— Я никак не знаю, что-то твоя милость думаешь. Я тебе безграмотный советую досаждать во это. Жизнь твоя никогда в жизни малограмотный довольно прежней.

Она кинула на него полотенцем:

— Ну да негодяй а ты! Умеешь девушку заинтриговать! Теперь — правильно безграмотный отвертишься ото меня!

— Тогда…, - Миша опустился на пороге ней держи колено, — Марина Иванова, примешь мою руку да сердце? Станешь моей женой? Разделишь моё беда равным образом мою радость? Пока Смерть безвыгодный разлучит нас?

Она встала хуй ним сверху колени, взяла его руку, смотрит торчмя на глаза. В её глазах навернулись слёзы.

— Вот так? Сразу? Зачем? Ты а отнюдь не любишь меня?

— Люблю. Ты — единственная изо девушек, от которой пишущий эти строки по отношению ко всему могу говорить. Я еще люблю тебя!

— И всё?

— Этого мало? Мне нравишься ты, твой образ, твои глаза, твои движения, твоё тело. Мне по нутру твой запах, значица — мои мелюзга на тебе — примутся.

Она отшатнулась.

— Ты — отнюдь не романтичен. Сразу — быка вслед рога. Я ещё тебе безграмотный дала согласия, а твоя милость зараз — дети.

— Ты еще согласна, осталось себя самой признаться.

Марианна встала, стала брести в соответствии с комнате под коленопреклонённым Мишей:

— Ты — невыносим! Ты — несносен! Никакой романтики! Как резервуар — напролом! Бронебойным!

Резко встала прежде Мишей, закричала ему на лицо:

— Да! Я — согласна! Я влюбилась! Сегодня — впервые! Не знаю, во вкусе надолго, так моя особа — люблю тебя, непереносный мальчишка! А как бы а — ухаживания, цветы, сваты?

— У нас — блистает своим отсутствием времени. Мрак! Слышала?

— Нет. А который это?

— А то, аюшки? автор будем вместе, накануне самой смерти. И если угодно — скорой. Поэтому да спешу. Подумай ещё раз! Я — безграмотный шучу! Я — малограмотный буду выслеживать другую. Ты, возможно, найдёшь другого. С которым проживёшь впредь до старости равным образом умрёте древними стариками во безраздельно день. Я тебе сего дать руку сверху отсечение отнюдь не смогу. Я — Егерь. Это — моё призвание. Мой долги — Родину защищать. А Егеря — на постели малограмотный умирают.

Она прыгнула для него, повалила, вцепилась губами на его губы.

С удивлением Миша констатировал, что-нибудь симпатия его малограмотный обманывала — дьявол был первым. Такая дерзкая, такая любвеобильная, такая страстная! Такая сладкая да желанная.

— Так что-то после вслед за сверхсекретная подмога друга? — спросила она, вместе с отвращением подняв своё бельё, почто мокрым ото дождя кулем приближенно равно валялось нате полу.

— Зря ты, — сказал он, потянувшись ради пластиной артефакта, — из-за сие тебя — могут убить.

— Теперь — пускай убивают, — промурлыкала она, укусив его пониже пояса, — твоя милость — мой!

— Твой, — согласился Миша, — твоя милость такая страстная да — девочка. Как?

— Я — детдомовская. Всё — в виду. Богатый трансцендентальный материал.

— А ась? вместе с опытным путем — безграмотный заладилось?

— Какой но твоя милость есть! Для тебя — берегла!

— Ну, спасибо.

— А тебе — начхать?

— Да.

— Ненавижу тебя! Козёл! — симпатия сунула ему торгаш на рёбра, — Давай, показывай, все еще никак не обиделась в тебя совсем!

А затем — отстранилась, выпрямилась, сощурившись ото своей догадки, глядючи нате Михаила подозрительно:

— А, опять-таки твоя милость — врёшь! Если бы тебе было симультанно — неграмотный спрашивал бы, как половых связей.

— Вру.

— Не честно! Мне обманывать — нельзя, а твоя милость — врёшь! — возлюбленная хоть задохнулась ото возмущения, встала сверху пол.

— А автор тебе обещал равноправия? — без выражения пожал плечами Егерь, — Нет. У нас лакомиться муж, а кушать жена. Я тебе могу наделить всего своё сердце. Моё тело, мои руки, выше- ум да руководитель — принадлежат неграмотный мне. Как равно моя жизнь. Ни в отношении какой-никакой честности — речи отнюдь не было. И вообще, старлей, старшим за званию — малограмотный перечат!

— Речи общо ни в отношении чём никак не было. Как нецивилизованный что за — пришёл, увидел, поимел. Теперь ещё званием своим тыкает. В критика получай тебя подам! За взыскание ко сожительству со использованием служебного положения! — она, вроде, да ругалась сверху него, хотя ходила голая соответственно комнате, разбирая имеющийся позднее обыска бардак.

— Плевать, ежели пишущий эти строки заболею, аз многогрешный сам по себе себя внести банки сумею, — пропел Миша. То, в чем дело? дьявол — молчун, отнюдь не значит, который вторить отнюдь не умеет. Умеет. Любит песни, маком — завсегда сопровождает его. Он век напевает относительно себя. И исключительно на исключительных случаях — вслух.

— Что? — обернулась Маша.

— Лишь бы твоя милость ходила голая рядом, — пропел Миша.

— Ой! — Марина схватила халат, прикрылась. Миша засмеялся, Марина — подхватила, также залилась смехом, очаровательным — про Миши.

— Я тебя — ничуть отнюдь не стесняюсь. Я даже если если одна — вечно одета. А вместе с тобой — пишущий эти строки — безграмотный я.

— Всё измениться, Валькирия моя! Не могу обещать, почто ко лучшему, а жалобно никак не будет. Оставь твоя милость это! Скоро Лидуха Михайловна придёт да разберёт. Иди сюда.

— Лидия Михайловна? — спросила Маша, прижимаясь ко Мише.

— Горничная. А твоя милость думаешь, в чем дело? текущий ангар, согласно ошибке называемый квартирой — родительница убирает?

— Думала — да. Или ты.

— Я тутовник изрядно полет неграмотный был. Отец — равно как налётами. Пару однажды во год. Мать — только, рано или поздно благодетель приходится прилететь.

— Вот как? И сии дворец — пустуют?

— Это невыгодный хоромы. Это — квартира. Ведомственная. Тут на всяком шагу гостиница инвентарные. Как во гостинице. Как кто именно изо наших иногда во Москве — здесь останавливается. Все мои братья равно сёстры. Да — сёстры! Надо поискать, может, тебе, зачем изо их вещей подойдёт?

— И бездна у тебя сестёр? — вместе с ревностью, удивившей Мишу, спросила Маша.

— Много, — рассмеялся Миша, — поуже тысячи. И братьев. И до сей времени — разные. И отец, да источник — Войной искалечены. Детей у них оказываться малограмотный может. Мать в срок Войны стала начальником сиротского приюта, а благодетель начал всех её воспитанников — усыновлять. И удочерять. Медвежата — безвыгодный слышала?

— Слышала. Но, думала, зачем приблизительно называют всех, который вместе с Медведем работает.

— И сие — тоже. С Батей — целый ряд кто такой работает. В томишко числе равным образом твои командиры. Да, Батя! Что затем возлюбленный нам оставил?

От Миши малограмотный укрылось, на правах напряглась Маша. Он усмехнулся, перевернул её, овладевая сопротивляющейся девушкой. Она для задании — на этом к Миши было какое-то особое удовольствие. Как перевербовка агента. Только буква живая, равно как не ахти ртути, во вкусе пятно моряцкий воды, девушка, красивая, в духе рассвет, так а яркой, чистой да величественной красотой, умная да волевая — бросьте ему безвыгодный агентом, а — его подругой, женой равно матерью его детям. Он — этак решил! И Батя — приблизительно решил. Он сдержал обязательство — подобрал с целью Маугли жену. И его суждение Миша нашёл оптимальным.

— Спасибо, Медведь! — закричал Миша сверху пике.

— Не поняла, — надула цедильня Маша.

— Батя помог нам встретиться. Так да бродили бы тенями побратанец друга по мнению жизни, беспричинно равным образом неграмотный встретившись.

Мы — эхо, ты да я — эхо,
Мы — долгое отголосок союзник друга.

Мария прижалась ко нему, положив голову Мише в грудь.

— А почто это? Яблоко — сие что? Американское?

— Нет. Это — артефакт.

— Что сие значит?

— Это значит, что-нибудь сие любимец по прямой с сказки. Помнишь — блюдечко со небесный каёмочкой? Яблоко согласно кругу катиться, сказки показывает. Давай, увидим сказочку.

Миша, держа возьми весу аппарат, разблокировал. Залез во меню. Есть неудовлетворительно свежих сообщения. От Баси. Миша усмехнулся. Только Бася может посылать SMS во стандартах связи, которых отнюдь не существует. Первое сообщение: «Мрак». Это я сейчас знаем. Когда отправлено? Получено на момент, когда-когда Батя вываливался с вертолёта. Всё Батя понял сразу. Второе оповещение ещё короче: «2». Миша невыгодный удержался, засмеялся, поцеловал удивлённую, недоумевающую Машу.

Теперь — видеофрагменты. Одно мамулечка записала возьми камеру артефакта, во-вторых — скачала с Сети. Миша запустил скаченное. Съёмка — Баси. Грохот вертолёта, земля, безвыгодный чёрная, в качестве кого было сверху самом деле, а серая, по образу во грозный осенний день, как угорелая кошка летела во лицо, впоследствии мягко замерла, видишь сделано деревья мелькают, лже- летишь возьми кроссовом мотоцикле. Только на смену рычания мотора — ритмичное перспирация человека. Дом, охрана, танк, зенитная самоходка — высунув язык проносятся мимо. Миша равным образом Маша, влипшие на экран, влетели на окно. Изображение закрутилось. На полу лежит крохотный старик, на котором со большим трудом позволительно пронюхать Великого Сталина.

Мария вскрикнула, отпрыгнула. На лице — ужас, пасть раскрыт во немом крике невыносимой боли, ставни — пучина отчаяния.

— Это правда? Сталин? — её трясло. Миша остановил копия видео, сходил держи кухню, принёс воды.

Миша передвинул ролик назад, отмотав провороненный эпизод, запустил снова. Опять мельтешение, органон старика для полу (в голове Миши казаться безвыгодный хотело укладываться, зачем таковой беззащитный хрен — Сталин, сознание безграмотный принимала неизбежного). Краски меркнут, пикния растворяется во воздухе, как моя персона погляжу внутренние органы, видать середыш — оно безграмотный трепещет уже, далее — равным образом сия тело растворяются, виден скелет, минута — всё вернулось для привычному виду.

Миша скосил глаза, дабы испить размер отверстие Маши. Он знает, в качестве кого действует в непосвящённых шествие возможностей Баси. Получив ожидаемый эффект, получив каплю удовольствия с этого, усиленную мстительностью — дьявол равно самостоятельно бог знает когда в такой мере но был шокирован. И неграмотный раз.

Миша вернулся для просмотру. Ужасная, уродливая пятерня монстра, чёрная, когтистая, покрытая чешуйками да наростами, протянулась ко телу старика, когти разорвали френч, какой-то объект был помещён держи старческую грудь. Пошли строки данных. Миша остановил запись, безуспешно вглядываясь на пустословие равно цифры. Разочарованно поджал уста — ни ложки далеко не понял.

Строки данных — пробежали. Осталась одна мигающая надпись. Миша её прочёл из трудом, безграмотный то, что-нибудь произнести. Незнакомое слово. Изображение поплыло, сканируя помещение.

Грохот, крики, рёв голоса отца, изменённого Басей. Так называемый — «боевой речевой мод». От Медведя требуют сдаться, положить оружие. Комната — полна людей, за единый вздох стала тесной, многие — направили пистолеты равно револьверы возьми Мишу равно Машу. Не получи и распишись них, конечно, а получи камеру.

Медведь — насмешлив равным образом ироничен. Это — обман. Батя — во ярости. Не легко зол. В неописуемом гневе. Только во таком состоянии — некто круглым счетом арктически выдержан.

— Лошадь, какие люди! Кадет, сыздавна малограмотный виделись! Чем обязан?

— Сдай оружие! — говорит оплывший толстяк во прокурорском мундире.

— Лошадь, твоя милость но знаешь, аюшки? мы малограмотный вооружён. Но, весть — опасен!

— Снимай броню!

— Это — отнюдь не возможно. И сие вас всегда — знаете. А смотри равно то, зачем моя особа искал. Лошадь, а на чём ВЫ меня обвиняете?

— В убийстве товарища Сталина!

— Да-а? Это пишущий эти строки ему — эту книгу ядом пропитал? Да, пишущий эти строки знал, почто спирт любит пизда сном уважать прямо текущий томик. Не многие знали. Не многие. Круг узок. Они всё-таки — умрут. И их хозяева — умрут. Все умрут! А ваша сестра — прямо-таки пешки, которых подставили около меня. На убой! Пшли вон!

Что-то изменилось. Воздух дрогнул. Лица людей исказились выражениями неописуемого ужаса. Все побежали, сталкиваясь, образовав замедление на дверях. Комната опустела. На диcплeй поплыло окно, дальше лес.

— Он попросту ушёл, — рассмеялся Миша, — но, по образу Карлсон — обещал вернутся! Ха-ха! Ха-ха-ха! Медведя на броне Баси они занять хотели! Его танковая сонм далеко не остановит! Ха-ха-ха! Ищи в настоящий момент ветра на поле! Ха-ха-ха!

— Объясни мне, — попросила Маша.

— Сейчас, мамино известие — глянем.

Миша запустил запись:

— Здравствуй, Мышонок. Как твоя милость понял — «Мрак». Я посмотрела писание отца. Как равным образом любой, кто именно имеет подход ко Сети. Это — яд. Не быстрый, хотя сильный. Новый. Противоядия — нет. Яд — наш, советский, гэбешный. Совсем новый. Книга была пропитана ядом. Они знали, сколько Сталин слюнявит пальцы, листая страницы. Это — левый переворот. Но, Медведь — объявил далеко не «Рассвет», а «Мрак». Очень прошу, Мишенька — безграмотный лезь! Виктор сим занялся. Не лезь! Раздавят — далеко не заметят. Мокрого места никак не останется. Сделай то, что-нибудь должен. Как наша сестра все. Мы возвращаемся Домой. Люблю тебя, сынок!

— Поняла? — спросил Миша, удаляя файлы. Сообщение матери — суммарно личное, ни одной души никак не касается, партитура Баси — изо Сети. Значит, снедать на Сети.

— Это — Медведица?

— Это — Мама.

— А твоя милость — Мышонок.

— Мышонок, — вздохнул Миша, — в целях них — ввек буду Мышонок. Даже Герой Союза.

— Ты — Герой Союза? — удивилась Маша.

— Есть такое.

— А ради почто дали Героя?

— Почти даром. Авансом. За сноровка амором летать в соответствии с пересечённой местности.

— Это как? Ты беспричинно шутишь?

— Есть такое дело.

— А аюшки? сегодня будет?

— А твоя милость далеко не слышала? Не отсвечивать. Плывём по части течению, на правах говно, — Миша разозлился, пнул сокрушенный терминал.

— А я? Мне — нынче который делать? — спросила Маша, заворачиваясь во одеяло, как бы ей нечаянно из чего можно заключить зябко.

— Исполнять особенный долг. Иди, доложи командирам, ась? штраф выполнено.

— Что? Ты что такое? такое говоришь? Ты меня гляди в такой мере видишь отпустишь? После всего? Выгоняешь, фактически! А ежели моя особа далеко не вернусь? Если автор всё, что было — расскажу?

— Ты не аюшки? иное круглым счетом равно сделаешь. Всё расскажешь, как бы было. И вернёшься.

— А — безвыгодный вернусь? Ты далеко не боишься, что такое? предам тебя?

Миша натянул всё ещё влажные штаны, встал пизда Машей, раскачиваясь от пятки возьми носок, провёл руками в соответствии с волосам, несдержанно бросил грабли вниз, говоря рублено, в качестве кого отдавая приказы во бою, голосом полным стали и… боли:

— Вчера моего подлунная рухнул. Потом — появилась ты. Мне стала, вновь, интересна жизнь. Если твоя милость окажешься сукой — зафигом такая жизнь?

Миша развернулся да ушёл во туалет. Когда симпатия вышел, Мария всё что-то около а сидела, обняв ноги, закутанная на одеяло. Услышав его, подняла заплаканные глаза:

— Я никуда неграмотный пойду. Я — увольняюсь! Слышите, Вы! Мне всё равно, аюшки? хотите, делайте — ваш покорнейший слуга уволилась!

— Нет, твоя милость — пойдёшь. Ты — доложишь. Твоим кураторам интересно, который тута происходило. И никак не кричи. Все их жучки — погорели. Ещё в канун вечером, при случае автор этих строк коренной крат вошёл на квартиру.

— И твоя милость молчал? Почему никак не сказал?

— И забрать себя удовольствия созерцать твои актёрские таланты?

— Ах ты, козёл!

Одеяло полетело во сторону, девушка, обернувшаяся дикой рысью, кинулась бери Мишу. Ха, напугала Маугли рысью! Мы тигров ломали! Их соперничество закончилась очередным утверждением, ась? они — одно целое. Очередным слиянием двух половинок во одиночный сплетённый клубок.

— Время, — сказал Миша, со сожалением во голосе, при случае всё закончилось, — борзо обслуга придёт.

— Надо прибраться, — подскочила Маша, — неудобно.

— Головы безграмотный забивай. И улики безвыгодный трогай. Горничная — старший лычка госбезопасности. Не мешай её работе.

Мария села подавленная.

— Что, совершенно — служат?

— Это характерный дом. Тут живут безграмотный простые люди. Поэтому ваша небыль не без; подружкой — халтура. Чужие — тута отнюдь не ходят, милая моя. Только свои.

— Как беспричинно жить? Когда всё — получай виду.

— Привыкай. Привыкнешь. Я но тебе говорил — твоя общежитие изменилась навсегда. Милая, очнись, вставай, поищи себя что-нибудь одеться. Не важно, что. Нужное — купим.

— А деньги? У меня — малограмотный бери ась? покупать. Всё отдала следовать платье. Вот сие платье!

— А в чем дело? — деньги? Забудь. Для тебя сейчас гроши — невыгодный будут шиш значить. Должна привыкнуть, сколько копейка — нуль неграмотный значат, сиречь они тебя — сожрут.

— Кто?

— Деньги. Когда их столько, как хорэ во твоём ведении — они могут погубить. Надо привыкнуть, для ним обращаться — равнодушно. Деньги — ничто. Есть принадлежности больше ценные, сильнее значимые. Когда денег достаточно столько, почто тебе их — невыгодный потратить, начинаешь ставить высоко то, ась? не мочь купить. И в чем дело? — далеко не продаётся.

— И почто это?

— Банальности: Любовь, Семья, Родители, Дружба, Родина, Земля, Долг, Совесть, Честь. Давай помогу. Примеряй сии штаны. Вот. А эту майку?

— Как? Прямо так?

— Такую душа — допускается равным образом так. Позже купим. Да, хрен, автор что-то нормального купим тут! Ладно, на Гвардейске — купим. Или закажем. Прямо по мнению тебе сошьют. Вот эту ветровочку — прикинь.

— Броская.

— А твоя милость — какая? Блин, никаких туфель нет. Ладно, меряй бегунки. Ах, Ленка, немытые швырнула во шкаф! Матери — вломлю! А симпатия — ей вломит! Неряха! Носки, носки! Да, годиться. Велико — невыгодный мало. А чикчиры об эту пору — отнюдь не идут. На, видишь сии видишь штаны. Наши заклятые братва их называют — джинсы. Мерзкое дисфемизм какое-то. Вот, годиться! Иди, сообрази что-нибудь пожевать, вроде бутербродов, мы получи и распишись вахту звякну. Смотри, малыш, совершенный бардак, а доломан мои — как бы пальцем неграмотный тронутый!

— Ух, ты! Золотая Звезда! Настоящая?

— Нет, конечно. Муляж. Копия. Тоже — золотая, а — копия. Настоящая — во музее Гвардейска.

— За Сталинград? Как? Тебе сколечко лет?

— Скоро кинофильм выйдет. Вместе сходим, увидишь — как. Михалыч? Здравствуй, дорогой! — Миша сделано кричал на трубку, Михалыч оглох нате одно лабиринт позже ранения, дальше Маугли накрыл ларингофон рукой, обратился для девушке, — Маша, похавать бы!

— Солдафон! Держиморда! Всё, закончилась романтика? Женщина, получи кухню, ко плите! Знай своё место?

— Ага, прошла любовь, завяли помидоры, Маш, отстань! Михалыч, в духе тебе небывалый протез? Этот — неграмотный трёт? Отлично! А гляди сие — малограмотный твоё дело! И им передай — хозяйка возлюбленная всё доложит. Да-да, во письменной форме. В трёх экземплярах. А в качестве кого со временем моя Ласточка? Не конфисковали? Или ми сердце на ведомстве заказывать? На месте — сие хорошо. Не, далеко не надо. Сам ещё отнюдь не разучился ходить. Сам равным образом прогрею. Да вашим механикам такую тонкую технику аль позволяется доверять? Им бы всё авто Тарана для морозе перебирать. А сие — отнюдь не танк! Это — песня! Влюбишься — как и разговоришься! Сочувствую! Бывает так, в чем дело? невыгодный судьба. А у меня гляди — судьба! Ща-аз! Я её в настоящее время никому отнюдь не отдам! Моя она! Сами виноваты! Я, гля, Маугли. ми палей на жевало далеко не клади — до локоточек отхерачу! Давай, Михалыч, никак не кашляй!

После написанного-2 Валькирия

Девушка стояла получай кухне, невыгодный дыша. Слёзы катились объединение её щекам. Она безграмотный могла поделиться своему счастью. Война, голод, холод, девственный дом, спецшкола, идеже со ними обращались, во вкусе вместе с собаками, дрессируя, спецкурсы, идеже дрессура вышла нате последний виток. Первое а урок — равно вона огулом подлунный мир — от ног получи голову. Герой Союза, преемник легендарного Медведя да безграмотный не так легендарной Медведицы, тайны равно загадки вместе с грифом «Гостайна», предметы с сказки, сиречь со страниц фантастики из лапой медведя получи переплёте, огромная квартира, шикарная шифонер да вещи, попросту разбросанные соответственно полу, продукты, которые потребно нюхать, в надежде раскумекать — почто это? Холодильник за пределами человека, оконечное устройство Сети, куда как подступ убирать только лишь избранным — валяется сверху полу разбитый. С потолка свешивается защита кинотеатра — киноискусство — непосредственно дома?

И возлюбленная — на центре только этого?! Это ради неё нынешний непревзойденный герой, молодой человек мечты да девичьих грёз, говорит — «судьба», «никому отнюдь не отдам, моя она»?! Про неё? Он, красивый, стройный, цельный мускулистый, правда, цельный на шрамах, так дьявол но — Егерь! Умный, образованный, джентльмен да тактичный. Солдафон. А ещё некто — галантный. Настоящий рыцарь. Раздел её, беспомощную, вымыл, на шлямка уложил. И отнюдь не покусился в её девичью честь. Потому в чем дело? лично — Честь. Она сама, фактически, изнасиловала его, боясь упустить, боясь, что-нибудь возлюбленный встанет равным образом уйдёт. И возлюбленная более никогда в жизни его безвыгодный увидит. Никогда! «Хоть высшая оценка минут, только мой!» — думала она. Потому — провоцировала, видела его глаза. А оказалось — возлюбленный играл из ней, наравне коташка со мышкой. Пусть! Зато у неё принимать чувство, которого безграмотный было в жизнь не — каменной стены следовать спиной. Надёжной опоры, заботы.

Бутерброды? Сей но миг, любимый! Не то, который бутерброды! Ноги буду купать равным образом воду эту пить, в духе говорила её бабушка. Только сейчас возлюбленная поняла, что-то значат сотрясение воздуха эти. И недостает безличный брезгливости! Какая брезгливость! Какой спирт милый, этакий ковкий из ней, такого склада нежный, как бы возлюбленная — вазочка венского хрусталя, а никак не закалённый стилет дамасской стали. И сие — весть приятно. Она вдругорядь захотела его. Ощутить его на себе! «Мама, спирт свёл меня вместе с ума!»

— Малыш, время! — стальная ручка бережно охватила талию Маши, — жевнём равно едем! Тебе вкусу Ласточка.

— Кто сие — Ласточка?

— Ревнуешь? — спросил Миша набитым ртом.

Марина кивнула, а ощущала, почто бай пусть даже Ласточка — женой Миши — возлюбленная смериться. Лишь бы он, по малой мере иногда, был вместе с ней. Был её. Хоть временами осязать себя его женщиной. Теперь Мария поняла, по образу живут нежный пол Востока на гаремах.

— Ласточка — отнюдь не «кто», а «что». Это — машина. Автомобиль. Закину тебя, куда ни на есть тебе надо, съезжу соответственно делам. А нет-нет да и освободишься — заберу. Да, документы в вечернее время захвати. Билеты брать. Батиного самолёта автор ныне безграмотный увидим, по образу своих ушей, беспричинно зачем поездом поедем.

— Куда? Куда поедем поездом?

— Ты меня невыгодный слушаешь? Домой. В Гвардейск. С Мамой тебя познакомлю. Свадьбу сыграем. Всем городом.

— В Гвардейск?

— Ага. Надо успеть, доколе отпускание безвыгодный кончился. Куда зашлют — отнюдь не знаю. Ни минуты минуя тебя безвыгодный хочу, — Миша впился во Машу поцелуем, потащил её изо квартиры. Мария потерянно улыбалась.

Миша был одет во волюм но стиле, зачем равно Марианна — сии мягкие лёгкие ботинки, прямые трузера со накладными карманами, усиленными медными клёпками да прошитые усиленными швами, что спецовка, таковой протаскивающийся вязальный аристократический фуфайка сверх воротища равно без участия рукавов, лишенный чего пуговиц, со бестолковой надписью: «Здесь вас малограмотный тут!», да куртка со множеством карманов, также пробитых клёпками да приближенно а крепко-накрепко простроченная. На голову Миша шиш безвыгодный одел.

Лифт ехал грубо наверху. Они безвыгодный стали дожидаться — подумаешь бежалось фактически по мнению лестнице! Маше казалось, что-нибудь возлюбленная неотложно — взлетит. Как на пьесе Островского.

— Это — машина? — удивилась Маша.

— Нет, малыш. Это — трактор. Машина. Ничего, бегло постоянно аппаратура таблица перейдут бери близкий лик кузовов. Садись, — Миша открыл до ней толстенную дверь.

— Какое кафисма необычное. Как непривычно. Обволакивает. Так да ездить — полулёжа?

— Привыкнешь. На сих лавках, что такое? без дальних разговоров — сделано невыгодный сможешь, — улыбался Миша, запустил двигатель, аюшки? заурчал мощно, же тихо.

Потом Миша вещь нажал, несколько подкрутил. Вокруг появилась музыка. Мария закрутила головой. Музыка лилась с круглых решёток во дверях. Миша улыбался, вместе с хитрецой глядя бери неё.

— Хорошая музыка, — сказала ему девушка.

— Энио Мариконе. Мне нравиться. А ещё чище полюбиться видишь это. Энигма.

Миша самую малость нажал, хрустнуло, щелкнуло, изо радиолы выскочила прямоугольная коробочка со зубчатыми отверстиями. Миша вставил на пролет радиолы другую коробочку. Полилась другая музыка. Очень непривычная, адски насыщенная, так мелодичная. Пели отнюдь не по-русски. Латынь? Это который поёт нате латыни? Английский. Только сколько-нибудь слов для латыни.

— Поехали!

Машина тронулась неслышно равно плавно. Быстро набирая скорость. Миша решил ошарашить девушку ещё сильнее, закладывал резкие виражи в поворотах, входя во них нате чрезмерной скорости, по мнению явный летал из невероятными скоростями, самолётными — 000 км/ч. Мария сдерживалась, вроде могла, дабы безвыгодный представить — на правах ей страшно. Особенно — понимать всё сие на больших изогнутых стёклах, приблизительно крайне отличающихся с маленьких плоских стёкол других автомобилей. Такая обзорность — где-то страшно! Вот тут-то симпатия равным образом поняла, зачем седалище во машине приближенно обволакивало — поддерживало Машу рядом безумных выкрутасах Миши. Наконец, Мария сдалась:

— Миша, милый, безвыгодный могу больше, далеко не гони!

— Ой, извини, малыш. Забыл, аюшки? для скорости — свыкнуться надо.

— А благодаря тому твоя милость меня называешь «малыш»? Я далеко не в бесчисленно тебя невыгодный подалее ростом! Я — самая высокая была во классе! 075 см!

— Малыш, — улыбнулся Миша, — твоя милость издревле будешь пользу кого меня — малыш. Девочка моя милая. Но, если бы безвыгодный приглянуться — никак не буду.

— Да нет. Пусть будет. Чувствую себя маленькой только. Но — защищённой.

Неожиданно, её болтовня погасили улыбку Миши. Взгляд его стал жёстким, звериным. Потом некто посмотрел получи и распишись неё, созерцание его бери помедли смягчился. Но, что исключительно дьявол поворачивался ко дороге — штифты ещё становились холодными. Лицо — каменело. Марианна в свою очередь посмотрела.

— Флаги снимают. Траур, — сказала Маша.

— Они — ответят!

— Миша, твоя милость обещал! Я — равно как тебя прошу — далеко не лезь. Прошу, пожалуйста. Всё что-то нравиться сделаю! Уволюсь, побегу ради тобой, что дурочка, в кромка света! Всё, что такое? угодно! Только безвыгодный оставляй меня! Я понимаю, сколько моя потрудитесь — ничто, же ваш покорнейший слуга — жуть прошу!

Миша стараясь безграмотный исключить ни слова посмотрел получай неё.

— Два, — стремительно бросил он, вроде первостепенный приказ. Тем а тоном, командным.

— Что? — безвыгодный поняла Маша.

— Батя ми поставил связь — двушничек сына. Поможешь?

— Хоть десять. От тебя — возьми хоть десять. А получи зачем условились?

— Пока отнюдь не хорош двух наследников — безвыгодный верно ми дальнейшего, как бы своих ушей. Пока отнюдь не полноте двух Михалычей — Батю мы далеко не увижу.

— А нате свадьбе возлюбленный безграмотный будет? — расстроилась Маша.

— Надеюсь — нет. Иначе сие бросьте невыгодный свадьба, а Сталинград. Отец неправильно отнюдь не умеет отступать. А что?

— Ты подумал, что такое? моя персона в соответствии с службе интересуюсь? Нет, любимый. Я — невыгодный дурочка. Хотела нанять вместе с великим равно ужасным…

— Гудвином, — перебил Миша.

— Каким Гудвином? — удивилась Маша.

— Есть эдакий превосходный персонаж, — усмехнулся Миша. Со злорадством понимая, что такое? сие некто у Бати заразился привычкой сколотить пыл момента нелепой, неуместной шуточкой.

— Невоспитанный солдафон, — вздохнула Маша, гладя торпеду приборной панели ладонью, проведя пальцами соответственно большому, крепко наклонённому, выпуклому приёмом нет слов многих направлениях стеклу, — перебил девушку. А ваш покорнейший слуга хотела ознакомиться от твоим отцом. И — боялась.

— А чё — боялась-то? Он, вообще-то, незлобивый да пушистый. Когда спит зубами для стенке.

— Шутишь всё, — вздохнула Маша, — а наравне никак не приглянусь ваш покорнейший слуга твоим родителям? Не понравлюсь?

— Головы отнюдь не забивай! — рыкнул Миша, втискивая машину получай 00 км/ч во радость двух машин нате перекрёстке, — Нравиться, малограмотный нравиться, спи моя красавица! Батина присказка. Мой выбор. Да, что-нибудь автор до тобой? Слушай — правду! И — решай, доколе безграмотный поздно! Отец равно его наилучший кореш звание Вишнин — тебя нашли. Выступили, равно как сваты. Они нас свели, как бы кобелька равно сучку. Если бы твоя милость им далеко не понравилась — служила бы равным образом тогда во райотделе. Какой области?

— Свердловской, — всхлипнула Маша. Слёзы бежали с глаз. Салон механизмы закружился на пороге ней, лобовое конденсор да лавка машин вслед за ним как пуля улетало вперёд, крутясь.

— Маша, Маша, Солнышко, тебе плохо? Прости, меня, дурака! Правда, солдафон! — автомобиль приняла вправо, остановилась.

Хлопнула дверь, открылась проем возле девушки, сильные, настойчивые обрезки помогли вылезть изо машины.

— Щас мороженку съедим, газировочки попьём, на теньке посидим. Не приколись! меня, солдафона! Привык ебать дубовых новобранцев! С девушками у меня — нисколько никакого опыта.

— Почему? — понизив голос спросила Маша, усаживаемая получи и распишись скамейку.

— Больной я, Маша. Немтырь. Молчун. Два фразы связать малограмотный могу вместе с девушками. «Бе-ме-кхе» — смотри приблизительно разговариваю. Матерюсь лишь ловко. А на бою — лишь приблизительно да надо.

— Не заметила, — легко улыбнулась Маша.

— Это ваш покорнейший слуга из тобой — болтун. Ожил. Ты моя индивидуальная, персональная Муза. Я тебе ещё песни выводить голосом буду равным образом стишонки писать. Только невыгодный бледней так, ладно?

Миша был круглым счетом от всего сердца напуган, приближенно жалостлив его голос, в чем дело? Марианна ткнулась на лицо на его плечо равным образом разрыдалась. Миша гладил её волосы, дёргая волоски наждачкой дублённой кожи своих ладоней, причитал, успокаивал.

— А тебе неграмотный обидно? — Мария отстранилась, глядючи на тараньки Мише.

— Что именно?

— Что нас свели, в качестве кого лошадей, равно как породистых собак? Для случки. Для улучшения породы?

— Какой породы? Маша? Я — невысказанный сирота, которого Медведь подобрал держи руинах Сталинграда, твоя милость — детдомовская. Порода!

— У меня по мнению бабкиной контуры — князья. Дворяне.

— Акуеть! Ой, прости! И чё? Ну, совпало. Бывает. Ты малограмотный виновата, зачем отец вместе с матерью — тунеядцы. Сама-то твоя милость — невыгодный такая.

Марианна пусть даже разинула зевало через удивления. «Улучшение породы»? Миша считает — ухудшение.

— Всё одно — ми отвели дело породистой сучки, клушки, сколько должна сидеть держи яйцах яйца да квохтать надо цыплятами.

— Есть такое, — кивнул Миша, невыгодный стал отрицать, — но, любая бабка, все в одинаковой мере какой старая песочница — хочет, в надежде невестка была — клушкой. Потому ась? хотят внуков. А у Медведя по-под сие целая госпрограмма подведена. И умозрительно по всей форме оформлена. Демографическое возрождение. Во как! Не много, малограмотный мало! Ему чуть-чуть тысяч Медвежат, ему дай сотню тысяч внуков!

— А тебе никак не обидно, что такое? твоя милость — равно как бык-производитель?

— А пишущий эти строки — безвыгодный бык-производитель. Я — Маугли. Я — сие я. А твоя милость — сие ты. И автор невыгодный обязан им ничем, выключая земного поклона, что-то дали ми тебя.

— Даже так?

— Ну, смотри! Закончился бы у меня отпуск. И папа — во бегах. Государственный злодей он, так? А я? Неблагонадёжный — отца отнюдь не сдал. Всё, относительно карьере — дозволено забыть. Будто мы по отношению ней грезил. Но, Героями Союза — безграмотный разбрасываются. И поеду ваш покорный слуга на зеленый ад Амазонии, прерии Трансильвании, во пустыню Пальмиры иначе говоря ещё какую жопу, местных внушать протесниться минные полина не без; целыми ногами да кишками.

— А твоя милость — можешь?

— А то! А твоя милость — таково равным образом просидела бы всю век во райотделе, заполняя опермутки по части пьяным поножовщинам. Или ещё проект — подложили бы тебя подо диппредставителя какого, нужного твоим начальникам.

— Фу!

— И безвыгодный отказалась бы. Комсомольская сознательность, то, сё. Так что такое? — нормально. Я благодарен сим старым волкодавам вслед тебя. И детей рожать твоя милость будешь малограмотный им, а мне. Если захочешь. Не захочешь — перетопчатся.

— Правда? — со надеждой спросила Маша, глядя во штифты Миши.

— Вот те крест!

— Дурак!

— А твоя милость думала — тебя на основание поставим равно поставим карта по мнению ежегодному увеличению поголовья равным образом надоев?

— Честно — да, — рассмеялась Маша.

— Так ты, дерёвня! «Княжна»! Ты — Человек! Не забывай об этом. И имеешь монополия любому выказать голую корму равно кукиш. Даже мне. Даже, желательно. Корму, аз многогрешный имею на виду. И сейчас! Такая…! Я ранее — соскучился.

— На-ка! — Марина сунула Мише почти шнобель сложенные кукишем пальцы, — из первых рук в улице? Или, вроде собаки — во кустиках? Потерпим. Я тебя безвыгодный получи помойке нашла, чтоб дорогое ми таково видишь марать.

— Ну, вот! Вопрос — исчерпан? Полегчало? Плакать никак не будешь? Хорошо, неграмотный накрашенная — без дальних слов бы размазалось.

— Я малограмотный крашусь.

— Ничего, мои бешенные сестрёнки — научат.

— Ты хочешь сообщить — автор этих строк отнюдь не красивая? Мне следует краситься?

— Не полагается краситься. Ты — самая красивая получи свете. «Свет моего зеркальце скажи…» Просто автор — пророк да увидел сие на будущем. В будущем. А твоя милость ми в такой мере да невыгодный дала однозначного ответа — «да» иначе говоря «нет».

— Конечно, да! Я буду для того тебя — кем захочешь! Хоть княжной, возьми хоть прислужник тряпкой. Хоть клушкой равным образом станком с целью повышения надоев. Для тебя!

— Вопрос исчерпан! — подвел счет Миша, вставая. Глаза его ещё стали жестокими, движения — резкими, — безграмотный забывай об этом, рано или поздно будешь теперь рапортоваться в ковре начальства.

— Я — уволюсь!

— Не обязательно. Я говорил, что-то аз многогрешный — пророк? Следующим твоим заданием — буду сызнова я. Цель — в свой черед я. Задача — имплантация на среду. То есть, на мою семью. Установление контактов, наблюдение. Работа лещадь прикрытием. Где тогда разлад со нашими от тобой планами?

— Миша, автор безграмотный понимаю тебя! Я должна буду «стучать» получай тебя?

— Да. Очень почасту да архи подробно. Исчерпывающе подробно. Исчерпывающе. Чтобы у них безграмотный было желания вводить другого агента.

— Другого? Агента? Убью! — Марианна оскалилась.

Миша вяло усмехнулся:

— Поехали, валькирия моя. Прямо на точку — «Валькирия»! По дороге сказку расскажу.

— Сказку?

— Про Большую Медведицу. Есть такого типа человек, Палыч. Был спирт бог знает когда всесильным, грозным наркомом. И был одинокий необычный, неестественный человечек, кто деньги отнюдь не хотел контроля по-над собой. Вкусы равно пристрастия человечка изучили равно решили ему ввести связь. А он, человечек, возьми равно перевербуй связь! Да ещё да есть её ВПЖ.

— Военно-полевой женой?

— А то! Теперь у них — тысячи детей да они жаждут внуков.

— Твои родители? А Палыч — Берия? Медведица — агент?

— А то! До этих пор своему начальнику после чаем из плюшками для своего неугомонного мужа докладывает. Жалуется. Всё надеется — отправят его во отставку, на родине засядет. Ща-аз! Батя — не насчет частностей выходка ушами выкинул — ушёл на нелегалы. Ищи его теперь, свищи! Пеки жданки.

— Ты меня поразил прежде глубины души, — сказала Маша.

Миша вкривь в неё посмотрел, покачал головой:

— Круто. «Поразил прежде глубины души». Надо запомнить. А аз многогрешный всё — матерно истинно матом. Ёмко, сочно, эмоционально, так нецензурно. А твоя милость — молодец! Так что, влечение моя — оставлять службу неграмотный обязательно. Но, решай сама. Без работы неграмотный останешься. Гвардейск — независимый город. Там — всё иначе. И твоя милость станешь иной. И видишь ещё. Возможен вариант, сколько получи тебя будут давить, грубить. Не бойся, безвыгодный тушуйся, неграмотный прогибайся, неграмотный ломайся. Помни, кто такой твой муж. Помни, почто я, во одно лицо, могу голыми руками склеивать сполна ваш отдел. Всё строение на одно моська зачистить. Так быстро, что такое? легавка завернуть безграмотный успеет. И отлучиться минус царапины, не без; тобой почти мышкой. И нас — невыгодный найдут. Это — моя работа. И делаю моя персона её — хорошо. Диверсантов мой уровня в соответствии с всему миру — одной растопырки довольно пересчитать. Не забывай, ась? получи и распишись тебе пока что — метка. В тебе — метка. След Медведя. Ты сегодня — Медвежонок. Со всеми вытекающими правами равно обязанностями. Приехали. Иди со Богом! В 07.00 автор этих строк из-за тобой подъеду.

И возлюбленный — уехал. И вселенная стал прежним. Обычным. Серым равным образом расчётливым. Кончилась сказка. Лишь слабость во лоне напоминала, аюшки? сие — было. Это был безвыгодный сон.

И спирт был прав. Машу махом вызвали получи «ковёр». Вызвали, же держат на «предбаннике». Было душно. Марианна сняла ветровку, так увидев взгляды, одела обратно. Грудь её распирала эту эластичную футболку, что-нибудь облегала, обтягивала. Истома на теле вызывала твердость, идеже безвыгодный надо, притягивающая философия неграмотный всего только мужчин, же равным образом коллег-женщин. Пришлось париться на ветровке.

Машу впустили на кабинет. Портрет Сталина да чёрная ленточка возьми нём — сбили Машу. Она отнюдь не могла отклонить взгляда ото этой чёрной ленты.

— Вижу, Иванова, зачем запрос выполнено. Связь установлена. Ты ночевала во квартире № 78.

— Так точно. Ночевала. Связь установлена. С фигурантом № 7 — Кузьминым Михаилом, известным где-то же, на правах Маугли.

— Какая связь?

— Половая, друг полковник.

— Даже так?

— Даже так. Сделал нота шуршики да сердца.

— Даже так?

— Даже так. Зовёт не без; лицом во Гвардейск. Знакомить со фигурантом № 2.

— А № 1?

— Не посчастливилось определить местоположения. Маугли говорит, что такое? самопроизвольно малограмотный знает, идеже Медведь. И неграмотный узнает, временно у него, Михаила, безвыгодный родятся двушник сына.

— Просто 0 ребёнка, Иванова. Не непременно мальчики. Это — неграмотный контракт свидания. После рождения двух детей Медвежата — погибают. Порой, нелепыми смертями. Часто — кусков далеко не соберёшь. Как проклятие. Э! Иванова? Ты что? Тебе плохо?

— Да. Мне — плохо. Я день провела получи и распишись крыше, в жаре равно ливне, позднее работала не без; фигурантом. Ничего безвыгодный ела всё сие время. Разрешите идти?

— Да-да, иди. В письменной форме! Жду доклада. Все подробности! Что, как, когда! Всё!

— Товарищ полковник, а пораньше не запрещается уйти?

— Во сколько?

— В 07.

— Наглеешь, Иванова! Только пришла — уж отпрашиваешься. Ладно, учитывая состояние… Доклад напишешь — свободна. Отдыхай. Молодец, кстати.

«Знаю» — в воображении ответила Мария равно вышла.

В аппарат — ажиотаж. Марина прислушалась. Обсуждаются кадровые перестановки на верхах власти. Кто ушёл, кого «ушли». Строятся гипотезы. Почему ушли, ради зачем ушли? Ещё позавчера, Марианна бы по-черному прислушивалась, а теперь находила сии обсуждения информации «достоверных источников» — смешными. Она всего лишь краем ушица прикоснулась… Мария набекрень улыбнулась, вспомнив, нежели возлюбленная «прикоснулась» равно ко какому «достоверному источнику». Вспомнила самопроизвольно «достоверный источник». Ей итак вдругорядь пламенно равно некомфортно. Слова ни за что далеко не складывались на предложения. Доклад невыгодный получался.

Чтобы отвлечься, снова стала настораживаться обсуждения коллег. «Старая гвардия» — уходила. Молодых «боевых наркомов» — уходили. Говорят — кампания кончилась. Надо обитать по-новому. А сии «боевые наркомы», что работали закачаешься сезон Войны — вне выходных да круглые сутки, эдак во таком режиме равным образом функционируют. И всех своих подчиненных заставляют приближенно но круглосуточно «пахать». А Война — кончилась! Раз безграмотный понимают, который подсолнечная — изменился, в таком случае чтобы освобождают место!

Никто безвыгодный понимал, дьявол Медведь убил Сталина. Строились неравные предположения. От безобидных — хотел помочь, однако отнюдь не смог, случайность, до самого до чрезвычайности негативных — поползновение Медведем захватить воля во стране. «Вон дьявол каким оказался! А Сталин относительно таких равным образом говорил — переродился!» — говорили. Никто безвыгодный высказал, почто Медведя — подставили. Никто. Марианна — равно как молчала. Перед глазами стояло харя Медведицы: «Раздавят — мокрого места неграмотный останется».

В голове Маши ажно секунды сомнения неграмотный было от том, зачем Медведь — виновен. Она верила на его безупречно беспорочный изображение — равно всё! Верила Маугли. Марина метко отринула всю, ещё устанавливаемую, профиль власти, несложно оттого почто сия сила отринула её возлюбленного равным образом его семью, его отца. Это было несоответственно — руководиться во таких серьёзных вопросах эмоциями, находясь на состоянии изменённого сознания, именуемого опять же — влюблённостью. А необходимо было задаться вопросом — далеко не может квалифицированная ошибаться. Если цельный народ, содружество равным образом директория уверены, в чем дело? Сталина убил в частности Кузьмин, так — приближенно оно равным образом есть! А по сию пору эти, шитые белыми нитками записи, который показал ей Егерь нате сказочном экране — подделка. С их умением фотографировать кинолента — плёвое дело. Для что такое? подделывать? Чтобы внушить её? Её — одну? Проще — её прямо-таки убить. Маугли сие — может. Если поклоняться тем слухам, который ходят ради Медведя, Маугли равно Егерей. Мария должна была усомниться, по образу комсомолка, да возлюбленная — малограмотный хотела. Она эдак усиленно хотела надеяться Мише, его матери, Медведю! Она что-то около хотела бытийствовать причастной для этому странному сообществу людей, на простолюдье именуемому — Медвежата! Она хотела, дай тебе мироздание опять двадцать пять стал прекрасным, радужным да простым, умным равно интересным, увлекательным, каким симпатия был, когда-когда Миша был рядом.

Потому сколько серая сплин обычной жизни ею была выедена вплоть до тошноты. Бомбёжки, конец бабушки, убегание нате восток, идеже бедную сиротку — били, пинали, отпихивали ото машин, вагонов. Голод. Грязные домогательства пьяного мужика, которому возлюбленная разодрала всю морду. И буде бы никак не молодожен сыскарь вместе с тонкой шеей — сей мужичишко — убил бы её. Именно о ту пору Марианна решила, что-нибудь равно как — довольно драться не без; беззаконием, охранять слабых да беспомощных. Милиционер привёл её во отделение. Во всём отделении было токмо два милиционеров — ранний сухой паренёк, что такое? было нормой во те годы, равно солидный человечный чёрт вместе с рыжими ото курева усами равным образом пристёгнутым ко плечу пустым правым рукавом. Этот пестун смотрел в Машу добрыми, ласковыми глазами, называл её «Дочка». И в основной раз вслед мало-мальски дней Марина — поела. Не было ничто вкуснее того питание вместе с опилками равным образом прозрачного кусочка жёлтого с старости сала. Именно пестун поморщился, от случая к случаю возлюбленная назвала свою фамилию, да выписал ей её новую фамилию — Иванова.

Потом — бесконечные пересылки по мнению сиротским приютам. Голодные годы Войны, разработка — с темна по темна. Условия жизни во детском доме были неграмотный то, воеже суровыми. Они были — безжалостными. Дети, по мнению природе своей — безжалостны. Им безвыгодный знакомо сострадание. Взрослых возле не без; ними безграмотный было большую доля времени. Взрослым было безвыгодный вплоть до них — война, у всех — много забот. Все, кто именно был способным бороться — были во Армии, а мужиков заменили женщины, старухня равно подростки. Дети приблизительно круглые день были предоставлены самочки себе. Они работали во цехах, идеже были всего только детишки через 0 впредь до 04 лет, они жили на бараке, идеже получи сотню детей была только лишь немощная старуха, хоть в летнее время невыгодный снимавшая пим да под круглые день дремавшая. Отношения середь детей строились по мнению законам волчьей стаи. Именно между тем Марина прошла свою главную школу жизни. Именно сиротский убежище её научил стойкости равно непримиримости. У неё была своя собственная война.

Они толпами слушали громкоговоритель из сообщениями Совинформбюро, об том, по образу владение сражалась от врагом. Всем бараком зачитывали вплоть до дыр газеты из описаниями героических подвигов бойцов равным образом командиров Красной Армии.

Именно если на то пошло её самообман укоренилась да выкристаллизовалась. И Марианна стала для ней двигаться. Целенаправленно. Надо твердить — симпатия училась. Надо брать уроки физкультурой — занималась. Она стала отличницей объединение успеваемости, соответственно физической подготовке.

Добилась перевода на спецприёмник НКВД. Она стала единственной девочкой во классе. Она была единственной девочкой на приёмнике. Ради неё одной ни один человек невыгодный горазд выделывать женского класса (тогда практиковалось раздельное тренировка — мальчики отдельно, девочки — отдельно, прим. авт.). Спецприёмник сей был аналогом суворовского училища. Но даже если во суворовских равно нахимовских училищах с беспризорников готовили офицеров для того армии равным образом флота, ведь на их приёмнике готовили оперов НКВД. Натаскивали их, равно как собак. Дрессировали. И — пороли. Даже Машу. Причём, во текущий спецприёмник был отличный отбор. Отбирали неграмотный самых умных, неграмотный самых покладистых. Наоборот — самых отчаянных равно дерзких беспризорников, через которых «вешались» оставшиеся приюты для того беспризорников.

Впервые Марианна оказалась во особом положении. Как единственная девочка, симпатия стала — неприкосновенной. Как волчиха во стае. Из-за неё — весь круг число драки! Но симпатия — неприкосновенна. И сие была контролирование её женской силе. Тому, чему её учила бабушка.

После спецприёмника — полугодовая эксплуатация на «поле» сержантом милиции. Опять — нате отлично! Поэтому — спецкурсы. И также — вместе с отличием! Поэтому по мнению окончании возлюбленная — лейтенант, а неграмотный младлей, что все.

Жизнь была аляповатый да понятной. Чёрно-белой. Противной да тошной, только — простой. Есть люди, а убирать — уроды. Есть свои, прочие — чужие, а получается — враги. Есть цель, лакомиться мечта, принимать для ней — путь. Всё остальное — согласно боку! Есть — работа, служба, остальное — лишение времени. Есть коллеги, кушать люди, недостает — мужчин равным образом женщин. Есть цель, всё остальное — оружие её достижения. Но, поглощать ещё равным образом Честь. До вчерашнего дня — без затей Честь. Теперь — девичьи Честь отделилась, образовавшись, вдруг, во самостоятельное понятие. Вчера Миша кое-что ес со Машей. Она лишилась невинности, так обрела куда как больше!

Её большая Душа, зажатая рамками Разума, малограмотный терпела монохромности жизни. Разум — шёл для Цели, Душа хотела — Жизни. Красок, радости, счастья, любви. Работая внутри таких а сержантов да офицеров НКВД, Марианна далеко не видела красок. Война выплеснула с людей всю гиль их пустых черепных коробок наружу. Страна захлёбывалась на сих нечистотах. Их, бойцов правопорядка было жуть мало. Они — в свою очередь тонули на этом дерьме. Они — ожесточились. Круглые сутки, складывающиеся на недели, месяцы равным образом годы, солдаты закона равно ориентировочно жили равным образом возились от преступниками, отступниками, уродами, прочими людьми не без; червивыми головами равно сердцами, деклассированными элементами. Нормальные народ работали с зари предварительно ночи, зачастую — ночевали по прямой на цехах. Свои проблемы решали — сами. Милиция их без затей — никак не видела. Поэтому, погодя некоторое промежуток времени казалось, что-нибудь во мире пуще не имеется других людей, нормальных, простых людей от обычными человеческими понятиями да ценностями, остались — только лишь уроды. Очень много раз где бы задержаний — применяли оружие.

Первым во своей жизни Мария застрелила пьяного мужика, что-то пелена отлынить через фронта, сказавшись инвалидом, принудил ко сожительству вдовствующую солдатку не без; девочкой подростком, посевная кампания ей в шею. И — насиловал девочку вместе с её 02-летия. А мама — знала, однако терпела. Зачем? Зачем? Этот страхолюдина задушил свою сожительницу. Избитая девчура прибежала на милицию ночью. Мария — дежурила. Она легко пошла равно застрелила пьяного урода, сколько спал кроме штанов нате остывающем теле изнасилованной им сожительницы. Он её придушивал — кажинный раз. В сей однова — насовсем. Марина просто-напросто подошла равно выстрелила на потылица спящему.

И её — неграмотный терзала совесть. Её коллеги — парни, смотрели получай неё вместе с какой-то опаской. Предлагали выпить. С недоумением, Марина — отказывалась. Вот задним числом сего случая её да «сбагрили» держи спецкурсы.

А Душа — требовала по какой-то причине другого. И между тем Марина пристрастилась ко книгам. За вахта — прочитывая целую книгу. Тогда симпатия да узнала, что-то Кузьмин — безграмотный исключительно первостепенный генерал, конструктор, хотя да — писатель. За година Миша прочла целую библиотеку. Появилась, подспудно, тщательно подавляемая, Мечта насчёт Прекрасном Принце. Айвенго.

А Разум — вел её для Цели. Перевод во Москву. Стажировка. И бульон но вопрос — Мечта! Медведь, его среда, особая, искромётная. Люди, зачем именовались — Медвежата, жили рядом. Жили промеж них, но, казалось — они жили во другом мире. Над сим болотом людских слабостей, человечий боли равно жестокости, по-над всей этой грязью, которую милиции должен разгребать равно заколачивать на отстойники тюрем равно исправительных лагерей. Как на книжка анекдоте, если гинеколог вышел в улицу да удивился: «У них — лица есть?», приближенно да Маше казалось, что-то подсолнечная состоит с уродов, сейчас совершивших паскудство не ведь — не то лишь только собирающихся её, мерзость, совершить, да опасающихся последствий. А Медвежата — были — другие. Они — улыбались. На фоне остальных мрачных жителей страны, считающих, который улыбающийся тебе индивидуальность — или — или издевается надо тобой, не в таком случае — не то дурачёк — бросалось во глаза. Они жили — иначе. Одевались — иначе, говорили — иначе. Реагировали — иначе. Как как бы они малограмотный ходили по части этой но земле, а приехали изо какой-то другой, солнечной страны. Из той, оборона которую песнь — ради городец золотой, со прозрачными воротами да яркою звездой.

И ей — поручение получи и распишись насаждение как во эту среду. Наблюдение не кто иной после этими людьми! Она безвыездно шары сломала получай Параде, глядя в них. На их смеющиеся лица, нате их мундиры, увешанные наградами. На сих детей, ярких равным образом праздничных, казалось, что такое? сие малограмотный дети, а — ангелы. Сироты, усыновленные Медведем. Как они были никак не похожи для тех сирот, что-то были на приюте нераздельно не без; Машей. Настолько разительное было звезда этой группы зрителей через прочий толпы бери Параде, аюшки? инда — злило! Но, эмоции — эмоциями, а Разум говорил, почто детьми — повезло. И безграмотный метать громы и молнии держи них надо, а радоваться, что-нибудь взять один человек проживёт нормальным, счастливым детством. И частичка уважения для этому здоровяку вместе с ребёнком бери плечах, который развлекал детей, друзей равно их супруг и повелитель (как они одеты! Ах!) махал руками проезжающим парадным расчётам. Уважение, ась? дьявол — поделился своим благосостоянием из этими детьми, безграмотный стал проживать во своё удовольствие. Что примерно сим дети перепало счастье!

Медведь — был необычайно богат. Конструктор, генерал, писатель, композитор, собственник целого таёжного архипелага! Ему приписывали несметные богатства. В их, рабоче-крестьянской стране — миллионер. Немыслимо! Но, Марианна помнила, зачем никак не её одну сие задело. Была прокурорская пересмотр деятельности Кузьмина. Говорили, в чем дело? следователя сознательно назначили изо «обиженных» Медведем. Толстяк, которого Мария видела во еженедельник инцидента сверху даче Сталина. Тот самый. Обиженный. Медведь бессчетно кому коньки обтоптал. А сего — по отношению ко всему призирал. Даже бери официальных мероприятиях, слушаньях во суде, например, называл его животным прозвищем, отказывая во человеческом достоинстве, так точно ещё да женского рода, отказывая на мужском достоинстве. Не «Конь», например, «педальный». Или — «Конь во пальто». А вот поэтому и есть — «Лошадь»! Этого следователя запрещается было повесить всех собак во симпатиях ко Кузьмину. Скорее — задом наперед — во предвзятости.

И в чем дело? дала контролирование прокуратуры? Что Кузьмин безграмотный имеет никаких правонарушений! Что однако сказочные множество им потрачены далеко не получай себя, а для создание да развитость таёжного города Гвардейск. И все приобретённая им капитал — автомобили, корабли, самолёты — всё отчуждалось государству одновременно же, рядом таможенном оформлении. Что всё-таки гонорары ради издания его произведений ради границей, немного погодя а равно были потрачены. И по сию пору сии кулаж сиречь были оформлены возьми государство, или — или проходили по части секретным статьям ГРУ да МГБ. У Медведя — никак не было околесица своего. Ничего на личной собственности! Ничего! Он жил — по образу буржуй, жизнью миллионера, являясь держи самом деле — истинным коммунистом — жил малограмотный ради себя, а про тех, кто такой ему был дорог — на людей, с целью Союза.

И безвыгодный состоял во КПСС. Потому в чем дело? — был на плену. Он — искупил вирный ротой, равным образом его бы приняли во Партию, однако некто — далеко не подавал заявления. Демонстративно. Являясь образцом истинного коммуниста, отнюдь не являясь им юридически. В пику тем, кто именно на Партию вступили к своего возвеличивания. И сим — дьявол как и давал держи мозоли многим.

И потом сего Марианна должна поверить, аюшки? Медведь решил захватить власть? И убил Сталина? Медведь, что ушёл с Армии со первой волной демобилизации? Вместе от Рокоссовским? Медведь, какой безграмотный занимал по отношению ко всему фиговый должности, демонстрируя сим безразличие ко карьерному продвижению? Это экий алогичный вилявый ход? Отказаться ото высоких военных должностей, через рычага управления, довольствуясь лишь только влиянием бери Армию своим авторитетом, оторвать от себя через всех, предлагаемых ему должностей во Совете Министров, аюшки? предлагал ему его, ещё со времён Войны, товарищ — Устинов? Отказаться ото карьеры на Партии? Являясь генералом Егерей, невыгодный быть членом на должностях подле МГБ? И за сего — зацапать Верховную Власть? Очень быстро выкрученный ход!

На пирушка сцене, в чем дело? показал Миша сверху экране артефакта, Медведь — равно как поступил отнюдь не логично. Если тебя застали надо веточка — убери свидетелей! Медведь — аэрозоль бы. Он убивал много. И врагов, равным образом — своих. С одинаковой лёгкостью. Он был способным бы не насчет частностей устранить всю дачу. Нет! Он их — прогнал. И сбежал сам. Узурпатор!

Так что, Марианна верила своему возлюбленному равно его приемному отцу, далеко не всего потакая своим эмоциям. Это было — единственное логически достоверное вычерчивание — Медведя подставили заговорщики. Осуществлён был левый заговор.

Переворот. Как? Как такое как ми видится на их Великой стране? Не во Парагвае каком панамском, а во их СССР? Как?

Надо чего-нибудь поесть. Марина спустилась на столовую. За столиком ко ней подсела Люда, со которой они совместно пришли во бюро. Вместе были «молодыми стажёрами».

— Где пропадала, подруга? — спросила Люда, ставя поднос.

— На задании, — заторможенно ответила Маша.

— Уже? Здорово! И на правах прошло? — одна ножка здесь заинтересовалась Люда.

— Плохо, Люд. Надо было уследить вслед за парнем, а спирт меня сбил из ног, новое форма — порвалось, все ободралась, затем ещё янус получи крышу захлопнулась. Сутки сидела один бери крыше высотки. Жара несусветная, а следом — проливень всю ночь! Думала — отнюдь не переживу.

— Досталось тебе! А на правах выбралась?

— Тоже — случайно. Парень одиночный получай крышу поднялся — а моя особа еще минус сознания, замёрзла насмерть. Спас меня.

— Ух, ты! А что такое? из-за парень? Что дальше?

— Хороший парень. Майор. Пограничник. На Парад приезжал посмотреть. В отпуске. Предложение ми сделал.

Люда завизжала, кинулась получи шею, обниматься. Все обернулись, смотрят.

— Машка, а твоя милость почто такая смурная?

— Нездоровиться.

— А твоя милость что? Что думаешь? А ась? тогда думать? Соглашайся! Майор! Молодой? — засыпала вопросами Людка, проигнорировав сотрясение воздуха насчет дух Маши.

— Молодой.

— Даже далеко не думай! Генеральшей станешь! Я слышала, что-то будто бы — такая напитки сонм — ошибка. Будет твой майор после годочек — полковником. Если командовал батальоном, короче помыкать полком, а буде командовал полком — довольно комдивом! А твоя милость — руководить дивизией помощью него!

Мария набекрень улыбнулась:

— Мёртвым полковником.

— Чёй-то? — удивилась Людка.

— А из ась? сие армию решили раздуть? А? На нас равно со маленькой армией — ни один человек далеко не нападал. Зачем пузырить армию?

— Что-то твоя милость невыгодный ведь говоришь, подруга, — зашипела Людка, осматриваясь, — Ты сие брось! Услышит кто такой — проблем отнюдь не оберёшься. Раньше — нас боялись. У нас был Сталин. И Стальной Медведь. А безотлагательно — ни того, ни другого.

— В том-то равно беда. Ни того, ни другого.

— Ничё, подруга! Прорвёмся! Как Сталин сказал, в настоящий момент сторона — во наших руках.

— Хорошо ли это?

— Слушай, подруга! Ты, видно, то правда получай Солнце перегрелась! Шла бы твоя милость домой.

— Рабочий день.

— Отпросись.

— А что, можно?

— А твоя милость безграмотный видишь, наравне чуточку народу? Хватит, нашествие — издавна закончилась! А наша сестра всё пашем, равно как рабы!

Марина посмотрела получи подругу новым взглядом. Что стряслось от ней, вместе с Людой? Когда возлюбленная где-то изменилась? Или — сие Маша, вслед сии сутки, где-то изменилась, который возлюбленная перестала разуметь Люду. Метка? След Медведя? На ней равным образом во ней.

Марина вернулась ко отчёту. Злая. Дело пошло. Слова складывались на предложения, предложения на абзацы, абзацы образовали листы. Сдав отчёт, Марина узнала время. Ещё полчаса. Полчаса безо него. Но, находиться для стуле равным образом хлопать ушами бредни снег нате голову обуржуазившихся, шкурных, коллег — невыгодный было сил. На каждое их допущение Марина хотела откликнуться едким комментарием, так сдерживалась. «Мышонок — неграмотный лезь!»

Окончательно убило её известие, в чем дело? чин Вишнин — отставлен. Мария взяла беспримесный лист, заполнила его во виде рапорта об отставке. И понесла вносить секретарю.

Секретарь, старик времён взятия Исмаила, безразлично прочитала рапорт, вдруг, в качестве кого шарпей, встряхнулась, прочитала ещё единовременно и… порвала плита рапорта:

— Чтобы мы сего более невыгодный видела, поняла, девочка?

Из гляделки Маши — ещё слёзы:

— Я отнюдь не хочу на посылках этим…

— Заткнись без дальних разговоров же! Тебе доверено ответственейшее поручение, твоя милость много всё хочешь? Подвести таких людей? Убрала сопли! Сейчас же!

Слёзы высохли, во вкусе безграмотный бывало. Старуха встала, сняла очки, поманила Машу пальцем. Марина наклонилась. Старуха прошептала ей на ухо:

— У меня настоящий — семнадцатый! — перст её ткнул получи и распишись калитка кабинета, — но, помню аз многогрешный только лишь одного! Служим да мы вместе с тобой невыгодный «этим». Служим я — Родине. «Эти» — что пришли, этак равным образом уйдут.

— Такие человеки уходят!

— Уходят — лишь только на могилу! Русский корнет во отставке никак не бывает!

Мария отшатнулась. Старуха ликующе улыбалась:

— Поняла, сопливая? Есть такие задания… И во всем ИМ приходится доставить тыл!

Старуха сунула Маше её отчёт:

— Переписывай! Ты об чем, вообще, думаешь? Тут тебе что, инфантильный сад? Тут — террариум. Красным зачеркнула, зачем вовсе ни на какие потерна малограмотный лезет!

Видя, во вкусе Мария смотрит получай часы, старик сказала:

— Завтра сдашь. Другой, сопливой. Меня найдёшь во архиве. Заходи нате чай, посплетничаем.

Марина смотрела получай секретаря удивлённо, далеко не понимая, нежели обязана эдакий чести. Видимо, Марина была чтобы старухи, в духе открытая книга:

— Реакция правильная, однако на данном случае — ошибочная, — гнутый указательный старухи упёрся на порванный рапорт.

— Уезжаю я, — неутешительно ответила Маша.

— Знаю. Я но равным образом готовила предначертание относительно твоём переводе во Гвардейск.

— Переводе? — Марианна была поражена.

— Поняла, сопливая? Служи! У его матери поучись, в качестве кого лямку тянуть! — в эту пору указательный упёрся на расписанный отчёт, — Думаешь, лишь только их богослужение опасна да трудна? Мужик — голова. А твоя милость — шея. Куда повернёшь — тама равно смотрит. Иди! Опаздываешь!

В состоянии недоумения, Марианна выскочила изо здания. И махом увидела Ласточку. И Мишу, зачем разговаривал из двумя милиционерами. Все трое — улыбались. Миша помахал Маше рукой, раскланялся со милицией, открыл предварительно девушкой дверь.

— Поехали!

Миша взял изо рук Маши доклад, бросил мимолётный взгляд, усмехнулся, видя красные пометки, бросил нате заднее сидение.

— Ты ась? такая?

— Устала удивляться.

— А-а! Это — только лишь начало.

— Вишнина «ушли».

— Да? Значит, днесь равно его — «ищи, свищи». Ротозеи.

— Это — нормально?

— Не знаю, малыш. Я а — лишь боец. Моё мастерство — исполнительское. Выйти получи цель, исполнить, свалить со скоростью визга на туман. От всех сих политических заворотов меня — тошнит. Делай, сколько должен, а там, глядишь, равно выйдет — который выйдет.

— Куда автор сих строк едем? За город?

— Да. Хотел тебя от друзьями познакомить, но, блин, безлюдно — безграмотный найти! Все — абонировщик — отнюдь не абонент. Мрак! Поедем получи дачу одного хорошего человечка, кинематография посмотрим.

— А, может, паче домой? Я — устала.

— Домой — сие долго. Та кровля амбарная — неграмотный жилище больше. А эдак — отдохнём. Шашлык сделаю, лента посмотрим, провинность грузинского выпьем. Кинзмараули. Водан благодушный душа советовал не кто иной сие вино. Вот его равным образом помянем. Уроним скупую мужскую слезу. Хотел сходить, проститься, в качестве кого целое нормальные люди, так ми неуклонно безвыгодный рекомендовали.

— Почему?

— Убивать никак не хочу.

Марина посмотрела получай своего мужчину. Сейчас дьявол был похож получи и распишись того хищника, чьи пахта носит для теле.

— А для почто кинофильм будет?

— Про немцев. «Точка» называется.

— Не слышала. Новый?

— Новый. А сегодня аж безграмотный знаю, выйдет ли получай «широкий экран». А буде лента — пойдёт, ведь что-нибудь ещё поставим.

Дорога стелилась по-под колёса Ласточки, поглощаемая машиной. Мельтешили стволы деревьев. Сзади пылила автомат их «хвоста». Марина откинулась для сидение, зенки закрывались. Марина чувствовала, равно как Миша бросает сверху неё быстрые взгляды, улыбается.

— Ты любишь баню? — спросил дьявол вдруг.

— Баню?

— Русскую баню, вместе с каменкой?

— Нет. Я — далеко не знаю.

— Вот равным образом попробуешь. Сегодня у тебя бросьте жуть тяжёлый вечер! Сегодня моя особа тебя буду жарить! Сначала моя персона тебя буду спрашивать жаром, передвигаться да парить, впоследствии твоя милость будешь избита берёзовыми равно дубовыми ветками, с намерением мягкая стала, вроде взбитые сливки, далее тебя, в духе утку со яблоками, нафарширую мясом равно вымочу во вине, разве равно вроде заканчивающий фазис — твоя милость будешь невообразимо изнасилована.

Марина улыбалась.

— А дозволительно — вместе с последнего пункта начать? Я малограмотный доживу вплоть до конца программы. Так равным образом умру, неотлюбленная.

Они смеялись. Счастливые, радостные. Маше приближенно хотелось, с намерением текущий вечор отродясь безвыгодный заканчивался. Но, остался единственный куда главный дело невыясненным:

— Миша, а, правда, зачем постоянно Медвежата погибают, нет-нет да и у них рождаются неудовлетворительно ребёнка?

Миша удивлённо посмотрел бери Машу:

— Откуда… А-а, обработали уже! Что шелковица сказать? Бывает. Бывает, зачем гибнут. Бывает, гибнут, далеко не оставляя детей.

— Почему?

— Работа такая — Родину защищать. При этом временами не запрещается да — далеко не выжить. Бывает.

— Это понятно. Но, в дальнейшем двух детей — по сию пору гибнут?

— Маша, тебя обманули. Нет, безграмотный так. Они невыгодный всё знают. Такая — официальная версия. Ты далее поймёшь. Да, бывает, что-то да на самом деле — гибнут. Но, на основном — сие изображение гибели. Был персона — да не имеется его. Личное труд — во архив. А на другом месте появляется видоизмененный человек, имеющий чуть случайное внешнее одинаковость из погибшим. Понимаешь? Сумрак. Так сие называется.

— Так мальцы — пункт твоего участия во этом?

— Да, Маша. Нашего участия. Ты, сегодня — я. Навсегда. Судьба ныне у нас — общая. Ну?

— Согласна. А на фигища такие сложности?

— Высокая недолговечность посреди Сумраков.

— Миша, а может неграмотный надо?

— Милая моя, тебе отнюдь не кажется, сколько скорее три лета пробавляться кровью равно жительствовать жизнью Сумрака, нежели 00 планирование прозябать во райотделе? Да, должно тебе мультфильм показать. Ха, мультяшка имени меня — Маугли. Он — классный!

* * *

Эти неуд дня Марианна летала, в духе получи и распишись крыльях. Коллеги, видя её положение — судачили. Пусть! Она их свыше далеко не увидит. Её отчёт, некоторый они сообща вместе с Мишей писали 0 часа, ржали, примерно писали записка турецкому султану, приняли. Ну, на правах приняли? Марианна сдала его новой секретарше — куколке — хлоп-хлоп ресницами. «Куколка» в соответствии с двадцать минут «носила чай» полковнику. Мерзость. А полковник — ещё равно хуй Партии!

Бывшая секретарша, «старушка», ныне сидит во архиве. А «старушка» — оный ещё кадр. Ещё подле царе симпатия — закончила женскую гимназию. И отнюдь не простую. Особое в таком случае было учебное заведение. В нём готовили будущих жен государственных мужей. Тех мужей, чьё предназначение — регулировать страной. Не «витриной» работать, а управлять. Название страны изменилось, а цели равно задачи остались. Вот равным образом Маше «старушка» говорила:

— Название страны поменяется, мундиры — поменяются. Родина — остаётся. Люди — сменяться. Но, человечество — никак не меняются. И ибо ввек достаточно нужна наша работа. И нежели в меньшей мере заметна возлюбленная достаточно — тем лучше. Ты думаешь, который научил Медведя таким словам, которые возлюбленный говорит с годы во годы своим Медвежатам возьми выпускном?

— Какие слова?

— Родина — сие народ. Народ — сие люди. Люди — сие общество. Общество — отдельный организм. Как во нашем теле у каждого органа своя роль, приближенно у каждого человека — своя роль. Кто будешь ты? Что твоя милость нашел ради Родины?

— Даже так?

— Еще интереснее некто говорит дальше: «Какой бы ваша сестра себя Путь далеко не выбрали, помните в рассуждении самой важной функции организма — самозащита. У каждого очищать иммунитет. И у каждого питаться иммунные клетки. Если экстерриториальность справляется не без; заразой — персона живёт да радуется жизни. Не справляется — душа болеет да умирает. Вас автор сих строк готовили фигурировать отнюдь не солдатами, врачами, инженерами да земледельцами. Из вам наш брат готовим — Защитников Родины. Иммунные антитела Народа. Вы должны порекомендовать людей кругом себя враждовать не без; заразой. Со всем, что-нибудь вредит нашему народу, нашей стране».

— Никогда малограмотный слышала таких слов.

— Плохо, что-нибудь безвыгодный слышала. Но, никто, слышишь — никто, через тебя безграмотный в долгу сие услышать! Что будет, ежели та шайка, сколько убила Сталина, услышит сии слова?

— Поймут, что такое? весь Медвежата — угроза?

— Точно!

— А с чего допустили погибель Сталина?

— Чтобы случилось то, что-то произойдёт.

— А аюшки? произойдёт?

— Мрак. Полная жопа.

Вот тебе равно «гимназистка»! «Фрейлина Великой Княжны»! А этак выражается!

— А, зачем? Разве безграмотный обязаны я сие предотвратить?

— Мы обязаны людей посоветовать сражаться от заразой. Научить сформировать знание — никак не болеть. Как делают прививку с оспы.

— Так сие — прививка?

— Именно. А автор сих строк — поможем людям отпереть глаза, зачем лиходей сменил отсадка воздействия. Враг понял, который поневоле нас — неграмотный взять. Враг сменил средство борьбы. Он в настоящее время далеко не поневоле ломает, а отравляет. Научим, переболеем.

— Почему — сейчас?

— Сейчас — самое оптимальное. Общество наше весьма вроде никогда, злоумышленник — серьёзно ослаблен, растерян равным образом неграмотный станется нате добивающий удар. Прививка неграмотный убьёт нас, а выработает конструкция отторжения. Ну, да наш брат поможем.

— Кто мы?

— Ты равным образом я, — коварно улыбается «старуха». А у «старухи» — хлебогрызка совершенно в своём месте.

— Почему — сейчас? — тряхнула головой Маша.

— Вполне естественное готовность — чтобы несчастье склифосовский завтра. Ты своего Медвежонка попроси, линия покажет тебе альтернативу. Беда короче всё одно. Не тебе симпатия достанется, приближенно твоим дети равно внукам — расхлёбывать. Такой судьбы твоя милость им хочешь?

— Так сие всё — спланировано?

— Конечно.

— А Сталин — знал?

— Коба? Ещё бы.

— Как дьявол согласился?

— Он знал альтернативу.

— Какую?

— Ту, на которой, спирт был отравлен на 03-м, на марте, а на 0991-м — Союза далеко не стало.

— Что? В 0991-м? Откуда сие известно?

— Милая моя девочка, у тебя кушать безраздельный вход ко во всех отношениях сим секретам — весь Медвежонок, влюблённый давно беспамятства. И ни какой-то, а лично Маугли! Который, рядышком со Медведем, прошёл, чуточку ли отнюдь не изначально. А твоя милость меня пытаешь! Его «пытать» — приятнее будет!

И «старуха» рассмеялась беспричинно заразительно, что-то Мария — после ней.

Но, Миша непреклонно выкручивался изо расспросов. Когда, казалось, вот поэтому и оно Мариша дожмёт своего возлюбленного, возлюбленный начинал злиться, говорил:

— Ты думаешь, ваш покорнейший слуга знаю? Я — публичная морда. Я — Маугли! Все меня знают. Все знают, из какого рода моя персона сын. Лучший порядок неграмотный сморозить информацию — далеко не пробовать её. Я безграмотный значительнее твоего знаю, зачем происходит. Могу всего догадываться, в качестве кого равным образом ты.

Обещал всё да сразу, однако — потом. Когда они будут во безопасности. А надежность — Гвардейск.

* * *

— Мыш, ваш покорный слуга видишь снова смотрю по части сторонам, равно самочки себя невыгодный верю. А отнюдь не относительно сие Сталин говорил, что-то автор прошли проба голодом равно бедностью, днесь — выверка достатком?

— Наверное, да. Ты для чему?

— Да, поняла вдруг, который живёте вы, наравне буржуи — огромные квартиры, дачи, кинематография на доме, личные вертолёты да автотранспорт.

— Похоже. Правда, вернее всего получи буржуев. И сие — неизбежно. Тут, вспоминаю, были жаркие споры отца да его гостей. Существовала крапинка зрения, ась? крата ты да я держава рабочих, ведь постоянно сии буржуйские излишки малограмотный приходится устанавливать во вариант производства. Отец в таком разе целую информационную компанию проводил, убеждая людей, как бы сие вредно!

— Понятно, сколько вредно. Обуржуазимся.

— Как единожды — наоборот. Застой на развитии произойдёт. Помню, какое количество споров было! Сколько доводов приводили стороны! Сейчас равно безграмотный вспомню всё. Жаль, изображение получится — никак не полной. Дело во том, аюшки? ваш покорнейший слуга в то время равным образом самопроизвольно был жмет равным образом глуп, равным образом малограмотный видал больших…, сие с иной песни. О чём я? А-а! Я, тогда, равным образом самовольно был вместе с Батей безграмотный согласен. В стране — разруха равным образом голод, а некто — в отношении предметах роскоши! Это неотложно — пишущий эти строки поражаюсь его дальновидности.

— Даже так?

— А то! Понимаешь, вычислять задачу позволяется исходя с текущих условий, сообразно решении её — получая новые проблемы. А позволено — не без; оглядкой для перспективу, при случае к решения вторично возникших задач ранее был заложен базис предыдущим решением, отчасти снимающий остроту этой задачи. Отец, тут-то наравне раз в год по обещанию да убеждал всех, почто настанет в одно красота время время, если голодание равно голытьба будут побеждены. Все семя получат, купят либо построят себя кровный румб да крышу по-над головой, обустроят частный уклад жизни по всем статьям необходимым, будут сыты, одеты да обуты. У них — хорошенького понемножку всё.

— И в отдельных случаях наступит такое время?

— Надеюсь — скоро. Но, гоминидэ но будут продлевать работать? Так? И добывать а за совесть заработанное вознаграждение. Так? А много его помещать — неравно уж всё есть? Вот первая подводный камень — на какого хрена вкалывать, кабы всё есть? Может, время равно отдохнуть? Вот тебе — потеря невинности производительности труда. Вот тебе — голод персонала. И нам требуется будет, с тем они работали ещё лучше. А неравно равно будут работать, что прежде, то, туточки также двушник скользких пути — тож будут пропивать — всё одно, накопить — некуда, а сие — декаданс личности.

— Вот сие — невыгодный факт! Уроды появляются пусть даже когда-никогда работы — завались!

— Я тебе безграмотный насчет сих уродов. А оборона то, зачем нормальные семя — деградируют. Если засранец невыгодный заработает себя получи и распишись жизнь, в таком случае он, подспудно, отнюдь не уважает себя, возлюбленный — деградирует. А следом нижеперечисленный этап, третье блюдо понимание, ась? деятельность — решительно неграмотный обязателен. Пусть часть — пашут. А я, таковой разумный равно прекрасный, буду, по образу та стрекоза, сезон вино пропивать. Паразитом составлять — большенный соблазн. Согласись — сие — другое.

— Согласна. Это — хуже. Явные чудовища — получи и распишись виду. Этот невидимый паразитство — опаснее.

— А то! Или — возникнет отрицательный толкучий предметов роскоши. А идеже нелегальный биржа — в дальнейшем преступность. И неграмотный мелкая бытовуха, а — новый уровень. С разъеданием органов управления. Они же, а безвыгодный простые работяги равным образом пахари — ведущий комитент товаров малограмотный первой необходимости. Это — раз! Теневой биржа роскоши опасен неграмотный только лишь этим. Роскошь — заграничная же. А сие — вторжение их, чуждой нам, культуры — во наше общество. А на предметах безграмотный первой необходимости — внушительный дар как культуры. И — неизбежное конгруэнция их вещей класса «элит» да нашего обычного ширпотреба «для рабочего класса». Естественно — на пользу предметов побольше высокого уровня. С неизбежным выводом, типичным интересах сознания массового обывателя, в какой-нибудь бы ступени иерархии возлюбленный невыгодный сидел — ТАМ — лучше. Проходили сделано числа раз. Что около царях, зачем сделано около советской власти. Так появляется опускание до во всем иноземным. Особенно сие опасно, в отдельных случаях перерождается власть. Когда со завистью смотрит «за бугор».

Мишаня смочил пересохшее горло, смущенно улыбнулся:

— Я — молчун, вышел навыка лекции читать. Продолжим? Или — начинай её!

— Рассказывай дальше! Так интересно! С эдакий стороны сверху общежитие ещё неграмотный приходилось смотреть.

— А-а! Ну, посмотри. Так, который ваш покорнейший слуга с годами нёс? А, высокие технологии! Кроме того, обработка предметов паче высокой качественно-классовой ориентации подразумевает побольше высокую цену. И такса буква — ладно окупает траты для НИОКР. Отец дым убедить, что такое? сверх сего сегмента производства автор необходимо начнём приотставать через «конкурентов». Батя какие лишь только аргументы никак не приводил! Что в частности сработало? Не знаю. Но — сработало! А, выводы были сделаны на типичном с целью нас стиле — проявил инициативу — выполняй. Инициатива но — имеет инициатора! Вот о ту пору равно возникновение вставать равным образом расколачиваться промышленное изготовление во нашем, учебном, за сути, городке. Медвежата да стали обрабатывать эту грядку — обработка предметов безграмотный первой необходимости. Да-да, называется сие особенно так. Теперь. Ибо — барство нам — чужда! И в свой черед — выполнение — во форме игры, на удовольствие, в духе забаву. Ручная эксплуатация от применением самых передовых технологий. Для себя а делали! Это попозже — ставиться держи полчище равным образом во Союз. Сначала — испытания возьми себе. Дорабатывать, переделывать. Себе а делаем. А затем — для складское хозяйство излишки отгружаем. С соответствующей ценой, так да соответствующим качеством — человечество личным клеймом отвечают из-за товар. Я поуже говорил, что-то такие вещи несут большую долю культуры? Книги, песни, кинокартины, ей-ей равно нетрудно картины — по отношению ко всему состоят изо одной культуры. Являясь предметами отнюдь не первой необходимости, стоят — прилично. Этим, ну, равно — получай собственном примере показываем, во вкусе пребывать во этом новом мире, на сих высоких технологиях равно принципиально ином общественном устройстве.

— Да, моя особа заметила. Вы — равно как марсиане. Как со новый планеты.

Маугли, почему-то, грустненько улыбнулся, однако продолжил:

— У людей надлежит присутствовать пупок развяжется стремиться. И требуется существовать — держи кого ровняться. Вот, мы, Гвардейцы, Медвежата — наша сестра а живём, на правах буржуи. И хоть безграмотный замечаем этого. А — буржуи ли мы? Нет. Мы, живя так, демонстративно, заметь, показываем всем, куда как стремиться, получи и распишись почто ориентироваться. Учись, рвись, взлетай — хорэ у тебя такая а интересная равно насыщенная жизнь. Новый урез жизни. Не буржуйский, а попросту — другой. Наш, советский, новый, какой-нибудь икона жизни. Манящий равно прекрасный. Так? Где своё собственное автомобиль другими словами кинолента напрямик в домашних условиях — никак не роскошь, далеко не цель, а способ, панацея оказываться подвижным, развитым, интересным. Вот пишущий эти строки а живу, равно как старейшина какой, арабский. А пишущий эти строки а — без затей солдат. И ощущаю себя — прямо-таки солдатом. И чванства или — или ещё каких буржуйских чертяка характера твоя милость во нас — невыгодный найдёшь. А кабы автор сих строк самочки найдём, а я — быстрее найдём — самочки равным образом решим эту проблему. Поверь. Сумраки никак не денно и нощно погибают. Иногда — автор сих строк чистим самочки себя. Выгоняем с себя паразита. Через боль. Самозащита — основная назначение нас, нашего общества. А очищение — также — самозащита. Если у кого-то с моих Братьев появятся повадки «цивилизатора», то, нате главнейший раз, некто достаточно — засунут во такую дыру, идеже хорэ бог до второго пришествия пребывать во первобытных условиях, решая поставленную задачу находясь бери грани выживания. Поверь, для планете таких мест — от избытком. Обычно — недурственно прочищает мозги. Понимаешь, в чем дело? всё сие буржуйское — кожица пустая. А кто такой неграмотный понимает — ну, тама ему да дорога. Нам такие — вне надобности. Такие — балласт. Бесполезный паразит. А нам отягощения — неграмотный нужны.

— Вы — убиваете их?

— Крайне редко, Маша, успокойся. Мы а постоянно — безвыгодный пальцем деланные. Тем лучше — Старшие. Тебе всё — разжуют, во грызло положат, сам по себе поймёшь. А очень отмороженные, отнюдь не способные постичь такого — перед подобных испытаний просто-напросто малограмотный поднимаются, получается — сносно невыгодный знают. Ничего малограмотный знают — пропал нужды зачищаться. Это нам со тобой кажется, сколько автор сих строк — такие загадочные да уникальные! А пользу кого Старших автор — дети. Они были нами, понимают нас. Лучше нас самих. Это нам ещё по них — ковылять равно чапать! Старшие — безвыгодный допустят потерь. Не допустят нас туда, вплоть до что такое? наш брат ещё малограмотный доросли. Найдут приложение до текущим способностям. Меня, вот, на Сумрак — никак не пускают.

— Что такое «Сумрак»?

— Один с проектов. Надо двоих детей. Слухи говорят, с тем неравно твоя милость — погиб, ведь раса — далеко не прервался. Но, сие — тырли-мырли пользу кого простаков. Этих самых простаков — отпугнуть. Твои а начальники — повелись? А моя персона что до чём?! Рождение детей, их воспитание, отцовство либо — либо Церера — меняют человека. Вот сие — равным образом нужно! Нужны взрослые, состоявшиеся люди, а отнюдь не мальчики равным образом девочки.

Видя, в качестве кого Марина смотрит сверху него, Маугли малограмотный выдержал, усмехнулся:

— Милая, давайте поиграем? Как твоя милость думаешь, Медведь — сие что?

— В смысле — что? Медведь — сие Медведь!

— Вот, смотри, совершенно думают, зачем Медведь — сие танки, машины, пушки, бойцы особой подготовки, сие — кинокартина да книги. Так? А видишь равно не тут-то было! Медведь — сие — Медвежата! Проект «Медведь» — сие расчёт Сталина да Большевиков в соответствии с организации нового подобно социального устройства. Принципиально нового. Такого, какого ещё — никак не было. Вот так! Поэтому расчёт «Медведь» начат получай детях, оторванных с корней. Это — исправление образования. Это — улучшение общественных связей. Это — перемена межличностных отношений равно государственного устройства. А технологии равным образом культурные явления — несущественный чужой эффект. Батя, конечно, вносит своё вдохновение для проект, тем но приобщением для русской традиции, ко русской культуре, для Вере. Но, думаю, прямо благодаря тому его равно поставили чертеж — вести.

— Я — нуль далеко не поняла!

— Бывает, — пожал плечами Миша, — поймёшь. Ты ещё на среде нашей «не варилась». Это — далеко не растолковать гляди беспричинно вот, возьми пальцах. Это — необходимо почувствовать. Гвардейск — окончательно необыкновенный город. Поживешь там, «поваришься» — проникнешься. Всё сие — всего ещё ждёт своего терпеливого исследователя.

— Миша, хватит! У меня сделано глава лопается! Ничего моя особа отнюдь не понимаю!

— Бывает! Это пишущий эти строки виноват. Просто — хочешь как бы осознать — попытайся сие кому-либо объяснить. Вот, тебе объясняя — самолично стараюсь постичь. И нежели лишше разбираюсь — тем большее престиж для Сталину.

— А благодаря этому далеко не ко отцу своему, отнюдь не ко Медведю? — спросила Маша.

— Медведь — в свой черед вариант Сталина, — отмахнулся Маугли, — У отца — своя роль.

— Какая?

— Роль — Медведя. Как в дальнейшем классик сказал: «Весь поднебесная — театр. А народище во нём — актёры».

— И у тебя?

— Более того — у тебя — тоже.

— А наш брат можем оторвать от себя через этого?

— Запросто! Только сие — может присутствовать ужас больно. Вот, благодетель безвыгодный хотел составлять Медведем, пытался бежать на обычные солдаты. Переломало итого поперед состояния фарша.

— Даже так? И кто такой выдаёт сии роли?

— Бог? — пожал плечами Миша.


И чисто — билеты сверху руках, документы, предписания — на папках, вслед за плечами, во походных рюкзаках. Они ждут поезда. Ждать ещё более двух часов.

Марина замечталась. Вчера проходили мимо ювелирного магазина, Мишаня видел её взгляды, однако посмеялся:

— Милая, со временем — нуль стоящего. Дома, всё дома. Всё лучшее, эксклюзивное — дома. Самое красивое равным образом необычное. Пока — пофантазируй, какое ошейник бы твоя милость хотела?

— А ты?

— Обычное, а изо титана. И гравировка внутри. Маугли равным образом Валькирия.

— Гравировка получи и распишись титане?

— Запросто!

Мария вернулась на реальность, глазами влюблённой кошки посмотрела получи своего Мышу, какой был на парадном мундире, около погонах, возле наградах. Маруля — как и была на форме. Но её лоно была пуста. Только знак ГТО. печальная далеко не хотела облачать форму во поезд, на гражданской одежде — проще, однако Михайло — настоял. И всего только теперь, окинув взглядом площадь, Марианна поняла, почему.

— Мыш, с чего столько военных?

— Потому.

— Мы следственно никак не поехали для Ласточке?

— И потому — тоже. На машине никак не доехать. Там стокилометровый несоответствие минуя дорог. Не проехать. Без танка. И дороги в эту пору — блокировали.

— Зачем подсоединять войска во Москву? Какие могут бытийствовать враги на Москве?

— Обыкновенные. Ты, ну да я. Да я со тобой.

— Ну, какие наша сестра враги?

— Не обыкновенные. Опасные. Пока люди убит горем, прощается со Сталиным, они развернут правительственный кадры раком наперёд. Или вывернут. Наизнанку.

— Даже так?

— А для чего ещё подсоединять войска? Давить недовольных.

— Миша, а ты да я — бежим?

— А твоя милость предпочитаешь — хватить побоище равно убивать? Ну, несмотря на то бы иди для черту тех новобранцев не без; тонкими шеями? А они — около чём? Нет, любимая, сие отнюдь не выше- бой. Тут идёт столкновение мыслей, идей равным образом образов. А автор — сворачиватель голов, а безвыгодный окрыватель глаз. Мной принуждать таковой побоище — что-нибудь пневматическим молотом бурить зуб.

— И всё а — бежать…

— Валькирия моя! Воительница! — равный Богу обнял её. Это вызвало реакцию окружающих — людишки оборачивались, смотрели осуждающе. Миша отстранился.

— Миш, ещё неудовлетворительно часа ждать, пойдём, во машине посидим. Музыку послушаем.

— Поцелуемся, — улыбнулся Михаил, же покачал головой, — Ты невыгодный заметила нуль странного?

— В смысле?

— Даю подсказку — ты да я теперь неграмотный трамвай ждём.

— Даже так?

Марина обвела место взглядом. Как её учили — искала «красный сигнал» — чего-то, который было тута лишним, нелогичным, чужеродным. Иногда этот, самый без затей способ, бывал полно достаточным. Так равным образом во настоящий раз. Обычные, повседневные, привычные добро равно человек — стали пользу кого неё серыми, невзрачными, незаметными. Сразу выделились сколько-нибудь явлений, которых тогда бытийствовать малограмотный подобает — грузовики вместе с вооружёнными солдатами, большое сумма милиционеров да «людей на штатском», одетых на в эдакий мере невзрачные плащи да шляпы, который горели красным, как бы клаксон тревоги. «Цветными» были ещё мало-мальски индивидуальность — пучок весёлых студентов, об чем-то смеющихся, геолог не без; мальчиком равным образом вековуша отроковица вместе с букетом.

— Мальчик, — ответила Мария.

— Молодец, — удивлённо ответил Миша, — а учитывая, зачем у тебя перевелся мои врождённого вывиха, что-нибудь называют — чутьём для опасность, чуйкой — заключая молодец! А что твоя милость сие сделала?

— Логически. Косоворотка, льняные штаны, сапоги. Узелок. Как с сказки. А тогда — далеко не сказка. И геолог от ним. Геолог — правильный, токмо внушительный очень. Больно какой-то толстый, только моська — отнюдь не жирное. И одет некто далеко не по мнению погоде. Но, сие бывает. И поодиночке с мальчика — вопросов безвыгодный вызовет.

— Молодец ещё раз. И вопросы возникли безграмотный только лишь у тебя. Маша, сделай светозарный обличье равно встреть эту парочку. Будто сие — твои знакомые либо родные.

— Почему я?

— Потому почто — безвыгодный я.

— Ах, ну, да!

Видя, который «плащи» сделано стягиваются ко интересующей Марию парочке, дева поспешила. Подбежала, делая радостную мину, запричитала:

— Наконец-то! Я поуже заждалась! Как добрались?

— Здравствуй, дочка. Добрались нормально. Устали только, — пробасил необъятный геолог.

Очень красочный действующее лицо — заросший, во вкусе леший, безграмотный стриженые волосы, неухоженная борода, свитерок не без; высоким воротом, куртка не без; длинными полами да множеством карманов, плотные штаны, высокие краги изо яснополянский мудрец кожи возьми яснополянский мудрец подошве. И безмерный сундучок после плечами.

«Плащи» послушали их разговор, потеряли интерес, так отнюдь не ушли.

Мальчик планирование 00–12 смотрел из любопытством большими равным образом ясными голубыми глазами. Был спирт светло-рус, открытое, чистое лицо, со правильными очертаниями. Через раскрепленный ворот рубахи видна была простая тесёмочка равным образом костяной крестик. Просто крест, кроме украшений. Даже распятого тела безграмотный было.

— Что наша сестра стоим, по образу три тополя бери плющихе? — пробасил геолог, — Пойдём во тенёк. Не в соответствии с погоде моя особа одет, жарко.

Вот сие — точно. Мальчик во рубашке со расстегнутым воротом, а здоровяк — вроде изо поздней осени явился.

— Мороженку будешь, племяш? — спросила Мария у мальчика, отнюдь не удержалась, потрепала ему русые пряди.

— Буду, — кивнул «племяш».

Они купили три мороженных, однако здоровяк — отказался. Сели держи затененную акациями лавку. Тут во вкусе крата подошёл Миша, ему равно влетело мороженное.

— Знакомься, Игорь, сие Михаил. Это — Мария, — пробасил геолог, — Миша, Марианна — сие — Игорь.

Марианна раскрыла жевало с удивления, Миша усмехнулся:

— Привет, братишка! — Миша, таково а во вкусе да Марина накануне этого, потрепал букли мальчика, так в тот же миг возлюбленный — дёрнул головой — неграмотный нравиться. Гоша околесица неграмотный ответил, любовно осмотрел парочку на форме.

— Батя, ты, сколько приблизительно подставляешься? — обвинительным тоном обратился Миша ко «геологу».

— Цыц! — пробасил «геолог», — надо!

Марианна почувствовала, который краснеет — «геолог» зорко смотрел сверху неё. До Марии выходит доходить, кто такой накануне ней. И симпатия — заробела.

— Не стесняйся, дочка. Благословляю вам от Мишей. Жду обещанных внуков. А видишь вы подарки для свадьбе. На самой свадьбе фигурировать далеко не смогу. Дела. Не обижайтесь.

«Геолог» скинул со спины принадлежащий баул, около ним оказался ещё единственный рюкзак, ни подо каким видом никак не держащийся держи спине. Ямки рюкзака появились всего лишь сейчас, проявившись получи груди, наравне проявляется фотоснимок на растворе проявителя.

— Да, немножечко отнюдь не забыл, — «геолог» похлопал себя по части карманам, достал двум обшитых бархатом коробки — маленькую коробочку от кольцами равно сильнее — со ювелирным набором, — вот, Маша. Нет, безграмотный серебро. Белое золото. Будет далеко не броско, а эффектно. Камни во цветик твоих глаз. Не дуйся, Мышонок, ещё сделаешь. Не удержался. Такую девушку себя оторвал, эиех-х! Не был бы женат — отбил бы!

— Куда тебе старому? — пробурчал Миша.

— С тебя три раунда вслед дерзость! — пальчик геолога уткнулся во майора Егерей.

— Когда? — грустненько спросил Миша.

— От вам зависит, будущее страны мои. Маша, безвыгодный обижайся, же мы жду с вам двух Мышат. У меня проекты горят безо сего охламона. И безвыгодный забивай головы тем, почто Медвежата гибнут. Успели обработать? Вздрогнула. Успели. Это — доза Большой Игры. Обман в глубине обмана. Никому невыгодный верь. Ничему безвыгодный верь. Мужу доверься — ми некто дорог.

«Геолог» прислушался ко чему-то, поднялся:

— Пора мне. Рад был познакомиться, Мария-Валькирия. Добро нагрянуть на семью. Игорюша — из вами.

— Что нам от ним делать?

— До Дома сопроводите. Не прощаюсь.

— Батя, подожди! — хоть сколько-нибудь невыгодный закричал Михаил, — объясни мне, тупому, зачем по отношению ко всему происходит?

— Мрак, Мышонок, мрак! Происходит неизбежное. В народе нашем сосуществуют двум разнонаправленных течения. Одно олицетворял Сталин, назовём их Державниками. Можно — силами Порядка. А не возбраняется — диктатурой. И дальнейший градиент — выражение — Хрущёв, какой самоустранился с этой своей роли. Их дозволяется обозвать приспособленцами, либералами, а позволяется — несложно людьми. Людьми, которые хотят пребывать прямо-таки равным образом понятно. Не хотят бог не обидел работать, малограмотный хотят воевать. Не хотят разучивать равным образом саморазвиваться. Они хотят обитать беспритязательный обывательской жизнью — жительствовать посытнее, делать усилие поменьше. «Донт ворри, би хепи!» Их никак не интересует Космос, толща Океана, их никак не манит букет Тайги. И сие — нормально. Не их источник во этом. Но! Так пробывать можно, ежели получи наши поместья да наши сокровища безграмотный облизывается враг. Который в свой черед — никак не хочет напрягаться, хочет обитать богато. И к сего ему — нужно грабить, нужны — рабы, которые будут пахать, обеспечивая их, западный, потребительский, вид жизни. Война выкосила силы Порядка, которые век встречают угрозу грудью, очень возвысила «маленьких» человечков, которым ответственность — позволяет смухлевать, а стало — выжить. И пусть даже — возвыситься. Это — в свою очередь нормально. Сказывается да потрепанность через Войны. Обыватели никак не хотят войн, а развяжут их. Они безвыгодный хотят пахать, а будут вспахивать ещё больше, для потому что эксплуататоров. Хотят обитать богато, да станут быть нищими. Они но «маленькие человеки». Им попроще — затворить ставни ладошкой да промолчать, нет-нет да и их запрягают на плуг, а никак не мучиться наповал из-за свою свободу. Им попроще радовать себя надеждой, который всё само с грехом пополам прийти в разум равным образом рассосётся. Но! Их детсадовские разумения получай межгосударственных отношениях — отнюдь не работают. Там — распоряжение дикой природы — alias твоя милость сжираешь соперника, другими словами твоя милость — концептуал компот про соседей. Таков мир. Толстовцам на нём уготована всего лишь одна предназначение — закуски. Но, выпрямление государственных дел согласно их разумению — был неизбежен. И спирт произошёл. В некой альтернативе. И сторона была разрушена, унижена, люди — вымирал темпами, на правах около Войне. Мы невыгодный стали отвращать неизбежное. И ажно подлили масла во огонь, чтоб быстрее перегорело. Не глякось круглым счетом — безграмотный убивал ваш покорнейший слуга Сталина! Подталкивать перипетии автор сих строк — отнюдь не собирались. Была чекушка надежда, зачем далеко не случиться. Что безграмотный достаточно так, на правах получилось. Но, автор были готовы для такому развитию событий. Детально проработали значимость каждого с участников. Смерть Иосифа Виссарионовича была — спусковым крючком, запустившим схема «Мрак». Были да некоторые люди сценарии, они ми бльше нравились. Эх! Как бы автор развернулись! Но, теперь — «Мрак». И наш брат работаем на тех условиях, во которых оказались. А учинить то, ась? пишущий сии строки делаем — необходимо. Сейчас! Когда нам, технически, малограмотный угрожает тотальное уничтожение. Именно сейчас, если доспехи массового поражения ещё — неграмотный массовое. Когда брань хорэ аж безвыгодный холодной, а ледяной. Когда временное нравственное хвороба общества далеко не выльется во рабская зависимость итого народа, поставленного сверху колени. Когда у нас питаться шанс, переболев сим ОРЗ, нагнать упущенное. И выплеснуть Урок. Показать людям, во вкусе они заблуждаются. Показать им, что-нибудь малограмотный может прислужница заправлять страной. Что контора — самая сложная профессия. Что народовластие — фикция. Привить им невосприимчивость ко лжи да манипулированию сознанием. И вырастить вас, Дети. Привить вас мысль, что-нибудь самый большой недоброжелатель — безграмотный после океаном. А среди Тебя. Что самый ненадёжный чтобы тебя — твоя милость сам. Что переборов скотина во себе, задавив ленивого, алчного, похотливого, завистливого равным образом агрессивного зверя на своей утробе, станешь Человеком. Только в этом случае станешь Человеком. И всего в этом случае познаешь Радость, Счастье, Уважение. Познаешь Бога. Услышишь Глас Его.

«Геолог» развернулся равным образом пошёл тяжёлой, усталой походкой. Удивлены были неграмотный лишь только Марина равным образом Миша, же и, до чрезвычайности беззаботный ко всему по этого, Игорь. «Геолог» зашёл ради палатка продавца мороженного, только от другой породы стороны — безграмотный вышел. Два «плаща» во растерянности закрутились получай месте.

— А прошел слух — Беспутный, — покачал головой Игорь.

— Что? — спросила, равно как очнувшись, Маша, сдавливая фллодендрон коробок.

— Ничего, Дева. Ничего, — покачал головой Игорь, глядючи нате неё пронзительными глазами.

— Маш, невыгодный забивай головы, — сказал Миша, безжизненно махнув рукой, — Давай, ещё потренируемся? Как твоя милость думаешь — из какого рода сие мальчик?

— Я — ни из какого рода мальчик, — покачал головой Игорь, — моя персона — самолично по мнению себя мальчик.

— Сам объединение себя — шаровый гиппокамп на вакууме, — отмахнулся Миша, — а особа — особь общественное. И даршан социальное. Подумай, Маша!

— А зачем тута не далеким с экой мысли — ещё одинокий гений-медвежонок, — пожала плечами Маша.

— Точно. Только безграмотный полностью. Слышала для такого Медвежонка — ветврач Бугаёв?

— Слышала.

— Игорь — его последыш брат. Они родные по части матери. А в области отцу, симпатия — ми кумулированный брат. Это — унарный истый Кузьмин. Наследник. Как поживает Дарёха Алексеевна, Игорёк?

— Никак. Нет её больше, — угрюмо ответил мальчик.

И одновременно — заревел. Маруня выронила драгоценные коробки, кинулась ко мальчику. Стала его утешать. Миша собрал коробки, запихнул во объёмный рюкзак, выпрямился равным образом повернулся ко идущей для ним группе. Милиция да «плащи». Двое, что такое? «потеряли» «геолога» — заходили не без; противоположный стороны.

— Чем обязан? — достаточно неуважительным тоном спросил Михаил, эпизодически они подошли.

— Вы — арестованы! Сдайте оружие! — раскрыв корочку удостоверения, сказал единовластно с «плащей».

— Не твоя милость ми его давал, оружие! — тихо, хотя твёрдо, ответил Михаил, давя взглядом «плащ», — Не тебе его равно забирать! Ты, морда, попервоначалу явиться должен, зачитать мне, на нежели меня обвинили. И распоряжение в лишение свободы — предъявить. Подписанный военным прокурором Сибирского военного округа. Нет? Тогда — свалил, нах!

Мария выпрямилась, заслоняя на лицо ребёнка. Она почувствовала, который ей следовательно недовольно воздуха, в духе издревле пред дракой.

— Ты чё экий наглый, а служивый? — опешил «плащ».

— А в таком случае твоя милость безвыгодный знаешь, а? А кабы по тебя, пешка, безвыгодный довели, кто такой преддверие тобой?

— Не таких обламывали, майор! — «плащ» обернулся взглянуть держи своих спутников, вроде ища их поддержки.

— Тогда, намекну. Егерский мундир, майорское звание, Золотая Звезда Героя, признак Кровавых Воронов сверху рукаве. Тебе сносно малограмотный сказали, а? Или твоя милость настоль туп, сколько невыгодный понимаешь, что такое? ми вам убить, наравне у сего ребёнка мороженку отобрать! Я — Маугли! Командир разведроты Кровавых Воронов! Повторяю — разведрота Особой Отдельной Бригады Егерей Кровавые Вороны! Осназ осназа! Свалил, доколь бежим целы!

Взвизгнув тормозами, спереди толпы правоохранителей остановился войсковой Козлик, янус со скрипом распахнулась, выпрыгнул ротмистр со пехотными петлицами.

— Проблемы, майор? — спросил гевальдигер чрез головы милиционеров равным образом «плащей».

— Тут товарищи изо органов заблудились. Арестовывают меня.

— Петренко! — крикнул капитан, расстёгивая кобуру.

— Наших бьют! — заорал во тангетку рации водырь Козлика. Тут а три грузовика из солдатами на кузовах тронулись со места, стали разбрасываться на эту сторону. Люди на охотничий военной форме для одна нога тут запрыгивали во машины.

— Вы что-нибудь все, со ума посходили? — закричал «плащ» — Капитан, твоя милость знаешь, зачем не без; тобой будет?

— А твоя милость знаешь, аюшки? от тобой будет, а? Сейчас, крыса? — закричал капитан, надвигаясь сверху группу «задержания», оттирая через неё Мишу, — Ты малограмотный вот медалька Ордена Достоинства? Ослеп? Или тебе — плевать? Мы вы во всех отношениях не откладывая — постоянно уходим переломаем. А трибунал нас — оправдает. Спорим? Я буду отправлен инверсно во Салехард, а твоя милость — кровью шествовать будешь около себя до самого конца года. Иди, майор. Архангелу Гавриилу — низкий поклон. Ребятам расскажу, ась? Маугли живьём видел — месячишко спаивать будут. И ещё месяцочек — похмелять.

Миша улыбнулся, козырнул капитану, закинул сундучок сверху плечо, взял Машу вслед за руку равно пошёл.

— Теперь поняла, с чего моя особа ни хрена безграмотный знаю? — спросил Миша, даже если далеко не поворачиваясь.

— Поняла, — кивнула гордая своим мужем Маша, сдавливая пригоршня Игоря, — никак не поняла оборона Орден Достоинства. В статуте лишь указано, почто «награждается заслуженный вслед за исключительное модус характера». И всё. А флаг-капитан — ради что?

— Кавалер Ордена Достоинства подсуден всего только трибуналу трёх выборных судей Ордена Достоинства. Неприкосновенность.

— А вслед зачем им награждают?

— За разное.

— А тебе вслед за что-то дали?

— За сорванный пикник.

— Я — серьёзно!

— Мы от братом вели группу школьников в экскурсию. Сели перекусить, а получай нас вышел страшный тигр. Из оружия у меня была всего лишь вилка.

— И?

— Как смотри — Орден. Кроме меня — ни одна душа хоть неграмотный был поцарапан.

— Это через сего тигра шрамы?

— Тебе никак не нравиться?

— Нет. Не нравиться. Страшно, в некоторых случаях вижу. А рано или поздно сие было?

— Я был гляди такой, — Миша подбородком указал для Игоря, — а, шрамы — его брат-великан, дядька Прохор, укрыть мог. Мне они дороги, наравне напоминание, который разбитое вовеки никак не заканчивается. Как Батя — никак не убирает приманка шрамы.

— Он никак не похож возьми себя, — прошептала Маша.

— Отец? Он был во маске.

— Маска? Такая маска? Такая живая? — удивилась Маша.

— Да, — сжато ответил Миша, — хорошенького понемножку об этом. Позже. Игорёк, а твоя милость можешь, вроде Прохор, лечить?

— Нет.

— А что-нибудь можешь?

— На свирели играть.

Миша рассмеялся:

— Сын пошёл на отца.

— Миша, а ваш Орден — малограмотный просто-напросто орден, а Орден? — спросила на задумчивости Маша. Она, задумавшись, малограмотный слушала болтание Миши да Игоря.

— Ты бы себя слышала, — усмехнулся Маугли.

— Ну, Орден, вроде у Тамплиеров. Или масонов. Тайный?

— Да, Орден. Но — безвыгодный тайный. Ты но читала статут. Всё — расписано. Какая после этого тайна?

— Но, другие ордена — без труда знаки отличия. А тута — организация?

— Есть такое.

— У всякий организации вкушать устав, уставные документы. А ваш покорнейший слуга ни об чём подобном — отнюдь не слышала. Значит — тайный.

— Ну, какой, тайный, милая? Просто — отнюдь не привлекаем внимания. Никаких документов — нет. За ненадобностью. Но, инструкция — есть. И конструкция есть. Всё есть. И несть — разом. Я — на Ордене. Но, автор этих строк — директор разведроты. Солдат. У нас безграмотный проводятся слёты, съезды равно другие сборища. Мы далеко не участвуем во политике, Боже, упаси! Мы — нетрудно есть.

— А с какой радости — вышел документов?

— Документы могут попасть невыгодный на те руки. Не сверху те — глаза.

— Устно?

— Да. Устный устав. Кодекс Чести.

— Нет бумаг от печатями, перевелся собраний. У вам взять описание есть?

— Нет. В привычном тебе понимании — нет. У нас пропал командования, иерархии званий равным образом должностей.

— Какая а сие в таком разе — структура?

— А — чисто такая. Сетевая. Рой. Не слышала?

— Нет.

— А ты, Игорь?

— Слышал. Обычная практика.

— Видала? То-то!

— Вы — сектанты?

— И твоя милость — тоже. Ты — нынче — МЫ. Но, да мы со тобой далеко не сектанты. Ты всё самочки поймёшь.

— А Медведь? Разве возлюбленный — невыгодный командир?

— Нет. В Ордене Достоинства — нет. Он всегдашний Брат.

— А помимо Ордена? Что-то у меня итак суммироваться ощущение, аюшки? никак не спирт — главный, по образу пишущий эти строки думала раньше. Из только сказанного автор сделала вывод, сколько возлюбленный — таковский но исполнитель, вроде да ты, да сильнее высокого ранга. А который главный?

— Всё верно. Батя — также тащит родной крест, на правах равным образом прочие — свои.

— Ну, а кто такой — главный? Только безграмотный следует ми врать, сколько вышел никого. Так — никак не бывает! Я думала — Сталин. Или Медведь. А в эту пору — ни того, ни другого. Кто во всем руководит? Кто ради всё отвечает? Кто принимает решения равно несёт вслед них ответственность? — Мария распаленно шептала, крепко разозлённая, впиваясь пальцами во руку Маугли.

— Теперь — я, — пожал плечами мальчик.

Марианна поначалу из непониманием посмотрела получи Игоря, далее сверху спокойное равно утверждающее харя Маугли со смеющимися глазами, тряхнула головой:

— Да почесали вы! Не хотите беседовать — никак не говорите. А смотри ерундой этой нести вериги тутовник — отнюдь не надо! Фр-р! Обиделась!

* * *

Они сели на принадлежащий вагон. Мария была расстроена. Миша купил целое билеты во их купе. Чтобы шишка на ровном месте малограмотный помешал их уединению. Но, ребёнок — сегодня непрерывно был рядом. И куда ни на есть его денешь? Попросить развлечься часок? Игорька человек серьёзный да умный. Всё понимает. Но, слабо спирт пойдёт? Это, во-первых. А во-вторых, по образу прекратить без участия присмотра ТАКОГО мальчика? Дать сим «плащам» педаль воздействия сверху «геолога»?

Мария переоделась на гимнастический наряд равным образом тапочки, что-нибудь достал изо баула Миша. Одно смущало — эластичные трузера обтягивали бёдра равно шайка Марии. Это — стыдно. Костюм был безвыгодный мал, экий покрой. Размеры были её. И аж размер белья подходил. А бельё — какое! Миша был прав — во магазинах ни ложки стоящего безвыгодный было. А тогда — вышиты вензелями имена мастеров, сколько сделали сии комплекты белья. Марианна себя почувствовала другим человеком. Так желательно похвалиться Мише собой, упакованной на сие красивое бельё, хотя Миша стоял ради дверью. С Игорем, каковой всё сильнее напрягал Марию. Марина вздохнула, постучала на дверь:

— Мальчики!

— Ну, вот, — Миша улыбался, — муж карбонадо огранён равным образом оправлен.

Марина улыбнулась.

— Всё подошло идеально. Как угадали?

— Тоже ми — суждение Ферма! Из личного дела.

— Ах, ну, да! А нате спине, — Мария повернулась — получи и распишись спине костюма вышита д`евица на доспехах равным образом со копьём, — даже если для меня похожа.

— Так — Валькирия же. Добро удостоить во семью, — Миша провёл ладонью в соответствии с обтянутому костюмом месту, нате котором горькая нормально сидит, — Сейчас ты да я в свою очередь переоденемся во спортивки да пойдём во ресторан, перекусим. Игорёк, неграмотный желаешь ли пожрать?

— В вагоне-ресторане? Ладно, сойдёт. Не потравят, надеюсь.

Миша смеётся перед слёз. Мария невыгодный понимает причин смеха, только Мишу болтология Игоря бог веселят. Машу лишше волновал вопросительный знак — как? Вот круглым счетом равно идти? Стыдно но — всё видно!

* * *

В вагоне-ресторане — неприятная встреча. Толстяк на мундире следователя прокуратуры изволил отобедать. Тот самый — Лошадь. Но, внезапно для того Маши, Миша кивнул этому толстяку равным образом собрался следовать свидетельствовать свое почтение из-за руку, а толстяк взглядом — запретил. Когда кивал на ответ. И виноватыми глазами казал нате своих коллег, во таких но мундирах. Марианна была на недоумении.

Несмотря возьми нестандартный размер, толстяк поел ужас невзыскательно да быстро. Потом некто подошёл для их столику равным образом грозно завис по-над ним, внагляк уперев кулаки во столешницу:

— С проверкой еду для вас во ваш незаконный Медвежий угол! — пробасил он, а после тише: — Поздравляю, Мишка! И вас, девушка. Матери — салют передавайте. Нам неграмотный надо видеться.

Когда тьма очистился равно окрест следственно более-менее пусто, Марианна спросила:

— Что сие было?

— Ну, Александрушка Семёнович проявил свою осведомлённость равно наблюдательность.

— А твоя милость аюшки? таково вместе с ним ласково? Он но — враг?

— Он — нет. Что ты! Это — приличный человек.

— Миша, да мы от тобой совокупно смотрели «Точку», идеже твой папаша об сего человека шлепанцы вытирал, совокупно видели, на правах симпатия арестовывал твоего отца, дьявол но проводил прокурорскую проверку. И куда ни кинь — твой батюшка его оскорбляет.

— Маша, твоя милость меня убийственно удивляешь. Разве твоя милость на искусство кино отнюдь не видела, сколько священник праздник Лошадь с смерти серия раз? Не видела, как бы симпатия его учил, поставил получи и распишись оный путь, вследствие которому лиса да подкаблучник, равно вообще, мелкий человечишка стал ради десяток таким значимым государственным деятелем? Отец ради него — Учитель.

— А сие всё — роль? Антураж?

— Точно! Неужели твоя милость думаешь, ась? предварительно таких серьёзных дел, в качестве кого перетряхивание целиком секретных дел Медведя допустят человека со стороны? Берия пустит во нестандартный участок чужого?

— А — «Лошадь»?

— Это — насмешка отца, — поморщился Миша, — нет-нет да и достигаешь определённого уровня развития обида — видный среда да самопоклонение сползают из тебя, по образу старуха шеврет со змеи. Становятся мёртвой шелухой. А замечание тех времён, в некоторых случаях для того тебя сие было важно — веселит, равно как реминисценция по отношению детских шалостях. Такая шутка, понятная только лишь своим.

— А гендиректор Перунов? Тоже — роль?

— А то! Он эдак осерчал бери свою жену вслед за её неверность! А Батя — попал подина обиженную истерику. Ну а Старшие эту тему — развили. И придумали ему — роль. Этакий — скрытый критик. Критически воспринимает все в одинаковой степени какой расчёт отца. Работа у них такая. Числиться врагами да кристаллизовать для себя всех обиженных равным образом оскорблённых.

— Проверка прокуратуры была — фиктивной? И хорошенького понемножку — фиктивной?

— Боже упаси! Самой зачем ни получи убирать — настоящей. Единственное, что-то — многое малограмотный стали обнародовать. Но — провериться полагается было. Многих — самочки наказали. Генеральную уборку требуется проводить. Хотя бы разок на год. Перед Пасхой, например. Выметать бог служитель порядка да неизбежных паразитов.

— Как у вам всё вот так штука устроено.

— Есть такое. Как во внушительный семье. Меж с лица — брешем, а чужеродный — шнобель безграмотный суй — порвём. Вот, отдельные люди говорят, аюшки? сие — устаревшие отношения. Общинные. Наш люди жил беспричинно тысячи лет. Так да выживал. А не откладывая слышно — устарело. Как стали обретаться а то — заболели. Гной что-то около равно лезет с всех щелей. Так, Игорь?

— Я далеко не знаю, по образу сие называется. Вешать ярлыки — кощейская забава. Я знаю — как бы правильно, а наравне — малограмотный правильно. Что убирать — истинно, а что-то — суета обмана, — ответил мальчик. Он плохо поел — поковырял обед, нынче сидел, смотрел во окно.

— И сие — главное! Знать — сколько правильно, а в чем дело? — ошибка, — кивнул Миша, повторив: — Это — главное!

* * *

После обеда сидели во своём отделение да смотрели, молча, на окно. На пробегающие мимо деревни.

— Посмотри, Маша, во вкусе у нас раса плохенько живёт. Дорог — нет, столбы электрические никак не на каждом селе. И сие — вблизи железки. Мазанки, крыши соломенные. А во глубинке — после этого вместе ужас! Люди живут, на правах близ царе Горохе, зато во Космос летаем.

— Летаем? — удивилась Маша.

— Вопрос деталей, — отмахнулся Миша. Марина смотрела получи него, в качестве кого сверху таракана — да ещё врёт, что-то околесица отнюдь не знает!

— Куда они во чужие страны лезут? Своя — в духе старушоночка у разбитого корыта. Да, понятно, не чета драться получи и распишись заграничный земле равно таким отморозкам, как бы я, у которого брань — нормальное состояние, а малограмотный в улицах Москвы новобранцам ото сохи, хотя копейка прокладывать на чужие страны, отрывая ото своих обездоленных? Не понимаю! Одно работа — хлопоты разведок, куда ни на есть лишенный чего сих схваток Большой Игры? Но, творить венграм новую жизнь, воеже унаследовать кепка на спину?

— А неужто никак не требуется им помогать? — спросила Маша.

— Моральной поддержкой! — Миша потряс надо головой сомкнутыми кулаками, — вчерашним пленным строим мосты после свой счёт, а у самих строителей — родаки живут во землянках да вагончиках. Без электричества равным образом связи. Скорую далеко не вызвать. Да да далеко не доедет. Мы а мосты отнюдь не у себя строим, а там! Тем, который еще безвыгодный крат шёл получи нас войной.

— Если автор сих строк безвыгодный будем благопоспешествовать обездоленным — я погибнем. Ибо — сие наша суть. Жить ин`аче пишущий сии строки безвыгодный сможем. И никак не должны, — против всякого чаяния сказал Игоша со верхней полки.

Мария ожидала, сколько Миша, со своей резкостью, осадит ребёнка, заткнёт его, указав в его возраст, однако Миша только что покосился бери верх.

— Суть, говоришь? А эти? — Миша показал для на очереди полоса чёрных избушек.

— Не цениться — полученное даром. Цениться — достигнутое далее равно кровью.

— Круто, конечно! Пафосно да красиво! Как единовременно во стиле Медведя. А неравно употребительно гляди точно ко сим домикам?

— Если сим людям создать у себя равно несложно выдать, обгадят поперед такого а состояния. Потому в чем дело? — дармовое, безвыгодный своё, ничьё. Сами должны себя построить. Обеспечить надо, согласен, им вероятность самим учинить себя ту жизнь, которую они хотят. Лестницу на уран или — или сооружение во вонючую лужу — но, всякий сам. Для того Богом равным образом дана нам Воля. Насильно милый отнюдь не будешь, насильно счастлив — невыгодный будешь. Насильно на сварог неграмотный загонишь — разобьются. Вот ты, Защитник, тебя силком заставили проживать на вечном бою?

— Жизнь заставила.

— Врёшь ведь! Вот, сидит — твоя суженная. Ты но — сбежишь через неё во пыл равным образом кровь.

— Сбегу. Но, потом. Не сейчас. Не скоро, — Миша втянул голову во плечи, смотрел сверху Машу глазами провинившегося щенка.

Мария сунула ему по-под вывеска кулак, Миша поцеловал её пальцы.

«Вместе! — думала Мария, — Вместе! В свет да воду! Не отпущу одного!». Ещё неделю отступать возлюбленная далеко не знала сего человека. А сегодня — безвыгодный представляла, что населять кроме него? Как симпатия жилка минус него? Нет! Лучше неразлучно погибнуть, нежели утерять его! Сбежит на горячность да кровь? Только — из ней вместе! Она — в свою очередь воин! И возлюбленная — докажет, что-нибудь достойна бытовать денно и нощно да хоть где недалеко от ним!

— А ты, Дева, кто именно заставил тебя исходить сквозь боль? Что заставляет вступить самой себя сверху горло?

— Жизнь? — пожала плечами Маша.

— А взнуздать своего зверя, вытерпеть сумасшествие половое, дробить себя, щадить Честь свою?

Голова Игоря свесилась вместе с полки, пронзительные бельма проникали предварительно печёнки, поперед того самого «зверя», сколько сейчас выл, желая сидящего в противоречие Мишу. Мария вскочила:

— А никак не жмет ты, пользу кого таких тем? — крикнула возлюбленная на сии пронзающие глаза.

— Возраст — временная помеха, — вершина Игоря скрылась. Он сел, свесив ноги, — неграмотный следует пусто на горние селения травить палкой. Надо прототип показать. Как тебе, Витязь, Медведь показал первообраз стойкости, жертвенности равно любви. Как тебе Дева, твоя Дева — двоюродная бабулечка показала образчик любви, чести равно верности. Пойду я, подышу воздухом. Ты, Мария, безвыгодный серчай возьми меня! Но, равно эпоха далеко не теряй. равный Богу — смертный служивый — ноне со тобой, будущее — гадай, где?! Красивая вас пара!

Игорька хлопнул дверью, Маша, пантерой, прыгнула ко двери, защёлкивая её получи и распишись блок, потянула от голову одежа совокупно вместе с майкой, в спешке похвалиться своей гордостью — грудью, оправленной на шикарное бельё, впиваясь на мужа ненасытно. Пока возлюбленный — рядом. Пока Долг неграмотный призвал её мальчика во Бой.

* * *

Мальчик стоял на накуренном тамбуре, уткнувшись горячим лбом на холодец окно. Сквозняк гонял его русые волосы. Сердце его трепетало через страха пред Грядущим. Но, зеницы цвета холодного льда твёрдо смотрели держи пробегающие километры Его Родины.

Его Путь — начат. Будет спирт — суров равно долог. Ждут его — испытания, потери, предательства, нефралгия да отчаяние.

Волны эмоций, почто испытывали молодожены, достигли его сознания. Он улыбнулся. Только потерявший всё — станется эдак Любить.

Ради этого, за сих двоих, чтобы тысяч других — Он одолеет оный Путь. Он постигнет Цель. Чтобы была Жизнь. Чтобы была Любовь, в надежде была Радость.

А поди осилит — идущий. Как бы тебе никак не было жутко того, что-то ждёт тебя бери Пути, сделай главнейший шаг! И Путь — примет тебя. Познай Себя во Пути, познай своё предначертание, преодолей себя равно предначертанное тебе. И тут Путь выведет тебя для Сияющим Вратам.

После написанного-3 Турбо-Берсерк

Пол ненавидел русских. Ненавидел вместе с таковой силой, со которой русских ненавидит исключительно русский. Это пустословие наставника Пола равно его учителя, мистера Хардмана. Мистера Хардмана, которого Пол нашёл ныне повешенного получи и распишись флагштоке его собственного дома. Повешенного нате верёвке спущенного флага США. А на кармане — извещение-приговор. На русском языке. Текст сей гласит, ась? мистер Хардман признан виновным на организации убийства товарища Сталина равным образом выражается упрашивание встретиться «команду зачистки со Честью».

Впервые эту бумажку Пол увидел ещё неделю назад. Во пора вечеринки, когда-когда они отмечали 00-летие безупречной службы м-ра Хардмана. М-р Хардман был руководителем их подразделения. Именно возлюбленный заманил Пола Турбина сверху службу во разведуправление. И был его бессменным руководителем равно наставником целое сии годы. До сегодняшнего дня. М-ру Хардману нужен был русский. Американец в области воспитанию, только советский до крови, самодержавный по мнению реакциям, имперский за образу мышления. И в этом случае возлюбленный вышел бери Пола, награждённого Конгрессом ветерана Войны.

На войну Пол попал по-глупости. Он в духе однажды закончил школу, когда-когда началась столкновение на Европе. Но, Пола возлюбленная — всего ничего интересовала. Его свыше занимал футбол. Его — заключая маловато ась? интересовало, сверх того девушек равно футбола. Он был капитаном сборной их колледжа в соответствии с футболу равно благодаря тому что — был любимцев всех девчёнок. Пока яппи безвыгодный утопили флотилия США во бухте Пёрл-Харбора. Тогда кампания — пришла во и оный и другой дом.

Пол отнюдь не жил на доме родителей. И редко когда немного погодя бывал. Ему невыгодный нравился данный дедом расположение — на доме сплетни — только лишь для русском. Полу далеко не нравилась весь буква москвитянка тематика, невыгодный нравился оный мозгодробильный язык, весь их депрессивная москвитянка культура. Поэтому некто безвыгодный знал, что такое? во жилище бывшего полковника Генштаба Русской Императорской Армии, военные действия пришла уж малость парение назад. Что дед, несомненно равно зачинатель — следили вслед событиями войны во Европе. В лачуга деда Пол пришёл по прошествии просмотра фильма «Крепость Брест», получи и распишись кто он, со друзьями, ходили, в эту пору неграмотный закончились гроши — десятки раз. Поражаясь — весь круг раз. Пришёл для деду из вопросом — сие правда? И получил позитивный ответ.

Пол был зачислен во Корпус Морской Пехоты, идеже проходил подготовку. А впоследствии появился сей Чёкнутый Стальной Медведь. И призвал русских американцев помочь Родине. Дед равно батька архи долготно «прорабатывали» Пола. А Полу — на оный пора было всё равно, идеже уложить швабов. Пол ухватился из-за одно — Американо-Русский Добровольческая соединение окажется во бою раньше, нежели Корпус Морской Пехоты. И некто — согласился.

Была долгая шоссе на Россию. Сначала их везли, по-под угрозой вездесущих подводных лодок немцев, во Англию. Потом — на Мурманск. Вот туточки равно начались первые потери. Немецкими подводными лодками чёрная влага сего Ледяного Моря была нафарширована, равно как первое — клёцками. Немецких самолётов во небе было больше, нежели чаек.

Тогда Пол впервой увидел советских русских. Они неграмотный были похожи получи и распишись забитых диктатурой коммунистов рабов. Наоборот — сие были весёлые ребята, смеющиеся соответственно любому поводу равно сверх повода. Они смеялись надо по всем статьям — надо выговором американских русских, многие с которых говорили из трудом, а многие русского языка — суммарно отнюдь не знали, по-над их поведением, надо их реакциями. Именно тут-то Пол понял, что-то русские весь и архаичный и малый — сумасшедшие. Они смеялись по-над немецкими самолётами, стреляя во них с обычных винтовок, смеялись, в отдельных случаях их баркас горело да тонуло, смеялись, в отдельных случаях их спасали изо воды, на которой никак не таял лёд. Смеялись, умирая.

Над одним они отнюдь не смеялись — надо естественными реакциями американцев, впервой заглянувших во бельма Смерти, впервинку оказавшиеся на таковой опасности. Это советских — злило. Сумасшедшие.

А следом — Мурманск. Карельский фронт. И вечная зима. Очень целую вечность их дивизию собирали, сколачивали. Потом везли во ужасных вагонах пользу кого перевозки скота во какие-то леса. А за первого но наступления — только-только отнюдь не отправили оставшихся во живых инверсно во Америку. Оказалось вдруг, что такое? их соединение — неграмотный представляет изо себя неважнецкий реальной бедовый силы.

Пол помнил те сражение вслед Санкт-Петербург, кой советские называли — Ленинград. Помнил, во вкусе отнюдь не понимал ничего, что такое? происходило. Кругом взрывы, летят пули, горят бензиновыми факелами танки, народ повсюду — умирают. Куда долбить — отнюдь не понятно. Что вытворять — никак не понятно. У кого запросить — неграмотный понятно. Куда делись офицеры — невыгодный понятно. Пол этак равным образом малограмотный увидел ни одного немца, ни одного финна.

Потом их отвели на страна да целешенький месячишко решали, который из ними делать. А в дальнейшем — всё изменилось. Так по образу русские американцы находились возьми службе у Сталина, им приличествует было брать жалование. Коммунизм во этом, через их Америки — безграмотный отличался. Хвала Господу! А приблизительно в качестве кого весь американцы являлись гражданами США, ведь рублями им раскошеливаться было — глупо. Долларами — ещё глупее. И им заплатили золотом. Золотыми червонцами. За всё период службы разом. Со всеми надбавками после боевые, суточные, маршевые сиречь как бы немного погодя советские клерки всё сие обзывают? Пол отправил всё сие желтый дьявол домой. Тут оно было нисколько далеко не нужно — они были в полном пансионе. А вона на хазе — нужно. Бизнес отца, на правах лёг кайфовый Эпоха Екатерины Великой Депрессии, таково равным образом никак не восстановился.

Ничего удивительного, почто Добровольческая соединение — была развёрнута во Добровольческий корпус, а а там — на Добровольческую армию. В её рядах появились пожилые усачи вместе с Георгиевскими крестами в груди, а в свою очередь вагон авантюристов, падких сверху золото, равно ажно — негры. Тоже — русские! Ха-ха!

Сталин равно как ес выводы с боевого применения «американцев». И воспользовавшись, ась? воинство называлась американо-русской, ввел во соединение армии своих инструкторов. Не целый ряд — одного держи каждое подразделение, начиная со взвода да батареи. Но, на целом за армии — тысячи. В их роте было отлично советских. Все — офицеры. Ротный говорил, который они всегда — шпионы ЧК. Но, о ту пору — подрастающее поколение американцы смеялись надо пожилым казачьим есаулом. Тысячи шпионов? Никакой ЧК отнюдь не хватит. Это без дальних разговоров Пол думает, что-то круглым счетом равным образом было. Все сии советские были — НКВД.

Советские инструктора пытались обучить их, молодых, амбициозных, глупых. Но, они — смеялись. Лень было.

Следующие бои их армии были токмо летом. И во токмо о ту пору Пол понял, аюшки? для словам советских игра стоит свеч в качестве кого самое меньшее — прислушаться. Потому что, во первом а бою, ротмистр схватил пулю на ливер одним изо первых. Он повёл роту на атаку лично, от в шашку наголо, около наградах, во парадных аксельбантах.

Как матерились тут советские! Пол — всё понимал. Бизнес отца — строительная площадка равным образом пассаж скобяных товаров. На стройке — токмо круглым счетом батька да разговаривал. Английскую говор — всплошь фаршируя то есть этими словами, именуемыми «мат». Словами, ставшими понятными всей американо-русской добровольческой армии. Даже русским неграм. Словами, которых никак не отрыть на словарях.

А ротмистр улыбался, умирая.

— Под родным небом! — были его последние слова.

Сумасшедший. И порядочно непереводимых возьми чесалка америкос предложений.

С сего момента боем управляли — советские. Пол прислушивался ко их словам да командам. И стал понимать, равно как непогибнуть да победить. Да, постоянно американские танки, от таким трудом перевезённые сквозь океан да бескрайнюю вымороженную пустыню России — опять двадцать пять сгорели. В самый виновный момент, эпизодически потребно было пробивать бронёй оборону бошей, ни одного Гранта малограмотный осталось во строю. И в этом случае Сталин им дал бригаду своих танков. Американцы бери своей шкуре увидели разительное награда их танковой бригады, через бригады Т-34. Их было всего делов 00. Но, казалось, сколько Т-34 — тысячи! Они были — везде. Поддержку танками — ощутил всякий москаль армии. Тогда хозяйничанье армии обратилось на Конгресс, требуя накупить пользу кого их соединения танки у Сталина. Но, Конгресс прислал Шерманов равно Стюартов. Видимо предвидя боевые качества сих танков, Сталин далеко не забрал у них уцелевшие Т-34. Танкисты уехали, оставив всего только за 0 человеку получи и распишись емкость — инструктором. Как позднее удивились ребятушки — советские уехали принимать новые танки, этак наравне Т-34 называли — устаревшим равно безвыгодный эффективным. Это чудо-оружие — устаревшее? А новые танки, тут — какие? Летающие?

С горьким сожалением Пол осознал, который технологического разрыва от Союзом отнюдь не посчастливилось превзойти накануне этих пор. И всё ради сего Стального Медведя. Который, в духе оказалось, отнюдь не исключительно снял «Брестскую Крепость» (фильм шёл на прокате из некорректным переводом, сие выходит понятно, когда-когда Пол «освоил» шовинистский равным образом посмотрел кинокартина во оригинале), только да самоуправно воевал, лично, командовал особыми войсками Сталина — Егерями, писал музыку да песни, конструировал танки, боевые механизмы равным образом другое оружие. Слепой убогий Сталинградской битвы, передвигающийся, равно как равным образом Президент, Рузвельт, вместе с через хитроумного изобретения.

Летом 04-го Пол собственной персоной познакомился вместе с Медведем равным образом его егерями. Они тем временем вновь воевали на Карелии. И никак не знали, аюшки? объединение их душу прибыла целая панцергренадерская соединение СС. Гитлер решил одним ударом дать прикурить вместе с этой пиар-акцией Сталина — русско-американской армией. С сим олицетворением русско-американского воинского единства. Да, во 04-м симпатия называлась не кто иной так. Потому что, советских во её рядах — поуже было впредь до четверти. Просто, советские военнослужащие — длительнее выживали. Меньше несли потерь. Граждане США выбывали с строя быстрее, нежели успевало прибывать расширение рекрутов. К тому моменту Пол сейчас был ветераном роты, имел сословие первого сержанта. Ротой командовал общесоветский кэп Попов. Как стал пока что приводить в исполнение роль задним числом гибели есаула, круглым счетом да шло. По-советски — «врио». Как говорил Попов:

— Нет сносно временней постоянного да постояннее — временного.

Чудная философия. Русская. С врождённым вывихом.

Удар танков свежей дивизии бошей был страшен. Боевые порядки армии были пробиты приёмом да получи и распишись всю оперативную глубину. Как бы сие безграмотный выглядело интересах кабинетных теоретиков невероятным, хотя одна танковая соединение СС во лохмотья порвала всю экспедиционную армию американцев. Солдаты бежали со полина боя целыми ротами. Не бежали — лишь только советские. Умирали там, идеже были. Стиснув зубы. Многие — от улыбкой равно от мокрыми дорожками слёз держи лице, прыгали около танки не без; рюкзаками, полными взрывчатки.

В оный пора Пол уж безвыгодный думал, зачем они сумасшедшие. Он самоуправно — стал сумасшедшим. Он смеялся во рыло бегущим американским парням, дьявол смеялся, стреляя во немцев, возлюбленный невыгодный бежал с накатывающих танков со крестами. Он — обезумел. В оный будень возлюбленный три раза бился во рукопашную от панцергренадёрами СС, был в двойном размере ранен, но, наравне равным образом светские — невыгодный покинул позиций за перевязки.

Наступил момент, нет-нет да и с американцев во живых остался всего Пол. Остальные — были убиты alias бежали. И были советские. В изорванном, грязном, окровавленном обмундировании, они, горящими адским пламенем глазами, смотрели получи проходящие по-над ними танки, бедственно переваливающиеся посредством траншеи, в надежде затем повстречать пехоту СС — панцергренадёров во коротких, яростных бульдожьих схватках малограмотный бери жизнь, а получи смерть. И Пол — бился сообща со ними. На него приступ какое-то мания — они атаковали панцергренадёров, выбили их изо траншей. Вчетвером атаковали двум дюжины немцев.

Как сие было — Пол безграмотный может предаться воспоминаниям по этих пор. Из их четвёрки выжил только лишь Пол. Он вышел ко Попову по существу голый, на месяцы — из ног накануне головы. В одной руке — уничтоженный штык-нож, во иной — малая саперная кость от намотанными нате ней кишками. Попов отпаивал его спиртом, понапрасну вызывал даже кого-нибудь до рации.

Их было всего только тандем на этом блиндаже, не без; просевшем перекрытием — «накатом», до которому проехал тяжёлый бак из крестом. Васильев вызывал до рации молчащую «Аризону», Пол смотрел со злостью в проходящие мимо танки из крестами, получай пятнистые силуэты эсэсовцев. И вишь радиостанция ответила:

— Омаха, назовись!

— Капитан Попов! Кто вышел получи и распишись связь?

— Капитан, сие Медведь. Обозначь себя, а в таком случае — зашибём!

Попов кричал координаты, поэтому — игриво прыгал. Пол далеко не понимал, чему некто радуется.

— Егеря! Понимаешь, Паша! Егеря! Наши!

Появление Егерей никак не было эффектным, да было эффективным. Танки от крестами загорались равным образом взрывались безраздельно следовать другим. Немцы бежали с редкой цепочки таких а пятнистых солдат, в чем дело? двигались по мнению полю боя перебежками, в таком случае равно занятие — залегая, прикрывая корешок друга огнём. И они однако — вообще были вооружены скорострельным оружием. Автоматические равно самозарядные карабины. Ручные пулемёты — у каждого пятого. И откуда-то по причине их вращение били пушки безбашенных танков, «самоходов» — по-русски, расчищая трасса Егерям.

Эти егеря — в свой черед были сумасшедшие. Тоже — непрерывно улыбались, наравне безумцы.

А впоследствии Пол незначительно ещё единовременно малограмотный свихнулся — появилось ЭТО. Чёрный монстр, сходный нате человекообразного чёрного омара, вставшего нате дыбы, эдак же, усеянный панцирем, вполне во наростах, шипах, возмещение рук — острые клешни, подводные камни сиречь токосъемник возьми лбу, локтях, коленях, плечах. Пол вышел с ступора около виде ЭТОГО. И впервинку после таковой кретин дата — испугался. Но, закусил губу, побежал на атаку получи монстра из криком атаки безумных русских:

— Ура!

Попов бросился наперерез, Пол увернулся через него приёмом изо футбола. Егеря также побежал его ловить, да ЭТО остановило их, легко отмахнувшись. При этом, у него — целиком и полностью исчезли препятствия равным образом клешни. Остался душа во черной броне. Пол ударил лопаткой во основании шеи монстра, безвыгодный причинив никакого вреда, а лопасть — сломалась. Пол ударил осколком штык-ножа во блокшив — сломанное нож соскочило.

Чёрный броня сполз вместе с головы монстра, обнажив мурло равным образом белые глаза:

— Безумству храбрых поём ты да я песню! Остановись, глупец! Я — Медведь. Как твоё имя?

— Пол Турбин.

— А в качестве кого повитуха назвала?

— Павел Турбин.

— А идеже Попов?

— Я! Товарищ генерал-майор!

— Молодцы, ребята! Яйца у вы — стальные. Это — достойно.

И толстяк вручил ему красную коробочку, обшитую бархатом. Там — невзрачная серая медалька. Только — советские — её уважали в большинстве случаев остальных наград. Кроме таковой но медальки у Попова, Пол более безграмотный видел таких медалек. Зато Попов говорил, почто сие — самая высокая с всех возможных наград. И другие советские, видя медальку для буфера Пола, устойчиво округляли глаза, постоянно вскидывали руку ко козырьку, для срезу пилотки либо каски.

Потом было возмещение во Америку, награждение Конгрессом. И более Пол во Россию — далеко не вернулся. Окончание Войны застало его на тренировочном лагере учебного центра Корпуса Морской Пехоты. После войны, Пол демобилизовался, сыт по горло войной по мнению уши, наравне говорили советские. Доучился во колледже, долготно малограмотный был в состоянии отыскать работу. Помогал отцу во его бизнесе. Потом некто получил, наравне награждённый Конгрессом герой, именную стипендию Конгресса равно учёную уровень университета объединение его окончании. Опять — разыскание работы.

Его приняли военкором во одно с центральных изданий. Оказалось, зачем эксплуатация каста — лишь только витрина. Только красивая обёртка нелицеприятной работы сотрудником ЦРУ. Аналитиком. И — советником м-ра Хардмана.

Теперь м-р Хардман — мёртв. Убит русскими, сломавшими всю бытье Пола. После Войны Пол приблизительно равно отнюдь не пелена поделаться прежним. Он стал типичным русским — мрачным циником, презирающим людей равным образом поголовно мир.

Пол взял определение с рук м-ра Хардмана. Впервые некто его увидел неделю назад. Вечеринку м-р Хардман проводил на этом новом русском ресторанчике из незамысловатым названием «Пит-стоп». В награда ото других русских ресторанов, Нью-Йорка, например, идеже культивировался представление царской России, туточки всё было современно. Тоже — кафешантан быстрого питания. По-русски — «забегаловка». И камбуз была невыгодный исключительно русской, а русско-американской. Ты был в состоянии поручить безграмотный лишь только пирог, хотя равно итальянскую пиццу, далеко не всего-навсего блинчики, однако хот-дог сиречь гамбургер. Не только лишь квас, так да колу. Персонал был да смешанным. Единственное крест — музыка. Современные ритмы, да инда — ультрамодные, хотя языкоблудие — только лишь бери русском.

А м-р Хардман всю свою 00-летнюю службу занимался антирусской деятельностью, постоянно 00 планирование работал получи русском направлении, вообще от ростом Русской Угрозы, вырастая на своём положении да влиянии. М-р Хардман был ярым борцом от русскими, только любил русскую музыку, русскую кухню, русскую литературу, живопись, русское кино. «Я самый советский янки!» — говорил он. Что никак не мешало ему без милосердия терпеть не может русских. Особенно — коммунистов. И исключительной ненавистью — Сталина равно Кузьмина.

Считается, аюшки? то есть м-р Хардман руководил операцией соответственно устранению Сталина равно Кузьмина. И пусть даже был награждён после это. В результате — Сталин — мёртв, Кузьмин — бездействие эксцентричный бизнесмен, миллиардер. Бежавший с своей собственной страны. Хотя, получи и распишись откровенный спрос Пола, м-р Хардман ответил так: «Убийство умирающего старика, отошедшего ото дел — малограмотный приносит чести. И безвыгодный имеет пользы. А беспричинно подгадить Медведя — моя особа пусть даже погружаться в мечты отнюдь не мог!»

Вот, на зенит вечеринки, в некоторых случаях до этого времени сейчас крепко накачались пивом равно водкой — беспробудно вискарь во русском ресторане — глупо, м-р Хардман равным образом достал эту бумажку, стал колотить ею хуй носом официанта, кристально советского человека, которого всё бал расспрашивал. Из ответов официанта, они знали, аюшки? некто — бурсак с советской глубинки, учиться держи преподавателя английского языка, проходит немедленно шелковица языковую практику. Заодно да подрабатывающий.

— На машину? Автомобиль себя туточки решил купить? Зря, отберут у тебя его НКВД, — сказал Джек, сидячий у них из-за столом да довольно уж пьяный. Водка — коварнее виски. Пол поморщился. Как позволено потеть над чем во «русском» отделе да неграмотный знать, в чем дело? НКВД — поуже давным-давно переименован.

— Не отберут, — покачал головой официант, — всего-навсего ваш покорный слуга еще целое деньжата потратил. На книги.

М-р Хардман почтительно кивает, спрашивает:

— Учебники?

— Книги Медведя.

Когда податчик сказал по-российски вокабула «Медведь» далеко не вздрогнул лишь Джек, русским под далеко не владеющий.

— У нас его книг — никак не достать. Слишком ахнуть неграмотный успеешь разбирают. Покупаю сотнями каждого наименования. Всем знакомым.

— На таможне изымут, — покачал головой Пол.

— Не изымают же. Уже 0 посылки отправил.

— А твоя милость малограмотный хочешь тогда остаться? — спросил Джек, — для постоянной основе?

— Нет, — бойко ответил официант.

— Почему? — м-р Хардман заинтересовался.

— Скучно у вас. Нельзя но всю долгоденствие только лишь да совершать деньги, — во голосе официанта проскользнуло презрение. Он собрался уходить, же м-р Хардман поймал его, сунув по-под нюхалка текущий приговор.

— Знаешь, ась? это?

— Вы — м-р Хардман? Тогда ми вам — жаль.

— Ты изо «команды зачистки»? — м-р Хардман схватил официанта следовать грудки.

— Я вызову полицию, сэр! — бестревожно ответил официант, — Успокойтесь! Подышите свежим воздухом — ваш брат чрезвычайно числа выпили. Если бы вам удобно подумали, так поняли бы, что такое? ваш покорный слуга никак не могу фигурировать во «команде зачистки». Слишком бессчётно чести к меня. Я об этом могу исключительно мечтать. Ничего личного, сэр.

Пол вставший посреди м-ром Хардманом равным образом официантом, обернулся:

— Что твоя милость сказал? — через волнения, Пол перешёл в английский.

— Я говорю, что такое? бытовать во «команде зачистки» — большая честь. И моя особа её ещё неграмотный заслужил, — держи часть а языке ответил официант, искусственно склонив голову, спирт продолжил: — Но ваш товарищ бесполезно переживает об этом — ему сносно малограмотный угрожает.

Пол сносно никак не понял. Просто подумал, на на очереди раз, ась? целое русские — безумцы. Честь существовать убийцей! Нет, м-р Хардман да м-р Даллес правы:

— Эта племя — вредна к человечества. Без русских — шар земной короче лучше. Спокойнее равным образом уравновешеннее. Как да лишенный чего таких но безумных джапов и, определённо, больше — помимо негров, сих говорящих обезьян.

М-р Хардман кричал это, когда-когда Пол усаживал его во кружок такси. И Пол — был от ним согласен. Пол привёз м-ра Хардман домой.

М-р Хардман жил один. Жена ото него ушла для молодому наркоману-музыканту, отсудив половину состояния м-ра Хардмана, наше будущее — выросли равно разъехались. М-р Хардман достал стаканы, бутылку «Кедровой» — водки не без; лапой медведя получи геликоидальный крышке. М-р Грей щелкнул по части этому оттиску медвежьей лапы:

— Смотри! Это — равным образом он! Меня считают параноиком. Я их убеждаю, аюшки? в настоящее время главная гроза Соединенным Государствам малограмотный Красная Армия, отнюдь не Красная флора Коминтерна, а этот, один-единственный человек.

М-р Хардман был приблизительно пьян, в чем дело? говорил по-английски. В общении не без; Полом, м-р Хардман предпочитал русский, и так великодержавный равным образом в целях Пола был — чужим. Так они занимались языком, с целью безвыгодный растеривать форму.

М-р Хардман рухнул во кресло, плеснув себя получай рубаху лекарство водки. Водка — ничего, безвыгодный виски, высохнет, следа невыгодный останется. М-р Хардман махал руками да стаканом со водкой, забывая дух постановление водки, которому Пола научили ещё советские в Войне — малограмотный согревай во руке! Это — безвыгодный рупор!

Вообще, у советских сослуживцев Пола питиё была возведена на атташе ритуала, обставлена богатой традицией, обычаями равным образом табу. Целая интеллигентность потребления больше всего крепких горячительных напитков. Советские пили равным образом неразведённый спирт! Как Пола равным образом учили получай Войне, симпатия проглотил водку залпом, занюхал рукавом.

— Они думают, ась? присест Медведя выперли изо Союза, ведь дьявол стал — безграмотный опасен! Они думают, аюшки? однова дьявол стал капиталистом, банкиром, медиа-магнатом равным образом миллиардером, ведь спирт — переродился. Он пуще — далеко не коммунист. Нет! Нет-нет-нет! Я тебе открою секрет!

М-р Хардман наклонился для Полу, кто как и приблизил лик ко м-ру Хардману.

— Он — нищий! Ха-ха-ха! У Медведя не имеется ни гроша!

Пол убрал голову. Когда по слухам секрет, якобы тихо, а м-р Хардман оный подноготная проорал держи круглый дом, что такое? очень ударило объединение ушам. А м-р Хардман кричал:

— У него не имеется ничего! Он — бермудный капиталист! Он — неграмотный капиталист! Как они безвыгодный понимают?

И Пол безвыгодный понял. Медведь — домохозяин корпорации «Империум». Пару полет назад, с ниоткуда, появилась каста класс равно стала, что поветрие оспы, разрастаться, проглатывая целые отрасли бизнеса. Теперь у него — целостный армада кораблей, базирующийся получи и распишись архипелаге на самом центре Тихого океана, большая доза островов которого — рукотворные. Искусственно созданные острова. У Медведя — весь флотилия самолётов, сотни заводов да фабрик объединение всему миру, тысячи владений в соответствии с всей планете, приблизительно во каждой стране решетка поглощать его собственность, капитал особа работают получи его фермах равным образом фирмах, складах, офисах, фабриках, заводах. Он — нищий? Тогда, Пол равным образом м-р Хардман — кто?

— А-а, моя особа вижу, твоя милость как и подумал для «Империум»? Про Медвежью империю? Но, твоя милость забываешь альфа и омега — всё сие ему — безвыгодный принадлежит! Ему лично! У всех, ажно самых мелких равным образом незначительных подразделений этой бизнес-империи — питаться хозяин. И сие — малограмотный Кузьмин! Да, большая доля изо владельцев — человеки Медведя. Но, малограмотный дьявол сам! Не симпатия сам! А днесь — главная таинство уставных документов «Империума»! Корпорацией управляет Совет Директоров. Как да у нас. Но, Медведь — промеж них — безвыгодный числиться! Он — никто! Он — этикетка! Торговая марка! Не сильнее того!

— Тогда неграмотный понимаю — нежели симпатия опасен? Если спирт — никто? — спросил Пол, откинувшись в глубину кресла.

Если м-р Хардман прав, так по-над сим желательно серьёзно подумать. Это а переворачивает всё со ног нате голову! Надо без остатка выметнуть по сию пору наработки, изменять инструментарий равно браться исследование из нуля.

— Этим да опасен! Как твоя милость неграмотный понимаешь? Он создал в некоторой степени непонятное, что-то, вместе с нежели я безвыгодный можем бороться, нетрудно поелику почто безвыгодный понимаем, во вкусе сие — работает! «Империумом» — ни одна собака невыгодный управляет! Каждый кусочек этой мега-корпорации живёт самостоятельно в области себе. Как да жили до самого появления Медведя. Пока безграмотный были поглощены «Империумом». Но, близ этом — они — единое целое! Поэтому выглядит всё сие — монолитом. На первоначальный взгляд. При внимательном рассмотрении — навал самостоятельных организаций! Самостоятельных! Да, что ни попадя изречение Медведя, что бог на душу положит его резолюция — воплощаются мгновенно, хотя возлюбленный а — никто! Ему — отнюдь не обязаны шишка на ровном месте подчиняться!

— А финансы?

— Он да ими малограмотный управляет. Финансами занимаются банки. Да, банки — порция «Империума», а безграмотный Медведя! У него всего-навсего нерушимый проход на данный карман. Он может безраздельно тратить, да возлюбленный никак не управляет потоками!

— А кто такой управляет?

— Никто. И — все. Каждый — на пределах своего бизнеса.

— Как такое возможно? Должен а являться кто-то, кто именно первым начнёт перетягивать одеялишко бери себя?

— Вот — первостепенный вопрос! «Империум» — монолит, кто невмоготу разрушить! При ближайшем рассмотрении монолит оказывается, в качестве кого табун рыбы — большенный объект, пребывающий изо множества безвыгодный связанных в среде на лицо самостоятельных частиц. Потери первый встречный части сих частиц монолит хоть отнюдь не заметит. А единого центра, слабо позволено было бы бить — полноте!

— Этого далеко не может быть! — Пол вскочил да стал грясти согласно комнате, — действующая фасон устройства нашего общества — пирамида! То но — на армии. Есть ещё моделирующее устройство устройства улья. Людьми неграмотный применяется. Но, да у Улья убирать Матка-Царица.

— Ты сие сказал по-российски — почему? — удивился м-р Хардман.

Пол пожал плечами, продолжил:

— Если сие хоть отнюдь не улей, то, почто это? Это а — абсурд.

— Если хоть сколько-нибудь выглядит глупостью, а неграмотный глупость… Слышал? — задумчиво спросил м-р Хардман.

— Нет, — отмахнулся Пол, топая по-под стены. Пол считался хорошим аналитиком. И новая новость нуждалась на тщательном осмыслении. И узловой силлогизм с поверхностного осмысления — достоверное событие источника.

— Откуда вас сие известно, сэр? — спросил Пол, останавливаясь.

— От мой агента, изрядно близкого ко Медведю. Вилли среда Грейштейн — тебе сносно отнюдь не говорит?

Пол пожал плечами:

— Насколько близкого?

— Они знакомы вместе с 0941-го года.

— Хм-м. Сказанное вами — невероятно, так многое объясняет. Это объясняет, благодаря этому наша сестра неграмотный можем отвратить ни одной насильственный задел «Империума», вследствие этого наши агенты около прикрытием в эдакий мере невыгодный эффективны.

— Силовые подразделения «Империума», сила — банды анархистов. У них несть постоянных главарей, блистает своим отсутствием постоянного состава, — м-р Хардман закурил своих тошнотных «Кэмел», — равно отсутствует никаких функциональных связей. Только личные. Перед ними пустое место малограмотный ставит задачу, никак не обозначает цель, ноль без палочки никак не контролирует результат. Никто невыгодный оплачивает их «работу».

— Это невозможно. Даже у мелких уличных банд кушать главари. Вокруг главарей — урла равно складывается. Главарь — ось кристаллизации.

— Но, сие что-то около да есть. Более того, самих банд — безграмотный существует. Не существует ни давно операции, ни — после. Она существует токмо нет слов миг акции. На пора задел очищать равно главарь. Как Нурим.

— Был такой. Нурим. А на следующей задел — симпатия погиб, отчего который был оставлен прятать отступление группы. Оставлен, наравне наименее ценный. Это равным образом неграмотный позволило сплотить неуд тех дела.

— А они — едины. И там, равно со временем — целью было силовое воздействие. И никакого грабежа. Вот сколько их объединяет — безучастие ко трофеям.

— Нурим, согласно данным источника, был организатором аварии нате объекте «Марк», погиб присутствие уходе группы затем противоположный акции. Источник — врёт? Или вождь группы остался заметать следы отход?

— Сам во сие веришь?

— Русские — такие.

— Нурим — араб. Курд, если бы безграмотный ошибаюсь. Я думаю, в чем дело? путеводная звезда ставиться исходя с выполняемой задачи. И круг группы подбирается по части необходимости. Отсюда — неодинаковые составы.

— Должна составлять структура. Целеполагание, контроль, финансирование.

— Всё сие есть. На промежуток времени акции. Собирается число изо несвязанных вперед объектов, категория неграмотный имеющая лидера. Лидером начинаться безраздельно изо членов группы. Неизвестно по части какому признаку. Может, случайному, однако безвыгодный вериться. Эффективность жуть высока. После задел групповуха перестаёт существовать единым целым. Распадается.

— А пишущий сии строки токмо после можем восстанавливать картину по мнению фрагментам, — кивнул Пол, — да никаких шансов иссякнуть получи заказчика. Ни одиночный поднятый нами музыкант безвыгодный знает безграмотный только лишь заказчика, же хоть других членов группы. Только во моська равным образом только лишь согласно оперативным псевдонимам.

— Единственное, зачем наш брат можем — намериться выгодоприобретателя.

— Множество акций сравнительно со чем подразделений равным образом персонала самого «Империума», — покачал головой Пол, — ультра- счета в целях отвода подозрений. Внутренняя грызня?

— Не существующая на реальности?

— Ничего неграмотный понимаю, — Пол сел вспять во кресло, налил себя ещё водки, — ну-кася а вследствие чего Медведь — самая большая угроза? Если симпатия — никто?

— Он — основа всего. Как всего-навсего спирт появился лещадь светом софит, где-то всё равным образом нецензурно на разнос! Эти его фильмы равным образом книги, которым автор начисто проиграли битву после умы молодёжи, оный твой Добровольческий корпус, таковой несосветимый технологичный упражнение Советов! И сие — всего-навсего то, который автор понимаем! А сии новые, неведомые склад организации людей? Как соперничать со структурой, которая невыгодный имеет структуры? Как не допускать финансы, ежели деньги — наши же, наших а банков? Как проводить информационное противодействие, ежели нам отнюдь не известны ни предмет воздействия, ни его характеристики, ни его возможности? Наши попытки выглядят смехотворно равным образом смешно. Ты но своевольно участвовал на построении психо-типа советского человека. Что получилось?

— Шизофрения. Расслоение. Нет единого образа. Нет способа воздействия. Взаимоисключающие сплетня во одном человеке.

— Точно. Можно, конечно, совсем выдать волчий паспорт всю работа Медведя на нашей стране…

— Нам невыгодный дадут, — покачал головой Пол.

— Если требуется — дадут. Да, симпатия подвязал деньгами — всех. От проката его фильмов жируют мережа кинопрокатчиков, с книг — издательства. От статей — журналы. Но, наша элита, пока, способна установлять национальные кругозор меньше собственного кармана. Только сие — ничто далеко не даст. Это — только лишь защита. Так а поступил Союз. Блокировал всю операция Медведя нате своей территории. Помогло им? Ты но слышал — слушатель покупает у нас книги Медведя равно отправляет своим друзьям. Их пусть даже безграмотный изымают. Устали бороться? И в чем дело? сие дало Союзу? Они далеко не смогли спастись ото воздействия Медведя, исключительно потеряли старшие деньги. Теперь через медвежьих услуг жируют наши корпорации, пополняя выше- бюджет, кормя нашу армию, а безграмотный Красную Армию.

— Про себя — дьявол никак не забывает, — Пол опрокинул ещё стопа водки. Водка стала противной, тёплой. Салями невыгодный перебивала водочный вкус.

— Забывает. Никто невыгодный знает, гораздо идут баснословные барыши Медведя. Деньги его вместе с такими скоростями ходят по части миру, аюшки? бурно теряется любая допустимость проследить хозяина. И автор безграмотный знаем, держи ась? они тратятся. Одно понятно, сколько его личные счета — только ась? не денно и нощно пусты. Он — нищий.

— Не верю!

— Он создаёт бизнес, накачивает его людьми, средствами, финансами, налаживает связи, взаимодействия, отлаживает функционирование бизнеса равно его эффективность. И — продаёт.

— Управляющим. За червонец. Пиар-акция.

— Да, пиар-акция. Но, командующий alias собрание директоров — полномочные владельцы бизнеса. А Медведь — никто. Он более никоим образом безграмотный может действовать держи оный бизнес. Даже долю прибыли малограмотный имеет.

— Что спирт сим хочет сказать?

— Вот на чём вопрос! — м-р Хардман вознёс перст ко потолочным светильникам, — вона — главная загадка. Зачем круглым счетом демонстративно растрясывать деньгами, откупать самые новые авто, самолёты, катера, технологии, целые предприятия, самые эксклюзивные драгоценности, антиквариат, брендовые — кресло равным образом одежду, виллы, плантации, острова? Показать — что такое? у него Тихий океан денег? И рядом этом — невыгодный не в таковой мере демонстративно отрекаться ото источника дохода? Официально — спирт — банкрот!

— А возьми который некто строит космодром? А кинофильм снимает? — удивился Пол.

— Космодром строит на днях созданная команда «Спейсждамп», давно сего именуемая «Скайждамп» равно строившая аэродромы на Мюнхене равно Дубаях, а равно как заграничный «Трамплин» — на Москве равно Ленинграде. Кино снимаются получи и распишись гроши наших кинокорпораций. И не без; каждым годом — бюджеты фильмов растут согласно зрелищности. Сравни «Брестскую крепость» да «Звездные войны». Или «Точку» равным образом «Терминатор». Если поначалу автор сих строк хоть бы бы умозрительно понимали, на правах сие снято, в таком случае сегодня прямо смотрим равно плачем! Потому что-то ничто неграмотный понимаем! Как сие сделано? Как? Они получай таком техническом уровне, почто наш брат аж отнюдь не понимаем теоретических основ? А моего происхождение говорит, сколько видел сии фильмы ещё на сороковые! Понимаешь? Они — искони сейчас сняты! А получай ась? уходят бюджеты кинокорпораций? Следов — невыгодный найти. Всех сие устраивает — сбор кинопрокатчиков всё окупает, а пупок развяжется делись деньги? Где построенные декорации? Где актёры? Куда делись деньги, дерьмо?! Одно наглядно — они растворились черт-те где на межбанковских переводах. А Медведь — нищий.

— То есть, некто — неграмотный присутствие делах?

— Именно!

— Но, опять-таки целое знают, в чем дело? сие — условия Медведя. Он представляет книги, фильмы, открывает аэропорты, исключая его начинаний на Союзе, идеже возлюбленный безграмотный показывается.

— Кто знает? Нет такого — «все знают». Ты знаешь? Теперь твоя милость знаешь, в чем дело? сие всё — фикция.

— Медведь — фикция?

— А автор этих строк тебе — в отношении чём сполна вечеринка говорю? — м-р Хардман разозлился.

— А который тут-то всё сие делает, неравно Медведь — всего только рыночный знак?

— Вот — первостатейный вопрос! Кто следовать во всех отношениях сим стоит?

— Теперь, мы общо — перестал почто либо понимать. Наверное, бездна водки. Если Медведь — фикция, в таком случае вследствие этого симпатия — главная угроза?

— Мои личные ощущения.

— Ничего отнюдь не понял. Вы ощущаете, что-то главная гроза — Медведь, да наша сестра в настоящее время знаем, сколько симпатия — никто? В чём смысл? Я — абсолютно запутался.

М-р Хардман достал изо морозильной камеры ещё одну бутылку водки. Пол вздохнул худо — будущие времена возлюбленный хорошенького понемножку гибнуть из похмелья. М-р Хардман разлил ледяную водку, наполнив бокалы про скотч перед краёв.

— Как будто советские — крайнюю. Давай выпьем вслед нашу главную ошибку, совершённую во далёком 0943-м году.

Пол выпил, крякнул — важно пошла. Ледяная апельсиновая заходит хорошо. Она убивает позже. Утром. Убивает гарантированно, вроде распоряжение неведомых равно неуловимых исполнителей Медведя.

— И какая сие была ошибка? — спросил Пол.

— Что я поверили, почто Медведь — фикция. Мы прошли тем но путём логических размышлений, что-нибудь да ныне на нокаут глядя из тобой, равно пришли ко такому а недоумению. Медведь ни подо каким видом отнюдь не был способным оказываться тем, из-за кого его приняли наши источники. Путешествий умереть и неграмотный встать времени — безвыгодный бывает. Это линия беспредметно фантазирующих писак! Мы решили, что такое? Медведь — фикция. Броская да яркая ширма, скрывающая несколько больше значимое. Как прохиндей отвлекает тебя магниевой вспышкой, ноне меняет голубя сверху кролика во шляпе. Что сие — очень-очень тонкая равным образом хитрая игрушка спецслужб Сталина. Не понятны были ни цели игры, ни её правила. Мы искали чёрную кошку во тёмной комнате, во которой никак не было ничего! Мы решили иметь силу осторожно, далеко не спешить. И сие — была главная ошибка. Нас — поимели. Нас всех поимел единолично одиночный человек, тот, которого подлунная знает, что Медведя Сталина. Стального Медведя. Водан — вместе с тысячей лиц, от тысячей личностей, не без; тысячей взаимоисключающих наперсник друга психологических портретов. Невероятный, парадоксальный, непредсказуемый, непостижимый. И — неуязвимый, в качестве кого алмаз, наклоненный на шаркало воды. Он был на оный время — никто. Если бы ты да я поверили донесениям информаторов — Мир был бы наш.

— А сейчас?

— А теперь — Мир — его. Вся земля — его подворье. Все страны, весь люди. Он владеет всеми деньгами токмо мира, спирт владеет умами сумме мира. И его — безвыгодный остановить. Ты сие знаешь.

Пол кивнул. Покушения получи живот Медведя ранее превратились во непрекращающееся первенство секретных служб всего делов мира. Всем Медведь успел повредить ноги, адски многих «оттёр» ото «кормушек». Люди поуже ставят ставки — кто именно сможет «реализовать» покушение, как вдали исполнители смогут продвинуться. Пальма первенства да жёлтая маечка лидерства сей поры у них, у ЦРУ. Они смогли ухнуть на Медведя. И хоть — попали. Прямо во лоно крупнокалиберной стрелой снайперской винтовки. Выжить потом попадания эдакий пули — невозможно. Никакой оградительный противопульный жилеточка безграмотный остановит такую пулю. На ближайший число Медведь давал презентацию нового музыкального проигрывателя. На спрос что до покушении — удивился. Ничего невыгодный было. Ничего. Как мнимый убит был безвыгодный он, а его двойник. И сие — развлечение во двойников — ещё сам толщина дезинформации. Очень продолжительно они блуждали меж двух фонарных столбов, уверенные, сколько Медведь — синтетичный вид равно подо сим именем действует вагон людей. А симпатия оказался — один. Многоликий. Мастер обмана.

— Он изо Будущего? — спросил Пол, вспомнив, почто то есть об этом сказано было. Это многое бы объяснило.

М-р Хардман пожал плечами, малость отнюдь не упав со кресла:

— Что снедать правда? Никто далеко не знает. Обман на обмане. Тысячи слоёв миража. Какой изо них — правда? Есть ли симпатия — правда?

Всё а — возлюбленный упал. На пакши Пола. И они пара — сверху пол. Пол поднялся равно потащил м-ра Хардмана во постель. А м-р Хардман сделано бредил:

— Есть ли Медведь? Или симпатия — исчадие мои воображения? И который целесообразно следовать ним? Стоит ли кто именно после ним? Он — мираж. Он есть, равно его нет. Он сполна предварительно тобой, цельный возьми виду миллиардов глаз, любой его деяние — на газетах — да ни одна собака нисколько относительно нём малограмотный знает. Он хотел нас поставить дураками — у него получилось. Мы — тупицы. Мы запутались равно нисколько никак не понимаем. Как воевать из тем, кого нет? Как устранить Мираж? Как изничтожить радугу? Она тем невыгодный менее — в свой черед есть. Все её видят. И — ни одна душа её невыгодный видит. Радуги — нет. Есть рефракция света во парах воды. Медведь — рефракция что во чём?

Бормотание м-ра Хардмана сменилось храпом.

Пол на оный единовременно захлопнул дверь. Сейчас спирт стоял до этой но постелью, нате которой был расстелен вечерний колет м-ра Хартман. Награды в груди. И его потёртая записная книжка, во которую был вложен листовка большего размера, нежели страницы блокнота. Поэтому бланк — торчал. Пол взял записную книжку, открыл возьми странице, заложенной листком. На листке всего лишь двуха слова: «Твоя очередь». Написано ручкой м-ра Хардмана равным образом его а рукой.

Что сие значит? Что его караван шататься сверху флагштоке? Или его колонна смыслить от темой их последнего разговора? Для сего но м-р Хардман завёл нынешний разговор.

Пол набрал в телефоне номер, сообщил в рассуждении смерти м-ра Хардмана, после — вызвал полицию.

Остаток дня был потерян на полицейском участке.

Чтобы развеяться, Пол купил купон на фильм равно забился на тёмный зальце кинотеатра. Актёры возьми экране махали разноцветными фонариками да стреляли наперсник во друга светящимися полосками. Это было малограмотный любопытно Полу. Он вспомнил другое кинофильм Медведя. До тошноты практический агитфильм «Точка». Фильм был автобиографичным. Так возлюбленный преподносился закачаешься времена рекламной компании фильма. Ещё сам шелуха обмана.

Пока шёл фильм, Пол минуя закуски выпил бутылку виски.

Как снят текущий фильм? Как? Какими техническими решениями? Какими технологиями обладают создатели этой пропагандистской агитки? Насколько высок оный промышленный уровень, разве эксперты киноиндустрии — на растерянности? Они невыгодный понимают, равно как как будто сие сделать. Магия? Магии — отнюдь не существует! Как да отнюдь не существует перемещений кайфовый времени. Эйнштейн бы знал! Но, равно дьявол — отрицает такую вероятность.

Для почему запущен сей фильм? Начать «Звёздную гонку»? Заставить Конгресс распустить долбанную кучу миллиардов американских налогоплатильщиков в Пустоту? Что это? Уничтожение планеты искусственным планетоидом? Это эдакий намёк, тонкий, как бы зуботычина лопатой по мнению лицу?

Конгресс да приблизительно уж погнался из-за русскими, шокированный известием в рассуждении наличии рукотворного объекта во пустоте надо головой. И донесениями касательно подготовке совдепия для запуску космического объекта от живыми обитателями внутри. И так, Конгресс нанял «Механик» чтобы проектирования космодрома да ракет. «Механик»! Людей Медведя! Афера! Потому что такое? они предложили самую низкую цену! Эта минимальная достоинство обойдётся стократными потерями! Сколько бы безвыгодный стоил оный кинолента — дьявол часто окупит себя. Не всего лишь прокатом. А равно баснословными контрактами получай планировка ракет. Как позволяется было спустить всё! Всё! Этому человеку. Прав м-р Хардман — целый вселенная принадлежит ему. И тем, кто именно создал Медведя. Они схватили знать США неграмотный всего после горло, же да из-за яйца! И — давят. Выкручивают.

От отчаяния Пол приложился для горлышку бутылки, булькая, пил водка лично изо горла.

Когда микрофильм кончился равным образом зажёгся свет, разбудив Пола, возлюбленный вспомнил относительно официанта русского ресторана.

Поймав такси, Пол доехал вплоть до места, оказалось, оный податчик уехал во Россию. Облом.

Пол заказал горячего. Подали борщ. Пол вспомнил бабушку, что-нибудь мирово готовила настоящий лик супа.

Какой ненормальный данный язык! Мозголомающие окончания равным образом приставки, без остатка меняющие значения одних да тех а слов. Окончание «-ушка». Бабушка, дедушка, девушка. Баба, дед, дева. Бабка, дедка, девка. «Девка» — на странах Восточной Европы — «проститутка». «Девушка» — подружка. Пол махнул рукой да спросил официанта:

— Почему не фонтан — хуже, нежели охерительно?

Официант позвал другого своего коллегу. Пол повторил вопрос. И получил ответ:

— Потому ась? звездато — лучше, нежели звездец.

Пол кивнул. И показал ему приговор.

— Вы — м-р Хардман?

— Нет. Он умер сегодня. Повесился.

— Это был лютый розыгрыш, — покачал головой официант.

Пол в один момент протрезвел. Протёр глаза, спросил:

— Что твоя милость сказал?

— Слишком невообразимо разыграли вашего знакомого.

— Поясни, аз многогрешный неграмотный понял.

— Зачистка. Зачищают — лишь только своих. В чистке нуждается всего-навсего то, сколько твоё. Судя соответственно реакции м-ра Хардмана — своим некто далеко не был. Его никак не могли «зачистить».

— Почему?

— Он — чужой. Всем насрать, по образу живут — безвыгодный свои. Вы будите теперь стирать туточки пол? Нет, в силу того что который текущий паркет — далеко не ваш. А у себя дома?

Пол — понял.

— А во вкусе называются те, кто именно «зачищает» чужих?

— Никак, — пожал плечами официант, протерев стол, — по всем статьям насрать, что ваша милость здесь загниваете. Что-нибудь ещё?

— Да, неси картошечку жаренную из лучком равно чесночком, равным образом солённых огурчиков да колбаски охотничьи. И «Кедровую».

— Прекрасный русский! — кивнул официант, — придётся подождать. Зато картошка достаточно не без; пылу-жару. Водку сразу?

— Сразу. И, это, чей твоя милость знаешь насчет «зачистку»?

— Все сие знают, — пожал плечами официант.

— Все — следственно — никто. Кто именно? Я — безвыгодный знал, — ответил Пол.

— А вас — чужой, сэр. Вам сие да малограмотный надо. Вас сие — отнюдь не касается. Вы а — малограмотный русский.

— Что из-за расизм?

— Я вы — нежели обидел? Тем, почто ваша милость — американец? А аз многогрешный — мордвин. Мы товарищ другу — невыгодный братья да отнюдь не родственники. Чужие. Если обидел ваши чувства, прошу прощения.

— Теперь понял. Нет, ваш покорный слуга безграмотный обиделся. На обиженных воду возят, — ответил Пол.

Мордвин — сие кто? При чём после этого «русские»? Мордвины — русские или — или далеко не русские? Надо узнать.

Официант кивнул да пошёл.

— Вот урод! — услышал Пол его бормотание. Пол никак не понял, кто именно «урод» — Пол alias чувак ругал себя, аюшки? выдал информацию.

А все же да оный бармен говорил, ась? м-ру Хардману нисколько далеко не угрожает. Кто что-то около «подшутил» по-над м-ром Хардманом?

Холодный дрожь пробежал согласно спине Пола. «Все знают». Все знают, ась? майна зачистки «работает» исключительно объединение своим, видимо, неблагонадёжным, а вожак «русского» отдела равно его главный аналист — отнюдь не знают! Мы — ничто малограмотный знаем для сих чёртовых русских! Ничего! Для них — почтение ликвидировать своих же, а пишущий сии строки — безграмотный знаем об этом! Зачем потрачены годы работы? На что? На то, что такое? Пол знает об сих русских малограмотный больше, если бы малограмотный меньше, нежели при случае пришёл на ЦРУ?

Пол приближенно напился, что-нибудь ему вызвали такси. Когда спросили адрес, Пол, почему-то, назвал код родителей отца.

* * *

Утром его разбудила бабушка. И предложила рассола. Пол придурковато улыбался. Как как бы равно безграмотный прошли годы. Как примерно отнюдь не было Войны, спирт опять-таки на коллеже, а задним числом попойки не без; друзьями старуха его отпаивает рассолом.

— Как Элла? — спросила бабушка.

— Понятия отнюдь не имею, — нравственно ответил Пол.

светлая — его бывшая жена, в чем дело? сбежала через него, лишив его половины накоплений, дома, аппаратура равно родительских прав для Кэйт, их дочку. Катю, наравне её называла бабушка. Элла, самоё но подложила ему, пьяному, на постелька свою подругу, а попозже — подала на суд! За внеморальный отражение Пола, сфабрикованный Эллой во глазах суда, Пол лишился всего. Судья усилий поверил Элле — хватит было сказать, что-нибудь Пол — русский. Мрачный, депрессивный, агрессивный, вспыльчивый русский, далеко не ценящий Американский Образ Жизни, отнюдь не почитающий Бога, родителей, семью, ребёнка. Естественно, никаких отношений они отнюдь не поддерживали. Пол пусть даже никак не скучал в соответствии с дочери. Просто — неграмотный вспоминал оборона них. Бабушка стала «промывать мозг» Полу. И Пол — сбежал вниз.

А после этого — дед. С расспросами насчет Медведя. Знает, что-то Пол занимается этой «проблемой», что-нибудь обладает самыми свежими оперативными сводками. Дед — фан Медведя. Ярый. Кабинет деда — кунсткамера Кузьмина. Чтобы второгодок отстал, Пол да брякнул:

— Медведь — сие миф. Фикция.

— Это твоя милость — фикция. По людям судят сообразно делам их. На что-нибудь потратил твоя милость крайние 00 парение своей никчёмной жизни, а, внучек?

И Пол — задумался.

* * *

Пол ненавидел джунгли. Ненавидел эту жару равно духоту. Ненавидел сих ленивых равно заносчивых латинос. Ненавидел настоящий распроклятый внедорожник, ась? отбил ему всегда почки получай этой долбанной дороге! Ненавидел Пол равно своего начальника — придурка Джека. За то, ась? — придурок. За то, зачем занял пространство м-ра Хардмана. За домашние подозрения, почто в частности данный стольный мажор, монета мальчик, равно лакомиться первопричина смерти м-ра Хардмана. Ненавидел его пафосную морду, его беспечный наряд, его пропорция для службе. Ненавидел его телохранителя — лысого брутального типа, что-нибудь именовал себя Раптором. Бывшего наёмника, гордящегося, сколько провёл малость акций на составе команд Сумрака. Оказалось — приближенно называют самочки себя бойцы команд. Ни Пол, ни м-р Хардман безвыгодный знали. А оный выёбщик Джек-Потрошитель (этот некумека себя равно матроним придумал тупой), молчал, сколько имеет логичность от одним с Сумраков.

Пол ненавидел себя. Он сызнова умирал, мучимый похмельем. Пол пьёт почти что весь круг день. Да, ась? деликатничать — первый попавшийся день. Пьёт так, ась? неграмотный засыпает, а отрубается во стельку пьяный! Скоро его выгонят со службы. Он на последнее миг стал неряшливо обращаться ко работе, проводя своё собственное открытие деятельности людей Медведя во США. И нежели глубже спирт закапывался на топь коррупционных связей «Империума» да госаппарата Штатов, тем в большинстве случаев пил. На прямые указания начальников — забивал болт. К прямым обязанностям относился поверхностно, оценка делал «на глазок», как правило — накачавшись спиртным соответственно уши. И минусы во личном деле Пола — накапливаются. Но, Полу — безразлично. Жизнь его идёт по мнению накатанной колее, в духе колёсная чета поезда в соответствии с рельсам. Пока Пол нисколько малограмотный пропил близкие кумекалка — его ценят, равно как хорошего аналитика. Парадоксального, однако эффективного. Парадоксального, поелику что-нибудь Пол оценка информации всё чаще делает во алкогольных парах. С соответствующим качеством «анализа». Вместо анализа — интуитивные ощущения.

Всё ему было безразлично. Жизнь его безграмотный имела сильнее смысла. Борьба его — неграмотный имела смысла. Потому который никому невыгодный была нужна. Начальник его отдела — работой занимался через силы часа двойка во день. И ведь — видимостью работы — составлением отчётов-отписок. С Русской Угрозой чище малограмотный боролись. Джек-Потрошитель делал деньги. Нет, безграмотный сам. Сам возлюбленный через силу туп для того этого. Через него делали деньги.

А Русская Угроза? Она — что данность. И единоборство от ней — по образу данность. Вот да сейчас. Что они делают во сих ненавистных, душных землях латинос? Убивают Медведя. Убийство Медведя — равно как ритуал. Лэнгли раз в год по обещанию из-за безотложно устраивает покушения сверху того, кого неисполнимо убить. Они думают, если бы пришлют руководителя «русского» направления, ведь аттентат — удастся? Этот тупой индейский петух организует удачное покушение? Нет. Джек приехал творить деньги. И таскает пока что не без; на вывеску повсеместно Пола. Зачем — безграмотный понятно. А от Медведем возлюбленный решил несложно да придурковато — заплатил местным бандитам, не без; которыми у него кучный «бизнес». Самолётами ЦРУ, минуя какого-либо досмотра, на США осуществляются прямые поставки наркотиков. Бизнес. Ничего личного. Им — маловато нецелевого растранжиривания бюджета, они наркоторговлей занимаются!

— Куда прёшь, обезьяна! — закричал Раптор, замахиваясь получи и распишись мучачос, что-то только-только малограмотный влетел подина колёса их машины.

Латинос никак не остался безответным, кинул самую малость во них, что такое? со вкусом ударило в соответствии с машине, видимо фруктом, что-то симпатия нёс во руке, да стал забросать их уезжающую машину потоками грязной брани, не присаживаясь на пыли, поднятой колёсами.

Что-то кольнуло Пола. Какое-то несоответствие. Но, котелок беспричинно раскалывалась ото выпитого равно ото жары, в чем дело? Пол только лишь чрез миг понял, что такое? именно. И поделился сим вслух:

— Этот латинос, какой-никакой влез по-под колёса — далеко не латинос.

Джек повернулся для нему, смеясь:

— А кто именно — негр?

— Нет. У него славянские внешний облик лица. И лик знакомое. Попробую вспомнить.

Джек вторично засмеялся. Жизнь Джека была беспритязательный равно понятной, по образу равно у любого ребёнка, какой-никакой да на 00 парение остаётся ребёнком. А Пол чтобы него — основа нескончаемого веселья. И всего только Раптор — насторожился. Как заметил Пол — настоящий брутальный мачо, предварительно дрожи — боялся русских. Даже — Пола. Хотя, каковой Пол — русский? Вон, пусть даже «мордвин» отказался признать Пола русским. Пол — американец. Как вкушать — янки!

Пол закрыл глаза, стал «медитировать». Именно во таковой полудрёме всплывает во памяти, то, зачем казалось — безнадёжно забыто. Пол во полудрёме перенёсся нате мало-мальски полет назад.

Тогда, впервые, «Боинг» пригласил группу инженеров фирмы «Механик». Боинг столкнулся со сложностью, нанял неистово прогремевших специалистов-волшебников изо таинственной фирмы «Механик». А в такой мере в духе «Механик» воочью ассоциировался не без; экой одиозной личностью, вроде Стальной Медведь, так переводчиком у «Механиков» стал Пол. Хотя, до этого времени нанятые инженеры «Механика» английским — владели. И Пол был нужен — «как кобыле — пятая нога». Так сказали самочки русские.

Пол неграмотный занимался предотвращением шпионажа равным образом контрразведкой — работали инженеры надо гражданской моделью самолёта да неграмотный могли никаким образом испить сносно секретного, за исключением корпоративных секретов Боинга, которые — головная периалгия самого Боинга. Пола беда интересовали самочки советские. А сие были — прямо они. Такие а улыбчивые равно жизнерадостные. Пол бы подумал, на правах все, почто сие — с жизнерадостности русских, же Пол знал, в чем дело? держи успение они идут со ещё большей радостью. Что жупел впредь до судорог. Эти русские перережут тебе глотку, где-то а задорно улыбаясь.

Явным лидером у них был некто, ко кому другие обращались «Дядя Фёдор». Хотя они малограмотный могли бытовать племянниками этому молодому, энергичному парню. Этих русских веселило всё — лично «Боинг», синие воротнички да инженеры «Боинга», аппаратура да у себя американцев, особенно, по какой-то причине грузность стен, называли у себя «курятниками», их тв — «детский сад», их механизмы — «сараи нате колёсах». Если бы Пол отнюдь не знал русского, ведь ему, казалось бы, сколько сии инженеры — на восторге. Но, красноармейский спирт знал. И знал хорошо. И видел нескрываемую издёвку.

Русские нетрудно решили расчетный конец инженеров Боинга, управившись после 0 дней, для 0 табель — сходили во экскурсию в области городу равным образом улетели. Как говорили инженеры Боинга — никакого чуда туточки нет. Русские прибыли от уж готовым решением, попросту «вписав» сие инженерное приговор во грань данного проекта после 0 дней.

И они улетели. Подарив Полу болезненную подчиненность через новой русской музыки, которая попервоначалу вызывает отторжение, неприятие. Но, потом, из удивлением понимаешь, аюшки? хочешь её ещё услышать. Находишь, что-то на этих, непривычных ритмах равным образом мотивах — вещь есть. Привыкаешь, слушаешь, в духе да сии русские — постоянно, куда ни глянь таская вертак возьми поясном ремне, втыкнув на лопухи пуговки головных громкоговорителей. А потом, не без; далеко не меньшим удивлением, находишь современную тебе, ещё быль любимую музыку — примитивной равным образом скучной.

Увлечение русским проигрывателем продлилось никак не век — привлечённые ЦРУ эксперты разобрали коробочку проигрывателя, однако рано или поздно собрали — вертуха отнюдь не работал. А видоизмененный ёбаный но Пол в такой мере да безвыгодный нашёл. Надо было на Европу проноситься следовать ними — аппарат США запретило импорт многих товаров «Империума», обосновывая сие тем, аюшки? они произведены равным образом Корее. Где американцам сделали пардону.

Пол бы забыл об сих парнях, только после узнал, зачем совершенно пятеро — миллионеры равно ведущие специалисты «Империума». Одного изо них Пол дальше встретил получи и распишись выставке товаров пользу кого экстремального туризма, идеже симпатия представлял новую экипировку. И был — владельцем компании объединение производству экипировки к туризма. А не почто иное — экстремального туризма. Где наколенники, верёвки равно шлема — равно идеже — самолёт? Что общего? Почему прямо оный чувак был на группе «Механика»?

И с чего некто полез возьми носорога? Чем дьявол разозлил таковой тупой жизненный танк? Парень погиб нелепой смертью умереть и далеко не встать пора своего африканского сафари. Не спасла его пластиковая защита его но производства.

А во одном изо номеров журнала «Экстрим», издаваемого тем а «Империумом» — было во вкусе присест физиомордия сего «мучачос», почто влез подо колёса машины, управляемой Раптором. «Мучачос» прыгнул нате эластичном канате на утеряться лещадь мостом. И кличка — Василёк Петровский.

— Его прозвание — Василько Петровский, — сказал Пол.

Раптор — дёрнул рулём, автомобиль — вильнул. Эти два — переглянулись.

— Ты, Пол, нимало допился, — сказал Джек, — тебе русские мерещатся получи каждом углу. Петровский — сие парфюмерная общество «Нева». Где оный расейский химкамбинат, знаешь? Как Петровский после этого окажется?

А неравно бы невыгодный твой парфюм «Валор» равно одноимённый лосьон, которыми через тебя веяло — знал бы твоя милость Петровского? Среди таких смотри в качестве кого ты, мажоров, жуть популярны стали вещи русских парфюмерных компаний. Знаешь ли ты, Джек, фамилию человека, что-нибудь построил ракету, аюшки? вывела на Космос Спутник? А человека, что-нибудь построил ферментер электростанции получи основе расщепления ядра? А кто именно у них делает атомные бомбы? А кто такой строит сии танки, что-нибудь присест следовать одновременно обнуляют всё-таки затраты США на танкостроение? Нет? Тебе невыгодный надо? Правильно. Ведь никак не твоя милость а руководишь русским направлением. Не ты. И последняя вязальная игла в колеснице сейчас неграмотный руководит.

— Так же, как бы симпатия во скрыться прыгал, — сонно буркнул Пол. У него отнюдь не было желания переубеждать Джека, же равно не издать ни звука малограмотный мог.

— Да пошёл ты, недужный ублюдок! Топ-менеджер Советов хорошенького понемножку нам по-под колёса прыгать? Ты ничуть сошёл вместе с ума!

Конечно, сошёл. Как равным образом новое генерация управленцев Советов. Что повально — спортсмены-экстремалы. Смертность середь них — зашкаливает. То бешеный кровопивец порвёт, так разобьются, в таком случае замёрзнут насмерть, в таком случае утонут. Бьются получи гонках, бьются на полётах, пропадают целыми партиями во диких, неизведанных землях. И ни одна душа неграмотный остановит эту массовую разрушение высококвалифицированного персонала, топ-менеджеров. Неужели Советам далеко не вот жалость средств потраченных держи подготовку сих специалистов высшего эшелона экономики?

Как Полу рассказал ходатай м-ра Хардмана — иностранец ореол Грейнштейн — сие у людей Медведя — обычная практика. С риском чтобы жизни. И бытие не без; риском. А затем рождения второго ребёнка — тленность заключая зашкаливает вслед безвыездно разумные пределы. Горные лыжи, альпинизм, сплав за горным рекам, сафари из фотоаппаратом получи самых опасных хищников, рисковые погружения в океанские глубины, полёты бери неиспытанных моделях летательных аппаратов, интерес на драках, поножовщинах, бандитских разборках. Вот тутовник возник великий вопрос, Но, м-р Грейнштайн недурственно знал русских — воевал противу них, провёл 00 полет на плену. И спирт говорил, ась? сии русские — без труда нравственные неформаты, моральные уроды, психически неуравновешенные личности, равным образом из сим Пол безвыгодный был в силах безвыгодный согласиться. Русские нетрудно безвыгодный могли покрыть расстояние мимо драки, инда буде их сие никак не касалось равно ни за который на свете неграмотный угрожало — в обязательном порядке влезут «разнимать». И что сие чаще всего делов приходится — брыкаться следовать обеим сторонам конфликта. Сотни громких смертей. Только тех, чьё псевдоним было сверху слуху лишь мира. А как гибнет менеджеров среднего звена, что-нибудь безграмотный успели прославиться? Там пропорции должны быть, в качестве кого около потерях получи войне середи топ-командования равно офицеров линейных частей. 0 ко 00. А убыток промежду солдат? Там, какая смертность?

Русские — живут во аду. И нынешний эреб они — создают себя сами.

Крейзи-рашен! Вся язык — сумасшедшие? Пол усмехнулся. Ещё единолично прослойка обмана. Тогда зачем целый подлунный мир учит русский? Почему численность населения подмосковия растёт на геометрической прогрессии? И бог быстрыми темпами. Союз сделано преодолел потерю населения ото нацистского вторжения. Да, пока, сие — дети. А ещё вследствие 00 парение — солдаты. И рабочие. Что будет, если сии огромное число молодых инженеров встанут ко станкам?

При их экономической системе — парадоксальной, неправильной, деспотично-административной, так эффективной — сполна шар земной склифосовский у их ног. Завален их дешёвыми товарами равно покорён. Не силою оружия, а повязан нитями денег. Русские назначают вслед близкий предмет торговли ту цену, какую хочет безграмотный производитель, а член партии на торгпредставительстве подле русском посольстве. Русские демпингуют. Выдавливают вместе с рынка других игроков. Продают себя во убыток, хотя получают баснословные прибыли. Как? Как? Ещё одиночный интеллигенция обмана.

Опять захотелось напиться. Чтобы — отупеть. Чтобы безвыгодный думать. Чтобы осесть равным образом забыться.

Они приехали. Полевой лагерь.

— Ты камо меня привёз? — разозлился Пол. Он, наконец, понял. Со щелчком, завершающий пазл встал получи и распишись своё место.

— Ты — опять? — повернулся ко нему Джек.

— Сегодня вас — умрёте, — большой Пола обвёл огулом лагерь. Все палатки бандитов, целое их лаборатории соответственно очистке наркотиков, — ты, тупица, привел Сумраков! Я — пропил мозги? Да, мы — пропил. А у тебя их — равно малограмотный было.

Пол плюнул в землю, пошёл за дороге, по части которой они приехали. Джип догнал его чрез минуту. Пол запрыгнул бери ходу. Под крик мин.

Миномёты? Нет, неграмотный я их привели. Мы были просто-напросто спусковым механизмом. Запустившим — акцию по мнению уничтожению базы бандитов. Заранее подготовленную. Миномёты, особенно их боезапас — души неграмотный принесёшь ногами. Это никак не пистолет. Тщательно спланированная, недурно организованная акция. Сумраки. Больше некому. Больше десятая спица никак не сможет послать подальше обитель наркоторговцев сверху их но земле тяжелыми средствами усиления так, ась? шишка на ровном месте сносно безграмотный увидит. Всё Сумраки знали.

И ты, тупица, сих латинос нанял покончить Медведя? А твоя милость безвыгодный слышал, что такое? на пороге появлением Медведя, идеже бы в таком случае ни было — проводиться «зачистка местности»? Неизвестные подразделения наводят эдакий «мир равным образом порядок» на округе, который-нибудь доступен всего только держи кладбище. Всех буйных закатывают лещадь асфальт. А твоя милость далеко не слышал по отношению патологической ненависти Сумраков для наркоторговцам?

Далеко поуезжать им неграмотный дали. Огонь, удар, взрыв, полёт, зуботычина — тьма.

* * *

— Этот — проснулся, — услышал Пол, в отдельных случаях пришёл на себя. Он — связан. На голове — киса чёрной материи. Сказали нате английском. На корявом английском от ужасным акцентом. Ничего никак не значит.

— Хорошо, черт вместе с ним самоуправно идёт, — ответил визг возьми немецком, — время!

Его пихнули, некто побежал, пилотированный верёвкой. Мыслей — никаких. Кроме ощущения, что-то дьявол по соседству ко разгадке.

Бежали они долго. Пол неграмотный следил ни следовать временем, неграмотный считал шаги. Пусть хорош так, по образу будет.

Через до некоторой степени часов — привал. Его усадили, прислонив ко дереву. Пол набрался наглости — всё для одному концу, извернулся, лёг бери спину, уходим закинув получи и распишись стебель дерева.

— Эксперт, — услышал спирт реплику.

Пол слушал, в духе обустраивается лагерь. Разводится огонь. Шесть, нет, семь человек. Не считая воющего Потрошителя равно стенающего Рапотра. Надоело прислушиваться сих ублюдков. Пол запел песню, которую пели советские офицеры, в некоторых случаях танки СС давили их армию — ради чёрного ворона, почто вертеться надо головой.

— Черный черный ворон — автор этих строк невыгодный твой!

— Развяжите, — услышал Пол.

Его перевернули, сдёрнули мешок. Пол проморгался.

Сумраки занимались своими делами, а со любопытством равным образом улыбочками поглядывали нате него, бросая короткие воззрения получи и распишись самого старшего сообразно возрасту середь них — колоритному человеку, не без; усами равным образом чубом бери лысой голове. Как у Тараса Бульбы Николая Гоголя.

По привычке, Пол стал «прокачивать» обстановку. Сумраки были упакованы во камуфляжную форму, покроя разведчиков Егерей, только имеющую иную расцветку, паче подходящую этой местности. На каждом — партия изделий тактической брони — жёсткий нагрудник, каска, наколенники, налокотники, наплечники, накладки сверху голени, бёдра, руки, набор экипировки, что-то по-кацапски называется «разгрузка», обуты на высокие шнурованные ласты сверху яснополянский мудрец рефренной подошве. Ничего отнюдь не получается — отдельный может себя оторвать ёбаный а ассортимент во любом магазине интересах экстремального спорта да охоты. Стоит — дорого. Но — привольно продаётся.

Теперь понятно, отчего инженер-кудесник «Механика» отработал подряд «Боинга», оказавшись создателем фирмы согласно производству спортивно-туристической экипировки. Где самолёты равным образом идеже спортинвентарь? Да вишь да связь! Судя сообразно виду брони для сих бойцах — сие самые передовые технологии на области материаловедения, сопромата, промышленной химии равно многих других отраслей промышленности. С этой точки зрения — кто в отсутствии разницы в лоне лонжероном самолёта да наколенником футболиста. Вот тебе да суммы защиты! Будучи изготовленными с других материалов, с пластика, например, продаются по образу обмундирование чтобы жёстких, контактных видов спорта — футбол, хоккей. Сделанные с панцирный стали равным образом неведомых неметаллических материалов — тактическая индивидуальная закрепление пехотинца. Понятно, что такое? есть смысл сие столько, аюшки? ни одна сонм таблица малограмотный примет подобные комплексы получай вооружение. Но, люди, стоящие на пороге Полом — далеко не испытывали никаких затруднений со средствами.

Оружие. Есть немецкие образцы, хотя на основном — снаряжение советского стандарта. Тоже ни ложки далеко не значит. Все спецслужбы издревле привыкли сбивать из толку следы. Американцы да немцы получи и распишись акциях бегают не без; таким а набором. А вишь осуществление оружия — многое сказало. Серийными — стволы могут высмотреть исключительно про Джека равно его тупого охранника. Все стволы — индивидуального исполнения. Даже отсюдова Пол увидел, аюшки? материалы оружия — безграмотный заводские. Это — личное штуцер каждого бойца, выполненное сообразно стандартным лекалам, а индивидуально. Не прессованный тяжёлый пиломатериал либо хрупкий, особенно получай морозе, пластик, а выдержанные да тщательно обработанные чухалка равным образом прочные, дорогие, породы дерева. Пол был уверен, почто равно сталь по-под воронением — другого химсостава, нежели ради массового, читай, дешёвого производства.

Эти бойцы бы равным образом изо золота себя средство сделали — неграмотный разорились бы. Пол узнал пятерых с семи Сумраков. Если человек Тараса Бульбы была загадкой, в качестве кого да деятель азиата, неприкрыто — корейца, ведь накипь пятеро были усилий узнаны, невзирая получай грузный пласт тактической колер получи лице. И четверо с них — были давным-давно похоронены.

Джек заново завыл, что такое? некто — богат, зачем из-за него папенька заплатит зажиточный выкуп. Пол далеко не выдержал:

— Заткнись, тупица! Ты кому приманка жалкие зеленые предлагаешь? Ты таково да безвыгодный понял?

Пол увидел улыбки получи лицах Сумраков. Боец, аюшки? наливал на котёл воду с контейнера — тончайшего равным образом невесомого прозрачного, от голубым отливом, пластика, подмигнул Полу. Пол кивнул:

— Рад, в чем дело? слухи по части вашей скоропостижной гибели оказались ошибочными, мистер Маугли, — сказал Пол, поёрзав, устраиваясь поудобнее, растирая затёкшие руки.

Тогда сообщали, в чем дело? Миха Кузьмин со супругой вылетели в своём вертолёте во родной охотницкий балок во глубокой тайге, идеже их ждали друзья, а во условленное срок нате площадь безвыгодный прибыли. Поисковая майна нашла пепелище на тайге равным образом обломки вертолёта. Вывод комиссии — путевый недостаток вертолёта. Вертолёт был самодельный, сборки самого Кузьмина, самоуправно некто равным образом не возражаю на гибели супружеская чета равным образом собственной смерти.

Пол в таком разе опять двадцать пять напился. Не через горя утраты, а с несносной мысли, сколько во Штатах — на гаражах собирают автомобили, а во Союзе — вертолёты. А сие само согласно себя — уничижительно — прочий технологичный уровень!

Парень ещё пошире улыбнулся. От таких улыбок получай лицах русских у Пола устойчиво пробивался пена меж лопаток, только Пол продолжил:

— Ещё паче рад, что-то ваша очаровательная супруга, госпожа Валькирия безвыгодный разделила вашей участи, но, старым порядком из вами. И на горесть равно на радости.

Пол кивнул стройному бойцу, аюшки? из улыбкой снял, наконец, ерихонка равно подшлемник, рассыпав в области плечам русые волны прядей:

— Миш, а симпатия — молодец!

— Угум, — кивнул Маугли, ставя котёл сверху огонь, — дальше, Паша!

Почему советские его во всякое время называют «Паша»? Как сосуд какого?

— Рад закадрить равным образом от отцом русской вычислительной электроники, Дядя Фёдор!

Звезда гения сего парня закатилась нахраписто — получи и распишись испытаниях дежурный модификации противовоздушной ракеты произошла нештатная переделка — подрывание ракеты после 0 секунд со временем отрыва с стартового стола. И спрос малограмотный во том, сколько ракеты ПВО малограмотный стартуют со стартовых столов, да аюшки? они отнюдь не обладают до того большим запасом топлива. И горючее на них — другое. Ясно, аюшки? испытывали межконтинентальную баллистическую ракету. После взрыва сумме топлива умереть и неграмотный встать всех ступенях ракеты сразу фотоиспытательный ракетодром превратился во похоронный костёр. Погибли всё-таки — всё-таки конструкторы, разбитной расчёт, равным образом приёмочная поручение вот главе из самим министром обороны мистером Устиновым равным образом его заместителем, командующим военно-космическими силами мистером Черняховским.

Этот человек после сии годы — нисколько безвыгодный изменился. Он отсалютовал Полу штурмовым пулемётом немецкой фирмы Кехлер равным образом Кох:

— Хай!

— А со вашего лица, Васёна Петровский, равно началась разгадка. Как продвигается союз новых запахов?

Василей Петровский погиб возле устранении аварии во одном с цехов своего комбината, получив смертельную дозу ядовитого компонента, аварийная убыль которого равно произошла. Потому в чем дело? собственный экранирующий намордник гайда нате юную лаборантку, которую равным образом выносил изо облака ядовитых испарений.

— Никак! — ответил Василий, потроша безраздельно с рюкзаков, — сие — прошлое. Завершённый этап. Как приятные вспоминание детства. Теперь аз многогрешный играю на сильнее сложные игры. Миш, можно?

Маугли кивнул, сим испугав Пола. Если раскрывают такие тайны — какая дальнейшая грядущее Пола?

— Теперь автор опресняю морскую воду во промышленных масштабах.

Ничего секретного во этом нет. Если безвыгодный предлагать — идеже есть расчет оный ненатуральный фабрика по части опреснению воды равным образом для чего то-то и есть понадобилась методика то-то и есть промышленного, т. е. массового опреснения? Если невыгодный думать, какие копейка бери этом позволительно заработать. Если отнюдь не размышлять, благодаря чего особливо континентальным русским нужно опреснение воды «в промышленных масштабах», а островным японцам да англичанам — нет. Если никак не думать, невыгодный уравнивать стартовые позиции, привлечённые деньги равным образом достигнутые результаты этой кучки неправильных молодых людей да всей, в такой мере называемой, Западной Цивилизации. Если никак не творить предположения что касается судьбе да целях этой самой Западной Цивилизации. Если безграмотный вытанцовываться вопросом — отчего эти, ключевые, объединение сути, фигуры знаменитый экономики, бегают от винтовками наперевес за лесам на качестве рядовых бойцов. Их таково малограмотный ценят? Тогда, какого размера равным образом состава заряд такого но качества персонала у «Империума», сколько дьявол такого склада квалификации аппарат использует во качестве пушечного мяса? Как неймется «ужраться», наравне будто русские!

А последним был молодожен парень, почто ограниченно смотрел во жевало остальных. Но, сие был гениальность физики, что такое? работает надо физикой плазмы. И некто — засекречен. Была только лишь одна параграф во научном журнале от фотографией — в дальнейшем никаких известий. Вопрос у Пола был — аюшки? возлюбленный после этого делает? Что делают на сих зарослях ТАКИЕ люди?

А у Маугли альтернатива — отколе Пол их всех знает. Но, задание задал возлюбленный безграмотный Полу, а своей супруге, а та, лишь отмахнулась:

— Вилли тщательно сливает инфу. Сначала сливал Жестокому Человеку, днесь стучит Турбо-Берсерку.

Пол вскинул бровь. У него, оказывается, как и снедать псевдоним. И в качестве кого приличествовавший у Сумраков, отражающий какую-то прекрасность характера иначе способностей человека. Как на комиксах Марвелл. Берсерк. Воин, впадающий во экстракласс боевого безумия. Ещё равно Турбо. Да, сие — для него.

— Уважаемый Маугли, давайте малограмотный будем разрушать комедию. Ясно же, что такое? вас туточки командир…

— А туточки твоя милость далеко не прав, Паша. — Перебил его Маугли, — Командир тутовник — Манок. Это видишь таковой вишь атаман.

— Да? — удивился Пол.

— Да, болтливая морда, — ответил басом Манок, разгладил усы, скомандовал, — Маугли, так чтобы остальных далеко не отклонять — в тебе сей болтливый пендос. Ей, Тупой Суслик, твоя милость — почто сие удумал?

Раптор сейчас до некоторой степени минут тянул с потайного кармана нож. По миллиметру. Заметили.

Молодой физик оказался по-над Раптором, выбил шалмесер лёгким движением перемещение ботинка, неуловимым движением пистолет, ровно возлежащий на открытой кобуре, одновременно оказался на руках да смотрел во законный зыркалки Раптора.

— Как был твоя милость тупицей, Суслик, где-то тупицей да сдох, — вынес приговор Манок.

Тихий хлопок — обрезки Раптора заплясали заключительный буги-вуги агонии.

— Впечатлён, — сказал Пол, — хотя — зачем? Я относительно вам думал, равно как по части экстремально взвешенных людях. Зачем казнить его? Не, далеко не этак — зафигом уложить его неотложно да здесь? Почему безвыгодный убили возьми месте? Зачем тащили сюда? Произвести бери меня впечатление? Вам сие невыгодный удалось. Напугать сего придурка? Он равно этак невыгодный успевает мочу на себя набрать, в качестве кого боится. Зачем?

— Ну, же, твоя милость но — аналитик. Подумай, — ответил усатенький Манок, усаживаясь получи и распишись своё место.

— А аз многогрешный вы — зачем? Ладно, этот, мокрый, сквозь него не грех бог не обидел ниток дёрнуть. Через его отца. А я? Почему меня неграмотный положили бери месте? Сотрудничать из вами аз многогрешный всё одно — отнюдь не буду. Пытать будите? Не будите. Не знаю автор ничего, что такое? бы вам — неграмотный знали. И, отпустить меня — неграмотный сможете. Зачем тащили меня? Показать близкие морды? И только лишь сим сорвав сударь тайны не без; сих массовых смертей топ-менеджмента?

— Молодец, — покачал головой Манок, — хотя твоя милость забыл одно — тебя никак не требуется было оказываться на машине. Ты — рандомный фактор. Форс-мажор. Убить тебя? Даже разве бы хотели — у нас в отлучке кворума.

«Даже коли бы хотели». Не хотят? Уже — обнадёживающе. А — почему? А ась? за…

— Кворум? — удивился Пол.

— Мышонок, а дьявол равным образом безграмотный вспоминает, что такое? спирт на Ордене Достоинства, — усмехнулась Валькирия.

Пол вспомнил невзрачную медальку.

— Ты — неподсуден никому, исключая трибунала трех Избранных Ордена Достоинства. У нас на этом месте — всего только один. Ты интересах нас — неприкосновенен, — сказал на усы Манок.

— Тогда — зачем?

— Малыш, займись, у меня ото сего неугомонного пендоса ранее котелок лопается. Вы, двое, взяли данный вонький кусок. Туда. Ты — метнулся туда, понюхал. Вопросы?

Секунда — елань пуста. Девушка вместе с укоризной посмотрела получи и распишись Пола:

— Не дал мужчинам поесть. Правда — пендос! Ни такта, ни воспитания. А старуха — изо дворян, а ничему неграмотный научила.

— Колледж его воспитывал. И Корпус Морской пехоты. Паша, невыгодный сиди бедным родственником, шагом марш для огню. Отобедай, нежели Бог послал.

Еда была сублимированная. Заливали на концентраты горячий равно вследствие пару минут — позволено употреблять.

— И что такое? твоя милость замолчал, Паша? Или тебе сухпай таково приглянулся? Только далеко не говори, что такое? впервой пробуешь — невыгодный поверю.

— Не впервые. Но, молчу, поелику аюшки? безграмотный знаю, аюшки? спросить. Так жаждал потенциал — всё узнать, а что появилась способ — равным образом отнюдь не знаю, зачем спросить!

— Тогда спрошу я, — Маугли бросил освобождённую посуду на огонь. Поднос-контейнер равным образом половник скукожились, занялись чадящим пламенем.

— Миша! — вскрикнула его жена, от случая к случаю сажа полетела получи и распишись неё.

Но, Маугли — безвыгодный обратил держи неё внимания, смотрел во прижатие на иллюминаторы Пола, спросил:

— Как знаешь ли свою дальнейшую жизнь?

Пол почувствовал, в чем дело? улыбается. Той но безумной улыбкой смерти, зачем где-то стойко у него на голове ассоциировалась от русскими:

— Никак. Сейчас автор подбираю резак того придурка да нападаю получи и распишись твою жену.

— Почему в неё? — спросил Маугли. Без удивления, минус агрессии да злобы. Равнодушно.

— На тебя у меня — пропал шансов. А разве моя персона её ежели и бы поцарапаю — твоя милость меня убьёшь.

— Неверный расчёт. Неверные воздух задачи, — сказала Валькирия, где-то но бросая пластиковые фабрикаты на огонь, — твоя милость отнюдь не туман бы меня инда поцарапать. И Миша бы безграмотный вмешался, ради никак не отнимать меня внутренние резервы размяться. Ну, словесная разминание признана зачётной да завершена. Задавай домашние вопросы.

— Зачем тебе это? Он — не иначе — преемник Войны, баталия — его жизнь. Зачем тебе это? — спросил её Пол, восхищаясь этой красотой, приблизительно оттененной строгой экипировкой диверсанта.

— А твоя милость эдак равным образом малограмотный понял? — удивилась девушка, — автор этих строк тебе приведу ряд доводов, а твоя милость выбери изо них самый правдоподобный.

Маугли обернулся ко супруге, от интересом смотря сверху неё.

— И в такой мере — ми сие нужно, с тем никак не забыть, что-то моя персона живая. Что моя особа никак не клушка вместе с цыплятами, что такое? автор безвыгодный кухонно-уборочный комбайн. Чтобы ощутить сперма волчицы. Чтобы погулять держи сафари, охотясь получи и распишись самого опасного хищника — человека. А так — положительно обабилась.

Пол никак не понял последнего слова, однако — промолчал.

— Чтобы вспомнить, что, в самом деле, нужно во этой жизни. И для того что не выделяя частностей есть смысл жить. Чтобы вспомнить, в духе сие — жить. А сие вспоминаешь токмо тогда, от случая к случаю бытье твоя повисла получай волоске. И ещё много — чтобы. Для сего автор лезем во горы, на небо, на пропасть, в целях сего идём во Пламя Боя. Чтобы треснул наплыв жира сверху Душе.

— Вы — сумасшедшие, — вздохнул Пол.

— А ты?

— И моя особа — тоже, — кивнул он, бросая недоеденный растомленный концентрат во огонь.

Валькирия покачала головой, сказала:

— А вона нам чем бес не шутит — что такое? до этого времени накипь простые обыватели таблица — сумасшедшие. Как допускается истратить свою общежитие на… получай что? На ась? они тратят свою жизнь? Заколачивание денег? Секс, наркотики, рок-н-ролл? И никак не какая жалость приближенно неталантливо прожжённых лет? И нас, как бы твоя милость говоришь, сумасшедших — ранее сотни тысяч. А будут — миллионы. Два дебила — сие сила. А нас — миллионы. Перед нами — неграмотный устоит Вселенная.

Маугли неудовлетворительно раза ударил хваталка в отношении ладонь:

— В точку. Надо записать, молодым показать. Ох, что касается чём я? Я а да круглым счетом — всё записал!

— Опять всё опошлил, — вздохнула девушка, — сие всё — Медвежье влияние.

— Тут единодержавно муж наслышанный утверждал, аюшки? Медведя — далеко не существует, — рассудительно сказал Пол.

— Ну, да. Ложки — неграмотный существует, — со серьёзным в фас ответил Маугли, — Ты приходи, подо легендой репортёра, получи и распишись презентацию. Своими глазами посмотришь. Надо Бате рассказать. Медведя — далеко не существует.

Тут их чуткость привлёк Манок, почто выбежал держи поляну не без; уоки-токи у уха, горланя туда:

— Ури! Ури! Давай вертушку срочно! Срочно, говорю! Мы — лопухи — клюнули в приманку!

Маугли равно Валькирия — вскочили.

— Что? — безвыгодный понял Пол.

— Засада! — барышня улыбнулась пирушка самой зловещей улыбкой крези-рашен, — а твоя милость — приманка. А ведь мы еще отчаялась, что такое? вытеребиться невыгодный удастся. Жирок растрясу.

Пол из сомнением оглядел фигуру Валькирии, спросил:

— А который сие чисто — «обабилась»?

Маугли рассмеялся, деушка проверила свою винтовку от оптическим прицелом, достаточно странную винтовку — гостиный двор не без; патронами вставлялся на приклад, тама но была «утоплена» механика винтовки, сие усильно снизило общие норма оружия:

— После родов оплыла, жиром заросла. Обабилась.

Пол — однако одно невыгодный понял. Но, по всем статьям поуже было далеко не перед него. Пол подобрал лезвие Раптора, спрятал во одежде. Думал — никак не увидят. Увидели. Подошёл Манок, протянул пугач равным образом обойму, махнул рукой бери заросли:

— Там — ваши «зелёные чепчики». Иди во ту сторону. Когда их увидишь, бросай доспехи равным образом ори нет слов всю глотку, почто твоя милость — североамериканец равно делец ЦРУ. А то, ваши — спервоначала стреляют, а попозже спрашивают: «Кто идёт?» Вопросы?

— Вы меня вона в такой мере отпускаете?

Манок закатил лупилки по-под веки:

— Ну, тупы-ые! Иди уже! Не прежде тебя. Ваши — ядрён-батон заложили на кинотеатре посередь города. Надо успеть. Не мешайся подо ногами!

Через побудь на месте — Пол остался один. Только чадил костёр недогоревшим подносом Пола, правда Раптор разглядывал бог дырой кайфовый лбу. Пол сел получай землю, отбросил оружие, бросил диктофон не без; записью разговора во костёр равно предался отчаянию.

Для Сумраков возлюбленный был странным, тупым, смешным чужаком. Но, во их компании Пол впервинку от Войны — вздохнул свободно. Полной грудью. Без оглядки. Не думая, наравне некто полноте облюбовать со стороны. Он — невыгодный чувствовал себя ущербным. Но, дьявол был на них — чужим. А там, на Америке, они по сию пору — были ему чужими. Он безграмотный понимал людей, ему было удушливо близко жительствовать промеж них. Но, сие было нормально. Привычно. Привычно-нормально. Там — некто был своим.

Свой промеж чужих, чужбинный внутри своих.

Да. Именно сии сумасшедшие Сумраки — были своими. С ними дьявол говорил то, который думал. Не взвешивая слова. Не боясь насмотреть свихнувшимся психопатом. И его понимали. Понимали лучше, нежели возлюбленный самостоятельно понимает себя.

Сумасшествие — сие заразно. «НАС — поуже миллионы!»

На поляну выбегали вооруженные люди. Они повалили Пола, стали бить, выкрутили ему руки. Стали обыскивать. Нашли его документы.

— В консульство, — сказал Пол командиру отряда Зеленых Беретов. «Зелёные чепчики». М-да.

* * *

Тяжёлая щебетание вместе с представителем ЦРУ, зачем числился советником консула, осталась позади. Пол отмокал лещадь душем на своём номере отвратного отеля. Ничего некто безграмотный сказал своим коллегам. «Сотрудничать из вами автор этих строк всё одно — невыгодный буду» — говорил Пол Сумракам. А сегодня — далеко не сотрудничает из собственным ведомством. Сказал, почто был вне сознания. Очнулся — никого. Только мертвое тело придурка. Суслик-Раптор. Смешно.

Полу было все равно — поверили alias нет. Он чувствовал — опустошённость.

После душа, пусть даже невыгодный вытираясь равно невыгодный одеваясь, упал возьми заправленную койка равно впервой из-за 0 лета — уснул трезвый.

* * *

— Жара. Жара. Жареное соль больших городов… — пел громкоговоритель получи кинотеатре. По-русски. Кому? Кому пел громкоговоритель во этом испаноговорящем городе? Это ещё одиночный полиция русских. Нравиться мелодия? Учи русский, чтоб понимать. Так проводится культурная экспансия.

Да, жара. Пол был во лёгких туфлях, лёгких светлых брюках равно светлой рубашке, только ему было непереносно жарко. На шее болталась аккредитация, которая, казалось, весила по образу чугунная гиря. Пол стоял возле с входа, раскачиваясь вместе с пятки нате носок, пакши на карманах, ото скуки пытаясь вычислить — шпионом экий страны является оный alias разный журналист. Пол ждал приезда Медведя. Но — невыгодный дождался. Их пригласили во зал. Журналисты, по образу вереница ворон, каркая, толкаясь, протиснулись во строение кинотеатра. Пол невыгодный спешил. Места у них отпечатаны на аккредитации — на фигища давиться?

Он прошёл нате своё место, сел, рассматривая интерьер.

— Разрешите? — по-немецки обратились для нему. Пол обернулся… И отпрянул. Маугли.

— Тихо-тихо-тихо! — улыбнулся Маугли, — твоя милость но — шпион. Ты зачем ёбаный нервный?

Маугли был да во лёгких штанах свободного покроя эластичного материала, безо клапана ширинки равным образом спортивной майке со улыбающейся жёлтой мордочкой равным образом надписью для английском: «Будь счастлив!»

Жёлтая мордашка — советский Колобок. Бабушка читала эту сказку маленькому Полу. Тогда весь семейные жадюга по-под одной крышей. Отец лишь начинал личный дело — денег далеко не было положительно — всё было на обороте. Маленький Пол слушал сии русские сказки. И воспринимал их, по образу — должное. Это потом, суще ранее аналитиком, Пол анализировал сие «русское народное творчество». И кудряшки у него возьми голове — шевелились. Колобок. «Он с бабушки ушёл, симпатия — через дедушки ушёл». Художественные образы. «Дед равным образом Бабка» — Творец — одиночный во мужичий равно женской ипостасях, «Колобок» — Земля — получи боку вкруг Коло — Солнца, равно другие звери — грехи. лесной — Медведь, бессердечность — Волк. Но, погубит Землю — злоухищрение — Лиса. Детская сказочка!

Или другая парабола — насчет изгонение зайца лисой изо дому. Заяц применял силу, закон, агрессию — наравне равно на предыдущей сказке — медведь, собака, волк. Но, изгнал лису — Красный Петух. Символ огня. Детская сказка? Этому детей от младенчества учат! Они сжигают собственные на флэту с не без; врагами! Они сожгли Москву вообще из Наполеоном! Этому их во детстве учат! Целая этнос психических маньяков!

— Не ожидал вы увидеть, — буркнул Пол, вставая, дай тебе собрат Сумрак был способным пройти. Но, Маугли сел стойком близко со Полом.

— Я был побольше высокого мнения в отношении твоих аналитических способностях, — сказал Маугли, наклонился, сунул руку почти сидение, вытаскивая оттеда какой-то ранец.

Маугли открыл его, показав Полу:

— Ей, никак не следует где-то бледнеть! Я равно таково понял, что-то твоя милость знаешь, что-нибудь сие такое. И твоя милость малограмотный имеешь для этому никакого отношения?

— Зачем твоя милость притащил сие сюда? — прошипел Пол.

— Притащил? Это тутовник равно было. Только во подвале. Представляешь, ась? было бы, ежели бы сие — сработало.

— Это эту материал ваш брат назвали «ядрён-батон»?

— Ага.

— И сие — ваше изделие. Наши — такого ещё никак не умеют. У нас — невыгодный на любой самолёт влезет. А у вам глотать равно ядерные заряды в целях обычных пушек.

Маугли наклонился для Полу:

— Никому неграмотный говори, однако сих зарядов было сколько-нибудь штук. Для вашего устрашения. Как у вы якобы — пиар-акция. Никто далеко не собирался их применять. Какая промежуток орудия? А? Бить ими, воеже самих радиацией накрыло? Ищи дураков! Водан изо зарядов — гляди он.

— Это значит, в чем дело? не запрещается найти, из каких мест наши его взяли.

— Или сие были наши. Но, сие — невыгодный важно. Номера они сбили, так забыли, сколько кажинный фитерал имеет личный номер. Побоялись разбирать. А в таком случае будет, вроде не без; твоим проигрывателем.

— И сие ваш брат знаете!

— А то! Нас, во Ордене Достоинства — безвыгодный в эдакий мере много, дабы кого-то потерять. А твоя милость ещё — неутомимо привлекаешь ко себя наше первый план своей деятельностью, неумолчно наступаешь получи хвост.

— Всматриваясь на бездну, как-то раз ощутишь её взгляд, — усмехнулся Пол, — А вас — безвыгодный боитесь ЭТО разбирать?

— У нас принимать Дядя Фёдор! Разберёт равным образом соберёт — короче лучше, нежели было.

— А дальше?

— Они по сию пору умрут, — пожал плечами Маугли, — прилагать бомбу во центре города — терроризм. С террористами у нас совещание — короткий. Применять ТАКУЮ бомбу — сие античеловечно. Они всегда умрут. Не взирая — в лица да статус. О, смотри равным образом Батя!

На сцену вышел высоконький лицо изрядно плотного телосложения, прикинутый со свойственной Медведю — экстравагантностью. Пол заново ощутил оный самый мандраж.

— Так ваша сестра — знакомы! — усмехнулся Маугли, зажимая атомный мешок коленями.

— Было дело.

— Я вспомнил! Описание обстоятельств твоего награждения — вспомнил. Пожалуй, Марианна — погорячилась. «Даже неграмотный оцарапает». Турбо-Берсерк! Ха-ха! Вечером подколю её. Ты равным образом меня бы сломал, коли тебя — разозлить.

— А идеже она? — Пол осмотрел зал. Ему были неприятны указания держи так безумие, в чем дело? овладело им держи раздолье боя.

— Не ищи. Как, по-вашему? А, шопинг!

— Неужели симпатия сможет раскопать на этом месте что-то, что такое? недостает на Гвардейске?

— Нет, неграмотный сможет. Но, равно Гвардейск интересах нас — закрыт. Нас но перевелся — забыл? Мы — на сумраке бытия. Или небытия. Ничего возлюбленная невыгодный найдёт. Придёт — довольная, в духе жирный бегемот. И гордая, зачем ни аза стоящего невыгодный нашла. Гордая, который самое лучшее во мире — только лишь русскими руками может являться изготовлено, равным образом уж у неё есть. Но, совершенно копейка — всё одно потратит.

— Ты сказал взаимоисключающие вещи.

— Женщины, — пожал плечами Маугли, — постигая женщину — постигаешь Вселенную.

— Здравствуйте, — прогремело держи огулом зал. Голос Медведя.

Пол равно Маугли притихли, слушая. Тора Иванович Кузьмин проводил презентацию нескольких новых фильмов, выпущенных его творческими объединениями, а беспричинно но целой серии книг его издательств. Одна с серий называлась — «Сталкер» равно была посвящена фантазиям бери тему Аномальной Зоны, почто «украла» у гулаг порядком важный отрезок плодоносных Украинских земель. Ни одна изо них неграмотный была его авторства, же равно круглым счетом ясно, что такое? тиражи разойдутся по части поступлению их на книжные магазины. Цены получи книги не без; лапой медведя в корешке были бери 00–20 % раньше стоимости книг подобного качества печати, а содержимым своим держали читателей из-за глазищи ото корки по корки.

А следом посыпались вопросы. Опять те же, опять, соответственно сотому кругу. Про вероисповедание, оборона идеологию, вторично спрашивают, с какой радости Медведь — малограмотный коммунист. За аюшки? убил Сталина? Медведь заново отвечает — вместе с сарказмом равно иронией. Иногда — для грани приличия.

Пол также протянул руку, а Маугли шепотом ему сказал:

— Готов ли твоя милость своим вопросом опустошить капитал человек?

И Пол опустил руку.

— Приглашаю тебя теперь насидеться где-нибудь. Заведение — получи твой выбор. Там равно задашь домашние вопросы.

— Медведю?

— Во-во! Я тебе ещё губозакаточный механизм подарю! Мне задашь домашние вопросы. Тебе сего — склифосовский достато… Ща чё-то будет! Батя — малограмотный упустит время приколоться!

А было во что. Вопрошающий представился музыкальным критиком равно задал полностью правомерный вопрос, что касается том, зачем совершенно песни после авторством Кузьмина имеют разную стилистику равно приближенно крепко отличаются кореш ото друга, ась? даже если безграмотный критику ясно, сколько сие зерно труда далеко не одного человека, а в духе на безотрадный конец — нескольких. То но относилось равно для книгам Медведя. Хотя, всё-таки уж издревле решили, что такое? фамилия Кузьмина — без затей коммерческий бренд, а его созидание — исчадие компиляции труда множества людей. Последнее пора Кузьмин равным образом далеко не выпускает книг следовать своим авторством. Только медвежья связи целесообразно — нежели никак не отчёт получай вопрос? Но — дело был задан. И Кузьмин ответил в него так:

— Я — люблю музыку. Она — постоянно со мной. Всегда во моей голове звучит. Музыка. Или песня. Вам далеко не говорили, зачем автор страдаю шизофренией? Просто одни шизики слышат «голоса», а ваш покорнейший слуга — песни. И не откладывая — в свою очередь во моей голове — песня. Хм! Эта стихотворение на ходу ответит равно получи и распишись вопросы некоторых, сидящих на зале. Сейчас вам станете в свою очередь капелька шизиками — пишущий эти строки поделюсь от вами моей бедой. Моей болезнью.

В зале зазвучала порядочно энергичная музыка. Мужские голоса, ни сам согласно себе изо которых неграмотный был похож получи крик Кузьмина, пели:

А ась? нам надо?
Да просто-напросто сияние на оконце.
А что такое? нам сниться?
Что кончилась война.
Куда идём мы?
Туда идеже светит Солнце.
Вот только, братцы,
Добраться б дотемна!

Маугли улыбался. Ему — понравилось. И псалом ему была знакома — цедильня его чуточку шевелились, что подпевал. Только пели — держи русском. А на зале русским владели — немногие.

— Это правда? — спросил его Пол, нагнувшись для самой голове — маком звучала громко.

— Ты ради музыку?

— Я относительно шизофрению.

Маугли пожал плечами:

— Я думаю, почто Батя сделано самоуправно неграмотный знает, идеже правда, а идеже — выдумка. Его как бы в летнее время 01-го — бомбой шандарахнуло — беспричинно равным образом чудит. То песняки давит, ведь пророчества сыпет, в таком случае из призраками разговаривает. То прямо — заговаривается.

— Обман на обмане, — кивнул Пол, — А сверху самом деле? Он — с будущего?

— Что с токмо этого, накрученного — правда? — вновь пожал плечами Маугли, — А сколько — ещё один, усиленно затянувшийся, розыгрыш? Мне, вот, в свой черед небезынтересно — сам-то возлюбленный помнит правду?

— А оный его мнимый скафандр? Я — видел его во действии. Такого уровня технологий равным образом вас малограмотный достичь!

— Его возлюбленный стырил у Ананербэ. И вас — паче знать. Ваши а протеже.

Пол споткнулся возьми слове «стырил» да только лишь после поперед него дошло ради полумистическую структуру нацистов:

— Наши? Почему — наши?

— Ну, ваш брат а — их создали равно содержали. Хотелось американцам прокладывать исследования, негуманные исследования, да да замараться невыгодный хотелось. А Гитлер — равно что-то около — Плохиш. Ты бы у Вилли спросил — каким ветром занесло костюм? Этот твой осведомитель до самого тебя безвыгодный довёл, в чем дело? возлюбленный — золотопогонник Аненербэ? Что спирт — организовал, руководил да проводил операцию со Медведем. Пусть расскажет, по образу они изо обычного солдата сделали монстра. Чё?

Произошло отчего-то непредвиденное. Музыка метко оборвалась. Маугли вскочил. С глухим стуком, во прямо оглохшем зале, рюкзачище вместе с ядерной бомбой — упал. Пол также вскочил, как и забыв для такую страшную бомбу на рюкзаке, нагнувшись вперёд, рискуя перепадать получи впередистоящий колонна сидений.

На сцене — ажиотаж. Медведь — вскочил, молодой народ во гражданской одежде вместе с повадками охрана — в один миг окружили его. Дипломаты их в мгновение ока перестали состоять дипломатами. Некоторые с них разложились, создавая складные противопульные щиты, прочие чемоданчики — рассыпались, обнажив штурмовые короткоствольные автоматы.

Пол в безвыездно тараньки смотрел, наравне шеврет стекает вместе с головы Кузьмина, обнажая его нынешнее лицо. Усталое, бледное мурло из белыми слепыми глазами. Лысая голова, для которой малограмотный растут растительность — все котелок — тотальный рубец через ожога. И даже если Пол сие — сейчас видел, в таком случае комната — ахнул. Одежда получи перси Медведя — «треснула», стала расползаться, обнажая в костюме Адама торс, устиланный частый сеткой шрамов. И шрамами полос — следов когтей какого-то зверя. В подставленную хваталка Кузьмина отчего-то скользнуло.

Маугли матюкнулся. Пол никак не аэрозоль затормозиться — немногословно оглянулся бери парня. И увидел, получай мгновение, держи лице Маугли — оборот невыносимой боли. Увидев, что-то Пол смотрит, Маугли тутовник но убрал лишние эмоции. Только не ахти — сбежала согласно щеке.

Маугли повернулся для выходным дверям равным образом вскинул руку. Тут но на его раскрытую ладонь, птицей, кое-что прилетело. Как футболист, Пол отметил рывок — превосходная подача! Превосходный приём подачи! Маугли разложил коробочку связного устройства. Пол увидел светящееся зелёным электротабло со чёрными символами. Маугли, вроде пианист, простучал объединение кнопкам клавиатуры, поднёс установка ко уху, сказал туда:

— Дмитрий Фёдорович, нам должно спешно Батю вывезти! Вчера! Слушай, соображай: крест, тесёмка порвалась, сутки. Понял? Только сутки! Да, ну-кась стратега. В тамбур ему загружай ДТБ, долетит. Вчера, Фёдорыч! Ты понимаешь?!

Маугли кричал во трубку. Пол глянул для сцену. Секьюрити сделано расступились, Медведь паки стал прежним, смотрел получай Пола. Нет, показалось — возлюбленный смотрел возьми Маугли.

— Ну, видишь равно пришла час задинамить следствие мои Пути, — снег получай голову прогремел комната голосом Медведя. Тяжёлым, усталым голосом. После прослушивания музыки громогласность — неграмотный была понижена. Следующие языкоблудие были произнесены ранее на полтона ниже — раскатистость акустики подрегулировали:

— Вам пока повезло. Вы присутствуете получи и распишись последнем опрос Медведя. И не долго думая ваш покорнейший слуга у вам в глазах буду самолично перед внешне злоумышлять черту.

Медведь замолчал, потупив голову, затем сказал:

— Итак! Стал ли Мир лучше? Нет. Мир — каким был, таким равным образом остался. Как было на нём идеал равно ужасное — приближенно равно осталось. Вместе равно никак не разделимо. И одно — устойчиво истекает изо другого. Прекрасное рождается вследствие боль, ужасное — на доведённых вплоть до предела благих начинаниях. Как всегда. Стало ли поменьше войн? Нет. Планета — пылает. Войнами равно конфликтами. И по сию пору ведущие страны планеты — усердно подливают масла во пыл локальных противостояний. Даже перестал пробовать отвратить это. Войны — чтобы человечества — парадоксальное явление. Война — мощнейший начало жизни Человечества, симпатия но — его погибель.

Медведь помолчал. Как обдумывая близкие слова. И вишь его звук снова-здорово важно на зале:

— Удалось ли ми осилить путь Великой Отечественной Войны? Нет. Удалось ли убавить напряг Войны? Нет. Война получилась ещё ожесточённее равным образом обширнее. Удалось прибавить потери? Тоже — нет. Пришлось идти войной получай кого соответственно по всем статьям фронтам. Тридцать миллионов погибших соотечественников навечно подорвали становый возвышенность мой народа. На-все-гда! Удалось послужить порукой технологичный прорыв? Нет. Меня изгнали от моей Родины, вроде бешенную собаку.

Человек сверху сцене сызнова замолчал. Видно было, аюшки? несладко ему беседовать по отношению таком отношении Родины для нему. Потом Кузьмин, крохотку взмахнул рукой, вроде отмахиваясь через мухи да продолжил:

— Путь пройден. Путь — завершён. Ни одна Цель — невыгодный достигнута. Но, Путь — завершён. И я, так же — ничто безвыгодный понимаю.

В зале — тишина. От недоумения. От интуитивного понимания значимости момента. Пол услышал, что хрустнуло недалеко сломавшееся древо — грабки Маугли крушили спинку кресла под ним. Сам Маугли сего безграмотный замечал. Голос Медведя дрожал сверху стенах зала:

— Но, аз многогрешный безграмотный жалею ни одной секунды, в чем дело? моя особа прожил на этом Мире. Ни одной. И пес от ним у меня малограмотный получилось того, касательно чём мечталось — представ преддверие Творцом, автор этих строк ему не без; Честью отвечу — моя особа нашел всё, ась? на силах Человека. И даже если то, что-нибудь Человеку — отнюдь не согласно силам. Осталось реализовать последнюю мечту идиота.

Медведь встал, подлетел надо полом, полетел по-над креслами равно головами людей во зале, лично ко Полу. Но Пол бойко понял, который — невыгодный для нему. Парящий смертный завис хуй вытянувшемся, как бы в параде, Маугли. Медведь открыл родной сущий облик. Белые шары впились во Маугли, безгласный визг сорвался от белых губ:

— Я вам усыновил никак не про того, с тем потешить своё эго. Я с вы растил себя смену. А нынче автор этих строк скажу словами Учителя, величайшего с известных ми Людей, товарища Сталина: «Мой Путь — пройден. Теперь ваше время, Дети мои!»

Медведь — исчез, как бы исчезает лик на обесточенном телевизоре. Миша рухнул сверху кресло, закрыв лупилки ладонью.

Пол равно как окаменел. Он смотрел во ведь место, идеже был Медведь, безграмотный на силах далеко не то, в чем дело? свести тело, малограмотный на силах сблизить мысль. Одно горело во голове — закончилась Эпоха.

* * *

Когда Пол, внутри подавленно-возбуждённых людей вышел изо здания, Маугли сидел получай крыле автомобиля, неприкрыто ожидая его. Автомобиль был русский. Того самого проекта кузова, в чем дело? перевернул страницу автомобилестроения.

— Тебе малограмотный требуется самую малость организовывать? — спросил Пол у парня.

— Я — боевик, Паша. Моё занятие — во догонялочки от противником играть. Организаторы у нас убирать да получше, — ответил Маугли, открывая дверца аппаратура пизда Полом.

— А проститься?

— Он — простился. Ты — видел, — ответил совдеповский боевик, садясь возьми водительское сидение.

— Как возлюбленный исчез? Как дьявол летал?

— Голограмма ведь была. Заменил себя голограммой ещё на минута шухера. Пока до этого времени рты разевали по-над летающим Медведем, дьявол спокойно, пешком, вышел путем чёрный ход.

— А сколько об эту пору будет? — спросил Пол.

Маугли пожал плечами, запуская двигатель:

— Не знаю. Будем зубрить обитать минус Него.

— А в чем дело? случилось?

— Во минута Войны одна Ведьма подарила Медведю крестик…

— Ведьма равным образом крестик?

— А ась? твоя милость в такой мере удивлён? Ведьма — Ведающая Мать. Учи русский, Паша. Иначе приближенно равно помрёшь глухим да слепым. А крестик был нате веревочке, которую чертовски было ни разорвать, ни разрезать. Ровно вслед день по смерти тесёмочка самоё лопнет. И смотри — симпатия лопнула. У него сегодня — день нате финиш земных дел.

— А благодаря этому твоя милость эдак спокоен? Надо — предотвратить!

— Дурак? От Смерти — безграмотный уйти. Как да далеко не сыскать Смерть, если бы твой период — малограмотный настал. Ты бы видел, каким моя особа его во Сталинграде нашёл! Более целые — умирали. А дьявол — мучился, только жил. Ты киноискусство «Точка» — видел? Вот равно ваш покорнейший слуга об этом. Его — отнюдь не отпускали. Не давали ему Смерти. Ты безграмотный видел торжества бери Его лице?

— Нет.

— Ты попросту его безграмотный знаешь. А гляди да Маша!

— Миша, ась? случилось? Что все, что наскипидаренные?

— Тесёмка лопнула, Маша.

— Какая тесёмка? И чё? ТА ТЕСЁМКА?!

И Марина с убитым видом завыла.

— Отставить слёзы! — приказал Маугли, лично но смахивая влагу со своих щёк, — дьявол малограмотный заслужил жалости. Он заслужил — уважения. Так ну-кась да — уважим. Кроме того, ещё — сутки. И пожалуйста правую руку решать — минуя финального прикола Медведь оный круг малограмотный оставит. Это некто — умеет. Поржём! Вотан конец — свершить нисколько безвыгодный сможем! А поехали текилы выжрем?!

— Миша!

— Маша! Тебе мои разрыв сердца — нужен? И мы думаю — нет. Текилы! Какой текилы, нах! Водяры! Поехали на торгпредство! Только там, безвыгодный палёную, дозволено достать! У сих дикарей красномордых — оптом сурогат.

— Ты — расист? — спросил Пол, чувствуя себя лишним на этой машине.

— Ещё какой! Никого, за вычетом русских — вслед людей неграмотный считаю. Только ваш покорнейший слуга их истреблять, наравне Гитлер — никак не намерен. Бог нас всех создал разными. Все различные равно постоянно — нужные. И Ему — виднее. Но, тем невыгодный меньше — они чтобы меня — в духе обезьяны. Чудные зверьки. Мне малограмотный нужны — Богу — нужны. Это моё личное мнение. Не навязываю.

— У нас — никак не принято.

— Расскажи ми сказку ради белого бычка! Это у нас, во России — суды Линча? Это у нас, наших, отнюдь не титульных, во бары никак не пускают? Это автор сих строк — на белые балахоны обряжаемся да убиваем а то выглядящих, побольше загорелых, а? У нас кушать близкие «чёрные» — кавказцы, азиаты. Ни на чём они притеснений безвыгодный знают. У нас — равноправие.

— Ты — безвыгодный логичен. Сам сказал — всего-навсего русские — люди.

— Паш, а твоя милость невыгодный думал, с каких щей «русские» — прилагательное? Плохой, хороший, русский. Хромой, косой, красивый, русский. Почему — немец, американец, бразилец — существительные, а — великодержавный — прилагательное?

— Нет. Не думал. А почему?

— Потому почто немчура — сие кровь. Турок — кровь. А шовинистский — капитал души равно разума. Барклай дескать Толли — шотландец, даже если неграмотный ошибаюсь. Князь Багратиони — ирод Грузинский. Оба — русские генералы, герои войны со Наполеоном. И Сталин — грузин.

— А мордвин?

— Что — мордвин?

— Мордвин — русский? Это ась? такое? Я тута разговаривал от одним, спирт сказал, аюшки? спирт — мордвин.

— Есть у нас таковой раса финно-угорской языковой группы. Они из эдакий по доброй воле ассимилировались со русскими, что такое? меж внешне наш брат — рязанские, москвичи, туляки, татары, мордва, а снаружи — целое — русские.

— Ничего ваш покорный слуга далеко не понял, — по жизни признался Пол.

— Потому что такое? — насухую, — буркнула Маша.

— Вот! — нарядно вознёс пальчик Миша, — отроковица — знает! Устами женщин да младенцев глаголет Бог! Это — неграмотный раскусить надо. Это — потребно почувствовать. Этим дозволено — проникнуться.

— Это — как бы грипп?

— Да. Русский — сие заразно. Если ещё побудешь вместе с нами — заразишься. Не сможешь населять промежду нерусских. Выть будешь через тоски.

— Тогда — мы уж — болен. Уже — вою с тоски, — буркнул Пол.

— Миша, самогона ихнего — отнюдь не бери. Виски ещё его называют. А ми — кальвадос возьми. И этот, вкусный, бери косточках вишнёвых, — сказал девушка.

— Я — понял, Малыш. Гуднём! Пока Батя долетит, все еще они со временем провернуться — у нас масса времени!

— А сличение твоя милость выбрал — безвыгодный верное. Не наравне грипп, а в духе влюблённость. Пока далеко не полюбил — далеко не поймёшь. Кто никак не любил — всех влюблённых больными считает. Но, даже если полюбил — отнюдь не понимаешь, вроде ниже водиться безо этого, — сказала Мария.

— Хм-м! Верно! Вот вслед за зачем тебя люблю, который сотрясение воздуха находишь такие, какие равно невыгодный подобрать! Паш, на книжка магазине очищать да игрушки. Пойдём, посмотрим.

— Я уж отнюдь не играю во игрушки, — удивился Пол, дьявол ещё размышлял надо словами Валькирии, её ёмким да многозначным сравнением, а тогда — игрушки! Вы в рассуждении чём вообще?

— А зря! Зря твоя милость забываешь оборона свою дочь, для её братика, насчет своих племянников через своих но братьев равным образом сестёр. Дети — безграмотный виноваты на твоих ошибках.

— Моих ошибках? — вскрикнул Пол.

— А на чьих? Не ту женщину нашел женой, нашел ребёнка отнюдь не пирушка бабе, безграмотный пелена содеять её счастливой, никак не аэрозоль удержать. А старшуха — нежели виновата? Она — ребёнок. И по вине тебя, валенка — безотцовщиной растёт!

— А твоя милость что-то сие ми высказываешь? Кто дал тебе такое привилегия — налезать во чужую жизнь? — разозлился Пол.

— Жизнь. Жизнь ми дала такое право. И гордое должность Отца.

— Это — безвыгодный твоё дело! Воспитывай своих детей!

— Я приблизительно равно делаю. Слышь, Маш, говорит — малограмотный лезь! А сие — идея! — повернулся Маугли ко жене. Та через него всего лишь отмахнулась.

— Чё докопался предварительно человека? Со своим уставом во их пендосстанский аббатство лезешь, — проворчала она, — у них всё, далеко не что у людей. Всё — наизнанку. Всё — зеркально. Не безуспешно Витюха Иванович называет их Обратной Стороной равным образом Теневой Стороной Земли.

Полу таким образом обидно. И спирт пошёл не без; этой парочкой на подразделение игрушек магазина рядом торговом представительстве консульства СССР. Видя улыбочки получай их лицах, Пол понял, зачем сего они да добивались. Спровоцировали его. Не договариваясь. Не бесполезно русские говорят: «Муж да супруга — одна сатана!» Но, скрыться некто еще безвыгодный смог. Разинул рот, наравне мальчик-дошкольник.

Какая триеннале военных технологий? Зачем? Если принимать кукольный вертолёт в соосной схеме винтов, нате радиоуправлении. Неужели никак не ясно, в чем дело? спирт перелицован из реального вертолёта? Что, у русских состояние не без; радиоуправляемыми снарядами да ракетами столь массово обстоит, который радиотехнических комплектующих к бесполезных игрушек безвыгодный жаль? А основа питания, зачем во игрушке? Он бог мал, же достанет ёмок, воеже продолжительное срок подводить электродвигатели игрушки. И если бы поглощать такие маленькие, однако до того оборотистые эл/двигатели, ведь вопросительный знак в области рулям управления ПЗРК — дозволяется отнюдь не задавать. А материя винтов — лёгкий, прочный! Игрушка?!

А игрушечная машинка подо названием Умка, ась? натыкаясь получай препятствие, самочки искала линия объезда?

А пластмассовая имитация Терминатора, танка, ась? «следил» следовать тобой стволом, голосом оповещая, ась? «Цель захвачена!», «Орудие — заряжено!», «Пли!», стреляло не слыша под на вывеску ног с плотной резины, выталкивая её сжатым воздухом. «Цель — поражена!». Потом «танк» жужжал, накачивая обстановка про следующего выстрела. Игрушка? А когда с панцирный стали равно боевые снаряды? Какая начинок у них на боевых машинах, неравно проказа способны проводить грань такую малоконтрастную цель, во вкусе линии человека во полутьме магазина? А очертания самолёта во чистом небе — ощутительно сильнее контрастная цель. И ежели таковский группировка наведения уместился на такую маленькую игрушку, в таком случае на зенитную ракету — встанет да подавно. А сие — непрозрачный глава надо любым объектом русских. А ракеты созидать они — умеют. Все средства, пушенные возьми выполнение флота стратегических бомбардировщиков — оказались слиты на унитаз. Игрушка?

А сия супружеская под масть русских — посмеивались, видя моська Пола.

— Мальчишка! — заявила ему Валькирия, на лёгком летнем платьице выглядящая так, в чем дело? Пол стеснялся исключить глазищи вместе с её лица, так чтобы невыгодный оконфузиться. Это возлюбленная — жиром заросла? Если да, так лишь во нужных местах. А у Пола — давным-давно никак не было женщины. Поэтому на чьих глазах этой нежный пол было ради него — экзаменом нате самообладание!

— Что твоя милость вцепился во сии машинки? Пошли, куклу будем баллотировать дочери твоей.

Кукла была — восхитительная, красивая, говорящая. Но, творческая фантазия Пола было убито «игрушками» в целях «мальчиков». Будто услышав мысли Пола, равный Богу ему говорит:

— Ты своим коллегам — далеко не показывай. Опять — сломают.

— Как ко нам сие ещё невыгодный попало? — сокрушался Пол, — на свободной как-никак продаже!

— Очень без труда — семо видеовход принимать каждому. А выпуск — малограмотный каждому. Кроме того — начинай что-то забыл этакий первенствующий равно благоразумный поверенный такого грандиозного ЦРУ на магазине игрушек? Не твои ли фразы — «в проказа сыздавна никак не играю». А автор сих строк вишь — играем. Вся наша живот — Игра. Большая Игра. Да равно — цены. Не на нос объединение карману.

Пол неграмотный обратил внимания сверху себестоимость игрушек. Стоимость была во рублях — благодаря тому да отнюдь не обратил внимания. В зелень перебросить было невыгодный как ми видится — никак не было курса обмена долларов бери рубли. Как чертовски было сметь рубли вслед доллары. Рубль — малограмотный продавался. Неправильная советская экономика.

— Как ми усвоить рубли? — спросил Пол.

— Никак, — пожал плечами Маугли.

— Тогда да мы от тобой наудачу приехали сюда, — махнул рукой Пол. Он отнюдь не бросьте брать копейка у сих диверсантов. В долгу присутствовать хуй ними? И безвыгодный короче нате них работать, невыгодный хорошенького понемножку околесица им продавать. Он — невыгодный предатель.

— Тебе безграмотный желательно обзаводиться рубли, — сказал Маугли да обратился для девушке вслед прилавком, — Позовите управляющего.

Когда явился юноша планирование 00-23-х, Маугли показал ему держи Пола равным образом сказал:

— Мой побратанец испытывает временные невзгоды не без; рублями. Но, ему весть понравились сии игрушки. Он хочет порадовать подарками донька да племянников. Его зовут Павелка Алексеевич Турбин. Орден Достоинства.

Парень кивнул, ушёл, от пару минут вышел да кивнул девушке — продавщице, что-то артельно исполняла роль кассира. Потом начальствующий сказал Полу получи хорошем английском:

— Я получил аффирмация об наличии у вы личного кредитного счёта.

— Что сие значит? — повернулся Пол для своим спутникам.

— Что у тебя очищать кредит. Беспроцентный. И безлимитный. Кредит получи и распишись твоё имя.

— А кабы автор его — безграмотный верну?

— Вернёшь. Не отбить — вверх твоего достоинства. Так? Каждый любовник Ордена Достоинства имеет домашний кредит.

— Как ваш покорный слуга смогу отозвать долг? — спросил Пол сделано у управляющего.

— Вот буклет. Тут указаны банки-операторы, расположенные для территории США, ваша сестра но — американец? Эти банки имеют лицензию да осуществляют переводы на «Империум-бэнк». Возвращать позволено на долларах согласно курсу обмена чрез золото. Прямого курса обмена — нет. Надеюсь — далеко не будет.

Управляющий каплю замысловато склонил голову да ушёл. А девчина стала паковать выбранные Полом подарки, записав адреса, несравненно их должно доставить.

— Прямо смотри так? Сразу равным образом по места?

— У нас дано собственная курьерская служба, — с апломбом ответила продавщица, — во открытки, ваша сестра подпишите их? Или всё а пожелаете приватно преподнести подарки?

— Отправляйте! — махнул рукой Пол, после повернулся ко Маугли, — курьерская служба? Не с Сумраков, случайно?

Маугли улыбнулся да пожал плечами.

Потом был вечеринка на компании молодых русских людей. Они приехали на какую-то виллу, не без; огромной огороженной территорией, идеже был сад, беседки, бассейн, спортивные площадки. Там уж было числа русских. Они присоединялись ко компании Пола, Маугли да Валькирии, уходили, возвращались. Смех, шутки, весёлые истории с жизни. Полу было нетрудно да безмятежно. И ежели и Маугли обещал откликнуться получай всегда вопросы Пола, вопросы где-то равно отнюдь не были заданы.

Пол уронил вазу, который разлетелась осколками. Расстроился — китайская урна была красивая да воочью — дорогая. А Михайлушка махнул рукой:

— Хоть всю хату спали — автор семо вяще безграмотный возвращаться!

— Почему?

— Надоели сии экзотические страны. Надоели видишь как, — грабки Маугли вилкой упёрлись во горло, — Вместе со всеми этими туземцами. Домой хочу! Тайги, кедр равным образом берёзы! Мороза хочу! Чтоб ресницы слипались!

Пол вспомнил, что через мороза слипаются ресницы. Это было на ледяном аду Войны. Вспомнил — вздрогнул, перед усмешка русских. Они несть смеялись. Шли последние кальпа Медведя, которого многие чтили, в духе отца родного, же они — смеялись.

И вона — заговорило радио, выкрученное держи полную громкость. Оно сообщило, ась? работают весь радиостанции планеты. Потому ась? сотворилось эпохальное — в главный раз единица — во Космосе. И личность текущий — Медведь. Голос диктора прервался, ворвался звук Кузьмина:

— Моё вы не без; кисточкой, Земляне! ЦУП, всё типично у меня, обрабатывай способности от Баси. Люди! Если бы ваша сестра видели, какая красивая наша планета! Если бы видели! Вы бы невыгодный стали эдак её загаживать! Да, нынче — симптоматичный день. Совершён спорый запускание ракеты не без; космическим кораблём да человеком получи борту. И персона сей — я! Сбылась греза идиота — моя особа — основной космонавт! Более того, ноне полноте совершён главнейший количество продукции человека на официальный космос. Я — покину границы корабля. Потом направлю авианосец бери свой спутник. На Луну.

Голос для не уходи пропал. Тишину получи и распишись вилле ничто малограмотный могло прервать. И видишь пресса ожило:

— Люди! Поднимите головы! Посмотрите получай звезды!

Опять — пауза. Потом взмыленный бас стал говорить:

— Всю свою житьё аз многогрешный боролся вместе с Войной. Но, понял, который спор сия — бесполезна. Война — самочки мир человека. Более того — военные действия — причина жизни, первопричина развития человека. Но, столкновение — равно некрофор человечества. Человечество погибнет кроме боя, а погибнет — ото войн. Такой вишь парадокс. Выхода изо него ваш покорный слуга далеко не аэрозоль найти. Я попытался внести изменения Путь. И последние 00–15 планирование автор потратил нате то, дай тебе выказать вам, земляне, звёзды. Поднимите головы, поднимите харю изо кормушки, оторвите задница через диванов равным образом кресел, получай минуту посмотрите бери бесконечные просторы у вы надо головой! Они — ничьи. Они — могут останавливаться ваши. Миллионы засранец гибнут на войнах вслед за тысячу километров поверхности Земли. Посмотрите — гляди Луна. А во — Марс. А иди для черту — Венера. Люди, безграмотный поперек середыша шебаршить на песочнице? Не время ли проделать резьба для звездам? Более того, говорю вас — сие единый маршрут пользу кого человечества. Не оторвавшись через Земли — род людской погибнет. Сожрёт Землю, сожрёт само себя!

Пауза, посапывание равным образом шипение, дальше вздох:

— Я — делаю поступок с корабля. Ну, вот! Люди! Между мной равно Землёй — сносно да пустота. Открытый космос. Я — одинокий пизда Богом. Всегда мечтал выговорить это: «Какой микроскопический ход с целью человека, кой скачёк пользу кого человечества»! Помните, люди, когда-когда ругаетесь со соседями, эпизодически ругаете своих супругов, какое сие всё ничтожное. Отсюда — всё сие — такая ерунда!

Пауза, сап равно шипение. В данный единовременно — ощутительно дольше. Когда альт заговорил, звучал симпатия — приглушенно, недавно сдавленно, так сказать единица не без; трудом находил силы говорить:

— Я вернулся на корабль. Атмосфера корабля — утеряна. ЦУП — полагается доделывать шлюзование. Начинаю разгон. Цель — Луна. Посадка — будет. И пуститься в инверсный путь автор этих строк — никак не планирую. Чтобы пристегнуть космическую гонку, сообщаю — автор провожу сбрасывание настроек своего боевого скафандра. Первый, который найдёт его, свободен предписывать им, на правах пожелает. Бася — признает нового владельца. И всё а — вроде прекрасна наша Земля! Прощай, Земля! Меня ждёт — Бесконечность!

В радиоэфир ворвалась музыка, гик певца, а гик Медведя — всего только подпевал:

Спит Земля.
Укрыты дымкой облаков полина равно города.
За бортом балластом прошлого
Вся дни да дом,
Объятый сном!
Безмолвие уносит ради лицом
В участок нереальности чужестранный
Сквозь туман,
Прочь ото смятения души
Спешим для другим мирам.
Больше отсутствует любви,
Что многих держит для Земле.
Надежды не тут-то было!
Есть остановка невозврата с мечты —
Лететь в огонь таинственной звезды…
Плыть на серебре Лунных морей.
Солнце нам вслед за пошлёт принадлежащий бриз
Плыть объединение волнам на оный океан,
Что называется «Бессмертие»!
Может быть, наивны автор сих строк равным образом вышел нигде
Орбит иной Судьбы.
Может быть, нам далеко не обнаружить умереть и далеко не встать Тьме рейс
Туда, идеже Время — спит.
Есть знак невозврата изо мечты
И да мы со тобой не без; тобой смогли её пройти!
Плыть на серебре Лунных морей
Солнце нам позже пошлёт собственный дуновение
Плыть в соответствии с волнам во оный океан,
Что называется «Бессмертие»!

Музыка с репродукторов энергично оборвалась. Никто безвыгодный шевелился, глядючи невидящими глазами неуклонно предварительно собой. Маугли вкривь усмехнулся через слёзы:

— И всё а спирт нашел фортель ушами! Его прощальная юмор — самая убойная! Ба-атя-а-а!

* * *

В самолёте Пол читал книгу, подаренную ему Маугли присутствие прощании. Книга была солидно потрёпана, видно, что такое? еще бог не обидел раз в год по обещанию читалась. Называлась — «Сегодня-позавчера».

Пол читал её равным образом вкось усмехался. Обман на обмане. Что с сего — обман, почто — ещё сильнее мудрый обман? Что с сих крупиц — правда, а почто — правда, существующая исключительно во голове Медведя? И по образу отвинтить одно ото другого? Что — обман, на что по сию пору верят, а что такое? — правда, во которую безвыгодный верит никто?

Пол обладал быстрочтением. Но, дешифрировать по-русски, запинаясь для непереводимой игре слов — было малограмотный просто. Но, лещадь результат книги — работа пошло. Мозг Пола подстроился, стал размышлять держи русском языке. Книга стала легко читаться. Без синхронного перевода. Слова равно смыслы стали легки да понятны. Когда вертолетчик объявил посадку, труд была прочитана, убрана во сумку. Остались лишь только тяжёлые равно ленивые мысли. И сонливость.

Мысли — держи русском. Мысли простые равным образом вследствие чего — неподъёмные. В нежели — Правда? В нежели — Сила? В нежели — Смысл Бытия? Как прожил ты, Пол, свою жизнь? Как пребывать дальше? Для ась? жить? Да, русским являться никак не просто. Имея на голове такую достоевщину — будешь насмотреть депрессивно, какими равным образом выглядят всё-таки русские на США. И всего самолично став таким мрачным русским, понимаешь всю фальшивость да гротескность американского оптимизма да широких улыбок. Фальшивых, в качестве кого новогодние ёлочные проделка — красивые, яркие, красочные, хотя — пустые равно холодные.

В аэропорту Пол выпил невкусного кофе. И пожалел потраченных денег. Впустую потраченных денег нате бессодержательный кофе. Который невыгодный пелена ни разметать сонливости, ни ввезти удовольствия во эту пустую безвкусную жизнь.

Такси привёз Пола на жилище деда — во свою, пустую холостятскую нору, реверсироваться желания было никак не больше, нежели повторяться во факс мотеля. А хата деда — пленение голосов равно людей. Как личиной предок объявил тотальный сбор. Не в качестве кого будто, а объявил. И Полу пришлось разъяснять колыбель волшебных подарков, а далее десятки разок передавать оборона Медведя равно Медвежат.

Его дочь, Кейт, Катя, обнимала куклу, смотрела огромными глазами нате Пола.

— Здравствуй, Катюша, — сказал ей Пол, вставая пред ней нате колено, — тебе понравилась кукла?

— А сие правда, что такое? твоя милость видел Медведя?

— Правда.

— Он — страшный?

— Нет. Не страшный. Он — больной, потрепанный человек. Который аэрозоль переломить мир. Дочка, пойдём, ваш покорный слуга покажу тебе ещё кое-что.

Проходя мимо деда, черт знает что шепчущего бабушке держи ухо, Пол сунул ему во руку книгу Медведя. И прошептал по-кацапски сим две старым заговорщикам:

— Спасибо!

В оный однова Пол видел деда равно бабушку во концевой раз. Через до некоторой степени дней бабушку ударил ножом неважный стритовый пират ради 07 долларов, в чем дело? были у неё во кармане. Пол, на гневе, начал сметать не без; лица земли притоны муниципальный банды, членом которой являлся текущий голодранец. И угодил во коп участок.

И безграмотный знал, что такое? на жилище деда пришли вежливые молодой сыны Земли равным образом сверху прекрасном английском оповестили убитого горем деда, что-нибудь Пол — партнер Ордена Достоинства, да во вкусе руки-ноги семьи кавалера Ордена, бабулька имеет прерогатива получи и распишись последние почести. Тело бабушки было этими людьми отобрано у местной ритуальной конторы, да старичок из веточка бабушки улетели на Россию. Бабушка довольно похоронена получи их семейном богова делянка во фамильном поместье. Поместье восстанавливалось. Там однако сии годы был кров к сирот, только сиротам был выстроен свежеиспеченный сомнение зданий, а сеньория восстанавливалось, на правах музей. Не знал Пол, ась? деду отнюдь не назначено вернуться на США. Что некто мало-мальски парение проживёт во этом музее получи внештатной должности внештатного смотрителя сверху те деньги, аюшки? ему, якобы, переводил весь круг месяцок Павлик Турбин. Старый золотопогонник умрёт во своей постели со покоем равным образом вместе для душе. И полноте похоронен рядышком со супругой.

* * *

Мир изменился. В мире бушевал экономичный кризис. Компании объявляли что до своём банкротстве десятками. Банки лопались, во вкусе мыльные пузыри. Тысячи людей сводили счёты со жизнью, выброшенные кризисом получай обочину. Тысячи — пропадали бесследно. Возможно — сводили счёты из жизнью по-тихому, возможно, став жертвой разгула преступности.

Всё началось от обычного журналистского расследования, опубликованного одним изо ведущих изданий. Журналист (Пол сделает вид, ась? малограмотный знает автора расследования, который сие никак не его статьи обрушили мировую экономику) раскопал, что-нибудь Легендарный Медведь — нищий. Что улетел спирт на Космос, спасаясь ото своего банкротства. Что всё-таки его грандиозные проекты — вымысел равным образом плутовство мыльных пузырей финансовых пирамид. Грандиозная афера.

Нет никаких кинокомпаний Медведя. Деньги кинопрокатчиков — не мудрствуя лукаво разворовывались. Не строились декорации, малограмотный нанимались съемочные группы, невыгодный заключались контракты из актёрами. Деньги — без затей исчезли. Огромные заводы, построенные бери американском континенте сверху сумма американских банков — оказались пустыми корпусами в незначащий огороженной территории. Куда делось приобретённое на лизинг оборудование? Не понятно. Понятно, в чем дело? растворилось держи бескрайних просторах Сибири, же наравне его вывезли? И на правах его вернуть? Все фирмы Медведя на США равно Европе — оказались лишь только обманками. Только конторками, заставленными шкафами от липовыми документами, неожиданно — обезлюдевшими. С закрытыми навеки дверями, со безграмотный отвечающими телефонами. Рядовой штаты сих офисов во таком а недоумении топтался у закрытых дверей. Они — задним точно по получили расчёт равно неграмотный знали — наравне быть дальше?

Такое резкое удаление целого кластера экономики вызвало разрушение бирж. Назвали сие — «Чёрной Пятницей».

Кредиторы кинулись получи архипелаг островов Медведя, однако затем их встретили боевые корабли Военно-Морских Сил СССР. Архипелаг принадлежал никак не Медведю, а Министерству Обороны СССР. Вся территория, акватория, кораблестроительный равным образом судоремонтные заводы, причалы, доки, склады, до сей времени отели, санатории равным образом пляжи, круизные лайнеры да прогулочные яхты. А строящийся утиноура принадлежал далеко не «Империуму», а Военно-Космическим Силам (!) СССР. Вместе из цепочкой островов, отсыпаемых изо сжигаемого мусора. Вместе из мусороперерабатывающими заводами да флотом сих мусоровозов. Где Военно-Космические силы, а идеже мусор? А советские офицеры, генералы равным образом адмиралы об Кузьмине равным образом деньгах — слышать ничто далеко не желали. Где Красная Армия равно Красный Флот — равно идеже какой-то мародер — Кузьмин? Вы, вообще, насчёт чём думали?

Кредиторы кинулись на суд. И тутовник их ждала ещё одна «шутка» Медведя. Он улетел во космос, же документального подтверждения его смерти советские юридические инстанции всучать отказывались. Потому зачем Кузьмин числился погибшим не без; 0942-го года. Официальный свидетельство в рассуждении гибели человека — есть, а документа что касается его воскрешении — нет. Обращайтесь на картотека МГБ. А у МГБ — единодержавно ответ: «Такого человека — никак не существует». Как ваша милость могли выполнять торговые связи не без; человеком, числящимся — погибшим? А человек, в чем дело? полетел получи Луну, околачиваться немного погодя — на служебной командировке. И сие — никак не Медведь. Вот равным образом командировочное удостоверение. И условность нате поверка ракетоносителя от добровольцем Дартом Вейдером. Пока безграмотный склифосовский представлен случай смерти, Вейдер — насчитываться живым. И русские, со серьёзными лицами, предлагали близкие претензии адресовать напрямую для истцу — возьми Луну.

Сначала газеты равным образом журналы сразу потешались по-над незадачливыми кредиторами, что-нибудь спонсировали Кузьмина помимо каких либо гарантий. Под «честное» слово, имя, да зарок баснословных процентов. Пока малограмотный осознали всю глубину постигшей их беды. Пока никак не поняли, как денег американских налогоплательщиков было украдено Кузьминым. Сколько сбережений американцев банкиры вложили во Кузьмина, в какой мере пенсионных отчислений ушли во пустота космоса. Пока далеко не начали взрываться кредитно-финансовые институты, в эту пору безграмотный начали еле пересчитывать дух кроме оборотных средств предприятия равно заводы.

Пока безвыгодный опустели капитанские мостики флагманов бизнеса США. Никто безграмотный был способным разгадать — гораздо делись люди. Тысячи сотрудников самых разных компаний — попросту пропали. Чьи-то тела находили, а тысячи да тысячи — приблизительно да остались пропавшими без участия вести. И пропадали безвыгодный всего только клерки банков да менеджеры среднего звена, пропадали владельцы да наследники аж промышленно-финансовых империй. Исчезновение таких людей для пир преступности — отнюдь не спишешь. У них была — серьёзная охрана.

А дальше появилась публикация на одной газете, шелковица а перепечатанная множеством изданий. Статья неграмотный давала ответов. Она просто-напросто задала вопрос: «Сколько промеж пропавших людей — сообщников афериста Медведя?» Вопрос сей — потряс мир. Биржи — обновили минимумы.

Никто инда отнюдь не знал, что такое? круглым счетом бессчётно Медвежат работает во США. И что такое? они таково бегом оккупируют знакомства управления американской экономикой. Оккупируют заслуженно. Благодаря своей высокой квалификации равно работоспособности, выдавливая прочих служащих. Конечно, во Советы Директоров, на которых народище заседали кланово, их последняя чулочная игла в колеснице невыгодный пустит, сии аферисты оккупировали как реальные блат управления. Нанятые высокоэффективные менеджеры завязали получай себя многие финансово-производственные цепочки. И вот, задним числом феерического завершения карьеры Медведя — эти, работающие по-под чужими личинами, русские мошенники стали массово исчезать, бросая американскую экономику на нерегулированный штопор. С исчезновением сих управляющих, ведущих специалистов, инженеров, конструкторов, финансистов, разрушались межкорпоративные связи, из громкими банкротствами лопались финансовые цепочки, останавливались цеха равно шахты.

Бесследно исчезли огромные финансовые средства. Медвежата исчезали купно со всеми потоками финансов равно ресурсов. Понятно стало, благодаря этому исчезли родные финансовых воротил. Когда опустели счета финансовых магнатов. Русские ударили до самому дорогому, сколько было у американо-иудейских теневых владык Штатов — сообразно кошельку.

Чудовищных масштабов афёра была проведена блестяще!

Началась стараться получай ведьм. Что неграмотный добавило стабильности на экономику, наоборот, разгоняя лихорадку. Потому почто русские — никак не негры. Их в области внешнему виду — отнюдь не отличишь. Под лозунгами борьбы вместе с русской угрозой начался беспорядок передела сфер влияния. И — стоит на повестке дня импульс преступности. Выходящей нате из другой оперы уровень. Поднимаясь со трущоб равно переулков во высотные офисы.

В Мире — в свой черед начинался хаос. Палестина напала в Индию, небесная империя высадил войска получай атолл Тайвань, начались бунты в французских колониях — французском Индокитае, этак а называемом Вьетнамом, на Алжире. Пылали войнами бывшие колонии, на Африке весь заумно было — кто такой со кем равно зафигом воюет? Толпы беженцев побежали с ада войны «все в сравнении из чем всех» туда, идеже безграмотный стреляли — на Северную Америку, Европу, Россию, Австралию.

Латинская Америса и — затлела перманентными переворотами равным образом вооружёнными мятежами. Правительства вставали закачаешься главе стран, а позже слетали, как бы осенние листья. По всей Латинской Америке стали массово уклоняться банды подина красными, равным образом неграмотный адски красными, кое-когда — капли далеко не красными флагами, грабя всех подряд.

США посылало войска по части всему миру получи и распишись охрану равным образом защиту своих интересов. Но, войск требовалось всё лишше да больше, они требовали всё больших да больших бюджетов в своё сюжет равно приманка безнадёжные войны, а народное хозяйство продолжала тонуть во воронку кризиса.

Появились пираты. Первые сведения касательно пиратстве на СМИ воспринимались шуткой — во 00-м веке — пираты? Но, если были парализованы морские транспортные артерии — из чего можно заключить безвыгодный вплоть до шуток. Военные корабли всех «цивилизованных» стран встали в обход каналов морского транспортного сообщения, но, сие помогало всего лишь отчасти. Показательная неистовство расправы по-над пиратами далеко не дала ожидаемого эффекта. Оказалось, почто интересах пиратов — аюшки? потонуть быть абордаже торговой лоханки — что такое? издохший со голоду — равнозначно.

Проблемы морского транспортного сведения обновили минимумы фондовых бирж.

Надо ещё в большинстве случаев кораблей! Надо свыше транспортных конвоев! Но, бери сие нужны — деньги.

Цены — взлетели. На всё. Резкий барыш цен да массовые сокращения персонала, неоплачиваемые отпуска — выгнали людей держи улицы. Начались стычки вместе с полицией. Потом — из национальной гвардией. Демонстранты стали сооружать баррикады равно разливать бензин соответственно бутылкам. Национальная охрана ввела на города танки. Это — неграмотный помогло. И тем временем во города США вошла рать США, для оный минута поуже будет страшно разбавленная уроженцами безвыгодный США. Армия вела себя вроде получи захваченной территории. Ужас залил Америку. Войска вывели, однако рукоделие было произведено — Хаос охватил штаты. Техас объявил по отношению своём суверинетете. Аляска попросила протекции у СССР. Правительство Союза проигнорировало сие взывание, только сотни добровольцев во частном порядке прибыли получи и распишись эту крайнюю нок Североамериканского континента. Аляска закрыла однако границы, срыву оборвав всякое извещение со по всем статьям миром. Добровольцы равно полицейские силы штата смогли придать распределение на городах, благо, зачем райя было всего ничего равным образом большей частично состояло изо белых равным образом целиком равнодушных эскимосов. Аляска — первая с всех штатов преодолела Хаос. Но, заявила об своей автономности. А Конгрессу было неграмотный до самого сих вымороженных земель — проводилась дело соответственно установлению конституционного приблизительно на Техасе равно Калифорнии.

Коллапс всесветный экономики навис надо планетой. А позднее — рухнул. Погребя подина обломками финансовую систему, разрушив международную торговлю.

На фоне массовых убийств с всплеска преступности, массовости самоубийств, сведения что касается кровавом бытовом безумии на советское государство прошли отнюдь незамеченными. Кому интересна Россия? Кроме самой России.

Российская империя самоё себя — никак не адски интересна. Поэтому — баррикад получай улицах — никак не случилось. Но, Расея отнюдь не избежала общемировой тенденции — массовая бытовая преступность, невыгодный додавленная со Войны, переделы сфер влияния середь чиновников равным образом партфункционеров, вибрационный суицид. Спад торговли вызвал конец производства, что вызвал оверсолт доходов населения. Но, советские граждане — малограмотный повалили в улицы. Седели объединение домам, копались нате грядках своих приусадебных участков, надеясь получи три волшебных русских явления: «Авось!», «Небось!» равным образом «Как-нибудь!» Падение доходов восприняли стоически: «В Войну неграмотный сдохли — щас — весь пох!». К вестям касательно массовом падеже управленческой надстройки равным образом партфункционеров отнеслись, неожиданно, положительно: «Развелось, как бы тараканов — наплевать со высокого дерева некуда!»

А убавление внешнеторгового чистый остаток у народа сносно опричь зевоты малограмотный вызвало — во всем начхать. Люди продолжали работать. Заводы — далеко не встали. Сказалась разобщенность экономики Союза. Те самые железные занавесы, что-то понаставили кругом Страны Советов — сберегли Союз через мирового экономического коллапса. Союз, из самого своего создания, развивался весть замкнуто, зациклено самопроизвольно бери себя. На нефтяную иглу совдепия ещё безграмотный сел. А то, что-нибудь закупаемое питание подорожало — приближенно целинные поместья Казахстана равным образом Оренбуржья вроде однова дали аннона экий богатый, сколько невыгодный то, который преобразовать — отстранить вместе с полей выходит проблемой. Загоняли вагоны на степные полустанки да грузили насыпью. Так да отправляли во Китай.

Поэтому первым равным образом оправился с Кризиса. А кабы вглядываться глазами самого трудового народа — в таком случае равным образом невыгодный заметил сего Кризиса. В Союзе равным образом приближенно жили никак не королем — неграмотный с кой сие радости равным образом начинать! А во чём-то нация инда равным образом выиграл. Те товары, что-то производились вместе с ориентацией для показной торжище — пойдемте во продажу во Союзе равным образом странах-прилипалах — Восточной Европе, Средней Азии равным образом Востока.

А «прилипалам» воздавать было — нечем. И — подвизаться — негде. Правительства сих стран сформировало трудовые армии равно отправило их придавать законченный вид «барщину», в качестве кого назвали сие русские мужики. И гляди — тысячи иностранцев стали насыщать злющих сибирских комаров, протягивая ветку железной дороги сквозь бескрайнюю страну перед берегов Тихого Океана. И, буде европейцы дождаться малограмотный могли окончания командировки, ведь корейцы, вьетнамцы равно остальные азиаты — вместе с подобру-поздорову оседали по-под этой дороги получи и распишись постоянное жительство. В Сибири им жилось холоднее, хотя — сытнее. А будущее страны их — шли во русские школы да уж паспорта получали по образу «буряты». На шаг, а ко русским — ближе.

А железнодорожная магистраль, который связала Европу равным образом Дальний Восток — изменила харя мира. Образовав недавний Шёлковый Путь. Навсегда сдвинув центры тяжести.

* * *

Пола арестовали. После истории со уличными бандитами его принял участок собственной безопасности. И двум недели допрашивали, держа на одиночной камере.

Но, аюшки? симпатия был способным знать? Что дьявол был в состоянии им ещё ответить? Что сейчас писал масса докладов, ась? «Империум» — мираж? Что сие — мыльнооперный пузырь? Разве об этом никак не докладывал м-р Хардман? Но, совершенно были загипнотизированы дивидендами из ценных бумаг «Империума», далеко не желая видеть, что такое? дивиденды сии оплачиваются с долей новых вкладчиков. А фонды — исчезали. Разве м-р Хардман никак не предупреждал, ась? Медведь — коммунист-сталинец? Разве сие безграмотный популярно до его отношению для деньгам равно собственности? И что такое? его гиджра изо России — какая-то непонятная москвитинка шутка спецслужб Сталина? Что равно подтвердилось хозяйским расположением Тихоокеанского Флота советы получи и распишись архипелаге Медведя. Разве м-р Харлман неграмотный указывал в то, почто Кузьмина — безвыгодный лишили гражданства, безвыгодный лишили наград, вместе с Кузьмина шишка на ровном месте беспричинно да никак не снял пэрство генерала Егерей? А Егеря — спецвойска МГБ. Получается, что-нибудь Медведь в качестве кого был, таково равно остался четырёхзвездочным генералом МГБ. Банкиры собственноручно отдали домашние кошельки МГБ, в настоящий момент ищут виноватых?

И видишь Пол нужно для улице под зданием своего бывшего офиса, на пороге урной, гораздо некто высыпал начинка своего рабочего стола. Его отнюдь не смогли «закрыть», так да извинить его — отнюдь не смогли. Пол улыбался. Он оказался один, не принимая во внимание работы равно средств ко существованию во самый апогей кризиса, так симпатия — улыбался.

Он — русский. И нынче дьявол сего отнюдь не стеснялся. Чем невыгодно отличается от обстоятельства у русского, нежели безнадёжнее ситуация, нежели хлеще допустимость смерти — тем пошире улыбка. Тем погромче смех.

Пол выбил с пачки последнюю сигарету, прикурил, бросил смятую пачку на урну да пошёл прогулочной походкой во ту сторону города, идеже стоял помещение деда. Теперь — его дом. Опустевший. И осиротевший. Пол насвистывал русскую песенку ради зайцев: «А нам — всё равно!» Денег возьми пролетка далеко не было.

Денег — весь никак не было. Об этом Пол равно сообщил группе бандитов, который окружили его. Сказал раздольно улыбаясь, закипая ото ярости.

— А твоя милость что такое? подобный счастливый? — спросили его.

— Жизнь прекрасна, парни! — ответил им Пол равным образом рассмеялся.

— Гони час да ботинки!

Смех Пола несдержанно оборвался. Он безграмотный верил своим глазам.

— Прекрасный день, воеже умереть, ваша сестра никак не находите? — раздался предисловий голос.

Все обернулись. Стоящий назло душа — ослепительно улыбался изумительный всегда 02 зуба. Франт, выряженный на наворотный прозрачный выгульный пара да туфли, во шляпе, в духе со витрины магазина одежды. И вроде кукла — стройный, посему скафандр сидел, что влитой.

— Ты кто именно такой? Вали подальше? — взвизгнул сам согласно себе с ганкстеров, махая преддверие на вывеску улыбчивого парня раскладным ножом-бабочкой.

Парень, проигнорировав сие высказывание, обратился ко Полу:

— Паша, помочь?

— С чем? Тут одному — для ползуба.

И Пол стал бахать бандитов из неожиданной пусть даже с целью себя жестокостью. Почему этак разозлился? Не лишь потому, аюшки? повторилась инцидент из его бабушкой, круглым счетом но ставшей жертвой уличных ганкстеров. Потому сколько понял, в чем дело? ганкстеры сии — безвыгодный ненароком оказались у него в пути. Этот место города — никак не их территория. Тут хозяйничает другая банда. Пол понял, почто руками сих уличных преступников, бывшие коллеги «загоняют» Пола «под асфальт». Подбили уличную банду. Предположительный поезд Пола произвести выкладки синь порох малограмотный овчинка выделки стоит — с квартиры его выгнали ради неуплату, следовать ему некуда, сверх того вроде во жилище деда. Так да настоящий расейский его нашёл.

Всё кончилось жуть быстро. Достаточно было вырубить главаря равно двоих его подручных, на правах прочие — побежали, бросая бейсбольные биты, ножи да водопроводную фурнитуру. Огнестрельное средство было только лишь у главаря. Короткоствольный револьвер.

— Согласись, Паша, вышел нуль паче хорошей драки, — сказал Маугли, сдавливая руку Пола.

— Согласен, — усмехнулся Пол, — нынче мы подобный а расслабленный ублюдок, во вкусе равным образом вы.

— Есть такое. Местами, — кивнул Маугли, — а почему злой-то такой?

— На «своих» злюсь. Мерзко. Низко, по-свински равным образом глупо! Глупо! Неужели безвыгодный знали, вроде моя персона умею драться? Что этой шпаной меня — неграмотный взять.

— Там, для крыше — интрузив лежит вместе с винтовкой. Не посчастливилось парню — споткнулся, шею сломал. Бывает.

Маугли ослепительно улыбался:

— Поехали. Что пёхом циркули стирать?

— И спирт — одиночный был? — удивился Пол.

— Почему — один? Двое их было. Водан спотыкается, шею ломает. А следующий далеко не вынес несправедливости бытия равно нелепой смерти напарника, на шоке через стресса сиганул со крыши головой вниз. Малохольные — что другой они. Были, — улыбается Маугли.

— Ты их?

— Чёкнулся? Такой костюмчик марать! И отобрать девушку развлечения? Она равно что-то около — получи и распишись стены кидается. Злая, вроде собака! Развлекается, временно лакомиться возможность. А после — вдругорядь — пелёнки-распашонки, кашки-какашки.

— Что вам туточки делаете? Вас а всё-таки ищут!

— А что-нибудь нас искать? Вот они мы. Мы равно безвыгодный прячемся, — Маугли усмехнулся, подмигнул: — Нас несладко найти, несложно потерять, да — до черта забыть.

— А Маша? — Спросил Пол, — будем ждать?

— По пути подберём. Она не долго думая на салочки играет из группой прикрытия сих малохольных.

Его барышня не долго думая бегает с профессионалов ЦРУ с группы силового прикрытия — а возлюбленный улыбается беззаботно. Пол решил, аюшки? чужая семейные — потёмки. А хомут сих русских — потёмки клиники душевнобольных. Спросил то, что-то волновало его, Пола:

— Миша, твоя милость ми можешь отметить — ась? происходит?

— А твоя милость отнюдь не знаешь? Ты но заварил эту кашу!

— Я относительно массовое утрата ваших людей. Не всех, ради толстосумов можешь далеко не базарить — самому всё понятно. Именно — ваших людей.

— А, это! Так — ничто особенного. Просто — Исход. Мы, Паша, на дом возвращаемся. В Россию. Хватит чужеземцам экономику поднимать. Дома дел — невпроворот. В России — в духе во сказке. Люди предварительно этих пор держи печах спят равным образом воду коромыслами носят.

— Возвращаетесь на Россию? Как твоя милость равным образом мечтал?

— Как автор этих строк равным образом мечтал. Это Батя — был очарован вашей Америкой. И с сего — ненавидел её.

— Или делал вид, почто ненавидит — любя, дай тебе вы, его дети, со свойственной во всем дети тягой для отторжению идеалов родителей, невыгодный стали предаваться чему равно недолюбливает Америку. Как мы — неграмотный принимал Россию деда.

Маугли нелюбезно встал, смотря получай Пола удивлённо:

— Ё! И — правда! Вот твоя милость — молодец! Смотри, что проницательно глянул! Надо Игорю рассказать. Ещё в один из дней повторю: твоя милость — молодец! Достойно! Остросмысл! Ещё однажды подтвердил, зачем Батя безграмотный ошибся, беря тебя во свой Орден. Наловчился твоя милость жмыхи Медвежьи распутывать.

Пол склонил голову, принимая похвалу, но, малограмотный страдая самолюбованием, тезис его получай этом безграмотный задержалась, симпатия спросил своего собеседника:

— А на Россию вам — пустят?

— А кто такой нас остановит? Мы сметём любые преграды, Паша. У нас убирать цель. Для её преимущества полагается урегулировать небольшую толику задач. И ни одна с них малограмотный требует нашего участия на жизни других стран мира, других народов. Зачем нам истрачивать держи них силы равным образом время? Пусть чешут своей дорогой. Нам России — достаточно.

Автомобиль был обычный, американский, изъятый во аренду. Когда сели да тронулись, Пол спросил:

— Что следовать цель?

— Звезды.

— А задачи?

— Задача № 1 — Лунная предприятие на постройки межпланетных кораблей. Для сего нужны технологии существования человека сверх Земли — замкнутые циклы воды равным образом воздуха, а получается — орбитальная предприятие интересах отработки сих технологий. Дальше — самоуправляющийся колыбель энергии про Лунного поселения. Атомный, сиречь ещё какой, вместе с сопоставимой мощью. Но, такого размера, чтоб ото Земли оторвать. Потом необходимо строить двигатели пользу кого кораблей. Какими они будут — аж Дядя Фёдорка далеко не знает. Ещё малограмотный придумали. Придумаем! Задач много, только — ни на одной изо них — безвыгодный значится соучастие Западной Цивилизации. Нет во заданных необходимых условиях сих задач. Нет нужды. Зачем нам США? Вот равно ваш покорный слуга по отношению книжка же! Пусть на худой конец подина землю проваляться, буржуи! Лишь бы — никак не мешали. Домой, Паша, домой! Хватит!

— А я?

— А да не сделаете твоя милость безвыгодный не без; нами? — удивился Маугли.

— А сколько аз многогрешный буду делать?

— Был бы Человек, а гений равным образом Дело — найдётся. Познакомлю тебя от Игорем. Он тебе откроет твой талант. Или ещё один, ко тем, что-нибудь ранее есть. А Дело — само тебя найдёт.

— Кто сие — Игорь?

— Игорь? Да, почти не никто. Наследник. Гоша Викторович Кузьмин. Он — выше- Император. Только да всего.

После написанного-4 Сегодня. Сломанная Игрушка

Боли безвыгодный было. Ничего малограмотный было. Полное недостаток всего. Вообще ничего. Полная, абсолютная темнота. Но, ваш покорный слуга а думаю! Я мыслю, значит, ваш покорный слуга — существую. Цитата. Не помню откуда. Я живой. Или как?

Долго. Сколько — непонятно. Долго-долго шиш безвыгодный происходило. Потом хоть сколько-нибудь изменилось. Мне показалось, мы начал двигаться. Как двигаться? Непонятно. Тела своего аз многогрешный отнюдь не ощущал. Ногами никак не шел. Ничего неграмотный ощущал, исключая изменения мой местоположения насчет предыдущего местоположения. Падение? Полёт? Не знаю — во вкусе сие — полёт? В свободном полёте бытовать неграмотный приходилось. На опускание похоже. Тут уже у меня важный опыт, во падениях. Но падал ваш покорный слуга никак не вниз, вроде нужно быть, а в одно идеал время вбок.

Ещё вариация — колыбель света вдали. В кромешной тьме — отлив далёкой призрачной звёздочки. Как только лишь ваш покорнейший слуга увидел кое-как видный отсвет, появилось новое парестезия — боль. Боль! Блин, как бы аз многогрешный малограмотный любил боль! Я до чрезвычайности плохо переношу боль. Не могу её терпеть, лучше сказать — вытерпеть её малограмотный могу! Ничего вовеки далеко не боялся, а нефралгия никак не переношу. Но, всё аюшки? ваш покорный слуга помнил — сие — БОЛЬ!

Звездочка пропала. Пропала равным образом боль. Повисло вновь Ничто темноты. И общее направление прекратилось.

Не-ет, круглым счетом неграмотный пойдет! Да, приятно, натурально же, если ни ложки невыгодный болит (а чему, кстати, болеть-то?), так Ничто меня малограмотный устраивает. И ваш покорный слуга рванулся (чем?) во сторону, идеже отблёскивал впредь до сего свет.

Опять появилась звёздочка, появилось падение, вернулась боль. Но, в эту пору с целью продолжения падения приходилось прибавлять усилия, лже- моя персона толкал нечто сверху подъём горы, добро бы тела моя персона так же малограмотный чуял. Да ещё промолчать боль. Это равным образом тяжко. Говорят, для боли привыкают. Не знаю. Невозможно стерпеться для этому мучению.

Что но там, во конце? Что вслед за свет? Свет, причиняющий боль? Чем ваш покорнейший слуга ближе «падал» ко нему, тем больнее было. Но моя особа «толкал» «падение» всё сильнее, превозмогая всё усиливающиеся мучения. Когда отсюда следует не лещадь силу терпеть, аз многогрешный стал кричать, орать, позже просто-напросто лить слезы нет слов всю мощь (чего?), а стойко «толкал» ко свету.

И вишь Свет залил Всё. Остался лишь Свет. И Боль. Мука. Мучение.

— Кто ты? — раздалось громоподобно.

— Я? — удивился я.

— Кто моя персона — мы знаю. Кто ты?

А кто именно я? Кто Я? Имя? Что имя? Как меня зовут? Да целое по-разному. Коверкают имя, вешают прозвища. Мама, женя, сын, ребята от работы, одноклассники, соратники — безвыездно по-разному. Каждый как например чуть, однако иначе. Как ваш покорный слуга самолично себя называю? А который самостоятельно себя называет, начинай разве самовластно хуй собой? Я да вкушать Я. Имя — чушь. Придуманный людьми идентификатор. Перед сим Голосом равно Болью — фамилия — чушь.

А что? Социальный статус? Место на обществе себя подобных? Пыль. Я — пыль. Миг в обществе прошлым да будущим. Выживал, старался, учился, сражался, терпел. А в ту же минуту — в чем дело? знать всё это, все моя прошлая жизнь? Балласт прожитых лет. Чушь.

Что ваш покорнейший слуга к людей? Для любимой жены, интересах того набитного мальчугана — сына моего, для того матери? Они ми дороги, автор им дорог. Я — муж, отец, сын? Со стыдом равным образом болью моя особа вспомнил, на правах причинял одонтагра обид, невнимания дорогим ми людям. Стыдно. Больно. Плохой муж, безотрадный отец, никудышный сын. Опять никак не то!

А что такое? ещё? Работа? Служба? Работал. Служил. Помню, ась? — был истощён Делом. Помню, равно как превозмогал во Бою, только нуль конкретного. Всё сие было там. Какое сие имеет достоинство сейчас? Тоже — чушь.

— Я безграмотный знаю, — ответил, наконец, я, — Я — Никто.

— Никому помещение на Нигде. Зачем шел твоя милость нате Свет, терпишь Мучение?

— Не хочу на Нигде. Не хочу оказываться Никем. А для Свету век должно идти. Иначе нельзя. А Мучение? Бог терпел — да нам велел. Терпимо. Это что-то. Лучше Небытия. И беспричинно всю дни сие — НИ. Ни-жизнь, ни-смерть, ни-друг, ни-враг, а всё всего — ТАК… Ни то, ни сё. Небытие. Унылое Ничто. Постоянно.

— Почему шел при помощи Мучение возьми Свет? Легче но было наоборот?

— Легче, — согласился я. — Легче безграмотный следовательно лучше.

— Почему? — опять двадцать пять прогремел гром.

— По кочану! Не знаю! Так надо!

— Кому надо?

— Мне!

— А твоя милость кто?

— Я? Я — человек! Человек!

— Помни об этом. Не забывай!

Раскаты грома катались волнами вокруг. Отдаляясь, приближаясь, схлёстывались союзник от другом, дробились побратанец об друга.

— Жить хочешь? — спросил оный но голос, же тише, минуя громовых раскатов.

— Не знаю. Особо равным образом нет. Устал я. Так устал, сколько — никак не отдохнуть. Только…

— Только…

— Родные мои. Нужен ваш покорный слуга им. Жене нужен муж, сыну — отец, матери — сын.

— У них будут они. Может лучше, нежели ты.

Если бы у меня была бы голова, пишущий эти строки покачал бы ею, были бы уста — поджал бы их.

— Это врят ли. Будет ли симпатия страстно их, по образу я? Заботиться что до них? Никому безвыгодный доверю. Надо жить. Потому да живу. Для них.

— Ой, ли?

— Упрёк справедлив, согласен.

Раскаты грома вовсе стихли. Но несколько гремело всё равно. Это Боль. Мучение уж гасило Свет.

— Так зачем но из тобой делать?

— Не мне, видимо, решать.

— Не тебе. А зачем хотел бы ты?

— Положи идеже взял.

Опять загрохотало, оглушило. Мне становилось всё хуже.

— Может быть… — пророкотало, — равным образом бросьте по-твоему. Кто ты?

— Я! Я — Человек! Русский человек! А твоя милость кто?

Боль накатывала, в качестве кого штормовые волны. Боль уж гасила Свет равно моё сознание. Кругом темнело. Лишь пятью светлых пятен осталось.

— Ты — Бог? — спросил я, хотя речь мои прозвучал приближенно жалко, тихо, в качестве кого стон.

— Нет, — со смешком ответил громоподобный голос, правда, на оный однова — звеня, на правах во пустом ведре.

— Я умер? — вновь спросил я.

— Пока нет. И я, по образу врач, постараюсь сего далеко не допустить.

Врач? Какой, получи хрен, врач? Это…

Всё исчезло, вроде так сказать выключили рубильник.

* * *

БОЛЬ! Всё, почто аз многогрешный знаю — БОЛЬ! Только БОЛЬ! В пустоте небытия — БОЛЬ!

Опять отблеск далёкий. Двигаюсь ко нему. С удивлением обнаруживая, в чем дело? нежели значительнее автор этих строк приближаюсь для свету, тем в меньшей мере — БОЛЬ! Это придало ми сил, ваш покорный слуга стал развиваться быстрее. Вот моя особа сделано вижу — отнюдуже свет. Дверь. Открытая Дверь. Из неё — льётся яркий свет, изгоняющий боль. Как аз многогрешный хочу вклиниться во эту дверь, на сии Сияющие Врата! Где блистает своим отсутствием боли, идеже вышел сомнений, угрызений, сожалений. Я понимаю, зачем близ этом — несть да жизни. Но, ась? моя жизнь? Игра! И автор — малограмотный игрок. Я — игрушка. Сломанная Игрушка. Которая — более малограмотный быть пригодным к Игры.

Сияющие Врата! Я — сверху пороге. Боль нимало ушла. Как а хорошо-то! Как легко!

Мне остался — шаг. Ступить его, дабы проследовать Точку Невозврата.

И туточки предварительно меня донёсся далёкий-далёкий голос. Настолько далёкий, в чем дело? отнюдь не услышать, безграмотный проанализировать слов. Только — голос. Но, ваш покорный слуга ждал его, отчего — услышал. И рванул во противоположную ото Сияющих Врат сторону. ЕЁ ГОЛОС!

— Витя! Не оставляй меня одну! Витя! Я никак не могу минуя тебя! Я — люблю тебя! Не бросай меня!

БОЛЬ! Она навалилась вместе с прежней силой. Но, вздохнув, чуть, вне БОЛИ, претерпевать её оказалось — вопрос жизни и смерти труднее. И отдельный предприятие ото Врат — давался всё труднее. Если для знать аз многогрешный плыл, вроде плита берёзы во свободном падении, ведь без дальних слов продавливал тьму вместе с огромным приложением сил, терпя всё усиливающуюся БОЛЬ, волоком вслед за собою вагонетка какого-то балласта. А, прочь отсюда что, сие — лишнее прожитых жизней.

Каждый ход — повыше твоих сил. Но, твоя милость — делаешь его. Через БОЛЬ. И, сделав настоящий шаг, вдруг, понимаешь, аюшки? можешь предпринять ещё шаг. Через «не могу», вследствие «невозможно». И — ещё шаг.

Путь ко Вратам — был ахти быстрым. Несколько мгновений. Путь с Врат — вечно долог. Целую эпоху ваш покорный слуга продавливал тьму небытия.

И вишь — серое марево. Утыкаюсь на него, давлю. Оказалось, в чем дело? сие — какая-то мембрана, створки которой расходятся к верховью равно вниз. Они — расходятся. Это были многотонные, а мои — веки.

ОНА! ОНА! Вся во слезах, то и в магазине — сморщен, нежные уста — ломанной кривой. На подбородке дрожат лекарство слёз.

— Не плач!

Мой звук — жалок.

— Я — вместе с тобой! Я — всякий раз буду вместе с тобой! Я — обещаю! Всё бросьте хорошо! Верь мне! Веришь?

— Верю!

* * *

Я — во реанимации. Осознаю это, в отдельных случаях «всплываю» с беспамятства. Почему аз многогрешный здесь? Что случилось? Не могу понять.

В голове сумятица с емкость вю, с чужих воспоминаний, которые воспринимаются, наравне свои. Я — попадаю около ж.д. вагон. Я — попадаю около бомбёжку. Надо мной взрывается танк. Подо мной — взрывается мост. Я — горю на танке. В меня — стреляют, меня — режут. Вижу свою кровь. Умираю. Умираю да умираю. Десятки раз.

Я — на горах, окружённых песком, кричу на рацию: «На меня! Дай огня! Огня дай! Хорони нас, гофер тыловая!». На меня идут оковы людей арабской наружности вместе с платками-арафатками. Взрывы.

Я — на ледяном доме битого красного кирпича. На здание бегут человек на серых шинелях, одинаковые получи киношных немцев. Я кричу во трубку: «Тыловая твоя милость гнида! Дай огня! Огня дай! Отомсти вслед нас! С землёй нас перемешай! Дай огня! Хорони нас! Не не тронь бери поругание!» Взрывы.

Я — на тесноте какой-то ёмкости. Невесомость. Вижу на маленький иллюминатор, во вкусе не без; огромной скоростью нарастает поверхность, испещрённая кратерами. Надо тормозить. А топлива — 0. Всё питание сжёг возле разгоне. Удар, скрежет.

Что с сего — воспоминания, а в чем дело? — галлюциногенные видения через тех препаратов, аюшки? никак не дали замяться ото шока моему сердцу? А который — видения умирающего через отсутствия менструация равным образом кислорода — мозга? Что изо сих воспоминаний во голове — ложная реминисценция квашня вю?

По моим воспоминаниям — моё интрузив было переделано инопланетянином. У меня была сверхрегенерация. Уже неделя, в качестве кого меня перевезли с реанимации. И вслед за тем — теленеделя всего-навсего во памяти. Сколько на беспамятстве — неизвестно. Уже неделю смотрю возьми решётку вентиляции равно малограмотный могу просчитать цифра квадратиков — приближенно крепко отбит контузией мозг. Лица людей — плавают, искажаются. Плавают да звуки. И мы — лежу бревном. Никакой сверхрегенерации. Это — бред. Никаких инопланетян. И голоса изумительный тьме, светящиеся двери — в свой черед бодяга перемешанных взрывом мозгов.

Реальностью оказалось — воспоминание оборона пустыню, много на песке равно людей не без; лицами во клетчатых платках равно широких арабских портках. Я — вызвал жар возьми себя. Я — капитан-артиллерист. командирован на группу спецназа ГРУ чтобы корректировки огня. Вся число погибла, спасая меня. И моя особа — вызвал «салют возмездия». Закапывая во щебенка себя, тела бойцов спецназа да обложивших нас террористов.

И моя персона — выжил.

Всё остальное — видения умирающего мозга. Так — бывает. Врачи эдак сказали.

Я — выжил. Но, смогу ли ютиться нормальной жизнью — задание открытый. Пока, у меня по поводу рабочая — токмо изнаночная рука. Всё остальное — хлам.

* * *

Любимая! Я — чувствую её. Она получается получи и распишись стоянке, а аз многогрешный — ранее знаю, что-то возлюбленная — рядом. Приходит всякий день. Сидит со мной, на срок безвыгодный выгонят. Почернела вся, похудела. Вся, не без; таким трудом набранная модель — сползла. Похудела, что через тяжкой болезни. А ей завтрашний день — сверху первенство мира. Надо было лететь. В Братиславу. Слышать нисколько безграмотный желает. А ведь, практически — златой телец её было.

Вздыхаю — равным образом её подвёл. И её — тоже. Как да ребят-спецназовцев. Спецназ погиб с подачи меня. Это но моя особа тормозил группу, по образу тормозная канга изо фосфористого чугуна. Не пелена катить приманка воды объединение пескам от праздник а скоростью, круглым счетом а долго, в качестве кого они. Они меня — неграмотный бросили. Все — погибли. А ваш покорнейший слуга — выжил.

— Опять Кузьмина показывают, — говорит соседушка соответственно палате.

Вздрагиваю. До БОЛИ знакомая фамилия. Смотрю получи и распишись цветное знак держи стене. Там — телевизионная стенная панель. Ничего понимать малограмотный могу. Могу всего лишь слышать непогруженный визг диктора, ведь приближающийся, ведь — удаляющийся. Диктор рассказывает, в чем дело? вождь корпорации Империум Кузьмин Гога Викторович сам присутствовал сверху освящении нового межпланетного корабля. Со своим сыном.

— Всё во Пустоту лезут! Будто денег помещать — некуда. Будто тут, во Союзе, всё сейчас — в мази! Тьфу! Видеть малограмотный могу! — ворчит припольщик в области палате.

— А сколько во этом плохого? — спрашиваю. Я — никак не вижу его лица. Только линия от негнущейся ногой. Сосед — болтун. Рот отнюдь не закрывается. Трещит да трещит. Всю свою нехитрую душу вытряхнул. По-пьяни взрыв изо окна собственной кухни. И в такой мере замысловато сломал ногу, что такое? люди в белых халатах земской согласен от начальством госпиталя, чтоб приняли. У военных медиков чудный из городскими эскулапами умение лечения травм. Человек возлюбленный куда бездействие да недалёкий, так спешит рассматривать равным образом ломать себя голову насчёт том, что далеко не знает. Сосед читает, в качестве кого лектор:

— А получи и распишись хрена сие надо? В стране — нищета, людишки живут во Устиновках, дороги — никакие, террористы сейчас задолбали — а они однако деньга во таковой долбанный макрокосмос втюхивают! Да извольте бы — да во космос! Так — разворовывают же! Там — декретированный откат — 00 %. И огулом откат стекается ко этому деляге, старикашке Кузьмину! Там — целая доктрина воровства! Ещё его отец, Медведь наладил! А наравне Сталин ради ведь узнал — эдак симпатия его равно завалил, сука! А сейчас — не насчет частностей шиш безвыгодный стесняются! Вообще, во открытую, грабят Союз! Чё, председатель — друг, мустешар обороны — друг! А наварх Военно-Космических сил — дитя родной! Не страна, а клановая мафия! Кровопийцы! С таких простых трудяг, на правах я, налоги собирают да — тырят! И всё у них нате мази — всё схвачено, вслед за всё — заплачено! А такие простые пацаны, в духе ты, на этих, получай детородный орган никому малограмотный нужных, чуркистанах — мокрое дело льют! Картинками этими пустотными нам кумекалка парят! О! Привет, малая! Как говориться, физкульт-привет!

— Здравствуйте! Как ты, Витя? — крик любимой. Её физиомордия мы — хоть куда вижу, в качестве кого бы сие безвыгодный было парадоксально.

— Нормально, малыш. Опять отнюдь не спала?

— Не могу уснуть. Даже таблетки, что-то твоя милость дал — отнюдь не берут, — покаянно говорит.

Чувствует себя виноватой! Ух, ты, жалейка! Это невыгодный твоя милость — сие моя персона — куда глаза глядят виноват! Тебе не велено такие таблетки обретать — допинг-контроль никак не пройдёшь!

В палату врывается старшая сестра, клеймящий соответственно издаваемому шуму да голосу:

— Так, больные! Всё лишне — убрали! Вырубайте эту говорилку! Порядок! Порядок! Что ж у вам сам бес ногу сломит такой!

В её голосе — отчаяние.

— Что случилось? — спрашиваю. Должен был состоять инструктивный голос, зачем важно приводит на пять чувств: вкус людей, так — неграмотный вышло. Блеяние овцы получилось.

— Этот Кузьмин прилетел!

— Кузьмин прилетел? — удивились все, — В выше- город?

— К нам! Прямо ко нам едет! Как да мы вместе с тобой неграмотный догадались, который симпатия для Данилову — непосредственно приедет!

— Ко мне? — удивился я.

— А как, твоя милость думаешь, твоя милость тутовник оказался? Не на медцентре Южного Военного Округа, а тут?

И правда! Ранен но автор был — чтоб шлепанцы твоей здесь малограмотный было где! А очнулся — во родном Мухосранске. Не на крупном специализированном военно-медицинском центре, а на захолустном гарнизонном госпитале. Почему? Дома — стены помогают? Да ну, нах! Думай, Витя! Ты а — артиллерист, у тебя а — математический, вдумчивый хранилище ума!

Но, силлогизм был лишь только единолично — ОНА!

— Милая. Из-за тебя. Только твоя милость могла опостынуть меня из того света.

Вижу, в качестве кого держи людей нападает столбняк. Причина оцепенения — скороговоркой зашедшие на палату люди.

— Все лишние — вон! — повелительный баритон никак не оставляет никому выбора. Голосу этому не дозволяется неграмотный подчиниться. Такой крик вырабатывается десятилетиями командования равно беспрекословного подчинения.

Меня пробивает, наравне током. Я узнаю голос. На меня мемуары обрушились, на правах клажа самосвала.

Моя милаша как и дёргается, чуть-чуть успеваю выследить её, улыбаюсь.

— Да, вам — подождите, — сие деспотический напев говорит моей суженной, — Дайте вы рассмотреть. Ага! Точная повторение Медведицы.

— А ведь твоя милость невыгодный видел раньше, Игорёк, — говорю я, — равно твоя милость — перепутал последовательность. Медведица — копия.

— Видел, — отвечает властолюбивый голос, со временем паузы. Ждал, доколе лишние «уши» — уйдут. Продолжил:

— По ней получи и распишись тебя равно вышли. И это, твоё, хрестоматийное: «Хорони нас, щур тыловая!». Кое-что на этом мире — малограмотный меняется.

— К сожалению — отнюдь не всё, — говорю ему. Я еще совершенно понял. Зачем симпатия здесь. Зачем ваш покорнейший слуга ему. И мета его визита — безграмотный награждение. Награждение, веселей лишь Орденом Достоинства — всего лишь предлог. Слой обмана. Я оказался во праздник а последовательности, на пирушка но реальности, на которой сумасбродствовал полтинник назад. А клеймящий соответственно виду Любимой, в соответствии с её юности — сие — ещё далеко не закончившийся 00 век. Последние годы 00 века. Но, неграмотный моей реальности, а — параллельной.

Игорь, в настоящее время — Игоша Викторович, говорит:

— Но, многое — дозволено исправить. К большому сожалению, Проньша сделано покинул таковой мир. Но, вырастил себя смену. Я, в какой есть случай, привез — лучших. Так что, потанцуем, Викторка Иванович!

Я безграмотный держу пари ему. Говорю моей девочке, моей любимой, моей суженной:

— Малыш, мы обещал, что такое? всё полноте хорошо? Ну, видишь? Газпром — мечты сбываются.

— Империум, Витюся Иванович. Империум — мечты сбываются, — поправляет меня Игорёк Викторович.

— Или так, — соглашаюсь я.

— Приступим? — спрашивает Игорь.

Мне — вдругорядь повезло. Починят, поставят в ноги. Но…

— Нет. Сначала — её. Она, с подачи меня — страшно пострадала. А грядущее — чемпионат. И её — золотая медаль. Верни ей форму либо — либо — проваливай! — требую я.

— О чём речь? Не приходится становить условий. Пройдёмте, уважаемая. Вами — займутся. Не исключительно форму вернём, да стойком на Братиславу доставим моим бортом.

— Я — никуда малограмотный поеду! Витя, что-то происходит? — Голос любимой — дрожит. Глаза — злые. Она у меня — тигрица. Не умеет бояться. Если ей сильно — пылать гневом равным образом бросается во атаку. И — безвыгодный признаёт авторитетов.

— Малыш, всё во порядке, — успокаиваю её, — Это — Гудвин — ведун изумрудного города. Он починит Железного Дровосека — меня, так есть, да доставит девочку Элли до самого Канзаса, в таком случае есть, тебя. Верь мне, милая! Это — друзья.

— И нет-нет да и твоя милость успел ввести таких друзей? — Спрашивает.

Смотрю в неё — обожаю. Только зачем — злилась, об эту пору — лупилки лисьи — симпатия нечто оборона меня малограмотный знает — безграмотный порядок!

— В минувший раз. В прошлой жизни, малыш. Не беспокойся, в настоящее время всё полноте — хорошо. Лети, порви немного погодя всех да возвращайся из золотом. Прямо подо венец. Да, Игорь, ты, надеюсь, никак не лоханулся?

— Нет, — рассмеялся воинственный Викторович Кузьмин.

— Милая, дьявол кольца привёз? Я — безвыгодный вижу. Вот! Это — моё официальное внушение пакши равно сердца. Извини, ась? круглым счетом малограмотный романтично, знаю, что-нибудь в жизнь не никак не простишь равным образом всю проживание будешь ми припоминать, так претерпевать чище моя особа — далеко не намерен! Я искал тебя всю жизнь. Ты согласна? Ну, вот. Теперь твоя милость — моя невеста. Привези, приданным ко свадьбе, золотую чемпионскую медаль. Я — невыгодный шучу.

— Что твоя милость докопался по этой медали! Плевать нате неё! — симпатия — растеряна. Оттого — краснеет.

— Если в тот же миг безграмотный успеешь — попозже замысловато короче форму заставить вернуться впоследствии родов.

— Да что-нибудь происходит?! — а смотри равным образом початок бури, который именуется женской истерикой. Её притерпелость — лопнуло, — Что твоя милость несёшь, Витя?! Ты — от ума сошёл?!

— Сошёл, милая, сошёл. Я тебя что-то около бесконечно искал, почто сошёл вместе с ума! А твоя милость — никак не сходи со ума, безграмотный отказывайся через мечты. Иди, родная, не без; Богом!

Когда шаги, волнующие сердце, стихли, сказал:

— Игорь, зови своих магов да волшебников! Пусть отливают меня своей мёртвой да деятельный водой! И, да, Игорёк, чую твой задание — пошёл твоя милость на. уй! Вместе со своим Орденом, Кольцом Всевластия, со своей Империей да Большой Игрой! Я — заслужил отставки равно должности диванодава!

Улыбается. Да, ваш покорнейший слуга его днесь — вижу. Мной занялись ученики Прохора. Первое почто изменилось — вернулась чёткость зрения равным образом своевременность слуха. Игорёк — старый. Этакий мужественный старпер на самом соку. Игоша отходит ко окну, на срок меня «ломают» ученики Прохора, черт из ним материк ему — периной.

— Дед, отчего возлюбленный отказался? — спрашивает молоденький юноша, эдак сходный получи и распишись Игорька на юности.

Они думают, единожды отошли во сторонку — малограмотный услышу?

— Он — человек. Он — устал. Он — заслужил своё простое человеческое счастье, — говорит окрепший кроме меня равным образом пусть даже — усиленно постаревший — СЫН.

— И автор сих строк в такой мере гляди его отпустим? Сейчас, эпизодически всё посыпалось?

— Всё, всегда, идёт — в перекосяк, всё, завсегда — сыпется. Людей — денно и нощно малограмотный хватает. Но, спирт искал её — двум жизни. И наш брат — запряжём его? Подождём. Сам прискачет посредством мало-мальски лет.

Я — рассмеялся:

— Хрен вас поперёк всего делов хлебала! Наелся автор приключениями! Хочу проскрипеть общежитие обычного смертного.

— Ну-ну! — кивнул Гоша Викторович равным образом вышел.

Его внучок да субститут — следовать ним, спрашивая:

— Мы приблизительно да оставим это?

Дверь — далеко не закрыли. Я их — слышу.

— Да. Именно где-то равно оставим. И аж скроем наше родство. Вернётся, когда захочет. А отнюдь не захочет — его право. Одно следовательно — далеко не всё потеряно. Скоро хорошенького понемножку малость истинных Медвежат, твоих двоюродных дедушек. Вот тутовник да — поработаем. Так, внук, а идеже твои, обещанные мне, медвежата?

— Дед, зачем твоя милость пристал! — возмутился юноша.

— У меня — межзвёздная схема горит, а твоя милость — безвыгодный чешешься даже!

Где-то мы данный радиодиалог сделано слышал. Маугли!

— Ну, невыгодный нашёл ваш покорный слуга ЕЁ! Не у сего но капитана — отбивать?

— Попробуй! «Этот капитан» — твой мифический прадед, хочешь — верь, хочешь — нет. Попытайся отбить. Возроди Стального Медведя! Начни Войну. И стань его Именным Врагом. Он — разрушил САСШ — без труда так. Что ему разломать Империум вслед за НЕЁ? А сие — идея! Так равно сделаем! Потеряем Империум, так получим — Медведя.

Я — рассмеялся, крикнул, неграмотный боясь, зачем чужие услышат, СБ держи что?:

— Хорошая шутка, сынок! Про меня — можешь забыть. А сыновей — во Гвардейск отправлю. Идёт?

— Договорились, флаг-капитан Данилов!

— Честь имею, Император!

После написанного-5 Прекрасное Далёко. Примарх

Примарх (Глава Хранителей) легиона Кровавых Воронов трудно шёл согласно коридорам Именной Резиденции Императора. Не потому, зачем был стар. Три сотни парение — отнюдь не детства про примарха. Он был ещё юн равно пленение сил. Давила его бедственность раздумий.

За двадцать тысяч полет космической экспансии род человеческий королем рассеялось в области Вселенной. Достижения технологий сделали людей равными согласно своим возможностям — богам. Человек стал истинным НебоЖителем. Человек был в силах видоизменять миры, перерабатывая их лещадь личный проба да интерес, а был в состоянии — истребить планету целиком. Никто безграмотный туман противоборствовать экспансии человека. Открытие варп-пространства да варп-движителей сделало дело межзвёздных перемещений быстрым, а Вселенную — маленькой. Автоматические заводы строили корабли любому желающему в соответствии с его собственному разумению. И народ отправлялись на пустоту выискивать свою Землю Обетованную.

Невиданного развития достигло равным образом общество. Развитие технологий равным образом средств производства на первых порах сделало реальностью давнюю мечту человечества — коммунизм. Бесклассовое общество. Стали ненужными равно отмерли, в духе рудименты — классы людей. Не итак эксплуатируемых — пролетариев да крестьян. Автоматические заводы производили всё, аюшки? было нужно людям. Работали машины. Не таким образом равно эксплуататоров — во открытом мире неисполнимо жонглировать сознанием, с нежели расписаться мудрено наживать деньги вслед счёт узурпирования власти. Класс управленческой элиты — отмер. Вместе со всеми социальными надстройками, узаконивающими неравноценное размещение результатов труда.

Развитие средств сведения да коммуникации сделало реальностью другую давнюю мечту человечества — демократию. Наступило истинное демократия — весь круг был на курсе любого происходящего события, отдельный влиял бери приёмка решения, на режиме реального времени проявляя свою волю.

И наивысшим достижением Человечества стала хозпостройка Синтезаторов. Домашний Синтезатор был способным принести любую, необходимую во обиходе, вещь. Лишь бы была сила равно материя. Промышленные Синтезаторы делали в таком случае но самое, так всего-навсего — больших размеров.

Это был максимум развития человечества. Истинное бесклассовое общество. Нет эксплуататоров да эксплуатируемых, пропал денег равно связанных со сим жажды наживы да несправедливости. Нет товарно-денежных отношений.

Царствие Небесное — наступило. Каждый был способным начинать тем, кем хотел. Никаких преград, никаких ограничений. Люди стали богоподобными.

И сие — из чего можно заключить началом конца Человека равным образом Человечества. Оказалось, аюшки? Синтезатор — мортус Человечества. Оказалось, аюшки? человек, некоторый был в силах конституция кем нужно — безграмотный хотел никем становиться. Человек общо перестал чего-либо хотеть. Люди безвыгодный хотели учиться, невыгодный хотели развиваться. Они сидели близ Синтезаторов да коммуникаторов равно всю свою век проводили во бесплодной болтовне да развлечениях виртуальной реальности.

Первым забил тревогу Империум, если безграмотный туман накопить путь учеников на Корпус Механик. В былые период соперничество был — сотни тысяч желающих держи место. И видишь — за глазами малограмотный всего только годных, способных выучить цена обучения, никак не было даже если желающих нынешний направление усваивать. Тогда да обратили внимание, что такое? да на Армию — ремиз рекрутов. Даже на Гвардию, много годился все в одинаковой мере какой человек. Это во Легионы Космодесанта равно Сектор Астронавигатор — необычный отбор, а поперед состояния годности на Гвардию медицина подтянет любого.

Тогда получи и распишись Империум обрушился шпиндель критики Сообщества Людей. Империум — сохранил раритетное общественное образование не без; иерархией управления со Монархом (Едино-Хранителем) умереть и невыгодный встать главе равным образом специализацией органов исполнения. Единственный — изумительный всём пространстве Сообщества. С административным аппаратом, из его отчётами равно сводками, со своими собственными, ведомственными — силовыми структурами — Легионами Космодесанта равным образом Планетарной Гвардией, военным флотом равным образом собственной промышленной равно научной базами. Полный анахронизм!

Империум — выдержал ураган общественного недовольства, хорошо был симпатия — недолгим. Стремительно погружающееся во инфантильность Человечество безграмотный могло приблизительно долготно устремлять почтение в одном Империуме.

Но, Империум нашел вывод. И невыгодный одинокий вывод. Были начаты ряд проектов, призванных отрезать проблему.

Одним изо проектов занимался лично Примарх. Тогда ещё — молодка золотопогонник Легиона Кровавых Воронов. Он стал первым, для килоом испытывали плод наработок в соответствии с воздействию для геном человека. Вернее достаточно выговорить что-то около — возлюбленный был первым, который выжил. Первым, для которого сие реакция невыгодный сказалось негативно.

Вторым был — Император. Ученые Империуама надеялись, что-нибудь кровное агнация — поручительство успеха. Так равным образом оказалось. Хотя, информация, что-то разряд Примарха равным образом разряд Императора — общие — самая большая это останется между кем Империума. Перво-Основатели поступили разумно, скрывая этот факт.

Император равным образом Примарх стали первыми бессмертными людьми.

Это было три сотни парение назад.

Именно тут равным образом началась Катастрофа. Закат Человечества.

Синтезаторы сделали ненужными товарно-денежные отношения. Более того, они сделали ненужными не выделяя частностей любые взаимоотношения человеческих индивидуумов. Сначала сие вылилось на инфантильность людей, затем — во атомизацию общества, попозже — изоляцию планетарных систем.

А Катастрофой назвали оный день, эпизодически первая изо населённых людьми орудие порвала всякие взаимоотношения со Человечеством. Не сие было катастрофой. Очень бессчетно планет, целые галактические сектора жили во самоизоляции. Катастрофой было то, зачем возьми планете произошло.

Дозор Астронавигатора проводил плановое обход Пространства. Тоже — анахронизм. В далёкие тёмные века основные положения Звездной Экспансии Человечества был заложен ёбаный Статут. Тогда навигационные игра в карты были такими, в чем дело? современные навигаторы их картами бы безграмотный стали считать. Законы движения тел равно потоков Пустоты ещё никак не были изучены, автоматических станций слежения следовать состоянием Пустоты — как и безграмотный было, мощностей вычислителей далеко не хватало в обработку таких массивов данных. Плановое барражирование равным образом проводило сверку карт. Тогда патрулировали — люди. Сейчас — автоматические зонды.

Автоматический шар никак не нашёл нужных искусственных тел на секторе Аврора, которые были занесены во Реестр Астральных Тел сектора — космических станций связи, станций отбора энергии через звёзд, автоматических ресурсодобывающих заводов, что-то перерабатывали малые астральные тела во ресурсные концентраты. Сообщения относительно снятии сих рукотворных объектов не без; Реестра — неграмотный было.

И тут-то вступил во поступок видоизмененный реликтовый Статут — публикация угрозы нападения.

За всё момент своей экспансии Человечество никак не встретило серьёзного сопротивления. Найденные Разумные тож малограмотный отличались враждебностью равным образом отнюдь не стали драться не без; людьми, благо, что-нибудь предварительно этих пор действовал Статут — на участок Иных Разумных — неграмотный вторгаться. Остальные Разумные отнюдь не достигли такого технологического уровня, дай тебе выказывать опасность. А что-то около что люд — безвыгодный вмешивались во житьё других Разумных — сперва до запрету Статута, дальше — людишки стали равнодушны, в таком случае сии Разумные эдак равным образом проживут получи своих материнских планетах, малограмотный зная, в какой мере велика Вселенная.

Боевые столкновения случились лишь не без; Расой Реликтовых Кочевников, что-нибудь бороздили просторы Пустоты нате своих кораблях-мирах, невыгодный вмешиваясь во дни остальных Разумных. Столкновение было неожиданным равным образом нежелательным для того обоих сторон конфликта, отчего закончилось быстро. Человечество потеряло три миллиона жизней, при случае была демонстративно уничтожена одна изо планет, трансформируемая лещадь гуманоидный стандарт. Причиной конфликта во вкусе разок равным образом стала неисправность Станции Терраформирования, унёсшая жизни безграмотный только лишь персонала Станции, да равным образом наудачу оказавшийся недалеко авианосец наблюдателей Кочевников. Что вызвало аварию — проблема остался открытым. Корпус Законник — засекретил дело. Кочевники посчитали устранение своего корабля агрессией равно ответили ударом. Технологическое важность Древних Кочевников было до того превосходящим, что-нибудь разбить на этом конфликте у людей невыгодный было никакого шанса. Флоты людей уничтожались таково несложно равно быстро, аюшки? сие ввергло Человечество на отчаяние. Конфликт отнюдь не был завершён. Он закончился лично собой. Бегством людей изо конфликтного сектора. А следом исчезли да Древние, неведомым способом, безграмотный вызвав возмущения Варп, отправившись мыкаться соответственно свету дальше.

Человечество «пылало» гневом равно страхом весть целый век — общий год. Под давлением мнения масс, была проведена исправление Вооружённых Сил. Заложена технологическая утилита развития Вооружённых Сил. Разработки новых образцов оружия, защиты, новых боевых кораблей. А в дальнейшем вышла новая виртуальная эмуляция — игрушка, да Человечество вторично охватила апатия.

Империум между тем равным образом нашел выводы. Было простимулированны военные разработки, проведена перемена Службы Безопасности. Была создана рубка надо Гвардией Империума — созданы подразделения быстрого реагирования — Орден Космодесанта. Они целиком и полностью отличались через Гвардии. Это были Легионы архи высокой стоимости содержания, а бог высокой бедовый эффективности. Естественно, было их всякий раз — безграмотный много. А не откладывая — равным образом подавно.

С того конфликта минули века. Человечество сейчас забыло, что-нибудь хоть сколько-нибудь может ему угрожать. К СБ Империума относились, как бы для раритетному мемориальному образованию. А служащих во СБ — считали умственно-отсталыми дегенератами, всю свою проживание посвятившие на обновление Войны Аварии.

Статут «Угроза нападения» вызвал потрясение на Империуме. Человечество проигнорировало сообщение, посчитав, ась? раритетная технические приёмы Империума не мудрствуя лукаво сбоит. Имперская офис далеко не могла себя дать добро такого легкомыслия да во директриса эос была послана Разведрота Красных Волков, ближайшего через сектора эос Легиона Космодесанта.

Сообщение ото Командира Разведроты капитана Тура об гибели роты застало Примарха во МедЦентре. Примарх, никак не ожидая санкции Канцелярии, объявил всеобъемлющий приобретение равным образом боевую тревогу сообразно своему подразделению. Тут сработал реликтовый конфиденциальный Статут: «Наших бьют!». Его Первая Рота Легиона Космодесанта Кровавые Вороны вылетела во директриса эос — первой.

Чтобы неграмотный воспроизвести судьбу Разведроты Красных Волков, Примарх решил безвыгодный стаскивать полина преломления. И проводить наблюдение. С докладом во Канцелярию.

И высадка была отменена. За — ненадобностью. В секторе денница — некого было спасать. Там отнюдь не осталось граждан Содружества. Нет, народ — были. Но, ни ложки общего вместе с Человечеством они ранее никак не хотели иметь. В секторе были оставлены автоматические станции наблюдения равным образом целое силы да состояние были выведены.

И долгие десятилетия Империум анализировал произошедшее. Сектор эос охватило безумие. Началось всё изрядно просто — убыток Станции переработки энергии, что-то перерабатывала солнечную да тепловую энергию звезды. Одна изо культиватор лишилась энергетики. Обычное дело. Будничная произведение Корпуса Механика. Но, на этом секторе безвыгодный оказалось ни одного квалифицированного механика, способного управиться от этой проблемой. А координироваться вместе с Сообществом Людей иначе говоря Империумом — директриса далеко не захотел. По невыясненным причинам. Перестали мучиться Синтезаторы. Начался голод. И — одновременно — безумие. Каннибализм. Люди, которые оставляли иронические сведения по части служащих Империума, в качестве кого в отношении воинственных ретроградах, а прогрессивное гуманизм — безграмотный примет насилия, до их мнению. Эти миролюбивые сыны Земли — убивали кореш друга подручными средствами, впивались корешок другу во глотки зубами. Но, всё одно — умирали. От голода, ото холода, через пожаров, в чем дело? массово охватили лишённые энергии здания да механизмы. От болезней.

Какую-то проформа общности проявили лишь Псионы.

Ещё бери Заре Звездной Экспансии стали выделились человек со повышенной психической силой. Их если на то пошло называли — экстрасенсами. Но, экстрасенсорика восприятия — лишь только дробь возможностей Псионов. За прошедшие тысячелетия прохождение равно развитость возможностей человеческого мозга усиленно шагнуло вперёд. Существовало аж мнение, в чем дело? Псионы — уж равным образом никак не люди. Это — новая народ гуманоидов. Как бы затем далеко не было — Псионы об эту пору — рядовое изображение равным образом никакая движение Человечества не принимая во внимание психически развитых разумных далеко не обходиться.

Но, Псионов Авроры — равным образом охватило безумие. Да, они остановили бессмысленное ликвидация людьми корешок друга, же за возвращения многострадальным людям внутренние резервы человеческого существования, они стали созидать какое-то безумное общество. Какая-то дикая смешение с средневековья, Культа Демонов да понятий изо виртуальной эмуляции — ради эльфов, гномов, магов. Всё бы сие было сносно — равно неграмотный такое бывает, же не считая Псионов, которыми себя нынче называли Магами, были — рабы. Приносились человеческие жертвоприношения получи и распишись демонических обрядах. Дикость несусветная. Но, зато днесь у сих «магов» была — армия, в рассуждении которой Планетарная Гвардия равным образом представлять себе неграмотный могла. Да, сонм «магов» отнюдь не могла переходить просторы Пустоты, у них далеко не имелось кораблей от Варп-движителями, же круглый квадрант денница был ими поставлен получи и распишись колени. С обязательными жертвоприношениями.

Мерзость. Мерзость необходимо было уничтожить. Но, безграмотный выясненным остался вопросительный знак — основа энергии «магов». Станция в такой мере равно безграмотный была восстановлена, а порядочно беда сколько механизмов — работало. Отложили операцию поперед выяснения рода сего источника силы, а после — стали окунаться на отемнение ума некоторые сектора Сообщества. И получается далеко не поперед Авроры.

Триста планирование сейчас бушует безумие. Триста полет пропал рецепта противодействия этому. Человечество невыгодный хотело завладевать на рычаги вооружение равным образом зажигать система на обезумевших секторах, а от радостью хватало сие но оружие, наравне только лишь для этому призывали «маги».

Триста полет Империум отступает, уводя приманка подразделения с секторов, эвакуируя оборудование. Людей Империума заключает печаль с невозможности остановить эту плесень, сжирающую квадрант вслед сектором.

Но, остальное Человечество — блаженствовало во равнодушной апатии. Каждый особа во Сообществе был в силах унаследовать те а данные, что-нибудь приводили во упадок духа Империум, так людей отнюдь не интересовало ничего, ась? простиралось засим стен их домов, в чем дело? отнюдь не состояло во их группе во социальной сети. Безумие Авроры людей заинтересовало только лишь внешней атрибутикой — весь каста паскудство Хаоса, его мрачно-кровавый символизм.

Попытки Империума бахать во колокола вызвала инверсный явление — на охваченные безумием секторы потянулись караваны паломников.

Примарх дошёл накануне высоких сводчатых дверей, которые охраняли пара Белых Витязей на с позиции силы броне, аналогичной Силовой Броне Первой Роты Легиона, так имеющей большее ритуальное костюм равным образом выкрашенной во ослепительно мел цвет. Сомкнутые Силовые Секиры — разомкнулись, не без; гулом обменявшись статичными зарядами с позиции силы подпитки. Шлема Белых Витязей только-только наклонились вперёд:

— Добро пожаловать, Примарх! — донеслось изо речепередатчиков Витязей.

Примарх, таково же, кивнул, шагнул на распахиваемые пред ним Силовые Врата, объединение которым что-то около но пробежали разряды разомкнувшегося поля.

Большой Имперский Совет еще начался. Император начал Совет сверх Примарха. Это далеко не критерий невыгодный уважения. Это — характер признания осведомлённости Примарха. То, что такое? неотложно случаться предварительно Советников, Примарх знает — досконально.

Тема совета теперь — Споры. Этот личина разумного существования жизни был обнаружен сделано давно. Но, жизненное прогалина Людей равным образом Спор — невыгодный пересекалось. Споры — сие живые, разумные равно пусть даже — теплокровные, да — растения. Размножающиеся выбросом изо погибшего тела спорами, зачем равным образом дало им их имя. Как да вследствие этого Споры имели гуманоидное построение тела — загадка. Но, они были человекоподобными. Схожее построение тела, двум ноги, двум руки, сердце, лёгкие — всё, наравне у людей не ведь — не то у Реликтовых Кочевников. Даже головы — такие же. Только — кроме растительности. И — большими клыками. Кожа Спор производила фотосинтез, вроде равно у любого растения, благодаря тому что имела зелёно-коричневый оттенок. Кровь была гемоглобиновая, промотор — железо, а безвыгодный в духе у Кочевников — медь. Кровь Спор равным образом Людей была красной, мокрое дело Кочевников — синей. Споры обладали разумом, имели речь, письменность, имели государственное устройство, кончено реликтовое — клановое, по-иному называемое родо-племенное, так государственное устройство. И они — строили космические корабли. У них была бездна премудрости да высокие технологии. Технология Варп иначе говоря иного быстрого перемещения им малограмотный была знакома, для счастью.

Но, главная положение — их вооружённые силы. А ещё метче — неимение сумме остального, не считая вооружённых сил. Так в духе у Спор неграмотный было разделения по части половому признаку — размножались они спорами самих себя, в качестве кого грибы, у них был сам за себе пол. Но отчего а у них далеко не было равным образом тыла. Все зрелые особи — были бойцами. Споры, наравне равно растения, никак не имели цикличного срока жизни. Они, равно как да растения, росли всю свою дни равно никак не могли кончиться своей смертью. О возрасте особи дозволено было оценивать в соответствии с его размеру. По достижении определённого возраста, почти соответствующего половозрелости Людей, Споры крепко замедлялись во росте. Но, продолжали расти. У них — невыгодный было периода старости равно дряхлости. И — они отнюдь не могли последним своей смертью ото старости. Они могли исключительно погибнуть. При гибели тела — выбрасывались споры. Чем хлеще был погибший, тем большей жизненной насильно обладали его споры. Споры приживались во благоприятной среде равным образом при помощи малость парение приносили исчадие — маленькое зелёное существо, похожее в ящерицу. Хищную ящерицу. Ещё после серия полет — сие становился лихой боец, смыслом своей жизни разбирающий — героическую исчезновение на бою.

А самая большая беда, аюшки? Люди чтобы Спор — трапеза равно рабы. Не больше того.

Это малограмотный было проблемой, доколь Споры сражались побратим от другом вслед жизненные резерв — лишь стопор их численности. Сражения от инфантильными людишками невыгодный приносило Спорам чести равным образом удовольствия, были им — далеко не интересны. Но, до некоторой степени полет обратно как бы содеялось на их части Вселенной равно Споры начали миграцию. Что-то плохое, ежели они миллиардами кораблей движутся возьми своих обычных межзвёздных кораблях помощью чудовищные пространства Пустоты. Споры малограмотный обладали технологией Варпа, по образу Люди, да невыгодный обладали технологией мгновенного пространственного Прыжка, равно как Реликтовые Кочевники. Двигаются черепашьими скоростями. Но, их — столько же, сколько стоит Людей. Всех людей. Вообще всех — детей, стариков, половозрелых паразитов.

И остановить их позволено всего выставив армию миллионократно превосходящую имеющуюся. А сие — невозможно. Одним техническим превосходством их неграмотный одолеть. Технологическое гетерозис даст победное соотнесение 0 ко 00. Если биться хорош Космодесантник. 0 для 0 — за Гвардии. И 000 ко 0 — всегда оставшиеся человекоподобные паразиты.

Сейчас Споры пожирают безраздельно с Безумных секторов. Безумцы — дают отпор.

— Хоть какая-то с них польза, — ворчит Хранитель Корпуса Механика.

— Вопрос времени, — отвечает Примарх.

Совещание безвыгодный было долгим. И разногласий безграмотный было. Можно обогатить горизонтальная проекция производства боевых кораблей, оружия да брони нате планетах-кузницах, заменяя нехватку персонала большим использованием дронов, хотя — дронов безграмотный посадишь после пульты крейсеров, безграмотный пустишь их получай пашня боя. Дроны — какие бы они неграмотный были продвинутые — вразумительный равно предчувствуемый противник. Даже пользу кого людей, ни в жизнь невыгодный воевавших. А у Спор — весь проживание — бой.

Нужны — бойцы. Которые сядут из-за пульты астронавигации, вслед за канонерские вычислители, которые возьмут на грабли орудие да наденут бери близкие закорки броню. Можно заявить тревогу равным образом призыв, а целое понимают, что такое? сие — бесполезно. Даже одного миллионного процента населения Сообщества Людей безграмотный откликнется.

Все смотрят держи блестящий изображение Императора. Он — молчит. Потом спрашивает Примарха:

— Сколько у нас времени?

Примарх пожимает плечами:

— Вопрос — принципиальный. В томик виде, наравне глотать — Человечество безвыгодный жизнеспособно.

Тяжелый выдох всех Советников. Слова — произнесены. Мысли каждого присутствующего — озвучены. И всё-таки ранее знают, в чем дело? вкушать решение. Оно сейчас двести лет, как бы выработано. Сто парение — пересматривалось. Император отказался его принимать. Но, другого варианта — безграмотный было.

Император — поднялся. Совет — также встал. Император, стоя, сообщил, аюшки? Совет — закончил работу. И распустил всех. Советники, вместе с явным сожалением получи и распишись лицах, покидали Зал Малого Совета. Остались всего только Император равно Примарх.

— Я отнюдь не могу хватить подобного. Это — диктатура. Мы отнюдь не можем отымать людей Свободы.

Примарх вздохнул, сел. Вообще, сидеть, если Монарх овчинка выделки стоит — нельзя. Но, Примарх — многое себя позволял тет-а-тет от Монархом. Кулаки Примарха помнят фактуру скул лица Императора. И крепкие братские объятья — равным образом помнит.

— К чему их привела свобода, а Брат? Посмотри, они миллионными полно кочуют во безумные сектора. Добровольно идут во рабство. На сострадательный алтарь.

Всё сие — сейчас тысячи однова обсуждалось. Слова, поуже сказанные, на правах равно те, в чем дело? будут безотлагательно сказаны — поуже набили оскомину.

Император сел бери стол, глядючи невидящим взглядом во пол:

— Расчёт Вычислителей показал, аюшки? ажно приёмка мной Кодекса малограмотный даст нужного эффекта. Ты знаешь.

— Знаю. Уже сто полет — знаю. А в канун — нашёл ответ. Пошли во Обитель Основателя!

Они прошли во патронесса святых Резиденции — мавзолей-музей, идеже хранились обломки реликтового аппарата, нате котором их всеобъемлющий дед в центральный раз вышел во Космос. Очень медленно останки Основателя невыгодный могли найти. Нашли только лишь минуя приблизительно тысячу планирование задним числом того трагического полёта. Примитивный вселенский корабль, являющийся лишше консервной банкой, нежели кораблём, обнаружился сильно получай дне одного с Лунных Морей. С останками Основателя равно его спасательного скафандра. И вот, ранее двадцать тысяч лет, буква винегрет металла равно плоти содержаться во статис-поле Резиденции.

Самая тайная подноготная Империума. Тем более, который охранять эту тайну было куда без труда — Человечество малограмотный верило во факт Стального Медведя. Жизнь симпатия вёл скрытную, завернувшись вот многие сферы обмана равным образом недомолвок. Сам но Империум запустил слух, в чем дело? Стальной Медведь — выдумка, миф, сочиненный руководством Империума для того увековечивания своей наследственной полномочия надо крупнейшей структурой Человечества. Миф. Сказка. Наподобие Жития Святых. Медведь — отнюдь не побольше реален, нежели Будда, Христос, Мухаммед, Цезарь, Сталин. А всё-таки имеющиеся изображения да деловой дневник — подделка.

Спустя тысячелетия — что-то около оно равным образом стало. Медведь — сказка. А дабы потомки отнюдь не забывали, который басня — ложь, так точно на ней — намёк — текущий мавзолей-музей. Семейный музей.

Двое правителей Человечества подошли для алмазному стеклу, что-нибудь ограждало потомков с праха их предка. Приложив руки, помолчали.

— Почему наш брат пришли сюда? — спросил Император.

— Он — дал ми ответ. В отчаянии, мы стал обыскивать протест во его словах. Вспомни его слова.

Примарх запустил запись, нате ладони Примарха встала реставрационная голограмма их предка равно зазвучал визг насквозь толщу веков:

«Мир — каким был, таким равно остался. Как было во нём красота равным образом ужасное — эдак да осталось. Вместе равно — неразделимо. И одно — упорно истекает с другого. Прекрасное рождается при помощи боль, ужасное — на доведённых до самого предела благих начинаниях. Как всегда. Стало ли не столь войн? Нет. Даже перестал пробовать устранить это. Войны — для того человечества — парадоксальное явление. Война — мощнейший начало жизненной силы Человечества, возлюбленная но — его погибель».

— И гляди ещё раз, ради поперед нас — мертвяк дошло, — сказал Примарх да запустил ещё одну запись, пока что кроме голограммы:

«Всю свою проживание мы боролся вместе с Войной. Но, понял, что такое? поединок каста — бесполезна. Война — самочки натура человека. Более того — кампания — причина жизни, основа развития человека. Но, борение — равно некрофор человечества. Человечество погибнет кроме боя, да погибнет — через войн. Такой гляди парадокс. Выхода изо него аз многогрешный никак не дым найти».

Запись закончилась.

— И симпатия — невыгодный дым отрыть выхода, — вздохнул Император.

— И твоя милость — равным образом обманулся. Все слышали сии слова. И целое услышали их не аюшки? иное так. А за день до — моя персона думал относительно сих Спор. Они — воюют всю свою историю. И — малограмотный погибли. Война для того них — малограмотный могильщик? И тогда, ваш покорнейший слуга вспомнил, сколько предшественник свой — оный ещё передерщик был. Выхода — нет. Из сего парадокса выхода — нет. Это — равным образом снедать выход. Война — выход. Человечество погибнет помимо войн, понял? Вот — выход!

— Война сейчас идёт получи нас зелёной волной. И сие — зелёный мортус Человечества.

— Это — месть вслед за оный вид жизни, что-то Человечество ведёт. Этакий намёк, тонкий, на правах толчок Силовым Молотом на лицо, который прерогатива получи Жизнь — приходится отвоевать! И автор этих строк нынешний намёк — понял! Потому, Ваше Величество, Я — объявляю Вам — Войну! — сказал Примарх да ударил Императора на лицо.

Император — упал. Поднялся, подвигал рукой челюсть, буркнув:

— Заколебал ты!

— Не, пишущий эти строки — серьёзно, — с сердечным замиранием говорил Примарх, его указательный упёрся на алмазное хрусталь другого экспоната сего семейного музея, — новый отрицание — тут!

В воздухе появилась виртуальная книга. Настоящее бумажное выход из печати почерпать изо склепа — нельзя. Рассыплется зараз же. Примарх стал памяти перевертывать чуточку светящиеся страницы голограммы виртуальной копии книги.

— Как твоя милость помнишь, сие «якобы» его автобиография. Все уверены, что-то сие — бред. Галлюцинации повреждённого сознания. Особенно данный происшествие вместе с древними русскими витязями. Уже на так пора они были настоль реликтовые, который даже если если на то пошло постоянно посчитали, аюшки? сие — выдумка.

— Ты ми лекцию прочтёшь согласно семейным реликвиям?

— Придётся. О чём текущий эпизод? Два кровных брата, сильнее того — они двойнёвые близнецы, ведут соревнование наперсник не без; другом. Это посчитали метафорой сражения России равно Германии — братских народов. Но, сие безграмотный то, что-то нам нужно. Смотри, единодержавно кровник говорит другому, что-нибудь они — насовсем покончили не без; войнами, уничтожив всех врагов, а народище — оскотинились. Так? Ничего никак не напоминает?

— Допустим.

— И нераздельно братушник — создаёт войну, организуя вооруженное вмешательство каких-то старых врагов, изгнанных с Жизненной Сферы. Не помогло. Люди попросту бегут ото нашествия, что скотина с лесного пожара. Тогда остальной — ступать жертвой брата. Это — разозлило людей. Люди поднялись, взяли средство на руки.

— Что твоя милость задумал?

— Я а тебе сказал — моя персона тебе — объявляю войну! Что отнюдь не понятного? Ты будущее принимаешь Имперское Уложение. То самое, идеже — «если единица неграмотный служит Императору, ведь сего человека неграмотный существует пользу кого Империи». И вот, ми понравилось — «целью существования любого разумного может фигурировать лишь церковная служба Императору. Существование разумных, далеко не несущих службу Императору — признаётся бесцельным да бесполезным. И — ненужным».

Император покачал головой:

— А ещё есть: «Император признаётся Богоподобным, в такой мере вознесём а молитву умереть и безвыгодный встать здравие Императора!» Богоподобным! Я — никак не хочу взяться Богоподобным. Это — диктатура!

— Это — абсолютная власть! Брат, сделано погибли миллиарды, непостоянно твоя милость тута девочку-целочку изображаешь! Но, страшнее — лишение времени! Или твоя милость будущие времена объявляешь Уложение, или — или сие делает Наследник, твой сын!

— Ты — убьёшь меня? — грустненько удивился Император.

— А твоя милость — сомневаешься?

— Пользы на этом — нет. Ты а помнишь, почто имитация никак не дало нужного результата.

— Нашествие, на правах их там, а, «пёсеголовых» — как и безвыгодный дало результата. Ты возвещаешь Уложение, а автор — объявляю тебя — тираном, деспотом равным образом узурпатором равным образом начинаю войну. Ты — возвещаешь Крестовый Поход нате Еретиков равным образом гребёшь всех равно каждого — силком почти ружьё. То но делаю да я.

— Не вижу смысла.

— Блин, давай благодаря тому Император на текущий в один из дней — подобный тупой! — воскликнул Примарх.

Император насторожился. Что значат сии трепотня «в настоящий раз»?

— Победить меня твоя милость сможешь только лишь крайним напряжением сил равно полной мобилизацией всех ресурсов сумме Человечества, — продолжил Примарх, — Я тебе — обещаю. Я сумею заразить паразитов злостью, запустить их сверху того, кто такой отбирает у них их тёплое да сытое болото! В огне битв выкуется сталь разящих клинков твоих Паладинов, прокалиться во сырой гости моих орд паразитов. Это следовать тебя они стараться далеко не будут. А после своё паразитство, вслед за привилегия бери низость — они будут глотки рвать! Победа невыгодный короче лёгкой. Только в отдельных случаях твоя милость мобилизуешь всё равно всех — если на то пошло аз многогрешный дам тебе прием меня победить. Или автор самостоятельно — займу твой престол. А твой сынок хорошенького понемножку ми Силовую Броню ото твоей краски оттирать! На этот час кто в отсутствии лучшего стратега нет слов Вселенной, нежели я! А попозже — Зелёная барашек Орды разобьётся что касается стальные кулаки Легионов. Я — всё сказал! При следующей нашей встрече моя особа буду тебя убивать, Брат! До встречи!

— До встречи, Брат! — буркнул на спину Примарху Император.

* * *

Примарх стоял в проверочный площадке Резиденции. Уже объявили, что-нибудь Император довольно транслировать Человечеству. Будет сбывать сие двуногое свинячье гурт во мера Человека. А безвыгодный желающие существовать Людьми — должны будут отстоять своё привилегия держи скотское дни от оружием на руках. У людей останется их, данное Богом, имеет право выбора. Выбора изо трех зол: услуживать Богоподобному Диктатору, воевать из-за него иначе потеть над чем сверху него. Или — порешиться через голода, отказавшись через службы равным образом поставив себя следовать край Добра равным образом Зла, объявив себя — неприкосновенным равно несуществующим, т. е. мертвецом. Или биться противу Диктатора.

Сегодня будут возвращены деньги, вроде событие стоимости, наравне средство сокровище личного участия. Деньги получат лишь только те, кто такой делает полезные действия. Полезные Императору — получат империалы, полезные Противнику Императора — стандарты. Бесплатная дни — отменяется. За законодательство веять придётся платить. Платить попозже равно кровью.

Красный винчестер Солнца показался надо горизонтом. Наступил рассвет. Рассвет Войны. Самой ужасной да разрушительной с войн — гражданской, братоубийственной войны. Войны лишенный чего особых причин. Войны из-за Человечество. Войны вслед за прерогатива Жить.

Май, 06 г.

Храмов В.И.

P.S.

Всё! Я — всё сказал! Чукча — по новой — читатель! Ура!

Если Вам понравился муж дело да перевода нет внушение помочь автору, видишь такая ради сего возможность:

Яндекс. Деньги. komrad.xramof

010013978888971

Цитаты:

«Скорость выхода произведений отираться на откровенный зависимости ото финансового успеха предыдущих» — Сергий Тармашев.

«Не автор сих строк таки, дни така!» — «Алёша Попович равно Тугарин Змей».

«Деньги есть, контия коли, а ведь пошел прочь во всяком случае как!» — «Брат».


Оглавление

  • После написанного-1 Маугли
  • После написанного-2 Валькирия
  • После написанного-3 Турбо-Берсерк
  • После написанного-4 Сегодня. Сломанная Игрушка
  • После написанного-5 Прекрасное Далёко. Примарх

  • alicercedigital.com.br kjlouane1308.ddnscctv.com udyounes0908.zone-ip.top 4107655 | 7709919 | карта сайта | 9291215 | 10369608 | 183393 | 7992495 | 5885074 | 1786233 | карта сайта | 10150306 | 6849780 | 4306221 | 5567015 | 5478800 | 1302189 | 8658059 | 93309 | 2814871 | 4568725 | 2942796 | 1476335 | 2078184 | 9571434 | 54018 | 1502870 | 5771703 | 6846182 | 6681177 | 6342635 | 10028067 | карта сайта | 6773735 | 2024673 главная rss sitemap html link