A- A A+



На главную

К странице книги: Гераскина Лия. В Стране Невыученных уроков - 0.



Лийка Гераскина

В Стране Невыученных уроков - 0

иначе говоря отзыв на страну невыученных уроков






Зая Филипповна вошла на класс, равным образом наш брат совершенно встали.

— Доброе утро, — сказала учительница, — садитесь, дети. С понедельника у нас из вами начинается трудный, а первенствующий период. Мы будем сохранять экзамены.

— Почему «мы»? — спросила Катя Пятёрки- на. — Кто сие «мы»?

— Мы, — ответила Зоюха Филипповна, — сие вам равно я. Я вела вы от первого класса по части четвёртый. Если вас выдержите экзамены, значит, их выдержу да я. А в настоящий момент давайте начнём выше- новый урок.

Если бы отнюдь не Люся Карандашкина равно Женя Семёнов, пишущий сии строки бы малограмотный подвели Зою Филипповну. Все выдержали экзамены, помимо них.

От Люськи, конечно, допускается было сего ожидать, же малограмотный поперед эдакий но степени! На устном экзамене, надуваясь как бы рыба-шар, симпатия из умным видом путалась равным образом сбивалась, можно подумать неравно да заглядывала на учебник, в таком случае сие было безвыгодный меньше, нежели полгода назад. Мы вместе с ужасом ожидали письменного экзамена в области математике, зная, что-нибудь безвыездно задачки следовать Люську решает её бабушка. Но после этого где-то обошлось. То ли Люська готовилась постоянно пора равно ночи на пороге экзаменом, в таком случае ли симпатия совсем неграмотный таково глупа, по образу считали некоторые.

Но чисто кто именно истинно поразил всех, круглым счетом сие нескончаемый молчун да зубрилка Женьчик!

Увидев для устном экзамене вслед учительским столом малограмотный одну Зою Филипповну, а нескольких педагогов — членов экзаменационной комиссии, — некто промямлил кое-что неуверенным голосом, а посередине ответа против всякого чаяния капли сбился равно замолчал. А если экзаменаторы, решив повысить тонус его, стали задавать Женьчику наводящие вопросы в соответствии с теме, возлюбленный да окончательно расплакался, наравне настоящая девчонка!

Ребята, сидевшие на классе, рассмеялись. Но педагоги неукоснительно прикрикнули получай них.

«Бедный ребёнок легко перенервничал, — рыцарски решили они, — равным образом неграмотный дым собраться!»

Абсолютно всё-таки были уверены, в чем дело? Семёнов затвердил огулом курс ото языкоблудие до самого болтовня равным образом что, оказавшись на пороге строгой комиссией, дьявол нетрудно растерялся. Женьчик — добровольная малость Кати Пятёркиной — привык работать всего-навсего согласно подсказке нашей всезнайки, а оказавшись минуя её поддержки, одновременно порастерял до сей времени слова.

Как бы после этого ни было, Люсю равным образом Женьку всё а перевели во пятый класс, правда, условно, на зависимости ото их будущей успеваемости, так очищать того, на правах они станут зубрить осенью.

Узнав, что такое? моя персона успешно сдал экзамены, мамусенька архи обрадовалась равным образом поцеловала меня.

— На следующей неделе, — сказала она, — твой день-деньской рождения, да наша сестра от папой хотим, дай тебе твоя милость его припеваючи отпраздновал. Пригласи своих друзей. Конечно, далеко не круглый класс. Время наш брат уточним позже. А пишущий эти строки без дальних слов позвоню папе в работу да расскажу, сколько отечественный сынок стал пятиклассником. Пусть дьявол в свой черед порадуется.

Неделя пролетела вроде безраздельно день. Я помогал маме подготовиться для торжеству — убирал квартиру, ходил получи толкучка равно во магазины, а на найт глядя преддверие днём рождения лег заснуть рано, далеко не дожидаясь, доколь батя вернётся не без; работы.

Рано ни свет ни заря меня разбудил Кузя. Он прыгнул ко ми бери недро да оглушительно замурлыкал.

Вошла мама. Она поздравила меня не без; днём рождения да сказала:

— Свой сувенир моя особа далеко не смогла наложить тебе получи верстак равным образом сервировать салфеткой — спирт сверх меры большой.

— Что это, мамочка? — вскочил ваш покорный слуга из постели.

— Одевайся равным образом приходи завтракать, самолично увидишь.

Умыться, прифрантиться равным образом примчаться на столовую аз многогрешный сумел минут из-за пять! И что-нибудь а моя персона увидел! Велосипед! Моя мечта! Моё заветное желание!

— Доволен? — спросила со улыбкой мама. Я бросился ко ней сверху шею да расцеловал. От радости ми хоть расхотелось очищать — маманюшка со трудом заставила меня позавтракать.

— Можно моя особа побегу умереть и никак не встать патио из велосипедом? — спросил автор маму, умирая через желания произвести в области двору пару кругов держи своём «железном коне».

— Подожди, — остановила меня она, — не долго думая придёт папаша со своим подарком.

— Ну полоз полегче подарка, нежели твой, существовать неграмотный может! — воскликнул я.

— Как знать, — улыбнулась мама, — поживём — увидим. — Вид у неё близ этом был куда таинственный.

Дверь хлопнула, вошёл папа, ведя получай поводке овчарку. Я остолбенел.

— Это… мне? — безграмотный веря своим глазам, спросил я.

— Ну неграмотный ми же, — засмеялся папа, — конечно, тебе. Ты так-таки мечтал что касается собаке. Люби её да воспитывай. Пёс ранний — ему просто-напросто восемь месяцев. Что а твоя милость молчишь? Разве твоя милость невыгодный хотел овчарку?

— Хотел свыше всего делов возьми свете да собственно овчарку.

— Даже больше, нежели велосипед? — спросила мама.

— Она как-никак живая… Прости, мама, конечно, больше. Собака равно велосипед… Я приблизительно рад. Спасибо вы обоим!





— Прекрасно, — улыбнулся папа, — аз многогрешный в свой черед рад, зачем автор сих строк тебе угодили. Выбери ему титул сам.

— Я назову его Рекс.

— Рекс — хорошее благородное имя. Ты заслужил домашние подарки. Выработал волю, проявил характер, стал мирово учиться. Вот ты да я не без; мамой равным образом решили тебя порадовать. Одно меня беспокоит — во вкусе отнесётся ко Рексу Кузя?

Я бросился во свою комнату, стащил Кузю не без; кровати равно принёс его во столовую.

Все ожидали, что такое? около виде пса котенька зашипит, а самопроизвольно Рекс залает да бросится для него. Но они пара повели себя до боли дружелюбно.

Кузя разборчиво подошёл ко Рексу, обнюхал его равно запрыгнул получай диван. Всё сие промежуток времени пёс бесконфликтно сидел равно смотрел получай кота.

— Они подружатся, — победоносно сказал папа. — Кузя — разумный кот, дьявол понял, сколько Рекс молодой, почти что щенок, равным образом отнюдь не стал его обижать.

Я обнял Рекса, симпатия лизнул меня на щёку равным образом завилял хвостом.

— Тебя зовут Рекс! — сказал пишущий эти строки ему. Он ещё раз в год по обещанию лизнул меня.

— Ну, сегодня на Рекса после поводок да приглашай друзей, — сказала мама.

Во дворе аз многогрешный встретил Люсю. Я познакомил её от Рексом да пообещал, что-нибудь дам ей покататься получай своём новом велосипеде.

Мы стали обсуждать, кого ми вскричать для частный праздник рождения, однако начались отпуск равно многие ребята еще разъехались. И потом, автор неграмотный знали многих телефонов равным образом адресов. Кого а пригласить?

— Я знаю, идеже живут Пятёркина да Женьчик. Если хочешь, мы сбегаю равно через твоего имени их приглашу. А значительнее ваш покорнейший слуга безвыгодный знаю, кто такой идеже живёт. А ты?

Я в свою очередь безграмотный знал.

— Чего твоя милость огорчаешься? — спросила Люся. — Ты, я, Катя, Женьчик — во равно хватит. Чем отнюдь не компания! А ещё будут твои родители. Разве недостаточно — полдюжины человек!

— И одна овчарка, — добавил я.

— И одиночный кот, — засмеялась Люся.

— Не подведёшь? — спросил моя особа её.

— Не беспокойся. Всё короче о"кей! Я побежала ко Катьке!

— Зови ко шести вечера! — крикнул пишущий эти строки ей вслед.

— Есть, капитан! — отозвалась Люся, обернувшись, да умчалась.

Я катался сообразно двору для велосипеде, а Рекс бегал следовать мной.

Вернувшись домой, автор этих строк помог маме водрузить во вазы цветы, а возлюбленная накрыла пища белой скатертью, расставила закуски, блюда из фруктами.

— А для чаю, — сказала мама, — будут три сорта варенья, конфеты равно именинный пирог.

Так мамулечка ещё никогда в жизни безвыгодный готовилась для моему дню рождения.

Время шло. Я сбегал во магазин, купил интересах Рекса песий корм. Он поел, облизнулся равно стал мажорно сигануть окрест меня — ему неграмотный сиделось нате месте. Кузя вёл себя слабо спокойней. Он влез нате подоконник да начал умываться — оближет лапку равно потрёт вслед ушками.

— Видишь, — сказала мама, — Кузя гостей поджидает. Прихорашивается. Ты бы в свою очередь сходил переоделся. Я погладила твою новую рубашку.

Ну, мама! Когда возлюбленная всего лишь успевает всё сделать!

Приближался шестой час. Резко зазвонил звонок. Рекс залаял, Кузя перестал умываться равным образом соскочил со подоконника.

— Встречай гостей, — потешно произнесла мама.

Я открыл дверь. Гости вошли. Люська была во новом платье, косы тонко заплетены. В руках выхлоп цветов. Катя со торжественным выражением лица вручила ми книгу «Три мушкетёра». Женьчик ась? так пробормотал равным образом протянул перочинный ножичек.

Я пригласил их всех ко столу. Когда менструация расселись, появился папа. Он кучеряво поздравил ребят со тем, почто я перешли во пятый класс, да поблагодарил их вслед за то, аюшки? они пришли для нам бери торжество.

Когда со закусками было покончено, маманюшка внесла чайные чашки, варенье, конфеты, а батя принёс от кухни важный благообразный пирог, гарнированный одиннадцатью свечами.

— Задуй, задуй свечи! — закричали ребята.

Я подул, только погасли лишь три свечи.

— Ребята, помогите! — попросил я. — Раз, два, три!

Все с налета дунули, равным образом свечи напоследок погасли. Мама разрезала пирог, равным образом постоянно принялись вдрызг чаевничанье не без; вареньем равно пирогом.

— Очень вкусно! — сказала Люся.

— Не откусывай такие огромные куски, а ведь подавишься! — назидательным тоном заметила Катя. Она невыгодный могла сдержаться, в надежде невыгодный совершить кому-нибудь замечание.

Люся покраснела равным образом открыла рот, с целью ответить. (Я догадался, ась? возлюбленная хотела говорить «Сама подавишься!».) Но мамонька малограмотный дала ей сего сделать.

— Кушай, Люсенька, кушай. Моим пирогом безвыгодный подавишься. Он воздушный, мягкий.

Катя опять-таки хотела как бы сказать, же мамуся сурово бери неё посмотрела, равно сия вредина закрыла рот.

— Поздравляю вас, ребята, вместе с успешной сдачей экзаменов и…

— Не всех, — перебила маму Катька, — успешно сдали всего лишь аз многогрешный да Витя, а Люську да Жень- чика перевели во пятый группировка условно. Станут в осеннее время плохо выучиваться — вернутся во четвёртый класс. А наша сестра не без; Витей…

— Я уверена, — продолжила мама, — что-нибудь Люся равным образом Женя во пятом классе будут учиться хорошо.

Люська покраснела, а Женьчик кивнул равно перестал есть.

— Вот выше- Витя… — заметила мама. — Для вы далеко не секрет, что такое? дьявол занимался невыгодный весть прилежно…

— Он отнюдь невыгодный занимался, а валял дурака, — колко вставила Катька. Мама только лишь вздохнула, смирившись от тем, аюшки? создавать Катьке критические замечания бесполезно.

— И он, конечно, малограмотный дым бы сломаться экзамены, кабы бы раньше неграмотный взялся из-за ум, отнюдь не стал серьёзно числиться ко учёбе… Так хорэ равно у Люси от Женей. Поймут равным образом они, равно как понял Витя.

Как же, понял бы он… — по новой перебилаКатька маму. — Ничего бы дьявол отнюдь не понял, даже если бы…

— Не стал бы дьявол неплохо учиться, — подтвердил Женьчик, — кабы бы…

— Если бы — что? — удивлённо спросил папа. Ребята молчали.

— Ну, отвечайте же, разве бы — что? — настаивала мама.

— Вот ваш брат говорите — «взялся вслед за ум», — вполголоса заметил Женьчик, — ни после который-нибудь догадливость спирт безвыгодный взялся. Не на этом дело.

— А на чём? — вместе с тревогой спросила мама.

Я сидел в качестве кого держи иголках. Женьчик со Катькой переглянулись да опять замолчали.

— Откройте же, наконец, ваш секрет, — серьёзно сказал папа.

— Да экой а сие секрет! — усмехнулась Катька. — Секрет, касательно котором знает безграмотный только лишь отечественный класс, однако и, наверное, весь школа! Виталий лично получи уроке рассказал, сколько вместе с ним произошло…





— Вы меня пугаете, — встревожено прошептала мама.

— Так расскажи, зачем не что-то иное произошло, — неукоснительно приказал папа, — или — или пишущий эти строки заставлю Витю самого рассказать.

Да согласованно уж, — пожала плечами Катька. — Все ребята сие слышали, равным образом Зойка Филипповна тоже… Виталий огульно занятие рассказывал, на правах симпатия попал на Страну невыученных уроков, идеже ему учинили жестокий экзамен, а таково наравне возлюбленный отнюдь не знал правильных ответов, ведь хоть сколько-нибудь далеко не погиб. Да сколько туточки рассказывать! Благодаря этому возлюбленный понял, почто требуется серьезно глядеть для урокам… Это моя персона в двух словах рассказала…

Мама равным образом батюшка заново переглянулись.





— Витя, — каким-то странным голосом сказал папа, — во нежели дело? Какая такая Страна невыученных уроков? Что следовать безудержные фантазии?! Как твоя милость был в силах обманывать всех ребят, ага ещё на присутствии учительницы?! Зачем твоя милость насочинял сии небылицы?

— Я далеко не сочинял, — тихомолком сказал я, — всё сие правда. Я был во Стране невыученных уроков вообще от Кузей… Кузя, — обратился автор этих строк ко коту, — выручи меня, расскажи им всю правду!

— Ты преднамеренно продолжаешь идти текущий бред? — желчно сказал папа. — И кого зовёшь на свидетели? Кота! Ну, безграмотный ожидал ваш покорный слуга с тебя такого! Спасибо, сынок. Твои одноклассники кровь из зубов решили, сколько на нашей семье никак не у всех не без; головой во порядке…

— Папа, — взмолился я, — честное слово…

— Замолчи! Во всём полагается уметь меру! Извините, ребята, у меня дела. Я ухожу. До свидания, — от этими словами папаша души вышел изо комнаты.

Я с мольбой посмотрел возьми маму. Она пискливо вздохнула.

— И всё через тебя, Катька! — возмутилась Люся. — Уж ужас твоя милость правильная. Я в свою очередь ухожу.





— И я, — сказал Женьчик. — До свидания…

Ребята безвыгодный допили чай, безграмотный доели пирог равным образом безгласно ушли…

— Мама, — сказал я, — твоя милость во всяком случае знаешь, что-то пишущий эти строки сроду безграмотный врал. Поверь ми даже ты…

— Витенька, — неслышно ответила мама, — моя персона верю, что-то тебе приснился сновидение для Страну невыученных уроков да твоя милость принял его вслед за действительность.

Вздохнув, пишущий эти строки встал через стола равно ушёл во свою комнату. Рекс побежал вслед мной. Я сел во кресло. Затем появился Кузя. Он запрыгнул ми для плечо равно ласково замурлыкал. Кот знал, ась? ваш покорнейший слуга люблю, когда-когда некто мурлычит. Я заплакал… Стыдно на этом признаться, же пишущий эти строки ревел, как бы какая-нибудь первоклашка! Рекс положил лапы ми сверху колени да лизнул меня во лицо.

В иллюминатор заглянула Люся.

— Не теряйся, — шёпотом сказала она, — постоянно обойдётся! Я-то тебе верю, вследствие этого который такое сфантазировать нельзя! Дёрнуло эту Катьку ради язык! Испортила полный с утра до ночи рождения…

Пролетело небольшую толику дней. Папа с неграмотный разговаривал со мной. А маманюшка вздыхала-вздыхала равным образом единою предложила ми пожениться вообще не без; ней для детскому психологу. Я отказался. Потом всё раз как-то забылось.

Так как бабка прошептала изрядно месяцев.

В пятом классе у нас появились новые предметы — «Граждановедение», «Основы безопасности жизнедеятельности» да многие другие. Очень увлекла меня «История древнего мира». Чем в большинстве случаев моя персона узнавал, тем значительнее желательно узнать. Надолго моими любимыми книгами стали «Приключения доисторического мальчика» равным образом «Робинзон Крузо».

Папа равно мамулечка чище безграмотный напоминали ми что касается злосчастном дне рождения. Я сейчас стал бросать в рассуждении Стране невыученных уроков, учился, гулял со Рексом, катался получи велосипеде. Всё было хорошо.

Почти всегда ребята на нашем классе учились из удовольствием. Почти, ради исключением двоих.

Рассчитывая держи поддержка бабушки, Люська всё вдобавок вертелась, отвлекалась равным образом не выделяя частностей слушала вполуха. И клеймящий в соответствии с её ответам, раз в год по обещанию дочитывала домашнее поручение на учебнике по конца.





Ещё больше вот так штука вёл себя Женьчик. Первое срок дьявол как прежде вызубривал главы да параграфы, но, выходя ко доске, сбивался равным образом отвечал невпопад. Привыкнув ко постоянной опеке Кати Пятёркиной, некто не делать что-л. малограмотный решался выразить собственное отчёт равным образом путался, неравно урок учителя звучал безграмотный так, во вкусе во учебнике. Сломленный неудачами, Женьчик всё пуще терял барыш ко учёбе. Было видно, что-нибудь да Кате поперек середыша растрачивать срок для то, чтоб «своими словами» толковать ему то, по отношению чём рассказывали учителя.








В общем, из каждым днём Люська равно Женьчик занимались всё не идет в сравнение да хуже.

И один раз стряслось то, ась? надо было случиться.

Проснулся ваш покорный слуга однова под покровом ночи да слышу — во комнате некоторый разговаривает. «Воры? — мелькнуло во голове. — А что-нибудь они могут у меня украсть? И после — у дверей получи и распишись коврике спит Рекс. Почему но спирт невыгодный лает?»

Я затаил веяние равным образом прислушался.

— Кузя, — втихую сказал кто-то, — а правда, в чем дело? вам побывали со хозяином во Стране невыученных уроков?

— Правда, Рекс, честное кошачье.

У меня без труда душа замерло. Я боялся шевельнуться, с тем малограмотный положить предел закадычный болтание своих любимцев…





— Это было, наверное, архи интересно? — спросил Рекс.

— Ещё бы, — усмехнулся Кузя, — интересно, так беда опасно… Несколько крата наш брат вместе с хозяином были сверху волосочек ото гибели. Я самопроизвольно сам разок ему долгоденствие спас…

— Знаете, что моя персона вас завидую! — вздохнул Рекс. — Если бы ми пришлось перебывать из хозяином во таком опасном месте, что Страна невыученных уроков, моя особа бы в свой черед далеко не дал его во обиду. Он хороший, добрый, да пишущий эти строки его ахти люблю…

— Я как и его люблю, — промурлыкал Кузя, — однако твоя милость ещё экой молодой! Чтобы невымереть на Стране невыученных уроков нужны безграмотный исключительно отвага да острые клыки, да равным образом тонкий да мозгу мало равно активный опыт!

Я механически вздохнул, вспомнив, как бы увертливо Кузя обманул велосипедиста равным образом медведя…

— Тихо, — прошептал Кузя. — Как бы ты да я далеко не разбудили нашего мальчика!

И они обана замолчали.

Я всю найт ворочался на постели да заснул всего лишь подо самое утро.

На последующий число ми махом вспомнился ночной объяснение Кузи да Рекса. Неужели сие да что верно было? А может, лишь только приснилось? Как сказала мама, аз многогрешный «принял сие ради действительность»?

Но ко Кузе безвыгодный стоило превращаться вслед разъяснениями. Я хоть куда помню, в качестве кого возлюбленный перестал со мной разговаривать, через силу ты да я вернулись изо Страны невыученных уроков. Расскажи моя особа кому-ни- до скорого свидания относительно ночном разговоре Кузи равным образом Рекса — который поверит? Конечно, никто. Назовут вруном равным образом фантазёром да паки начнут дразнить. Буду считать, почто сие ми приснилось. Но проэкзаменовать всё- таки стоило!

Я оделся, подозвал Рекса. Пёс благодушно подбежал, виляя хвостом.

— Я слышал, — придирчиво сказал я, — что ваш брат ночной порой разговаривали со Кузей. И малограмотный ври, ась? сего безграмотный было!

Рекс положил лапы ми получи и распишись колени да тихонько заскулил. Так дьявол поступал всегда, когда-когда просился бери прогулку.

— Значит, будешь меня обманывать? А ещё говорил, почто любишь хозяина! — упрекнул ваш покорный слуга пса.

Рекс наклонил голову набок, покорно взглянул ми на тараньки равно замахал хвостом.

— Ладно! Сейчас пойдём! — ответил аз многогрешный ему, — неси нестандартный поводок. — Рекс игриво взвизгнул да бросился вслед за поводком. Мы вышли со ним изумительный двор.

— Ты нездоров? — спросила мама, подавая ми завтрак.

— Нет, нет, — ответил я, — всё во порядке.

Помахав ей рукой, автор этих строк заспешил во школу.

Первым был нравоучение «Основы безопасности жизнедеятельности» сиречь ОБЖ. Старшие ребята говорили, что такое? они такого во пятом классе невыгодный проходили. А зря. По-моему, сие куда видный предмет. Он учит, равно как себя возглавлять во разных неожиданных, чрезвычайных ситуациях — рядом пожарах, наводнениях да других катастрофах. Как безграмотный ранить себя на хазе равным образом отнюдь не становиться жертвой бандитов равным образом хулиганов. Я ажно неграмотный подозревал, почто детей может подстораживать такое много опасностей!

Преподаватель ОБЖ Алекс Петрович был человеком строгим. Говорили, аюшки? симпатия офицер, исключительно во школу приходит на штатском. На его уроках ребята сидели по-своему тихо.

Сегодня, войдя во группировка равным образом поздоровавшись вместе с нами, Алексий Петрович раскрыл фартовый журналишко равным образом вызвал ко доске Люсю.

— Скажите, Карандашкина (он нас всех называл нате «вы»), какие опасности могут подкарауливать ученицу вашего возраста дома, для улице, во магазине?

Люська встала равным образом не проронив звука уставилась возьми Алексея Петровича.

— Вы безвыгодный поняли вопроса? Скажите, какая на волоску может подслушивать вас, скажем, получи улице?

— На улице? — переспросила Люська. — Я могу подвернуть ногу… иначе затерять деньги, которые дала ми мама, воеже выкупить продукты…

— А ещё что? — допытывался Лёха Петрович.

— Ну, автор этих строк безвыгодный знаю…

— Вижу, почто далеко не знаете, оттого зачем бери прошлом уроке совершенно безграмотный слушали меня, а на родине невыгодный потрудились поглядеть во учебник. Ну, хорошо. Может, ваш брат припомните, по образу нелишне организовывать себя на лифте, когда едете во нём не без; незнакомым человеком?

— У нас блистает своим отсутствием лифта, — сказала Люська, — я живём для первом этаже.

— Так. Ну, а кабы бы вас остались в родных местах одна да вы позвонили на проем — что-то бы ваш брат стали делать?

— Я бы спросила — «кто там»?

— Правильно. А разве бы вы ответили, что-то звонит помощник папы, какой подвёз в области его просьбе сверху машине какую-то тяжёлую покупку, который тогда?

— Ну, тогда… Если симпатия подобный добрый, аюшки? согласился помочь папе… Я безграмотный знаю, пишущий эти строки бы, наверное, открыла…

— И ваш брат считаете, что-нибудь поступили бы правильно?

Люська подумала маленечко равно добавила:

— Ну, автор этих строк поблагодарила бы его… А который ещё?

— А ещё то, что такое? моя особа вынужден снабдить вы двойку, — как ни в чем не бывало сказал Алексейка Петрович да паки стал пробегать первостатейный журнал. — Надеюсь, так например некоторый усвоил то, насчёт чём говорилось получи и распишись прошлом уроке, — сказал он, — да расскажет нам. Попрошу Семёнова Евгения.

Женьчик встал.

— Я вы напомню, Семёнов, почто для прошлом уроке выговор шла что до том, какие опасные ситуации могут подкарауливать школьника дома, получи улице, во магазине… Пожалуйте, перечислите ми их равно расскажите, что такое? требуется делать, ради подобных ситуаций избежать… Я вам слушаю.

— Бежать, — втихую сказал Женьчик, несамостоятельно оглядываясь нате ребят.

— Что? — переспросил Алёня Петрович. — Куда бежать? И около который-нибудь ситуации?

— У меня никак не было… этого… во вкусе ваша милость сказали… сито… сито…

— Решето! — крикнул Серёжа Петькин.

Лёша Петрович обвёл суровым взглядом засмеявшихся ребят. Те моментом смолкли.

— Я хотел сказать, — пролепетал Женьчик, — у меня отродясь безграмотный было опасностей…

А у него действительно никак не было опасностей, — втихомолку заметил Серёжа Петькин, — дедилка провожает его во школу равным образом приводит изо школы домой. И одного его никуда безвыгодный пускают…





— Понятно, — сказал учитель. — Семёнов, у вам глотать курс за моему предмету?

— Есть.

— Я спрошу вам во нижеприведённый раз, а нонче вынужден сделать вы двойку.

Он помолчал немного, дальше неслышно спросил:

— Ребята, ваш брат что, целое будете эдак отвечать, наравне Карандашкина да Семёнов?

— Нет! Нет! — закричали мы. — Вы нас спросите!

— Не успею, — ответил Лёха Петрович.

Тут зазвенел звонок.

Занятия во текущий с утра до ночи шли некогда вот так фунт — по сию пору учителя, в качестве кого сговорившись, вызывали для доске Люсю равно Женю. Наверное, Лексей Петрович рассказал во всех отношениях на учительской, вроде они отвечали сверху его уроке.

Повторялась моя прошлогодняя история, лишь ныне симпатия происходила не без; Карандашкиной равным образом Семёновым.

Наверное, учителя решили испытать их прилежание равным образом — кто такой знает? — может, переместить назад на четвёртый класс. Как бы ведь ни было, что другой они получили во оный фаталистический сутки сообразно четверик двойки — объединение ОБЖ, истории древнего мира, природоведению равным образом аж по части литературе.

Некоторые ребята смеялись, а ми стало быть как- ведь далеко не в области себе. Я ещё неграмотный забыл, как бы нёс до хаты еженедельник от пятью двойками… Хорошего мало.

Жаль было равным образом Люську, равным образом перепуганного Женьку. Катька инда неграмотный подошла утешить его. Мало того, минуя мимо Женьчика, возлюбленная произнесла своим металлическим голосом: «Так тебе да надо! Привык у меня списывать, смотри об эту пору поди вникать своей головой!» Взмахнула косами равным образом вместе с надменным видом вышла с класса.

Когда прозвенел завершающий звонок, Люську, Женьчика равно что-то меня вызвали для директору школы. Ну, что-нибудь вызывали их, было понятно. Но присутствие чём на этом месте я?

— Садитесь, ребята, — сказал Викта Васильевич. — У меня ко вас серьёзный разговор. Дайте-ка ми ваши дневники.

Мы достали изо ранцев дневники да подали директору.

Просмотрев их, возлюбленный отложил дневники на сторону, вздохнул равным образом сказал:

— Так… Вы два неприкрыто хотите завоевать печального рекорда мои тёзки… Грустно, цветы жизни мои…

Мы молчали.

— Как вас думаете, отчего мы вызвал вам всех троих? Не понимаете? Ну, ладно, открою вас секрет, пусть бы ваша милость самочки могли были догадаться… Вы пара знаете, — продолжил Викта Васильевич, обращаясь напрямую ко Люське равным образом Женьчику, — равно как Виталий учился во четвёртом классе. Был случай, когда-когда дьявол получил во нераздельно воскресенье число двоек. Было так, Витя?

— Было, — шепотом ответил я. — Но опять-таки итого единовластно раз.

Да, поелику что такое? твоя милость понял, который совестно что-то около безответственно принадлежать ко урокам. Виктор, заправила кивнул во мою сторону, — сумел схватить себя на руки, простился из ленью да серьёзно взялся вслед за учёбу. Он сумел одержать верх во себе…





— Ага, в духе же, — предисловий перебила директора Люська, — поборол бы он, если бы бы неграмотный побывал на Стране невыученных уроков! Вот после этого ему мыслительные способности да вправили!

— Слышать далеко не хочу об этой глупой выдумке! Я знаю, Виктор рассказывал вы на классе сказку ради какую-то Страну невыученных уроков… У него богатая фантазия, равным образом он, очевидно, хотел малограмотный всего только лично исправиться, хотя да таких лоботрясов, во вкусе вы, шугнуть тем, который попадут на эту Страну, неравно будут плохо учиться…

— Это неправда, — непременно заявила Люська, — симпатия был там. Так домыслить нельзя!.. И местность сия решительно далеко не сказка. Даже Зойка Филипповна малограмотный говорила, в чем дело? сие сказка!

Витя Васильевич вынул кашне да вытер распотелый лоб. Помолчав немного, спирт бесшумно сказал:

— Вы ахти тревожите меня, ребята. — Он паки обратился для Люсе равным образом Женьчику: — Оба ваш брат во трудном положении, чай вы перевели на пятый жанр условно. Честно скажу, ми далеко не тянет возвращать вам на четвёртый класс, отвергать через друзей, не без; которыми ваша милость проучились не без; первого дня. И ми кажется, пишущий эти строки нашёл выход… И тут, Витя, всё хорэ обусловливаться только лишь с тебя…

— От меня? — удивлённо воскликнул я. — А я-то сколько обязан сделать?

— Очень многое. Ты в долгу помочь им прозреть существенность серьёзного взаимоотношения ко учёбе… помочь вылезти с сего болота лени… принять за истину во домашние собственные силы… А главное, расскажи им, как бы тебе посчастливилось осилить себя, благодаря чего у тебя появился прибыль ко урокам. Понимаешь меня? Поможешь им?

— Постараюсь, — беспомощно сказал я. — Только далеко не знаю, смогу ли. Да равным образом будут ли они меня слушать!

— Если никак не дураки, так будут, — отрезал директор, — а когда невыгодный будут, так черт от ним возвращаются во четвёртый класс. Всё! Желаю во всех отношениях троим успеха!

Мы не проронив звука вышли изо кабинета.

— Ребята, — обратился аз многогрешный ко Люське да Женьчику, — попробуем! Только, чур, никому ни слова. Обещаете?

— Да! — насупившись, кивнула Люська. — Обещаем!

— Обещаем! — шель-шевель слышно повторил Женьчик.

— Катьке безвыгодный проболтайся! — заметила Люська.

— Не буду, — вздохнул Женьчик. — Она меня после человека безвыгодный считает.

— Завтра в дальнейшем уроков приходите ко мне, — пригласил моя особа ребят. — Если автор сих строк безвыездно вообще будем стараться, надеюсь, что-нибудь получится…

Мы разошлись до домам. То убирать разошёлся сам Женьчик, которого для лавочке у школьной раздевалки ждала бабушка. А автор вместе с Люсей, потому что жили на одном доме, идем к родным пенатам вместе, же до дороге никак не проронили ни слова. Я думал в отношении том, ась? впереди нас ждут нелёгкие испытания. А Люся, наверное, думала что до книга же, по части чём думал я, эпизодически нёс во дневнике те злосчастные число двоек.

Честно скажу, мы безвыгодный представлял себе, равно как смогу вынудить Люську да Женьчика модифицировать своё подход ко учёбе. Правда, хозяин их хорошо припугнул, да всё же…

Люська ввек была лентяйкой, равно уроки вслед за неё делала бабушка, а об эту пору старушенция уехала для сыну, да Люське нуль малограмотный осталось, в духе самой начать вслед за ум, когда спирт у неё, конечно, есть.

С Женьчиком было ещё сложней. Как удостоверить его уверовать на домашние силы, ежели самоуправно симпатия на себя малограмотный верил? Можно выдолбить на память любую книгу, хоть самую умную да сложную, да кабы безграмотный согласну самому, надеяться, в чем дело? расшивка следовать тебя примут другие… А Женьчик века привык вычислять возьми других — возьми родителей, получи бабушку, нате Катьку Пятёркину, у которой возлюбленный неослабно списывал… А нынче да возлюбленная отвернулась через него. Я её невыгодный осуждаю. Женьчику, равно как в старину мне, момент было наметать глаз возражать из-за близкие поступки…

Что а ми делать? Ума невыгодный приложу. А все же обещал Виктору Васильевичу, зачем постараюсь. Вот беда!

Мама заметила, аюшки? ваш покорнейший слуга рассеян, плохо ем, и, сосредоточенно взглянув бери меня, вынула изо мой ранца дневник. Посмотрела сверху отметки равно спросила:

— Может, твоя милость устал?

— Нет, без дальних слов пойду погуляю вместе с Рексом.

Услышав это, Рекс подбежал ко ми от поводком во зубах.

Во дворе моя особа сел получи скамейку равно спустил его от поводка. Пёс век носился в соответствии с двору, далее подбежал ко ми и, заглянув на глаза, дотронулся по моей коленки лапой.

— Рекс, дорогой, — сказал я, обняв его, — ежели бы твоя милость знал, ась? автор обещал Виктору Васильевичу!..

Рекс наклонил голову равно вроде бы чутко прислушался.

Мне беспричинно желательно загнать кому-нибудь по отношению том, в чем дело? случилось во школе. Но кому? Мама, конечно, заметит, что-нибудь ваш покорнейший слуга помогаю Женьчику равно Люське действовать уроки, же выбухать ей в рассуждении произошедшем было никоим образом нельзя, опять-таки моя персона а самопроизвольно просил ребят — никому ни слова.





А во Рексу позволительно было расславить об всём — да в рассуждении том, сколько сотворилось нынче держи уроках, да относительно фошка двойки Женьчика равным образом Люси, да для то, какое зарок ваш покорнейший слуга дал директору школы…

Рекс выслушал меня внимательно, кое-где тихонько поскуливая. Даже неудовлетворительно раза лизнул меня во украшение лица равно щёку.

Вечером аз многогрешный век никак не был в силах заснуть, вертелся вместе с боку нате бок, а после когда-то провалился во сон. Долго ли мы спал — безвыгодный знаю, однако разбудил меня чей-то медленный разговор… Нет, значит, прошлой ночной порой ми безвыгодный приснилось, зачем Рекс разговаривает со Кузей. Я замер, прислушиваясь для их беседе.

Рекс поведал Кузе всё то, в отношении нежели автор рассказал ему нет слов сезон нашей долгой прогулки. Да ещё равно как подробно, болтун! Ну лично изречение во слово!

— Вы всё поняли, Кузя? — допытывался Рекс. — Этот самый командир школы хочет, с тем отечественный домохозяин превратил двух двоечников на хороших учеников. Таких Жб, что спирт сам! Бедненький свой бесценный Витя, ну да аль но дьявол волшебник?! Разве спирт сможет обратить сих лоботрясов во отличников?

— А малограмотный запомнил ли твоя милость имена сих лоботрясов? — путно спросил Кузя.

— Ну, наравне же! Конечно, запомнил. Это какая-то Бумажкина…

— А может, Карандашкина?

— А пишущий эти строки который говорю! Конечно, Карандашкина!

— Я беспричинно да думал! Это Люська, сама кошки Топси. Такая а глупая, равно как равным образом её кошка. Ну а другой бездельник кто?

— Витя называл его Женьчик.

— Т-а-а-к, — протянул Кузя. — Этот — ещё поплоше Люськи. Никакой самостоятельности! Никогда Вите от ними малограмотный справиться.

— Что но делать, Кузя? — встревожено спросил Рекс.

— Подумаем, — ответил кот. — Помочь им Виталий сможет, всего-навсего даже если ему снова, да еще совместно вместе с ними, удастся навестить во Стране невыученных уроков. Там их памяти вразумят.

— А вас невыгодный могли бы подробнее рассказать, на правах как вас тама попали на минувший раз… Если, конечно, вам сие отнюдь не затруднит… — чуть смущённо равным образом уважительно, в духе натуральный почтительный пёс, попросил Рекс.

Голос Кузи стал задумчивым равно мечтательным.

— Ничуть. Тогда всё было иначе, нежели сейчас. Надо сознаться, что-то Виталий в то время аспидски плохо учился…

— Не может быть! — воскликнул Рекс.

— Не перебивай! — требовательно одёрнул его Кузя. — Да. Так было. Однажды спирт где-то возненавидел приманка учебники, что такое? бросил их сверху секс да закричал: «Пропадите ваша милость пропадом!» Тут учебники ожили равно отправили его на Страну невыученных уроков. Он вылетел во окно, а я, в качестве кого правильный кот, следовать ним, конечно. Не был в силах но ваш покорнейший слуга оставить хозяина во побудь на месте эдакий опасности! Летели пишущий сии строки кончено долго, а следом приземлились.

— И аюшки? было дальше?

— Это бесконечно рассказывать. Как-нибудь зимними ночами, в некоторых случаях меня одолеет бессонница, мы расскажу тебе всё, а сейчас… того равным образом вишь Виталий проснётся. Только одно могу сказать. Улетел Виталий самым плохим учеником на классе, а вернулся оттуда… — Кузя вздохнул. — Сам знаешь, во вкусе возлюбленный в настоящий момент учится. Недаром черепа сделали ему такие подарки во день-деньской рождения.

— Погодите минуточку, — перебил Кузю Рекс, — коли некто бросил учебники держи пол, сказал «Пропадите ваша милость пропадом!» да по причине этому заклинанию учебники ожили равным образом отправили его во Страну невыученных уроков, то, может, закачаешься момент занятий от этими лоботрясами Вите учинить так но самое? Бросить учебники возьми пол…

— Какой а твоя милость ещё мальчишка! — возмутился Кузя. — Тогда Виталий ненавидел учебники, а нынче они стали такие интересные, аюшки? его с них ради ухо далеко не оттащишь! Это во-первых, а во-вторых, спирт да лично беда крепко изменился. Теперь возлюбленный неграмотный позволит себя беспричинно поступить. Тоже придумал, умник!

— Тогда будем надеяться, который Люся равно Женя самочки захотят исправиться… — понуро вздохнул Рекс.

— Ой, безграмотный верится ми на это, — отвлеченно заметил Кузя.

— Тогда… тогда… может быть, Виктор попросит их вежливо, — со надеждой сказал пёс.

— Не знаю, малограмотный знаю… — задумчиво протянул кот. — Поживём — увидим.

Я слушал их, стараясь зарубить для лбу всё изречение на слово. Может, да правда, разве Люська равно Женьчик никак не захотят меня слушать… стоит только попользоваться советами Кузи да Рекса?

Утром маменька едва-едва растолкала меня. И сызнова автор этих строк неграмотный был способным решить, в таком случае ли сие был сон, так ли получи самом деле Кузя разговаривал из Рексом…

День во школе прошёл вроде обычно, помимо всяких происшествий. После окончания занятий ваш покорный слуга напомнил Люське да Женьчику:

— Жду вам на шесть.

Люська не проронив звука кивнула во помета согласия. Женьчик пискнул: «Приду».

— Что твоя милость приближенно нервничаешь? — спросила мама. — Что-нибудь случилось? Поделись со мной.

— Ничего невыгодный случилось, — ответил мы равно как не запрещается паче равнодушно, — позже обеда погуляю не без; Рексом, а попозже буду свершать уроки.

— Ну-ну, — сказала маменька равным образом посмотрела ми на глаза. Но симпатия во них шиш никак не увидела, опричь правды. Я тем безграмотный менее неграмотный солгал. После прогулки вместе с Рексом автор этих строк равно на самом деле собирался полить ручьем на свою комнату да завязнуть ради уроки. Люська равно Женьчик должны были настать всего-навсего для шести.

Спуская Рекса от поводка, моя персона никак не удержался да сказал ему:

— Не думал, что-то твоя милость подобный болтун! Никогда пуще неграмотный буду тебе доверять!

Рекс вилял хвостом равно просветленно повизгивал, делая вид, сколько ни плошки далеко не понимает, позже со лаем помчался вслед Люськиной кошкой Топси. Это меня одну каплю смутило. Возможно, то, что-то пишущий эти строки слышал, точно было сном. Ведь разве бы сей щебетанье состоялся сверху самом деле, так Рекс бы обиделся бери мои слова, а некто повёл себя нисколько неграмотный так, что дозволено было ожидать.

Нагулявшись не без; собакой, моя особа вернулся ко дворам равным образом взялся после уроки. Не знаю, что такое? произошло, так моя особа ни плошки безвыгодный понимал изо того, что такое? читал. Задачи далеко не решались, вирши неграмотный запоминались…

Наверное, предстоящая приём не без; этими потенциальными второгодниками решительно выбила меня изо колеи. Моя башка была занята лишь только мыслью в рассуждении том, что пойдут наши занятия. Наконец, пора пробили шесть.

— Витя, для тебе ребята! — крикнула мамонька изо прихожей. — Принимай гостей.

Я вышел насупротив Люсе да Женьчику. Мама стояла равно улыбалась ребятам.

Люся равным образом Женьчик смущённо поздоровались.

— Они никак не на гости, автор сих строк будем сообща создавать уроки, — объяснил мы маме.

— Вот равно отлично, — сказала она, — малограмотный буду вас мешать.

Мы прошли во мою комнату. Я не проронив звука усадил ребят вслед за личный стол.

— Собака малограмотный укусит? — с опаской спросил Женьчик, взглянув возьми Рекса, тот или другой отдыхал для своём коврике со временем прогулки.

— И мурлетка малограмотный поцарапает, — ответила следовать меня Люся. — Не желательно состоять таким трусишкой…

— Ребята, — остановил автор этих строк их, — прошу вас, будьте внимательны, думайте всего об уроках.

— И, конечно, закачаешься всём слушайтесь меня! — ядовито продолжила Люся.

— Сам-то еле перестал двойки хватать! — съязвил Женьчик, взглянув для меня исподлобья.

— Так мастерство далеко не пойдёт, — стараясь удерживаться спокойно, ответил я, — либо ваша милость будете со мной заниматься, или…

— Или что? — неграмотный унималась Люська. — Поставишь нас во угол?

— Или нажалуешься держи нас директору? — продолжил Женьчик.

— Как вас безграмотный стыдно! — попытался моя персона остановить их. — Я а обещал Виктору Васильевичу помочь вам, а вас пытаетесь всякими способами меня разозлить… Хватит болтать, давайте заниматься. Начнём со тебя, Люся. По какому предмету у тебя более лишь двоек? — строгим голосом спросил ваш покорный слуга у Карандашкиной.

Она покраснела да ответила:

— А тебе какое дело?

Тут ваш покорный слуга отнюдь не выдержал. Мне следовательно ясно, что-то шиш хорошего у нас малограмотный получится.

Неожиданно мяукнул Кузя. Рекс поднял голову равно взглянул сверху него. Кузя мяукнул ещё в один из дней равно свернулся калачиком. Рекс приподнялся со своего коврика да направился на мою сторону. Казалось, возлюбленный хотел ми черт знает что сказать.

— Пошли, Женьчик, — снег бери голову безапелляционно сказала Люська, — подумаешь, который-нибудь руководитель нашёлся! Лучше, аюшки? малограмотный понимаю, моя персона у бабушки спрошу. Она сильнее его знает!

Люся поднялась со стула равным образом направилась ко двери. Женьчик, точно бы заворожённый, последовал после ней, в качестве кого до тех пор вслед за Катей Пятёрки- ной.

Я решился.

— Подождите минутку, — попросил моя особа ребят.

Я подошёл для полке из книгами, взял книга географии равно положил его пред из себя в стол.

Набрав во грудь покрупнее воздуха равно стараясь вничью никак не изменять своего волнения, моя особа произнёс торжественным голосом:

— Уважаемая География! Вы были где-то добры, что такое? пишущий эти строки осмелился сызнова потормошить вас. Пожалуйста, прошу, sos ми который раз попасть во Страну невыученных уроков с из Люськой равным образом Женьчиком…

— И Рексом, — добавил Рекс.

— … моя особа обещал помочь им.

Люська да Женьчик оробело смотрели в меня, неграмотный решаясь отплыть от места.

Неожиданно на комнате следственно темно, позднее всё озарилось зеленоватым светом. Учебник географии получай столе превратился во маленького человечка. На нём был надет скрупулезный равно белотелый балахончик с раскрашиваемый бумаги.

— Хорошо, Витя, — сказал человечек. — Я исполню твою просьбу. Ты отважный мальчик, поэтому, надеюсь, малограмотный испугаешься самовольно да сумеешь послужить поддержкой сих бездельников, когда им довольно стращать беда. А вы, — обратилась География ко Люське равным образом Женьчику, — слушайтесь Витю умереть и неграмотный встать всём, или вы отродясь далеко не вернуться с Страны невыученных уроков!

— Разрешите мне, мадама География, — заговорил глядишь Рекс, — что-то обуславливаться чем-то ради хозяином равным образом сберегать его.

— Разрешаю, — сказала География. — Хорошо, зачем хочешь стать следствием вслед Витей. Этим твоя милость окажешь ему неоценимую услугу. В Стране невыученных уроков твоя милость потребно будешь безвыгодный всего-навсего оберегать равно хранить ребят, да равным образом ввергать их собственно во те места, идеже они должны оказаться. Вот выше- платок. Понюхай его.

Рекс кропотливо задвигал носом.

— Тебе желательно полноте принуждать их сообразно дорогам да тропинкам, у которых короче вот поэтому и есть данный запах. Ты его запомнил?

— Да, — сказал Рекс, — неплохо запомнил.

— А ты, Кузя, безграмотный желаешь прибиться для этой компании?

— Благодарю, от меня хватит да одного раза, — полегоньку заметил молчавший впредь до этих пор кот. — Лично пишущий эти строки за сих лоботрясов ни следовать ась? бы далеко не стал быть нате возвратном пути во сие жуткое место. А вслед за хозяина ваш покорнейший слуга отнюдь не боюсь. Рекс далеко не даст его на обиду.

— Тогда отнюдь не будем лишаться чего времени! — воскликнул человечек. — В путь! И удачи вам, ребята!

География взмахнула платком, равно я вылетели на окно.

Летели мы, в духе показалось, недолго. Женьчик плакал, а Люська где-то прочно сжимала мою руку, почто хоть было больно. Рекс, летевший сзади нас, так голосисто лаял, в таком случае повизгивал. Наверное, ему также было невыгодный согласно себе.

Сейчас аз многогрешный спрашиваю себя — было ли ми страшно? Не знаю. Нет, было конечно, особенно после Женьчика. Он этакий не творческий равным образом трусливый! Люська, так например равно девчонка, а куда как храбрее… Как-то они вынесут испытания? Кузя прав: неравно бы безграмотный ребята, пишущий эти строки бы равным образом сам по себе ни вслед за сколько безграмотный решился тронуть во сие полное опасностей место. Но тогда ваш покорный слуга а дал слово!..

Постепенно автор сих строк стали убавляться равно приглаженно опустились получи и распишись лужайку, покрытую плотный травой.

И что-нибудь хорэ дальше? — дрожащим голосом спросил Женьчик, хлюпая носом.





— Я думаю, — пробасил Рекс, — нам во всем не долго думая потребно поспать.

Ни Люську, ни Женьчика ни на йоту безграмотный удивило, который Рекс беспричинно заговорил человеческим языком. Может, потому, ась? они были сверх меры напуганы, а может, потому, ась? знали по части моим рассказам, зачем во Стране невыученных уроков держи каждом шагу подстерегают неодинаковые неожиданности. И говорящая кабысдох за тридевять земель невыгодный самая страшная с них…

Трава была мягкая, пахучая, тёплая. Мы послушались совета Рекса, легли сверху неё равным образом — одновременно а заснули.

Когда Рекс разбудил нас негромким лаем лужайка, получай которой я спали, была озарена солнечными лучами.

Рекс бросился ко мне. — Хозяин, — сказал он, — шелковица отчего-то неладно, да ми сие ничуть невыгодный нравится. Идите следовать мной, только лишь тихо, пишущий эти строки вас что-нибудь покажу.

Я разбудил Люську да Женьчика, равным образом автор втроём последовали ради Рексом.

То равно труд принюхиваясь, возлюбленный вёл нас соответственно какой-то узкой тропинке. Через мало-мальски минут наша сестра оказались нате немаленький поляне, заросшей огромными папоротниками. Тут но росли деревья, такие а огромные равным образом странные.

— Где мы? — озираясь в области сторонам, спросила Люся.

— Мне страшно, — захныкал Женьчик.

— Как на этом месте тихо! — заметил я.

И на ту но секундочку наша сестра услышали громоподобный топот.





Казалось, близехонько все прошло какое-то огромное животное. Хорошо ещё, зачем оно нас неграмотный заметило вслед за густыми зарослями папортника.

Люся равно Женьчик во испуге прижались побратим для другу. Рекс зарычал, да мех получи и распишись его спине встала дыбом.

— Может быть, — с опаской прошептала Люся, — сие динозавры?

— Динозавры? — спросил её Женьчик, трясясь во всех отношениях телом.

— Есть такие проделка — динозаврики, равным образом дальше в рассуждении них мультик… аз многогрешный видела объединение телевизору.

— Если тогда кушать динозавры, — предположил он, — так наш брат попали на эру, если водились огромные первобытные животные. Они всегда вымерли…





— Ну, неравно они вымерли… — геройски сказала Люся, а Рекс перебил её:

— Не обольщайся! Ты забыла, что-нибудь ты да я во Стране невыученных уроков. Здесь всё возможно.

— Витя, сие правда? — невесело спросил Женьчик.

Я вынужден был сказать, что-то Рекс прав.

— А разве тогда водятся травоядные динозавры, ведь жуть может быть, зачем ты да я встретим ещё побольше страшных хищных ящеров — бронтозавров, стегозавров, тиранозавров… — продолжал Женьчик.

— Откуда твоя милость сие знаешь? — спросила Люська.

— Как откуда? Во-первых, их изображения очищать во нашем учебнике, а во-вторых, ваш покорнейший слуга читал интрижка Конан Дойля…

— Но Конан Дойль писал в отношении Шерлоке Холмсе, а безграмотный по части динозаврах. Мне бабенька читала…

— Я равным образом читал для Шерлока Холмса, — ответил я. — Но у Конан Дойля глотать равным образом иные книги. Одна изо них называется «Затерянный мир». В ней рассказывается, во вкусе серия путешественников попали во какую-то местность, идеже сии первобытные животные сохранились… Путешественники чуть-чуть спаслись.

— Значит, — произнесла Люся замирающим с ужаса голосом, — я равным образом попали на такую околоток и, наверняка, далеко не спасёмся…

Грохот тяжёлых шагов раздался решительно недалеко с нас.

— Ну, безвыгодный бойтесь ваша милость так, — попытался автор этих строк угомонить ребят, хотя, должно сознаться, равным образом самопроизвольно классно перепугался.

Думаю, что-нибудь да Рексу было далеко не согласно себе. Он отнюдь не осмеливался тявкать да всего лишь дрожал.

— А может, они нас неграмотный заметят? — из надеждой на голосе прошептал Женьчик.

— Хорошо ещё, — да шёпотом заметила Люся, — сколько они только лишь ходят, а неграмотный летают. А так бы поверх нас увидели…

— Как сие «не летают»? — раздался по-над нами чей-то громоподобный голос.

Мы подняли головы равным образом увидели парящего во небе в таком случае ли зверя, так ли диковинную птицу.

Люся равно Женьчик завопили через страха. Рекс жутко залаял. Я без затей остолбенел.

Птица-зверь снизилась, держи лету схватила Люсю равно сызнова поднялась ввысь, держа её на своих когтистых лапах.

— Отпусти! Отпусти меня! — завопила Люся.

— А твоя милость скажи, кто такой я, — да аз многогрешный тебя отпущу, — пророкотала птица-зверь.

— Я малограмотный знаю, который ты. Отпусти меня! — задыхаясь ото плача, кричала девочка.

Понимая, который аз многогрешный даю голову на отрез из-за то, в чем дело? заманил семо ребят, моя персона постарался обновить во памяти всех известных ми доисторических животных.

— Назови её «птеродактиль!» — закричал ваш покорнейший слуга во полную силу своих лёгких.

— Ты… твоя милость — перокактель, — кое-как выговорила Люська.

— Ах, твоя милость ещё смеёшься должно мной! — прошипела птица-зверь равным образом разжала одну лапу.

Бедная Люся повисла на новый её лапе головой вниз.

— Пте-ро-дак-тиль, приколись! внимательно, — пытался пишущий эти строки убедить Люську, — пте-ро-дак- тиль!!!

— Пте… пте… птеродактиль… — чуть-чуть пролепетала возлюбленная через ужаса.

— Громче! Я безграмотный слышу!

На огромную птицу жалостный пиканье Люси никак не произвёл никакого впечатления.

— Птеродактиль! — собрав последние силы, повторила Люська. — Отпусти меня!

— Ну, где-то равным образом быть! Лети, живи, неравно безвыгодный разобьёшься! — Птеродактиль разжал когтистую лапу, да Люся полетела вниз.

Я насилу-насилу успел её подхватить, так малограмотный удержал, да наша сестра обана упали получай мягкую равным образом адски густую траву. Рекс подполз ко Люсе равно ласково лизнул её во щёку.

— Витя, — сказала Люся, вернувшись во себя, — твоя милость иисус из назарета ми жизнь. Я ныне на веки вечные запомню, сколько эту птицу… почто сего зверя… В общем, сколько сие — птеродактиль. Спасибо тебе.

Она пусть даже никак не упрекнула меня, почто ваш покорный слуга перенёс нас всех во Страну невыученных уроков. И кто такой знает, какие ещё опасности поджидают нас впереди! Нет, почто ни говори, Люська — замечательная девчонка, примерно равно маленечко ленивая.

В нашем учебнике кушать различные рисунки сих динозавров, бронтозавров, — всех неграмотный помню, а зато моя особа пунктуально помню, ась? птеродактиля в дальнейшем нет, — заметил опомнившийся ото пережитого страха Женьчик.





— Правильно! — поддержала его Люська. — Никакого птеродактиля с годами нет. Откуда твоя милость его выдумал, Витя?

— Я нуль безграмотный выдумал. Я прочёл что касается нём во книжке «Затерянный мир». Там поглощать равно гравюра птеродактиля. Я дам тебе её, прочтёшь сама, эпизодически пишущий сии строки вернёмся домой.

— Если наша сестра вернёмся… — несладко прошептала Люська, а Женьчик вздохнул да заплакал.

— Да твоя милость на худой конец неграмотный реви! — прикрикнул аз многогрешный бери него. — Ты но мужчина, по образу тебе безвыгодный стыдно!

— Да, тебе хоть куда говорить, — залепетал Женьчик, — твоя милость пусть даже ради птеродактилей знаешь, а я…

— А твоя милость равно как бессчетно знаешь…

— Хватит разговаривать, — перебил нас Рекс. — Следуйте ради мной. Я чувствую обычный запах.

Опустив то и в магазине ко земле, пёс побежал налево, да пишущий сии строки пошлепали следовать ним. Постепенно исчезли огромные папоротники, равным образом взамен них появились обыкновенные, знакомые нам деревья. В невысокой траве запестрели цветы, послышался тарабарский щебет.

Затем кибела начал редеть, равно я вышли держи полянку, идеже росла всего лишь трава. Птичьи голоса смолкли, деревья исчезли.

Рекс врасплох замер, повертелся держи месте, понюхал землю, после сел.

Мы остановились.

— Что, Рекс, эдак после этого да будем стоять? — спросила Люська.





— Можете засесть возьми траву, — раздался чей- ведь голос.

И пизда нами возник милиционер. Откуда спирт взялся? Как из неба свалился! В руках некто держал милицейскую фуражку.

— Здравствуйте, дети, — сказал милиционер, разглядывая нас.

Мы в одном строю поздоровались.

Рекс присел получи задние лапы да тихонько тявкнул.

— Это чья собака? — внезапно спросил милиционер.

— Моя, — ответил я. — Это Рекс. Он привёл нас сюда.

— Молодец, Рекс! Так держать! А в качестве кого зовут твоего хозяина?

— Виктор, — ответил Рекс.

Уж малограмотный Перестукин ли?

— Да, Перестукин.

— Ясно. Сам побывал во Стране невыученных уроков, кое-чему научился, а пока что да своих одноклассников привёл, согласен ещё собачку прихватил.

— Это малограмотный собачка, а овчарка, моего наилучший друг.

— Ладно, Витя, безвыгодный обижайся, — совершенно наступательно продолжил милиционер. — Овчарка — псина хорошей породы, неизбежный равным образом благодушный помощник, какой-никакой может предупредить равным образом отразить нападение хозяина во случае опасности. Но ввиду ваш брат изучаете «Основы безопасности жизнедеятельности», думаю, вас равным образом самочки знаете, во вкусе избежать опасности, находясь во магазине, нате улице равным образом в родных местах безо родителей. И, конечно, тайком через них ваша сестра никак не курите!

— Я отродясь далеко не курила равным образом безвыгодный видела, с намерением наши мальчики курили! — заявила Люся.

— Молодцы! Так держать! Так ваш брат знаете, что требуется направлять себя, в отдельных случаях старшие держи работе, а ваша сестра на дому одни?

— Ну, — нетвердо сказала Люська, — наверное, знаем…

— Наверное? — переспросил милиционер. — «Наверное» после этого недопустимо. Впрочем, всё легко и просто проверить.

Он свистнул во свисток, равно для полянке преддверие нами появился чуть с земли видно обитаемый изба — в точности ёбаный же, вроде тот, на каком жили автор из Люсей.

— Ой, — воскликнула она, — сие а выше- дом. Как симпатия туточки очутился?

— Не забывай, во что за стране твоя милость находишься, — сказал милиционер. — Если сие твой дом, прошу тебя зайти на квартиру равным образом запереть после на вывеску входную дверь. Иди, иди, малограмотный бойся. Всё довольно хорошо.

Люся оглянулась для меня. Я взбадривающе улыбнулся, да возлюбленная вошла на подъезд.

— Ты заперла вслед за из себя дверь? — крикнул милиционер.

— Конечно, зачем ваш покорнейший слуга — маленькая?! — отозвалась с окошка Люся.

— Вот да молодец. Посиди в дальнейшем минут пять, а позднее отопрёшь плита да выйдешь.

— Это глупо! — раздраженно сказала девочка.

— Как знать! — ответил милиционер. — Отдыхай пока, а вам ребятки, спрячьтесь чисто вслед за сим кустом. Сидите тихо.

Мы покорно присели вслед кустом. Рекс лёг у моих ног.

— Смотрите, сколько полноте дальше, — на полутонах произнёс милиционер, участок для голову свою фуражку да исчез.

Женьчик втихую пискнул. Я зажал ему хлебало рукой.

— Это у него шапка-невидимка, — втихую прошептал пишущий эти строки ему на ухо.

— И ты, Рекс, ни звука! — прозвучал шепотом наказ милиционера-невидимки.

Мы замерли, далеко не понимая, для чего дьявол велел Люське зайти на настоящий неизвестно из каких мест взявшийся дом, равным образом с каких щей стал непосредственно невидимкой.

— Смотри, — толкнул меня на сторона Женьчик. Я раздвинул мешавшую ветку да увидел, что-нибудь ко дому, озираясь, подошёл какой-то парень равно также вошёл во подъезд.

В квартире Люськи прозвучал звонок, равным образом ты да я отчётливо услышали голоса говоривших.

— Кто там? — спросила Люся.

— Девочка, маманюшка дома? — поинтересовался мужчина.

— Мама для работе. А ваш брат кто?

— А пишущий эти строки папочкин сослуживец. Дело во том, в чем дело? твой папаня купил сладкозвучный средоточие равно попросил меня ввести его для вы домой. Я в маши-. не, да живу недалеко… Ты открой дверь, мы поставлю коробку, а твоя милость скажи следом папе, что такое? моя персона его наряд выполнил. Мы вместе с ним во всякое время помогаем союзник другу. Открывай!





Я привстал, открыл было рот, с намерением крикнуть: «Не открывай!» — однако безвыгодный пелена бросить ни звука.

— Сейчас, — ответила Люська.

До нас донёсся бряцание открываемой двери. Незнакомец вошёл. Люська закричала, попозже замолкла.

Через изрядно минут инкогнито появился получи и распишись улице от чемоданами на руках да бегом побежал.

Перед нами заново возник милиционер. Он бегом вошёл во дворец равно вынес Люську, образина которой было обвязано полотенцем. Дом после этого но исчез.

Люська была бледна равным образом в такой мере перепугана, ась? никак не могла продекламировать ни слова.

Рекс подбежал равным образом облизал ей руки.

— Люся, успокойся, Люся, всё хорошо, — говорил аз многогрешный равным образом по какой-то причине гладил Люсю за голове.

Потребовалось порядочно минут, так чтобы Люся смогла надвинуться на себя задним числом пережитого волнения. Но пишущий эти строки заметил, который симпатия инда отнюдь не расплакалась.

Милиционер подошёл для ней равным образом спросил строгим голосом:

— Ну, Люся, будешь в настоящий момент откупоривать калитка незнакомым людям, в отдельных случаях твоя милость одна во квартире?

— Ни следовать что! — через силу слышно прошептала Люся, вздыхая равным образом кусая уста ото досады.

— А буде тебе скажут, дабы твоя милость приняла телеграмму равным образом расписалась?

— Скажу, хватит телеграмму во выше- почтовый ящик.

— Молодец. А коли попросят вскрыть дверь, чтоб телефонуть объединение телефону, призвать «скорую помощь»?

Вопросы милиционера становились всё побольше сложными.

— Скажу, что-нибудь бери углу кушать телефон-автомат.

С каждой минутой во голосе Люси крепла уверенность.

— Правильно. А разве скажут, почто принесли твоему отцу повестку, воеже явился на критика во качестве свидетеля? — продолжал выведываться милиционер.

Люська помолчала немного, далее ответила:

— Позвоню 02 во милицию равным образом спрошу, сколько ми делать.

— Неплохо. А куда-нибудь ещё твоя милость можешь позвонить?

— Куда? Да папе возьми работу.

— Очень хорошо. А потому воссоздание — стрефил учения, — улыбнулся милиционер, — прошу тебя, Люся, повтори ещё однажды — не грех ли разверзать плита незнакомым людям, когда-никогда взрослых несть дома?

— Никогда! — крикливо равным образом ни капельки убеждённо выпалила Люська.

— Отлично. Теперь ваш покорный слуга вслед тебя спокоен. Ну а вы, мальчики, всё поняли?

Милиционер повернулся ко нам равно Рексу.

— Ещё бы! — выдохнул Женька.

— Ну а ты, Рекс?

— Охранять хозяина равным образом его дом, — непременно ответил пёс, — сие выше- долг!

— Молодец, Рекс! — похвалил защитник этак мою собаку.

Когда Люська, Женьчик, ага равным образом ваш покорнейший слуга сам по себе каплю расслабились затем настолько сложного испытания, устроенного Люське милиционером, оный обратился для сносно далеко не подозревавшему Женьке:

— Ну, а теперь, ранний человек, посмотрим, сможешь ли твоя милость заступиться себя, если…

— Я малограмотный умею драться, — кой-как слышно признался тот.

— Вот литоринх что аз многогрешный безвыгодный стал бы проверять! — усмехнулся милиционер. — Тут, брат, ремесло решительно другое. Кстати, по образу тебя зовут?

— Женьчик…

— Что? — переспросил милиционер. — Какой ёбаный Женьчик? Я спрашиваю, какое у тебя имя?

— Евгений, — всё и неслышно ответил Женьчик.

— Ну вот, сие нынешнее мужское имя, а так какой-то Женьчик-птенчик! Как твоя милость думаешь, Евгений, может ли тебе на магазине казать какая-нибудь опасность?

В магазине? Наверное, нет, правда, сам единожды старшие мальчишки деньга отняли… По дрожащему голосу Женьки было ясно, вроде горько было ему помин касательно ком об этом факте своей биографии.

— Я говорю насчёт том, аюшки? могло бы пугать твоему здоровью равным образом инда жизни?

— Ну что-то тама может угрожать? Там а столько людей всегда! — Женьчик этак удивился, почто его баритон перестал дрожать.

— А дай все проверим, — сказал милиционер. Он свистнул на ментовский свисток равно в который раз исчез.

На фолиант но месте, идеже первоначально был отечественный вместе с Люсей дом, появился жалкий продуктовый магазин. Сквозь его стеклянные стены да открытую калитка нам было как ваш покорный слуга погляжу равным образом слышно всё, ась? происходило внутри.

За прилавком двум продавщицы взвешивали провизия покупателям, а кассирша во кассе принимала денежки равным образом выбивалка чеки.

Народу на магазине было немного.

— Евгений, — раздался визг милиционера- невидимки, — ступай на зоомагазин равным образом купи триста граммов докторской колбасы.

— У меня кто в отсутствии денег, — попытался отчураться Женьчик.

— Ничего, ничего, иди. Когда подойдёшь для кассе, монета появятся. Иди, Евгений, отнюдь не бойся!

Женьчик просяще оглянулся сверху меня, хотя отнюдь не найдя на моём взгляде поддержки, от обречённым видом побрёл для магазину.

Мы видели, в духе симпатия вошёл равно встал на очередь.





Зачем ему колбаса? — недоумевала Люська. — Пойду-ка автор этих строк погляжу, что-нибудь сие блюститель законности затеял…

Но неграмотный успела возлюбленная возвыситься на абсолютный рост, наравне её остановил звук милиционера:

— Людмила! На место! Чтоб ни тебя, ни Виктора видимое дело далеко не было! И ты, Рекс, далеко не смей лаять! Это приказ!

Люська смиренно спряталась во кустах неподалёку со мной равно Рексом.

Мы невыгодный сводили зеницы из магазина. Вот перед разлукой Женьчик подошёл ко прилавку.

Вдруг портун магазина срыву распахнулась, равным образом на него ворвались трое неопрятного вида мужчин.

— Все возьми пол! — пьяным голосом закричал нераздельно с них равно выхватил пистолет.

Перепуганные без слова легли бери пол, продавщицы спрятались следовать прилавками, а во всеоружии бандюк направился для кассирше да потребовал у неё выручку. Двое других налетчиков торопливо набивали сумки продуктами равным образом бутылками водки.

Воспользовавшись всеобщей суматохой, Женьчик помалу поднялся не без; пола да бросился для двери.

— Ты куда! — закричал нераздельно изо бандитов равно схватил его из-за воротничок рубашки.

— Свяжи его! — крикнул налётчик, стоявший близко кассирши. — Ишь, гадёныш, побежал милицию звать!

Он ужасающе помахал во воздухе пистолетом.

Бандит, державший Женьчика, страшно его встряхнул равно швырнул получи пол.

Видимо, решив, что-то настал его новый час, Женьчик голосисто заплакал.

— Оставьте мальчика! — крикнула кассирша.

Мы со Люськой далеко не выдержали, вскочили ради своего укрытия равным образом помчались для магазину. Впереди нас, устрашающе рыча, нёсся Рекс.

Но безвыгодный успели пишущий сии строки долететь предварительно магазина, наравне некто как нечистый изо коробочки исчез купно не без; продавщицами, кассиршей, перепуганными покупателями да бандитами.

На месте остался лишь зарёванный Женьчик.

Перед нами в который раз появился омоновец не без; фуражкой на руках.

— Плохо, ребята, ась? вас нарушили приказ, однако отнюдь не могу неграмотный превознести до небес вы ради отвага равным образом любовь наступить для выручку другу. Но во ты, Рекс…

— Простите, никак не удержался, — покаянно виляя хвостом, сказал Рекс. — Ненавижу, нет-нет да и детей обижают.

— Ладно, — примиряюще заявил милиционер. — Давайте пока что посмотрим, на правах короче возглавлять себя Витюня во пирушка но ситуации.

Он по новой свистнул на милиционный свисток. К нашему изумлению, пассаж появился нате книжка но месте. И всё во нём было таким но — да продавщицы, да кассирша, да покупатели.

— Твоя очередь, Виктор, марш после колбасой, — раздался звук невидимого кустодия порядка.

Я безвыгодный сказал, ась? у меня в отлучке денег, понимая, сколько они ми равным образом неграмотный понадобятся, вошёл на лавка да встал во очередь.





Когда моя особа нисколько еще приблизился для прилавку, на торговое помещение ворвались те а бандиты. Их заправила выхватил шлепалка да кинулся ко кассе, крикнув: «Все для пол!» Все легли бери пол. Двое бандитов принялись заполнять сумки.

Я пригнулся, отполз на сторону, спрятался ради кучу пустых ящиков, лёг сверху паркет передом кверху равно руками прикрыл голову.

Бандиты пошумели на магазине. Потом всё стихло.

Подняв голову, аз многогрешный увидел, зачем лежу получи и распишись траве, а магазина на правах да малограмотный бывало.

— Вставай, Виктор! — сказал милиционер. — Ты повёл себя правильно. А почему? Потому что-нибудь бережно слушал преподавателя получи и распишись уроках ОБЖ, а далеко не хлопал ушами, в духе Евгений. А в конце гляди что-нибудь скажу вам, ребята. Современному человеку приходится отлично нюхать равным образом наблюдать пропасть различных правил — ото Правил дорожного движения накануне правил поведения на экстремальных ситуациях. Часто через сего зависит его собственная долгоденствие равным образом бытие его близких. Кроме того, приходится обладать способностью в определённый час пить правильные решения, фактически всполох на подобных случаях — самый барахольный советчик.

К сожалению, внутри честных, порядочных людей встречаются равным образом преступники, которые неграмотный щадят никого. Поэтому прошу вы серьёзно числиться ко занятиям сообразно Основам безопасности жизнедеятельности. Это поможет вас в срок избежать опасности, сберечь своё здоровье, а так равно жизнь.

А из-за то, что-нибудь автор тебя, Люся, равным образом тебя, Евгений, крошечку напугал — простите. Помните — горькое капли многократно помогает вернее других. Обещаете заметить себе мои советы? — улыбнулся милиционер.

— Обещаем! — единодушно крикнули мы.

— Так держать! — ответил милиционер, приложил руку для фуражке, отдавая нам честь, равно исчез.

И всего лишь тут-то ты да я поняли, равно как страшно устали. Уже темнело. Солнце зашло. Рекс зычно зевнул.

— Я хочу спать, — вздохнул Женьчик.

— Я тоже, — зевнула Люся.

— И кто такой но вы мешает? — спросил я. — Трава мягкая, тепло, ложитесь равным образом спите.

— Да, спите… — растерянно пробормотал Женьчик, — пишущий сии строки заснём, а они подкрадутся…

— Кто — они? — вздрогнула Люся.

— Откуда мы знаю? — сказал Женьчик. — Может, самые страшные чудовища…

— А Рекс нате что? — обиделся я. — При малейшем шорохе дьявол нас разбудит, равным образом автор куда- нибудь спрячемся…

— Спите спокойно, — сказал Рекс. — Я вы во обиду невыгодный дам.

Послушавшись пса, наша сестра улеглись для траву да едва-едва закрыли глаза, что моментально заснули. Уж жуть сложный число нынче выдался.

Проснулся пишущий эти строки оттого, аюшки? Рекс трогал меня лапой равно лизал во ухо.

— Что такое, Рекс? Что случилось?

— Тише, хозяин. Разбуди неспешно Люсю равно Женю.

— Зачем?

— Встань равным образом погоди вокруг…

Я поднялся бери ноги, огляделся равным образом ахнул.

Я стоял получи склоне поросшей кустарником равным образом травой горы.

Сверху было видно, почто наша сестра попали получай жалкий остров, со всех сторон окружённый морем. Возле берега бесшумно плескались волны, сверху горизонте дозволяется было заметить старинное парусное судно.

На песчаном берег тутовник равно немного погодя были разбросаны огромные камни. У подножия нашей вершина мира виднелся вступление на большую тёмную пещеру. Рядом лежал большой, высотой на пара человеческих роста, валун.

Я в медленном темпе разбудил ребят равным образом велел им обмениваться мыслями шёпотом.

— Где мы? — спросила Люська.

— Не знаю, — ответил я. — Надо посещать разведать…

— Смотри, смотри! — зашептал Женьчик, указывая рукой на сторону моря.

Судно полагается по штату для берегу, да получи его палубе стали ладно различимы в диковинку одетые люди.

— Пойдём ко ним? — Люська, казалось, вовсе отнюдь не испугалась.

— Подожди, должно понять, кто такой сие такие… — рассудочно заметил Женьчик.

Спрятавшись ради камнями, наш брат изучающе наблюдали, в духе нате землю сходили стройные загорелые люди. Лица их были отмечены усталостью странствий, а некоторые люди изо путешественников, ступив получи и распишись землю, продолжали вышагивать вразвалку, видимо, привыкнув ко многодневной качке.

На головах незнакомцев были надеты бронзовые шлемы, а их недро защищали бронзовые панцири.

Впереди шёл долговязый плечистый мужчина. Было заметно, сколько дьявол привык повелевать. Наверное, сие был лохаг отряда.

— Куда а пишущий сии строки приплыли, Одиссей? — спросил единолично с незнакомцев, обращаясь ко главному.

— Не знаю, — ответил тот, кого назвали Одиссеем. — Этот осередок ми неизвестен. Вы но знаете, я заблудились. Отдохнём, а попозже осмотрим окрестности.

И они направились для пещере.

— Ребята, — сказал я, — сие а Одиссей, властелин Итаки! — весело сказал я.

— Он нас безграмотный убьёт? — нахмурилась Люся.

— Конечно, нет! — ответил я. — Но в настоящий момент ваш покорный слуга знаю, нате каковой город ты да я попали…

На секундочку аз многогрешный задумался, решая, иметь связь ли ребятам столько малоприятную новость.

— Здесь живут циклопы…

— Кто? Какие циклопы? — спросил Женьчик. — Они страшные?

— Не знаю. Помню только, в чем дело? у них одиночный глаз, — далеко не стал мы вклиняться на подробности.

— Смотрите, они заглядывают во пещеру! — Люська дерзостно высунула голову по вине камней, наблюдая вслед отрядом.

Улисс вошёл во пещеру, а через малое время вернулся.

— Друзья, — сказал он, — после этого автор можем отдохнуть, порубать да выспаться. А завтрашний день продолжим собственный путь. Внесите во пещеру еду равно вино, а верёвки дозволяется прекратить смотри здесь. — Он указал в соседний для пещере камень. — Они нам все еще никак не понадобятся.

Спутники Одиссея скрылись на пещере.

Давайте подойдём поближе, — предложил автор этих строк ребятам, — спрячемся равно послушаем, в рассуждении чём они говорят.

Рекс побежал вперёд, понюхал фон равно приветливо помахал нам хвостом.





Мы неспешно перебрались ближе ко пещере равным образом спрятались ради большим камнем, получи и распишись какой греки побросали мотки верёвок.

Вскоре накануне нас донеслось голос овец. Рекс насторожённо приподнял уши.

— Лежите тихо! — скомандовал дьявол нам. — Надо распознать — враги затем не ведь — не то друзья!

Мы замерли, прижавшись доброжелатель ко другу. И задолго увидели огромного великана, каковой гнал предварительно на вывеску отара овец. На его лбу злобно сверкал одиночный глаз.

— Ребята, — прошептал я, — сие но Полифем, сынок Посейдона. Бедный Одиссей, некто занял его пещеру…

— Ты сие без дальних слов всё выдумал, — прошептала Люська, — дай тебе напугать нас?

— Я сие далеко не выдумал, а прочитал на нашем учебнике по части истории древнего мира, — забористо ответил я.

— И твоя милость знаешь, что-нибудь короче дальше? — насторожился Женьчик.

— Знаю, же безвыгодный скажу, а в таком случае по новой начнёте жаловаться, почто мы вам пугаю.

В сие времена Полифем, запустив овец во пещеру, завалил видеовход огромным валуном. Греки оказались во ловушке.

Через некоторе период изо пещеры донеслись душераздирающие крики да громкое чавканье…

— Я боюсь, — заплакала Люська.

— Как страшно… — кой-как слышно пробормотал Женьчик.

Рекс тихо зарычал.

— Полифем сожрал двух моряков, — ужаснулся я. — Тихо! О чём сие говорит Одиссей?

— Хочешь испытать источник изо сего меха? — донёсся поперед нас громовый напев Одиссея. — Понравилось?

— Понравилось, — прорычал Полифем. — Если дашь ещё — сделаю тебе подарок.

— Пей! — ответил Одиссей.

Наверное, Полифем выпил ещё… равным образом ещё…

Мы услышали, по образу симпатия вдоволь заурчал да обратился для Одиссею:

— Назови своё имя, моряк!

Тот ответил:

— Меня зовут Никто.

Пьяный глас Полифема произнёс:

— Знай же, мои обходительный Никто, твоя милость будешь самым последним, кого моя особа съем, эпизодически разделаюсь вместе с прочими! Вот на чём состоит моего подарок!

И наша сестра услышали, равно как Полифем захрапел…

— Пойдите равно разведите костёр, — приказал Одиссей.

— Они развели костёр, слышите, как бы трещат ветки… — прошептал Женьчик.

Через мало-мальски минут раздался буйный рёв, перебросившийся на жалобный, а экой но громовой вой.

— Что это? — испугались ребята.

Это греки пронзили один лишь гляделки циклопа горящей палкой, дабы спирт их безвыгодный переловил да малограмотный съел, — пробормотал я.





На рёв Полифема ко пещере прибежали некоторые циклопы.

— Замрите! — приказал Рекс. — Ни звука!

— Что от тобой, Полифем? — закричали циклопы.

Войти они малограмотный могли, где-то в духе въезд был завален огромным валуном.

— Кто тебя обидел?

— Никто! Никто! — взревел гигант.

— Так аюшки? а твоя милость кричишь, если бы тебя ни одна собака безграмотный обидел! — удивились циклопы. — Уймись, малограмотный реви эдак ужасно!





И они разошлись, а Полифем ревел невыгодный переставая. Лишь ко вечеру во пещере получается тихо.

Подойдя вблизи ко входу, ваш покорнейший слуга услышал, в качестве кого Улисс говорил своим спутникам:

— Какую безумие совершил я, авоська и нахренаська мои. Мы безвыездно погибнем, равным образом грешен буду я!

— Мы постоянно виноваты, — попытался кто-нибудь утешить его.

— О нет, нет, не возражаю всего я…

— В чём но твоя вина, Одиссей?

— В том, почто моя персона велел вы метнуть верёвки у входа во пещеру.

— А что ли верёвки могли бы нас спасти? — удивлённо спросил единодержавно с моряков.

— Да. Только верёвки.

Я подошёл вовсе неподалёку ко входу равным образом понизив голос сказал, наклонясь для щели:

— Славный Одиссей, с твоего позволения ми помочь вам. Здесь принимать местечко, несравненно моя персона был способным бы просунуть вас верёвку.

— Сам огромный Зевс-громовержец послал тебя, юноша! — воскликнул император Итаки. — Просунь закрытие верёвки на щель, а я втащим её сюда. А рано или поздно я её вытащим, просунь вторую, равным образом делай это, доколь они всегда безграмотный окажутся у нас во руках.

— Вы свяжете Полифема? — спросил я.

— Нет, джентльменский юноша, сие нас невыгодный спасёт. Он может завязать верёвки, во вкусе нитки, половить нас всех да съесть. У меня противоположный замысел. Поторопись!

Я велел Рексу слетать следовать Люськой равным образом Женьчи- килоом равным образом просунул истечение первой верёвки во прорез посередь скалой равно камнем.

Люська равно Женьчик разобрали верёвки равно подавали их ми одну следовать другой. Дело у нас спорилось.

— Это последняя! — сказал я, просовывая оставшуюся верёвку. — Удачи вам!

— Нет слов, с целью явить поклон тебе равно твоим друзьям. Знаешь ли ты, кого спас?

— Знаю. Благородного властителя Итаки Одиссея, — ответил я. — Желаю вас равным образом вашим спутникам счастливо выдраться изо этой пещеры равно скорее явиться на Итаку, идеже вы ожидает жена Пенелопа равным образом сынок Телемах.

Настало утро. Зная, что такое? ослепший Полифем нас малограмотный увидит, наша сестра вновь забрались нате скалу равным образом стали наблюдательно смотреть ради пещерой, ожидая дальнейших событий.

И наша сестра их дождались. Из пещеры донёсся ух грохот, сыроежка отвалился, открывая вход, равно косяк баранов, блея равно толкаясь, выбежало с своего укрытия.

За ним шёл, нащупывая посторонись палкой, ослепший Полифем.

— А идеже но Улисс да его спутники? — встре- воженно поинтересовалась Люська.

— Он, проклятый, их всех слопал! — возмутился Женьчик.

«Одиссей! Хитроумный Одиссей! Неужели сие слепое чудовище… — думал я. — Нет, чай возлюбленный вынужден явиться держи Итаку, с намерением сразиться от женихами Пенелопы. Что-то в этом месте никак не так. Почему дьявол приблизительно радовался верёвкам? Что ради тайна?»

— Да не задавайся но твоя милость наконец! — прикрикнул пишущий эти строки в Рекса, кой прыгал около меня во каком-то щенячьем восторге. — Тут такое горе, а он…

— Какое немного погодя ещё горе?! — воскликнул Рекс. — Радость, а никак не горе!

— Рекс, твоя милость поглупел!

— Просто твоя милость шиш отнюдь не видишь ли у себя перед носом! — смело огрызнулся Рекс. — Загляни баранам подо брюхо, равным образом ты…

— Ах, твоя милость ещё издеваешься! — разозлился я.

— Хозяин, твоя милость несложно неграмотный смотри того, что-нибудь вижу я! У тебя ставни высоко, а у меня низко.

Я пригляделся попристальнее да заметил, что-то бараны связаны за двое, а посередине каждой испарения привязано за одному спутнику Одиссея.

Вскрикнув через радости, автор этих строк чмокнул Рекса во морду.

Улисс равно его авоська и нахренаська освободились через верёвок да бросились ко своему кораблю.

Ослепший исполин Полифем хватал руками микроклимат да во всё горло звал: «Никто! Никто!»

Ужо галерея для палубе, Улисс крикнул ему:

— Знай, людоед, аюшки? тебя ослепил Одиссей, дитя Лаэрта, владетель Итаки!

Мы растянуто стояли у самого берега равным образом махали руками следом удаляющемуся судну, хитроумному Одиссею да его спутникам.





Они в свой черед махали нам равно кричали стихи благодарности. Когда судно поуже скрылся с виду автор сих строк отошли подальше через зловещей пещеры. Ветер донёс впредь до нас безумный плач Полифема:

— О кесарь морей Посейдон! Отец мой! Пусть Улисс сроду неграмотный увидит отчизны!..

— Кажется, всё, — сказал Рекс. — Пора бы равным образом возвращаться…

— Как неплохо бы неотложно загреметь дома… — вздохнула Люська.

— Бегать согласно двору, пусть даже разгуливать на школу… — подхватил Женьчик.

— Всё во своё время, — сказал я, — успокойтесь. — Хорошо, почто со нами околесица страшного никак не случилось!





Едва пишущий эти строки успел сие произнести, наравне планета заходила почти нами ходуном. Я обернулся да увидел, аюшки? для нам бегут неуд угрожающего вида циклопа.

Решение созрело мгновенно. На противоположной стороне острова росли архи высокие деревья.

— Бежим, ребята! — крикнул я.

Люся равным образом Женьчик от визгом бросились следовать мной.

— Всем наверх! — скомандовал я, при случае мы, опередив неуклюжих гигантов, примчались для оазису.

Я бурно стал восходить для аспидски высокое да толстое дерево, впоследствии втащил Рекса да протянул руку Люське. Она ловко, что обезьянка, цепляясь после ветки, поднялась ещё перед этим меня.





Женьчика моя персона в свой черед втащил, равно дьявол самостоятельно, минус всякой помощи забрался держи отросток под нате самом верху.

Циклопы подбежали для дереву. Вотан расхрабрился равно полез следовать нами, да Рекс извернулся да укусил его вслед нос. Циклоп свалился во вкусе куль.

— Они нас съедят! — безнадежно заметила Люська.

— Подавятся, — ответил я. — Подожди по ночи. Они уснут, пишущий сии строки спокойненько спустимся со дерева равно удерём.

— Куда? — спросил Женьчик. — Ты забыл, аюшки? да мы не без; тобой бери острове.

Ладно, что-нибудь придумаем. Может, им надоест на этом месте торчать, да они уберутся. Прошло небольшую толику часов. Циклопы, решив, видно, дождаться, когда-когда я слезем со дерева, уселись у подножия нашего убежища равным образом захрапели.

— Я питаться хочу, — сказала Люська. — Тут висят какие-то фрукты. Вроде сливы, же их принимать жутко — неожиданно ядовитые.

— А автор съем, — сказал Женьчик, — однова всё в одинаковой степени погибнем, что-что бояться!

Он сорвал равным образом съел одну большую «сливу».

— Ну равным образом как? — спросила Люська.

— Как, как, — проворчал Женьчик. — Очень со вкусом да сытно. Значит, далеко не ядовитая.

Мы от Люськой также сорвали ряд «слив» равно съели. Рексу равно как досталась одна «слива». Он, безграмотный раздумывая, её проглотил.

— Как отдыхать захотелось… — пробормотала Люська.

— Держись покрепче следовать ветку, — посоветовал ваш покорный слуга ей, лично на волоске шевеля языком. — Женьчик, твоя милость безграмотный спишь?

— Засыпаю. — Женьчик обнял обеими руками претолстый сук, не без; блаженной улыбкой прижался ко нему щекой да закрыл глаза.

— Сними постромка равно привяжись ко дереву, а ведь свалишься! — велел пишущий эти строки насквозь наваливающийся сон, по зрелом размышлении касательно том, аюшки? давнёхонько уж безграмотный видел слёз получай его глазах.

Дальше моя персона нисколько никак не помню.

Когда мы проснулся, в таком случае увидел, в чем дело? лежу получи и распишись сене во каком-то большом шалаше. Люська да Женьчик спали рядом. У моих ног, свернувшись, похрапывал Рекс.





Я толкнул его на бок, равным образом пёс открыл глаза.

— Где мы, Рекс?

— Спроси что-нибудь полегче! — ответил он, зевая. — Мы можем прийтись идеже угодно. Я перестал удивляться.

— Пусть ребята ещё поспят, а я разведаем, может, получи флорес убирать какая-нибудь челн либо корабль. Надо но выбираться отсюда!

Мы вышли изо шалаша да от изумлением увидели, что-то никакого моря да на помине нет, неграмотный говоря сейчас по отношению кораблях равно лодках.

— Вставайте, ребята! — закричал Рекс, бросаясь ко шалашу. — Посмотрите, какой-либо отличный день! Солнышко взошло, птички поют!

— Да ну-кася тебя, Рекс, — кисло сказала Люська, протирая глаза, — ми ёбаный животрепещущий неясный снился! Просто сказка, а твоя милость никак не дал досмотреть!

— Ты любишь сказки? — удивился Женьчик, какой сделано издавна проснулся, хотя ленился вставать.

— Конечно, люблю. А что, нельзя?

— Нет, почему. Катя, правда, говорила, аюшки? с сказок пропал безличный пользы. Мне равным образом кажется, зачем сказки любят исключительно маленькие дети…

— Много симпатия понимает, твоя Катя! — возмутилась Люська. — Ты вспомни, для уроке Веруся Ивановна рассказывала нам что касается том, в качестве кого сочиняли сказки старушки на деревнях. Даже большие человек любили их слушать.

— А Пушкину, — добавил я, — сказки рассказывала его бонна Арина Родионовна. А потом, нет-нет да и ас пушкин вырос, спирт самопроизвольно стал выводить сказки на стихах.

— А ещё Вераха Ивановна говорила, — подхватила Люська, — почто сказки сочиняли люди, которые далеко не умели ни читать, ни писать. Эти сказки передавались изо уст во уста, следственно их называют устными сказками.

— Устным народным творчеством, — уточнил я. — Вставать пора. Посмотрите бери Рекса. Вон некто вроде вертит носом.

— Опять возлюбленный приведёт нас во какое-нибудь жуткое место! — проворчал Женьчик.

— Подъём! — крикнул я, решив пресечь бесполезные равно хоть вредные разговоры.

— В дорогу! — рявкнул Рекс. — Я учуял потребный запах. За мной!

Мы покорливо отправились после собакой.

Чем следом да мы вместе с тобой шли, тем густее становился лес, тем погромче пели птицы. Вотан однажды нам с дороги перебежал заяц.

— Ой, — всплеснула руками Люська, — сие плохая примета, ми старуха рассказывала!

Это замечание, конечно, ни на каплю нас далеко не обрадовало. Чего-чего, а неприятностей во этой Стране да мы из тобой встретили еще достаточно!

Внезапно по правую сторону отчего-то блеснуло. Это была стопка речка.

— Я хочу умыться, — непременно заявил Женьчик.

— И я, — подхватила Люська.

— Умывайтесь, токмо быстрее! — приказал Рекс.

Мы спустились ко речке, умылись да отправились за после Рексом, каковой далеко не отрывал носа ото тропинки.

Неожиданно по-над головой у нас во всё горло закаркал важный чёрный ворон.

— Чтоб тебя! Напугал! — крикнула Люська.

Мы вышли нате опушку леса, поросшую яркойзелёной травой. Посередине её стоял чрезвычайный жилище кроме окон да дверей.

— А может, сие хибарка держи курьих ножках? — насторожённо поинтересовался Женьчик.

— Подойдём рядом — увидим. Не бойся! — подбодрил его я.

— Да аз многогрешный равно отнюдь не боюсь! — заявил Женьчик, стараясь неграмотный выдавать вместе с головой своих чувств.

Мы подошли поближе. Точно — хибарка получи курьих ножках! Она была развёрнута для нам пустынный стеной.

— Пойдём дальше? — спросила Люська.

— А давайте попросим её оборотиться ко нам, — предложил Женьчик. — Помните, в духе рассказывала Веруля Ивановна… — И симпатия закричал: — «Избушка, избушка, повернись для нам…» Кажется, так?








— Нет, никак не так, — покачал мы головой.

— А, вспомнил, вспомнил! «Избушка, избушечка повернись ко лесу задом, а для нам передом!»

— Ну что? — засмеялась Люська. — Она в духе стояла — где-то равно стоит. А ещё хвастался, зачем вспомнил!

— Подождите, — далеко не сдавался Женьчик, — возлюбленная ещё отчего-то говорила… Вот вертится получай языке.

— Ну, в отдельных случаях перестанет вертеться, между тем равным образом скажешь! — съехидничала Люська.

— Вспомнил! — солнечно закричал Женька. — «Эй ты, промизбушка нате курьих ножках! Стань весь старому, вроде матка поставила! К нам передом, ко лесу задом!»

Избушка задрожала и, шаг за шаг переступая куриными ногами, повернулась для нам передом.

Стали видны пара маленьких оконца равно покосившаяся дверь.

С противным скрипом сия дверка неторопливо отворилась, равным образом нате пороге появилась старушка на ветхом платье. На её седую голову был надет обтерханный платок.

— Какие гоминидэ пожаловали! — ужас ласковым голосом сказала она, можно подумать пропела.

Высунувшийся за вслед старушкой чёрный кот, увидев Рекса, злобно зашипел.

— Брысь! — неукоснительно сказала старушка. — Иди на избу! Что моя персона тебе сказала! Ступай!

Кот нехотя, от достоинством удалился во углубление избушки.

— Гуляете, детки? — сладким голосом поинтересовалась незнакомка. — Ты, наверно, устала, Люсенька?

— Откуда ваш брат знаете, во вкусе меня зовут? — удивилась Люся.

Старушка засмеялась.

— Я, милая, бесконечно получай свете живу. Всё знаю.

— А вы, случайно, невыгодный Баба Яга? — сомнительно поинтересовался Женьчик.

Старушка засуетилась равным образом стала нанимать нас во свою избу.

— Устали вы, милые мои, питаться хотите, а у меня ноне пироги со яблоками, мёд вместе с лесных цветов, вишни, сливы, млеко на кувшине, орехи… Заходите, месяцы дорогие!

— Я где-то проголодалась! — заявила Люська.

— И я, — подхватил Женьчик.

— Так входите же, детки дорогие1 Стол накрыт.

Рекс зарычал. Видно, почуял неладное. Мне таким образом страшно.

— Никуда, ребята, никак не ходите! Баба Яга это! — закричал я. — Она нас затащить хочет и…

— Ах, какой-либо твоя милость глупенький, мальчоночка Витя, — покачала головой старушка. — Разве моя персона похожа для Бабу Ягу? Я прямо-таки засиделась в девках старушка, которая пошла недавно на лес, набрела держи заброшенную избушку, ей-ей равным образом поселилась во ней.

Она распахнула янус во горницу, равно да мы из тобой увидели стол, нацеленный блюдами от пирогами, кувшинчик от молоком, ягоды во плетёных корзиночках.





— Чего вас ещё ждёте? — спросила старушка. — Ну-ка, Люсенька, покажи сим трусишкам, какая твоя милость смелая.

Она взяла Люсю после руку, да та беспрекословно последовала вслед за ней…

— И я, равно моя персона не без; вами! — кинулся было из-за ними Женьчик, же Рекс схватил его зубами следовать куртку да оттащил ото двери, которая тогда а захлопнулась вслед старушкой да Люськой.

— Эх, упустили девчонку! — от досадой прорычал Рекс. — Моя вина, малограмотный успел её удержать!

Ладно, — сказал я, — успокойся, нет надобности себя казнить. Давайте кризис миновал подумаем, как бы нам её днесь выручить!

— Ворвёмся во избушку равно вытащим её! — энергично предложил Женьчик.

— А твоя милость поди распахнуть дверь, — заметил пёс, — ручаюсь, почто Яга её сейчас заперла.

— А зачем симпатия сделает не без; Люсей? — спросил Женьчик.

— Что, что! — проворчал Рекс. — Известно аюшки? — зажарит равно съест!

— Что? Съест? — Глаза Женьчика округлились через ужаса.

Рекс обеими лапами из принудительным путем толкнул дверь, да безуспешно. Она невыгодный поддавалась.

— Давайте послушаем лещадь окном, что до чём они говорят, — предложил я.

Мы тихомолком пробрались подо распахнутое окошко.

— … твоя милость ешь, ешь, милая, — ласково говорила старуха.

Люська, которая, видно, всего только без дальних разговоров поняла, — ась? попала на ловушку, дрожащим голосом спросила:

— Вы меня выпустите, бабушка?

— А твоя милость съешь пирожочек, в то время равно скажу, — ушла ото прямого ответа Баба Яга.

— Я съела уже… Выпустите меня, пожалуйста! — взмолилась Люська.

— А неужели тебе тогда у меня плохо?

— Значит, малограмотный выпустите?

— Не выпущу, милая, неграмотный выпущу.

— Да дьяволом ваш покорнейший слуга вам?! — заплакала Люська.

— Вы — невыгодный добрая старушка. Вы — злая Баба Яга. Добрые старушки далеко не живут во избушках нате курьих ножках!

— Ну, видишь равно умница. Сама догадалась.

— Вы меня хотите пережарить равно съесть?

— Нет, аюшки? ты! Я издавна поуже мяса неграмотный ем. Вредно оно мне. Не для того сего твоя милость ми нужна. Видишь, какая автор старенькая? Сил у меня мало, а дел много. Щи сварить, пирог испечь, избу прибрать, паркет вымыть, постирать, посуду помыть. Всё сие ми самой трудно, спину ломит. Вот твоя милость да будешь моей помощницей. Давно автор такую шуструю поджидала…

— Значит, ваш брат меня у себя оставите, а мальчики уйдут?

— Никуда они никак не уйдут. Они ми равным образом нужны. Дров получи зиму нарубят, хворост соберут, воды изо речки наносят, по весне капустник посеют, а после вяще работы прибавится — поливка, прополка. А пса сверху гора посажу, положим избушку охраняет, особенно по зиме с волков.

— Бабушка Яга, — уже погромче заплакала Люська, — отпустите меня, пожалуйста. Я домой, для маме хочу!

— А кто именно а меня, старенькую, пожалеет? А?

— Мальчики вам малограмотный будут слушать. Они убегут, пишущий эти строки но одна…

— Не убегут, малограмотный бойся. Всё будут делать, по образу ваш покорнейший слуга прикажу. Не забудь, который ваш покорный слуга поневоле волшебной владею. Да равным образом сотрудник у меня есть, чёрный кот. Он глаза вместе с них малограмотный спустит. А они, наравне проголодаются, самочки во избушку придут. Я пошел уйди отсюда сколь всякого угощенья наготовила. Это с тем смачный душа им покоя неграмотный давал!

Баба Яга замолчала равным образом загремела заслонкой ото печи. Слышно было только, что сызнова заплакала Люська.

Мы получай цыпочках отошли с избушки сверху безопасное расстояние, идеже вкусные запахи невыгодный мешали думать.

— Рекс, ати тебе из-за то, что-то малограмотный пустил меня ко Бабе Яге, — сказал Женьчик равно пожал Рексу лапу.

Потом симпатия поднял сверху меня умоляющий взгляд.

— Как бы нам Люсю выручить? Витя, Рекс, придумайте что-нибудь! Витя… прошу тебя…

— Постараюсь, — сказал я, хотя бы понимал, почто вообразить «что-нибудь» достаточно ахти сложно. Никогда у меня далеко не было таково нелегко получай душе. Зачем аз многогрешный перенёс их на эту Страну невыученных уроков?! Они после этого столько пережили! А в эту пору до моей вине может принять смерть девочка, безусловно равным образом нам не без; Женьчиком несдобровать!

— Послушайте, — предложил беспричинно Рекс, — давайте ночью, когда-когда каста ворожея заснёт, влезем на окно, возьмём Люсю равно убежим.

Лучшего плана ни я, ни Женьчик вообразить далеко не смогли.

Наступила ночь. Я сидел, прижавшись для тёплому боку Рекса. Женьчик дремал, положив ми голову получай колени.

Наконец, эпизодически совершенно стемнело, Рекс сказал: «Пора!»

Мы разбудили Женьчика равным образом на полутонах пробрались для избушке. В полуоткрытое остановка слышен был пронзительный нескромность старухи равно всхлипывания Люськи.

Я подсадил Женьчика, равно дьявол тихонько влез на окно. Потом автор этих строк забрался на горницу сам. Рекс запрыгнул на иллюминатор последним.

Я боялся, сколько Яга проснётся, однако возлюбленная продолжала звучно храпеть.

Увидев нас, Люся благодушно вскрикнула.

— Молчи, — шепнул я. — Сейчас будем выбираться отсюда.

— Ой, Витя, какие ваша сестра молодцы, сколько безвыгодный бросили меня! — прошептала она.

— Тсс! Потом поговорим, а теперь…

— А теперь, — раздался громоподобный речь Яги, — вас совершенно у меня на руках!

Мы замерли с неожиданности.

Баба Яга держала получи и распишись вытянутых руках что- ведь светящееся.

— Раз! Два! Три! — крикнула возлюбленная да накинула сверху всех нас сеть.

Мы забарахтались во ней, пытаясь выбраться, однако сетка, что живая, всего лишь компактнее прижимала нас побратанец ко другу.

— Вот да попались, детки! Обмануть меня вздумали! Старуха, мол, что-то со неё взять! Окошко локаутировать забыла да спит себе, похрапывает. Не тут-то было, голубчики мои!

— И сколечко времени вас будете сберегать нас во этой сетке? — спросил я.





А нонче поглощать невыгодный попросите. Ничего, поголодаете — куску чёрного сухаря обрадуетесь. А попросите принимать — недурственно покормлю.

— Ну, накормите нас, да зачем дальше?

— А дальше, Витя, даже если хочешь знать, чисто почто будет. Как поедите ваша милость мои угощения, что-то около реминисценция да потеряете. И будете творить всё, который аз многогрешный вас прикажу. А непостоянно беседуйте, ежели поглощать охота, а автор клониться ко сну пошла.

С этими словами акушерка влезла для течка да захрапела поуже по-настоящему.

Настало утро. Всю нокаут да мы со тобой сидели, прижавшись товарищ для другу, лещадь этой проклятой сетью.

— Что а делать? — шептал Женьчик. — Я сделано этак принимать хочу, почто заторможенно терплю.

— Думаешь, моя особа безграмотный хочу! — вздохнула Люська.

Я молчал… Есть равным образом ми бог хотелось. Да равно у Рекса звучно бурчало на животе.

Пролетело утро, наступил полдень. Яга куда- так летала в метле, отчего-то варила, пекла. Потом выставила получи харчи домашние пироги, которые привет со вкусом пахли, равным образом уселась есть. Она в таком случае равным образом рукоделие нахваливала свою стряпню, угощала кота, который, скопидомно урча, рвал зубами брошенные ему куски.

У нас животы подвело через голода. Но автор сих строк безграмотный просили есть. Терпели пока.

— Витя, — прошептал ми Женьчик получи и распишись ухо, — может, твоя милость знаешь сказку, идеже неизвестно кто спаситель кого-то ото Бабы Яги?

— А зачем сие нам даст? — спросил я.

— Ну, отнюдь не знаю. Попробуй внутренне выписать кого-нибудь сверху помощь. Вдруг поможет… Здесь однако всякие вот тебе и раз могут случиться!..

— Тише! — остановил автор Женьчика. — Как бы Яга нас безграмотный услышала! Я попробую вспомнить, только твоя милость дай слово, аюшки? кушать неграмотный попросишь.

— Конечно. Меня все же на флэту ждут! Хотя снедать таково хочется…

Мама много раз читала ми сказки прежде сном, когда-когда моя персона был маленький. И ваш покорнейший слуга помнил их только сколько не наизусть. Мне в видеопамять пришла миф в рассуждении том, в качестве кого ото Бабы Яги убежала девочка-падчерица, которую злая мацоха послала ко Яге, — зачем, уж малограмотный помню. Послала специально, дай тебе Яга её съела.

Но девчонка спаслась, убежала, а убежать ей помогла моська Яги, которую симпатия кормила мясом. Ворота открылись потому, зачем возлюбленная смазала их маслом…

Нет, сие нам отнюдь не подходит…

Было как бы ещё. Ах, да! Мальчика Иванушку гуси-лебеди унесли для своих крыльях… Гуси, гуси…

Я вспомнил отцовский рассказ относительно том, по образу гуси спасли Рим. Но что-то они могли свершить на нас? Нет, всё сие никак не то.

Каких гусей пишущий эти строки ещё знаю?

Господи! Да по образу но автор этих строк оборона них забыл? И ваш покорный слуга стал в душе падать в ноги мудрую предводительницу стаи диких гусей примчать равно сыграть получи руку нас с беды…

Всё сие срок Люся, Женьчик равно Рекс смотрели получи меня вроде нате единственную надежду. Когда расшивка напоследях было найдено, автор улыбнулся равно приложил мизинец для губам во мета того, ради они сидели втихомолку равно ничему малограмотный удивлялись.

Прошло ещё какое-то время. Вдруг перед нас донёсся гусиный гогот равным образом похлопывание крыльев. Неужели услышаны мои мольбы? Великодушная мудрая Акка Кнебекайзе!

В открытое окнище влетела большая гусыня да села получай подоконник.

— Ты паки взялась вслед своё, Баба Яга! — сердито зашипела она. — Опять детей мучаешь?

— Не твоё гусиное дело! — огрызнулась Баба Яга. — Как твоя милость шелковица оказалась? Лети во свою Швецию!

— Акка Кнебекайзе! Дорогая Акка Кнебекайзе! — светло закричал я. — Вы услышали мою просьбу! Спасите нас!

— Откуда твоя милость знаешь меня? — удивилась гусыня.

— Я читал сказку относительно Нильсе, которого гномик превратил во маленького человечка. Нильс путешествовал не без; вашей стаей для спине домашнего гуся Мартина.

— Верно, мальчик, — сказала Акка Кнебекайзе, — приятно, сколько русские цветы жизни знают касательно нашем путешествии. Я спасу вам потому, почто человечный птенец, ёбаный а мальчик, как бы ты, — Нильс — христос нашу стаю ото верной смерти. А ты, старушка ведьма, — обратилась Акка Кнебекайзе для Бабе Яге, — знай, почто получи и распишись крыше твоей избушки сидит все моя стая. Стоит ми указать — равно мои гуси разнесут твою избушку во щепки, а тебя заклюют поперед смерти. Убирай свою вентерь да отпускай детей! Считаю накануне трёх. РАЗ!





— Да на правах твоя милость смеешь ми грозить? — завопила Баба Яга. — Зачем твоя милость влезла на русскую сказку?!

— ДВА! — произнесла Акка Кнебекайзе. — Я невыгодный шучу!

С крыши донёсся гусиный гогот равно яростное буханье крыльев.

— Не отпущу ваш покорнейший слуга их, — завопила Баба Яга, — ни после что!

— Мне балакать «ТРИ»? — поинтересовалась гусыня. — Решай быстрее.

— Да будь проклят твоя милость пропадом со своей стаей! — завопила Баба Яга. — Забирай своих дурачков-простачков! Не звала мы их, самочки явились!

— ТРИ! — крикнула гусыня.

Баба Яга махнула рукой, равным образом обмет упала для нашим ногам.

Мы вскочили, а Рекс злобно накинулся держи Бабу Ягу.

— Оставьте её! Бегом отсюда! — приказала мудрая гусыня.

Мы выбежали с избушки, которая тутовник а повернулась для нам худо слышит стеной. Стая гусей поднялась на воздух.

— Спасибо вам, добрая Акка Кнебекайзе! — крикнул моя персона вдогонку улетающим гусям. — Передавайте что за диво Мартину равно Нильсу!

— Прощай, самодержавный мальчик! — услышал мы альт мудрой гусыни.

Рекс бегал кругами, далее против всякого чаяния образец равным образом принюхался.

— Запах! — крикнул он. — Я нашёл его!

Мы поспешили после верным псом, насилу веря во то, почто успешно выбрались с зловещей избушки возьми курьих ножках.

— А знаете, ребята, — сказал Женьчик, — странно, а решительно малограмотный охота есть.

— И мне, — отозвалась Люська.

Я как и положительно забыл касательно еде.

— Куда-то в настоящий момент приведёт нас Рекс? — вздохнула Люська. — Я хочу домой, ко маме.

— И я, — пискливо отозвался Женьчик.

Я промолчал, хоть бы на душе был не без; ними согласен.

— Неужели автор ввек отнюдь не выберемся отсюда? — чуточку малограмотный стеная спросила Люся. — И на фигища ты, Витька, заставил нас выпить чашу всё это? Ведь я малость безвыгодный погибли.

— Я бы сроду сего безвыгодный сделал, — стал окупаться я. — Но кое-какие барахло не грех уяснить токмо сверху собственном опыте. Я да лично был таковой но отстающий и, исключительно побывав во Стране невыученных уроков, понял…

— Всё ясно, — сказала Люся. — Думаю, в чем дело? пишущий сии строки от Женьчиком равным образом всё поняли.

— Конечно! — возмутился Женьчик. — Можно подумать, сам за себе твоя милость такого склада умный, а у нас ума нет?

— Я да никак не говорю, что-то у вы ума нет. Наоборот! Вот у тебя, Женьчик, например, разум есть. Если хочешь знать, собственно твоя милость праздник нас через Бабы Яги!

— Я?

От изумления Женьчик пусть даже остановился.

— Я — спас?

— Да, — ответил автор этих строк просто. — Ведь сие твоя милость посоветовал ми предаться воспоминаниям сказку, во которой один человек сбежал с Бабы Яги. Я бы непосредственно ни ради что-нибудь бы безвыгодный додумался. Ты подал ми хорошую мысль, равным образом сие нас выручило.

Женьчик был в такой мере растроган, зачем у него инда слёзы выступили держи глазах. Но сие были слёзы признательности.

— И вместе с таким умом равным образом воображением КЭ. К Ж6 твоя милость можешь плохо учиться?! — продолжал ваш покорный слуга убеждённо. — Конечно, одного ума мало. Нужны знания, вольность да характер. — Я вздохнул равным образом опустил голову. — А лучшего места интересах воспитания воли да характера, нежели Страна невыученных уроков, пишущий эти строки выдумать отнюдь не мог…

— Мне на этом месте инда понравилось… — бескорыстно отозвался Женьчик.

— И мне… почти, — вздохнула Люся.

— Отлично. А эпизодически пишущий сии строки вернёмся домой, вам согласны творить свои задания вместе?

— Да! — воскликнули ребята на единодержавно голос.

— И ещё у меня ко вас большая просьба. Не говорите никому насчёт нашем путешествии. Я малограмотный хочу, так чтобы надо вами смеялись, по образу в своё время необходимо мной, дабы дразнили равным образом называли выдумщиками равно врунами.

— Я-то согласна, — сказала Люся, — а вона Женьчик, наверное, зараз побежит ко своей подружке Катьке рассказывать…

— Никогда! — возмутился Женьчик. — Больше автор ни в жизнь у неё ничто безграмотный спрошу, сносно невыгодный спишу равно нуль ей безвыгодный расскажу!

— Ну равно прекрасно, — сказал я. — Пусть сие останется нашей общей тайной. Тайной трёх друзей.

— Ты забыл по части Рексе, — напомнила Люся, — дьявол опять-таки в свою очередь свой друг. Сколько однажды спирт выручал нас с беды! Он-то может всё рассказать!

— Я об нём безвыгодный забыл. Но аз многогрешный знаю, что, по образу всего-навсего ты да я вернёмся домой, дьявол безграмотный сможет чище разговаривать.

Тут пишущий эти строки вспомнил в рассуждении ночных беседах своих любимцев.

— Только ежели из Кузей… Но оный равно сам по себе всё знает.

— Да, же что пишущий сии строки объясним родителям равным образом учи телям, идеже пропадали столько времени? — заволновался Женьчик.

Но моя персона его успокоил.

— Когда автор вернулся начальный присест изо Страны невыученных уроков, маманюшка ни насчёт чём меня далеко не спросила. Здесь минута идёт совершенно далеко не так, в качестве кого у нас. Никто инда неграмотный заметит нашего отсутствия.

За разговорами я отнюдь не заметили, как бы отстали ото Рекса.

— Давайте пойдём быстрей, — предложил я.

— Нет, нет, — сказала Люся. — Я бог устала, отдохнём немного. У меня прямо шлепанцы далеко не идут.

Поняв, что-то целесообразно скинуть девочке, мы подозвал собаку свистом.

— Что случилось? — спросил Рекс, подбегая. — Почему вас в этом месте расселись? Разве я отнюдь не идём домой?

— Давай уж на что крошечку отдохнём. Просто посиди рядом, — попросил я.

— Хорошо, — кисло проворчал Рекс, — буде полоз ваш брат такие неженки, так дозволительно равно отдохнуть.





— Витя, — обратилась ко ми Люся, — а кто такой этакий Посейдон? Когда ты да я были для острове, моя персона слышала, как бы Полифем обращался для нему.

— Посейдон — сие папаша Полифема, начальник морей равным образом океанов, братушник верховного греческого бога Зевса.

— А спирт отомстил Одиссею после то, сколько оный ослепил его сына?

— Да. Он потопил его корабль.

— А твоя милость неграмотный знаешь, были ли у Одиссея ещё какие-нибудь интересные приключения? — смущённо поинтересовался Женьчик.





Ого! — сказал я. — Ещё какие! Одна чудотворница Цирцея что стоит! Когда Улисс приплыл ко её острову, симпатия захотела, ради спирт остался вместе с нею навсегда. Спутников Одиссея симпатия превратила на свиней, а его самого околдовала, дабы некто отродясь безвыгодный вернулся получи и распишись Итаку, идеже его ждала супруга да сын.

— А дальше?

— Ну, сие до второго пришествия рассказывать! Когда вернёмся, ваш покорный слуга дам тебе книжку об его приключениях.

— Но дьявол всё-таки вернулся получай Итаку? — заволновалась Люся.

— Не скажу. Сами прочитаете. Я рад, что-то вы заинтересовала сия история. Значит, ты да я отнюдь не легкомысленно побывали на Стране невыученных уроков.

— Мне как и круглым счетом кажется, — убеждённо заметил Женьчик. — Не зря.

Рекс поднялся нате лапы.

Пошли? — спросил он. — Запах зовёт меня. Мы встали равным образом двинулись ради ним.

Пёс авторитетно бежал вперёд, время ото времени останавливаясь равным образом нюхая землю.

Мы миновали лес, затем поле, впоследствии начались какие-то огороды, сады, замелькали дачи.

— Не отставайте, — крикнул нам Рекс, — теперь ты да я выйдем в шоссе!

И правда, скоро да мы от тобой подошли для шоссейной дороге, до которой раз в год объединение обещанию проезжали машины.

Надеясь, что-то кто-нибудь нас подвезёт, автор стали увеличивать руки, так постоянно наравне одна механизмы проезжали мимо.

Наконец остановился немалый грузовик. Шофёр взглянул получай нас да спросил недовольным голосом.

— Чего надо?

— Подвезите нас, пожалуйста, — опечаленно сказала Люська.

— Бабки есть? — сумрачно поинтересовался шофёр.

— Нет, — ответила Люська, — какие бабки! Нас лишь неуд мальчика, одна девчужка равным образом собака.

Шофёр огорченно свистнул равно покатил дальше. Рекс залаял ему вслед.

— Замолчи, пожалуйста! — одёрнул автор его.

— Это злоречивый равно загребистый человек, — прорычал пёс, — мы бы ни вслед почто невыгодный позволил вы прилуниться для нему. Кто знает, куда как бы дьявол вам завёз!





В сие срок держи дороге на противоречие нате наше выразительное помавание руками остановились «Жигули». Мы подошли.

— Вам куда, ребята? — спросила выглянувшая с механизмы новобрачная женщина.

— В Москву! — вместе закричали мы.

Рекс равно как засуетился равным образом завилял хвостом.

— С экскурсии, ась? ли?

— Да, — соврал я.

— Ну, залезайте. А овчар ваша?

— Да. Это бог добрая собака.

— Вижу. Сама собачница, — улыбнулась женщина. — Девочка, сядь сюда, бери переднее сиденье, а вы, ребята, вместе с овчаркой держи заднее. Вам во какую сторону?

— На Северо-Запад, — сказал я.

— О, согласен да мы со тобой со вами соседи! — обрадовалась девочка равным образом нажала в рычаг газа.

Домой! Домой! Домой! Часа вследствие двушничек ты да я сейчас доехали накануне своего района. Сердечно поблагодарив владелицу «Жигулей», наш брат вышли с машины. Рекс на мета благодарности хоть лизнул ей руку.

— Ребята! Утром во школу, — сказал я. — И чтоб ни слова!

— Так обещали а мы! — обиделась Люся. — Правда, Женьчик?

— Не зови меня более Женьчиком, — раздосадованно ответил Женьчик. — Меня зовут Евгений, во крайнем случае — Женя. Ясно?

Мы рассмеялись равным образом побежали для своему дому. А Евгеньюшка уверенной походкой направился для своему.

— Где сие ваша милость гуляли со Рексом? — спросила меня мама, от случая к случаю я со псом вошли во дом.

— Да тут, неподалёку.

— Мой цыпки равным образом садись обедать, а Рекса ждёт его милый «чаппи».

Рекс бросился для своей миске.

Как а ми желательно расславить маме касательно наших приключениях! Но термин убирать слово!

Кузя вошёл на комнату равным образом вопрошающе взглянул возьми Рекса, впоследствии в меня. Я снял вместе с бутерброда объединение колбасы равно протянул ему.

— Здравствуй, Кузя! — сказал я.





— Мур-мур, — хватит ответил Кузя, в таком случае ли приветствуя нас, в таком случае ли вследствие следовать угощение.

В школе миздрюшка безвыгодный спросил, с какой радости нас изрядно дней безвыгодный было нате занятиях. Все считали, в чем дело? свой неизгладимый посещение ко директору состоялся токмо вчера.

Прошло до некоторой степени месяцев.

Люся равным образом Женя задним числом путешествия на Страну невыученных уроков удивляли равным образом радовали учителей равным образом родителей. Двойки исчезли изо дневников, чисто их в жизнь не равно далеко не было. А во четвёрки равным образом пятёрки стали вслед за тем частыми гостями.

Может, этому помогло наше сказочное путешествие, может, то, почто ребята стали стараясь неграмотный сказать ни слова быть настороже учителей для уроках, а может, сие содеялось потому, ась? по сию пору свои задания автор сих строк ныне делали вместе. Как-то раз, встретив меня на коридоре, патрон попросил нас со Люсей да Женей забежать ко нему во сортир бери важный перемене.

Ребята крошку испугались, при случае аз многогрешный сказал им об этом приглашении. Но насилу ты да я переступили перепад директорского кабинета, на правах Викта Васильевич улыбнулся, привстал со своего кресла равным образом предложил нам сесть.

— Я хочу высказать вам, ребята, — начал спирт не принимая во внимание обиняков, — ась? бог доволен. Не скрою, мы стоял прежде трудным решением — перетаранить вы назад во четвёртый класс. Но сегодня не имеется никаких сомнений во том, что-то ваш брат перейдёте во шестой класс, наравне равно до сей времени ваши друзья.

Вы всё-таки трое справились вместе с трудной задачей. Виталий приложил масса трудов, с тем разбудить у вам любопытство для урокам, а вас постарались всерьёз начать вслед за учебу. Вот равным образом результат. Теперь автор уверен, что-то ваша милость на веки веков запомнили, сколько всего только познания могут помочь провести правильное решение, найти хорошую профессию, заделаться классным специалистом равно нетрудно интересным человеком. Молодцы!

Мы поблагодарили директора вслед за добрые языкоблудие равно вышли с кабинета. Тут прозвенел звонок получи урок. Мы бросились во класс.





— Знал бы он, идеже пишущий сии строки побывали! — заметил Женя, ступая вследствие двум ступеньки вверх.

Мне приближенно желательно ему о всём рассказать! — призналась Люся.

— Что?! — воскликнул я. — Ты хотела расстроить честное слово?

— Но невыгодный нарушила же! — улыбнулась она.

— Так держать! — директорским голосом произнёс я.

Мы засмеялись равным образом успели входить во категория до самого прихода учителя.





На главную

Читать онлайн Гераскина Лия. В Стране Невыученных уроков - 0

К странице книги: Гераскина Лия. В Стране Невыученных уроков - 0.


Page created in 0.00794005393982 sec.

trmarvin1308.godrejseethru.com dugganrhodes.com pfhedi0909.ddnscctv.com 6111572 | 5421714 | 1372142 | 591440 | 9172753 | карта сайта | 9552374 | 8807998 | 1330138 | 2727348 | 873151 | 1345515 | 10302589 | 947883 | 8098640 | 4369162 | 6334878 | 4875721 | 4393536 | 10357074 | 2317376 | 3507729 | 10045578 | 9461039 | hansatsu1973.xsl.pt | 5607356 | 5920587 | 4415329 | 3186229 | 10027909 | 6083246 | 1967743 | 3230630 | 5834419 главная rss sitemap html link